Ван Клик сделал недовольное лицо. Остальные пираты, наблюдавшие за баркой с причала, скорее были заинтригованы, чем рассержены. В мою сторону были брошены несколько неприязненных взглядов, но я мог это пережить.

Дана и солдаты собрали собственную толпу, гораздо более вооружённую и профессиональную. Лон-Лон пришёл в цветастых одеждах, с зонтом, закрывающим лицо.

Я не сводил глаз с людей, которые сходили с лодки. Среди них был гигант — Семен, такой же огромный, каким я его помнил. Его рыжая борода доходила до широкой груди.

Искель и Нунан вышли следующими и помогли Алтынсу выбраться. Она была одета в белую шёлковую тунику, которую носила под ярко-жёлтой вуалью. Это была лучшая одежда, которую она когда-либо надевала.

Алтынсу остановилась, чтобы разглядеть собравшуюся толпу, затем сказал что-то Семену. Пираты на лодке вскоре доставили их на берег.

Я стиснул челюсти. Моё загорелое лицо теперь было выбрито, и шрамы выделялись на бледной коже. Мои глаза сканировали толпу в поисках опасностей или новых лиц. Среди зрителей был северянин в длинном плаще, под которым была надета кольчуга. Кожаная перевязь для широкого меча пересекала его грудь справа налево. Лицо мужчины было покрыто шрамами ещё сильнее, чем у меня. Из-за множества возрастных морщин он казался измождённым, если бы не его глаза.

Я задумался и повернулся к приближающейся Алтынсу. Женщина смотрела на меня вопросительно, прикрыв глаза. Семен шёл щурясь, и когда узнал меня, то хотел закричать.

— Семен! — сказал я достаточно громко, чтобы меня услышали, положив этому конец.

— Ах, — сказал Семен, и его печальные глаза загорелись. — А как насчёт выпивки?

— Этого предостаточно, — невозмутимо ответил я.

— Ха-ха! — Громила расхохотался и сильно хлопнул меня по плечу. Но на самом деле я ожидал этого и заранее расставил ноги. — Государь снова появился!

Алтынсу тоже остановилась, скрестив руки на груди.

Я пристально посмотрел на неё.

— Алтынсу, — прошептал я, мой голос прозвучал хрипло. Она удивительно сохраняла самообладание. — Твой кузен ожидает.

Алтынсу склонила голову и прошла мимо меня.

Я надулся, и уставился на пиратов.

— Весь этот район принадлежит мне, — объявил я, и моё предупреждение было ясно. — Всё, начиная от руин Амфитеатра и пирамиды, находится на моей территории, — сказал я, обводя взглядом пиратов, но больше всего внимания уделил Ван Клику.

— Я заплатил за это всё монетами и кровью. Мы все работаем вместе, и каждый из нас получит свою долю прибыли. Торговцы довольны, что скажут пираты? — спросил я.

— Кто будет новым капитаном корабля? — спросил Ван Клик с ухмылкой, поправляю сбрую. Но больше всего меня заинтересовал меч.

— Мы договорились между собой. Леона станет капитаном барки, когда она решит.

Леона шагнула вперёд, уперев руки в бока.

— Господин Владислав говорит о партнёрстве, но это звучит как рабский контракт, — обратилась она к своим коллегам, большинство из которых были очарованы её бюстом. Большинство пуговиц на её рубашке были расстегнуты, а завязки исчезли.

— Хорошая сделка, господин Владислав, — прошипел Ван Клик, не желая больше об этом слышать. — Не выпьете ли с нами пинту пива? Жара просто дьявольская.

— Я ценю твоё предложение, друг. Но, увы, у меня остались незаконченные дела в городе. Хотя, возможно, в другой раз. Я всегда предпочитаю посещение таверны, когда речь идёт о выпивке.

Увидев мою реакцию, Леона одобрительно закричала. А Ван Флит приподнял передо мной шляпу, видя, что все вокруг смеются и соглашаются.

* * *

Мы шли по дороге параллельно реке, большой группой людей. Дана оживлённо беседовала с девушками-рабынями о шёлковых туниках.

Я медленно шёл по главной улице, пересекающей город. Натянув поводья, я замедлил коня настолько, чтобы Алтынсу могла догнать меня. Я взглянул на её безмятежный профиль.

— Мне пришлось применить уловки, — объяснил я приглушённым тоном. — Половина людей здесь понятия не имеют, кто я. Остальные не уверены, какая часть правда.

— Лон-Лон знает? — спросила Алтынсу шепотом.

Я поморщился.

— Кое-что да. Не всё, лучше оставить так.

— Как пожелаешь, муж, — ответила Алтынсу.

— Алтынсу, чёрт возьми, девочка, — пробормотал я. — Просто скажи, что ты хочешь сказать.

— Могу я снять покрывало? Мне трудно дышать, — объяснила моя жена, и я вздохнул.

— Конечно. Продолжай, — сказал я.

— Ты должен сделать остановку, муж. Маленькую.

— Что-нибудь ещё? — спросил я с кривой усмешкой.

— Видеть тебя снова делает меня счастливой, — просто сказала Алтынсу. — Мне было очень грустно несколько месяцев.

* * *

— Ты называешь это чистотой? — зарычал я, и раб почти согнулся пополам.

— Второй этаж в наилучшем возможном состоянии, господин! — произнёс он, не глядя на Алтынсу.

— А как насчёт мебели?

— Не всё было установлено, — признался раб, заметно вспотев.

Я застонал.

— Прекрасно, но я не очень доволен.

— Тебе следует выпороть его, — просто посоветовала Алтынсу.

— Э, на самом деле это не его вина, дорогая, — защищал я несчастного раба.

— Он собственность Лон-Лона. Все его вещи так говорят, — объяснила моя жена, не убеждённая. — Тебе следует выпороть его за это.

Я прищурился.

— Госпожа! — вскрикнул раб и распростёрся у её украшенных кольцами ног. Он поцеловал её сандалии, останавливаясь на каждом пальце ноги.

— Ты работаешь на меня, — сказал я со вздохом. — Мне ничего этого не нужно.

— Выкупи его, — посоветовала Алтынсу, видя, что я не собираюсь соглашаться с её первым предложением. — Лон-Лон уже согласился. Он хочет получить доступ к чёрному рынку через тебя.

— Слишком грязно для него? — спросил я, ошеломлённый тем, что ей удалось заключить сделку во время краткого приветствия со своим кузеном.

— Ханы не могут ассоциировать себя с преступниками из низов, — объяснила Алтынсу, вытирая свои украшенные драгоценными камнями босоножки о рубашку улыбающегося раба.

Она имела в виду криминальных авторитетов, с которыми нам было хорошо.

* * *

«Эта бронзовая ванна стоила мне дорого,» — подумал я, разглядывая мебель, которую мы купили на пиратском рынке. Кажется, она была сорвана с корабельных кают.

Я проверил, не пропало ли чего. Мои люди были в основном мошенниками, за некоторыми исключениями. Алтынсу последовала за мной на второй этаж башни, заперев за собой единственную дверь.

— А как же кровать? — спросила она, наклоняясь, чтобы снять сандалии. Алтынсу потянула за один шнурок, затем за другой и пинком отбросила дорогую обувь в сторону.

Я хлопнул по нему рукой, поднялось не так много пыли. Нам нужно установить окно.

— Хм.

— Ты можешь принять ванну прямо сейчас, немного отдохни, — предложил я ей, садясь на кровать. — Не торопись. Мне нужно поговорить с тобой о паре вещей.

Алтынсу глубоко вздохнула и медленно направилась ко мне.

«Эта одежда на ней была в основном нижним бельем,» — решил я.

Эти люди действительно экономили на одежде. С другой стороны, переплетение драгоценных камней с шелковой нитью, должно быть, очень дорогое.

Вероятно, поэтому они так мало уделяют этому внимания.

Она пристально смотрела мне в лицо. Ее глаза были похожи на два драгоценных камня сами по себе. Самое большое сокровище континениа, которое я украл. Я прочистил горло, думая о том, как сообщить ей новости о своих приключениях в Великой Пустыне.

Немного похвастаться, преуменьшить худшие моменты.

Старый Филимон, труп, который когда-то был драконом, и Сухарь.

«Боже мой, она великолепна.»

«Можешь ли ты лгать тому, кого любишь?»

Что сказать…

— Есть некоторые вещи, которые ты должна знать, — начал я, и Алтынсу положила руку, покрытую кольцами, мне на бедро. Серебряные нити связывали ее кольца вместе, обвивали запястья, а затем поднимались вверх по загорелым предплечьям. В пупке у нее был большой красный гранат. Алтынсу поставила ногу на край кровати рядом со мной. Разрезы на ее юбке позволяли видеть ее обнаженную ногу, на которой звякнули платиновые браслеты.

— Могу я высказать свое мнение? — спросила моя жена, как будто речь шла о погоде.

— Конечно, — прохрипел я. — Продолжай, — я все равно забыл, что хотел ей сказать.

Алтынсу кивнула, но не сказала ни слова, просто протянула руку и расстегнула одежду. Чудесные полушария получили свободу, обнажив набухшие соски. Я сглотнул, полностью очарованный. Смешок Алтынсу превратился в хриплый вздох, когда она обняла меня.

* * *

В комнате было темно, только лунный свет проникал сквозь окно. Рабочие увеличили окно, сделав его от пола до потолка.

Перевёл взгляд на крепко спящую женщину. Она обвила руку вокруг моей груди, а мягкие груди прижались к моим бокам. Я наблюдал за её дыханием, со вздохом распутался из её объятий и опустил ноги на пол. Пол был прохладным под моими подошвами. Ночной воздух был наполнен ароматами пота и секса, масел жасмина, герани и дикого апельсина.

Опустил руку в прохладную воду и потёр ею лицо. Затем подошёл к окну и выглянул наружу. Золотой Рог частично спал. Пиратский квартал был неуправляем, над ним горели огни. В остальной части древнего города было тихо. Я вытер лицо и уставился за горизонт.

Далеко на юге, за рекой, лежало Нефритовое озеро. За ним были джунгли и стена гор. В ясный день можно было увидеть эти горы за сотни километров. Они были высокими и громадными.

Поднял руки к двум лунам Леля и Фата.

Сокровища и монстры. Опасность и награда.

Подумал о человеке в порту. Что за незнакомец? Оставил ли я след, чтобы меня смогли найти?

«В конце концов я всегда побеждаю,» — подумал я.

Правило вора номер семь. Если думаешь, что не облажался, то это не так. Наверняка. И следующее за ним в списке. Старый вор заставил меня запомнить их, когда я еще слонялся по улицам.

«Будь готов к бегству, если почувствуешь опасность.»

Я глубоко вздохнул в панике, мои инстинкты кричали. Мне нужен другой план. Другая жизнь.

Мой взгляд обратился на запад, к зловещей и безмолвной пирамиде. Я посмотрел на стражников, стоящих перед воротами. А затем мой взгляд переместился к усеченной вершине пирамиды. Я вспомнил гигантское отверстие и запах серы. Кровь застыла в жилах. Дракон был в нашей спальне!

Дракончик щёлкнул раздвоенным языком, кровать заскрипела. Я медленно повернулся, мои глаза пытались привыкнуть к темноте в комнате. Бордовые глаза рептилии горели, как факелы. Кожистые крылья были собраны назад, длинный коготь завис над Алтынсу. Коготь на нём был размером с небольшой кинжал.

Чешуйчатый хвост, похожий на жало скорпиона, проводил линию вверх у её горла.

— Ррррррр!

— Приятель, — прошептал я, чувствуя, как от волнения пересохло в горле. — Нет.

Осторожно шагнул ближе. Дракон внимательно следил за мной, раздувая ноздри и улавливая запах. Я протянул руку, надеясь на чудо.

— Иди сюда. Не причиняй ей вреда. Пожалуйста.

Сухарь моргнул, его взгляд переместился на мирно спящую Алтынсу, затем он снова щёлкнул языком. Я почувствовал, как моё сердце ускорило свой ритм. Дотянувшись до кинжала, крепко сжал его рукоять.

— Она моя, — сказал я дракону, а Сухарь фыркнул в ответ. — Пара. Возлюбленная. Понимаешь? Тому, что принадлежит мне, ты не должен причинять вреда.

Дракон внимательно выслушал меня. Понял ли он мои бормотания, я не знал. Наконец, Сухарь ещё раз понюхал её живот и убрал своё жало.

Двигаясь необычайно бесшумно для такого крупного существа, он поставил когтистую лапу на пол. Затем расправил свои большие крылья. Ещё раз фыркнув, дракон пролетел над моей головой в открытое окно. Я подбежал к окну и увидел, как он взмахивает крыльями и улетает над спящим городом.

Чёрт.

«Боги помогают нам,» — подумал я, совершенно ошеломлённый. — «Он может выбраться из пирамиды.»

— Ярослав? — сонным голосом спросила Алтынсу. — Это ты?

— Да, — прохрипел я, как будто проглотил ведро, полное гравия. — Не волнуйся. Возвращайся ко сну. Всё в порядке.

— Мне приснился сон, — сказала Алтынсу, вставая и опуская свои маленькие ножки на пол. Звон браслетов на её ногах был для меня как предупреждение, заставляющее сердце биться ещё быстрее. — Я летала на драконе, — тихо усмехнулась она, заметив выражение ужаса на моём лице.

«Я прикажу установить решётки на эти проклятые окна», — решил я, чувствуя, как пересохло во рту.

— Да ладно тебе, — игриво сказала Алтынсу, показывая свою оголенную грудь. — Это был прекрасный сон. Очень расслабляющий и волнующий одновременно.

— Что в этом было прекрасного? — прохрипел я, пытаясь придумать способ исправить непоправимое.

— Во сне, — с улыбкой ответила ханская принцесаа, обнимая меня. — Я была беременна.

У меня не осталось ни сил, ни интеллекта, чтобы придумать достойный ответ. Поэтому я просто молча обнял её в ответ, надеясь, что худшее позади.

* * *

На следующее утро первым делом я застал Семена, разглядывающего руины Амфитеатра.

— Привет, здоровяк, — поприветствовал я его.

— Привет, государь, — ответил он. — Ты не выглядишь счастливым.

Прочистив горло я уставился на свои сапоги.

— Просто устал, ты знаешь.

Семен кивнул, и его голос звучал печально.

— Хорошая вещь.

Я причмокнул губами и огляделся по сторонам.

— Мне жаль старика Кирсана, — наконец сказал я. — Он мне очен понравился.

— Он думал, что ты благородный, — сказал Семен.

— Больше нет.

Семен повернулся ко мне.

— Ты заключил сделку с пиратами, — сказал громила через некоторое время.

— Люди идут за мной, — объяснил я.

— Из-за яйца найденное Даной?

Я ошеломленно отступил назад.

— Ты знаешь об этом?

— Я был там, когда она нашла это, — ответил Семен. — Она маленькая, но храбрая. То, что мы делаем, опасно для тех, кто нам нравится. Это опасно для Даны.

Покряхтев я обдумал ситуацию.

— Думаю, нужно завербовать больше мужчин на нашу сторону, — ответил я.

— Это умно, государь, — согласился Семен. — Думаю, лучше, чем план Даны.

— Каков ее план?

— Эта штука с ее братом Даном, — Семен остановился и нахмурился. — Он тогда принес это, украв у какого-то аристократа.

Я кивнул.

— Да, я слышал. Где сейчас Дана?

— Наверное, на скачках, ты же знаешь Дану, — ответил Семен, все еще ухмыляясь. — Она любит риск и азарт.

— Понятия не имею, — ответил я с улыбкой. — Эй, я оставляю тебя в покое. Надо поговорить с этой полуночницей о ее плане.

* * *

Я шел к конюшням, когда заметил, что раб подскочил ко мне.

— Госпожа попросила отправить экипаж на Южный рынок, — сообщил он. — Я должен купить льняные простыни и наволочки.

Что за…

— Никаких подушек, — отрезал я, затем подумал об этом. — Конечно. Хорошо, но ты нужен мне здесь. Тебе нужно иметь дело с рабочими.

— Вы отправите девушек на рынок? — спросил раб. — Господин Владислав?

— Госпожа не может этого сделать? Почему я должен с этим разбираться? — недовольно пробурчал я.

— Она не может, господин.

Я вздохнул.

— Матвей поблизости?

— Он работает в лагере солдат, — быстро ответил раб, видя мое раздражение.

— Ты имеешь в виду раскопки? — уточнил я.

— Наверно, господин. Кстати, Велес просил пятьдесят новых рабов.

— Зачем ему столько?

— Он хочет снести западную стену пирамиды, сделать из неё укрытие или печь. Я запаниковал и не мог понять, чего он хочет.

Я уставился на него.

— Нет, Велес обойдется. Что-нибудь еще?

— Вам нужно сопровождение, господин? — спросил раб.

— Нет… Хотя подожди. Ты знаешь, где проходят скачки?

Раб моргнул.

— Скачки?

— Да, я представляю, это как гонки, где-то на полях.

— В Золотом Роге нет скачек, господин Владислав, — виновато ответил раб.

— Несомненно… какие-то скачки существуют. Дана там со вчерашнего вечера! — выругался я.

— Ах. Ваша женщина упоминала об этом. Другая женщина — полуночница. Похоже, это вызвало у неё немалый интерес.

— Она не моя девушка, — предупредил я его.

— И я беру свои слова обратно, государь, с искренними извинениями, — раб низко поклонился.

— Продолжай, — прошептал я, не доверяя ему полностью.

— Скачки… — пробормотал раб.

— Я весь внимание, говори где это.