Я взял клинок Радиона и взмахнул им несколько раз, ощутив вес и сбалансированность. Мой верный спутник, Сухарь, прыгал рядом, повторяя мои движения.

— Ну что? — спросил я, немного придя в себя после физической нагрузки. — Ты готов потренироваться, Велес?

— Никаких слабаков! — громко заявил Велес, извлекая саблю из ножен. На самом деле он просто снял её с верёвки вокруг талии. — Первый, кто уронит оружие, потерпит поражение, а победитель сможет похвастаться!

— Это всего лишь тренировка, Велес! — возразил я, с тревогой смотря на оппонента, безжалостно рубящего воздух.

— Тренировка? Ты неделями ничего не делал, дурак! — отрезал он мне.

— Я ему не доверяю, — прошептал я, и Филимон прищурился, подтверждая мои опасения.

— Ты не должен, — просто ответил он.

Велес неожиданно атаковал меня. Я уклонился от его клинка, откатившись в сторону и выпрямившись. Адреналин заставлял меня действовать безрассудно.

— Ты, чокнутый ублюдок! — выругался я, парируя следующий жестокий удар, оружие звенело, искры разлетались. Велес ударил меня в ногу, но я успел увернуться и ответить ударом, который вскрыл его грудь.

— Хах! — засмеялся я, видя, как Велес уставился на свою испорченную одежду. — Вот! Готово!

Он нахмурился и снова атаковал меня.

— Эй! — закричал я, отпрыгивая в сторону. — Что за фигня?

Велес продолжал атаковать сверху вниз, а затем нанёс рубящий удар, нацеленный в голову. Я парировал его удары, мышцы ныли, но труп был неумолим.

Я блокировал его клинок, когда Велес скользя вниз, собирался отсечь мне пальцы на гарде. Я оттолкнул его, но он сильно ткнул пальцем мне в грудь. Почти что проткнул ткань и кожу, боль ослепила меня. Я отступил, а Велес встревоженно уставился на свой сломанный палец.

— Дерьмо со слабыми костями! — прорычал труп. Я воспользовался моментом и проткнул его мечом — прямо под грудину и сквозь спину.

— О, черт, — выругался я, пытаясь отстранится. — Я не имел в хотел…

Но Велес ударил меня кулаком в лицо, заставив нос кровоточить. Труп схватил меня за шею и сжал, пальцы проникли глубоко.

Отчаянно моргая, я пытался высвободиться. Одной рукой сжимал рукоять своего меча, а другой несколько раз ударил Велеса по голове.

Велес усмехнулся, открыв рот, поднял меч и приготовился отрубить мне голову.

— Ты, безумный мешок гнили! — отчаянно выругавшись я, сильно ударил его коленом по яйцам. Велес согнулся пополам, я снова пнул его в то же место. Потом выпустил меч и сильно ударил локтем в лицо.

Велес отпустил меня. Он отшатнулся, его рот превратился в кровавую массу.

— Ты сумасшедший ублюдок! Что на тебя нашло? — Я яростно ревел, ковыляя, рука онемела и бесполезно болталась.

— Что? — спросил Велес и сплюнул, его верхняя губа была рассечена до десен. — Ты дал мне шанс!

— Я проткнул тебя насквозь, тупое дерьмо! Ты должен быть мертв!

— Ну и что, черт возьми? — Зарычал Велес. — Я был мертв до этого, дурак! Ты не можешь использовать это как оправдание! Твоя глупость не знает границ!

Я потрясенно моргнул. Разочарованно взглянул на хихикающего Филимона, а затем на Сухаря, который незаметно подкрался к Велесу… И ткнул его своим жалом чуть выше лодыжки.

— Ах! — Велес огрызнулся и посмотрел вниз. — Мой идиотский родственничек, — сказал он отступающему дракончику. — У меня нет кровообращения, если я этого не захочу.

Сухарь прищурил свои бордовые глаза и фыркнул. Затем он взмахнул хвостом и снова ударил его прямо в детородный орган.

— Ах, ты мелкая ящерица! — Взревел труп, оживленный божком. — Сейчас я тебя на ремни пущу!

Сухарь не стал дожидаться, пока из него пошьют сапоги и ретировался.

Очевидно, это оказалось очень болезненным для Велеса. Гротескно раздутый орган стал настолько большим, что труп разгуливал без штанов. Это длилось всю ночь. Он искал маленького дракончика и ругался, несмотря на протесты Филимона.

* * *

Тропа вела к плодородной земле, окаймлённой реками между гор. Их истоки начинались на вершинах, которые мы постепенно оставляли позади.

Все караваны, идущие в ханство, сходились здесь, чтобы достичь Золотого Рога и самых южных территорий хана. Торговцы сказали, что на этом месте, где горы возвышаются над равнинами, заканчивается Великая Пустыня. Это было первое изменение природы для путешественников и торговцев после месяцев пути по бескрайним пескам.

Вода изменила все.

— РРРРЕЕЕЕЕ!

— Где? — Я повернулся в седле, оглядываясь через левое плечо.

«Ветерок» раздраженно заржал. А Велес, ехавший рядом, с ворчанием обнажил саблю.

— Ах ты, ящер-переросток!

Сухарь, который стал ещё выше, чем был неделю назад, увернулся от сабли Велеса и стукнул меня по спине, заставив упасть с коня. Я упал, ловко перекатившись, чтобы избежать серьезных травм, и остановился в трех метрах от него.

— Блин! — Я выругался и подпрыгнул от неожиданности. Дракончик приземлился на лапы и использовал крылья, чтобы смягчить падение.

В ответ на это у Сухаря появилась отвратительная чернозубая ухмылка.

— РРРРЕЕКЕКЕКЕ!

И что-то отдаленно напоминающее кудахтанье разнеслось по воздуху.

— Слушай, — предупредил я, все еще потрясенный падением и недовольный, отряхивая грязь со своей одежды. — Мне хватит этого дерьма! Больше никаких игр, ублюдок!

— Нельзя ожидать, что дракон будет скакать на лошади, — заметил Филимон, возясь с третьей трубкой за день.

— Если я еду на лошади, то и он едет на лошади, — решил я и посмотрел на Сухаря. — Запрыгивай на седло и не жуй лошади уши. Или ты понесешь продукты!

Сухарь фыркнул и отпрыгнул, чтобы избежать нисходящего удара от Велеса. Труп пришел в ярость от близкого промаха. Он все еще мстил за свой ужаленный орган.

— Чушь собачья! — Труп взревел и оскалил свои дряхлые зубы. — Мне нужно оружие подлиннее!

— Сделай себе копье, — отрезал я, не желая утруждать себя его выходками.

— Это уже сделано, — возразил Велес, глядя на Филимона. — Но я приберег это для старика!

— О, черт возьми, — простонал я и пошел забираться на коня. — Это не смешно, придурок.

Велес на мгновение посмотрел на меня, затем откинул назад голову, показывая плохо зашитый шрам на шее, и сильно развеселился.

— Ха-ха… ха… ахаха!

* * *

«Слишком много палаток,» — подумал я, возвращаясь после похода к небольшим зарослям пальм.

Мы разбили лагерь у реки. Велес и Филимон ждали меня там, укрывшись в тени. Утренняя жара и влажность от реки сначала создавали приятную атмосферу. Но сейчас это начало надоедать.

— Как будто город, — сообщил я им. Филимон, мокрый от купания, кивнул в знак согласия. — Но как-то хаотично, — добавил я.

— Это торговый узел, — пояснил старик. — Место, где караваны сходятся перед отправкой на юг. Когда-то это было еще больше.

— Да, впечатляющее место. Так это что, какой-то базар? — спросил я.

— Не совсем. Это скорее центр для торговцев Гильдии и владельцев небольших караванов, — ответил Филимон, подходя к своей лошади. — Хотя с таким числом торговцев можно считать почти базаром.

— Мне нужно что-то новенькое, — я показал им свои изодранные доспехи. Велес кивнул, указав на свои собственные, еще более изодранные, грязные и покрытые кровью. — И припасы, и новости. Насколько далеко Золотой Рог?

— Давай сосредоточимся на сегодняшнем дне, — посоветовал мне Филимон.

— Да, да, я помню. Но мне все еще нужен план, — я сделал легкую насмешку и взглянул на Велеса.

— Ты не можешь пойти туда в доспехах Новгорода, — заметил Филимон.

— Хорошо, — согласился я, еще раз взглянув на Велеса. — Ты остаешься здесь.

Труп поднял руку, показывая указательный и средний пальцы. Указательный палец был изогнут и сломан, направленный скорее в сторону, чем вверх, как полагается.

Значение его жеста было неоднозначным.

— Черт возьми, что это значит? Это что-то новенькое? — Я зашипел, и Велес отрицательно покачал головой.

— Такое же, как старое, — объяснил он со всей серьезностью и раздраженно добавил. — Не могу закрыть второй палец! Так что вот!

Дракончик поднял крыло, подражая ему. Средний коготь высунулся из трехпалой лапы и он захихикал, щелкая пастью.

Мне было не до смеха.

* * *

«Ветерок» фыркнул и тряхнул гривой, копыта наполовину утонули в мягкой грязи. Грунтовая дорога, ведущая через лес палаток, кипела деятельностью. Мужчины с повозками, запряженные лошадьми экипажи и телеги. Верблюды и мулы, нагруженные товарами, запрудили дорогу и ее обочины.

Различные лавки и прилавки, демонстрирующие разнообразные товары. Драгоценные камни, инструменты, ткани и изделия из кожи. Ковры и шкуры животных, даже предметы искусства. Всякая еда, в основном алкоголь, черный и оранжевый ром, красное вино.

Большинство торговцев местные, но к ним примешались некоторые иностранцы, даже северяне. Рабов больше, чем граждан, в два раза к одному.

Я остановил своего коня перед прилавком хитрого торговца дешевыми украшениями.

— Мой хороший, — сказал я на местном языке, потянувшись за кинжалом, если тот ляпнет что-то слишком оскорбительное. — Хочу купить приличное снаряжение.

— Купи золотую брошь! — предложил мужчина, указав на предмет из явно фальшивого золота. — С ней здорово!

Увидев, что я не впечатлен, он улыбнулся, сверкнув драгоценностями. В четыре золотых зуба у него были вставлены бриллианты.

— Возможно, позже, — ответил я и перешел к следующему.

Полчаса спустя я был в глубине раскинувшегося лагеря. Вокруг него рынок с палатками, а в центре стояли деревянные и каменные здания. На дорогах и переулках нет разметки, а всё место напоминало мне гигантский базар.

Я слез с коня и подошёл к прилавку, за которым сидел торговец. В наряде из синего шёлка, а на шее большой жемчужный кулон.

Выдавив из себя улыбку я поприветствовал его:

— Привет всем!

После месяцев в дикой местности, близость к людям стала действовать мне на нервы.

Я посмотрел на прилавок, уставленный рулонами ткани.

— Я на рынке за приличным комплектом одежды, — сказал я.

— Человек с деньгами может найти то, что он ищет. Он может позволить себе многое. Но у человека без денег тоже есть шанс, — ответил торговец, его тонкие усики заплясали над губами.

— У меня есть монеты, — сказал я. — Хм, что это за ткань?

— Красный шёлк, — ответил торговец, гипнотически глядя мне в глаза. — Очень дорогой.

— Сколько?

— Серебро за метр.

Как бывший вор, я пожелал, чтобы торговец потратил свою прибыль на целебные зелья.

Дорого.

Момент затянулся, и в горле у меня пересохло.

— Сколько метров всего?

— Ты имеешь в виду рулон? — Торговец проверил, не шучу ли я.

— Да.

— Десять метров. Десять серебряных дирхамов.

— Итак, золотой орёл.

— Если ты предпочитаешь золотых орлов, то цена двенадцать серебряных, чужеземный друг.

Я сердито посмотрел на него.

— Орлы гораздо ценнее дирхамов, — заметил я.

— Не на землях хана, их тут нет, — ответил торговец, не сбиваясь с ритма. — Тебе всё ещё интересно?

— Сколько стоит белый рулон?

— Восемь.

— Другими словами, десять, — произвёл я расчёты. — Если бы я взял оба, хватит двух золотых орлов?

Торговец причмокнул губами и оглядел меня сверху вниз.

— Вероятно, но я обещал белый рулон шёлка верному покупателю, — печально сказал торговец, и даже если бы я был идиотом, то раскусил бы очевидную ложь.

— Три орла, — возразил я.

— Было бы трудно отказаться от такого предложения, — неубедительно признался торговец.

— А как насчёт заказа верного покупателя?

— Он бы понял.

— Я возьму оба рулона за эту цену и кое-какую информацию, — решил я.

— Могу я сначала услышать, какого рода информацию ты ищешь, требовательный иностранный друг?

Попроси он ещё монет, я бы проткнул его своим клинком, схватил добычу и удрал.

— Место, где можно купить одежду. Или портной, чтобы сшить что-нибудь приличное.

— На Южном рынке, ты найдёшь хорошего портного, — ответил степняк.

— Э-э, что-нибудь поближе? — спросил я, и торговец пожал плечами. — Возможно, клан Кублай-хана здесь?

— Ты из клана Кублай-хана? — спросил степняк, отступая назад, как будто только что получил пощёчину.

— Да, я в родстве по браку, — объяснил я, и мужчина напротив меня моргнул, совершенно ошеломлённый.

— Ты не член Гильдии торговцев, — прохрипел он, более чем слегка потрясённый.

— Я — нет, но я верю, что они здесь, — с улыбкой возразил я.

— Уже тысячу лет, — сказал торговец и указал на двухэтажное здание из белого камня в центре Базарного города. Одно из трех, остальные деревянные. — Их жильё рядом с офисами Торговой гильдии.

— Доставьте рулоны сами, — произнес я, проталкиваясь сквозь толпу к зданию, которое находилось в сотне метров.

— Мы их доставим, — невозмутимо ответил торговец с широкой улыбкой, вдруг став очень любезным. — Под каким именем мы должны их называть?"

— Кречетов, — ответил я. — Или Владислав.

* * *

Как мог, я протер свои грязные сапоги на чистых ступеньках здания. Вход был закругленный, а колонны украшены замысловатыми узорами из цветного стекла. Знак Козла выгравирован синим и зеленым наверху.

Раб сбежал по лестнице и остановился перед мной. На его бритых руках и ногах были татуировки, а при каждом движении звенели браслеты.

— Лошадь должна оставаться в конюшне, хозяин, — сказал он, и неуверенно моргнул.

— Она рядом? — спросил я.

— За зданием. Вы член Торговой Гильдии?

— Я принадлежу к семье, — ответил я.

— Я сам провожу вашу лошадь, — ответил раб с глубоким поклоном. — Я личный слуга Лон-Лона.

Слова его имели двусмысленное значение, от помощника до любовника.

— Подожди здесь, пока я не вернусь, — предложил я, вздохнув.

Раб взглянул на мое огрубевшее лицо, затем на мое оружие.

— Конечно, — ответил он.

— Молись, чтобы я нашёл тебя, когда вернусь, — предупредил я его и вошёл в прохладное здание. Облегчение от тишины и чистоты длилось лишь короткий момент.

— Да! — закричал гибкий мужчина, бросившись ко мне. Пол был выложен плиткой и тщательно вымыт. — У тебя есть сообщение?

У него было овальное лицо, загорелая золотистая кожа и карие глаза, слегка раскосые. Степняк с полуострова, подумал я. Мужчина был одет в длинную мантию из тонкой зеленой ткани с золотыми деталями на рукавах.

— Меня зовут Владислав, — произнёс я. — Не гонец. Я хочу поговорить с тем, кто здесь главный.

Мужчина нахмурился и замер передо мной.

— Это я и есть главный, — он погладил руку, украшенную кольцом. Камень на одном из золотых колец был чудовищного размера. — Лон-Лон, я заместитель Кублай-хана. В настоящее время он находится в караване, — объяснил он в конце.

— Рад познакомиться с тобой, Лон-Лон, — ответил я. Мужчина кивнул мне, взглядом призывая объяснить, кто я, черт возьми, такой. — Хм, я не уверен, в курсе ли ты… Алтынсу — моя жена.

— Верно, — ответил Лон-Лон и отступил, чтобы лучше рассмотреть меня. — Принцесса Алтынсу ты имеешь в виду?

— Да, она, наверное, уже в Золотом Роге, — объяснил я. — Возможно, вы знаете меня как, Новгородского князя Ярослава Кречетова. Хотя сейчас я не могу использовать это имя по соображениям безопасности.

— Война с главным ханом, конечно, — повторил Лон-Лон и облизнул губы, то ли ошеломленный, то ли готовый призвать стражу.

— Князь Ярослав, боже мой, — он поморщился и выдохнул. — Я был ошеломлен новостями, моя кузина… Мы не были уверены, что вы выбрались из Новгорода. — И он выпрямился. — Чем я могу быть полезен?

Я вздохнул с глубоким облегчением.

— Мне нужна одежда, предпочтительно доспехи. Для двух мужчин и очень маленького старика.

Лон-Лон моргнул, но очень вежливо сохранил самообладание.

— Насколько маленького? — Он профессионально допытывался. — Я полагаю, вы хотели бы что-нибудь приготовить для фестиваля?

— Детский размер, — ответил я, решив не отвечать на то, чего я не знал.

Кузен Алтынсу поклонился один раз.

— Я пошлю за нашим портным. Он не очень талантлив, но может прилично шить. И мне потребуется время, чтобы найти оружейника. Это не совсем организованный город.

— Здесь есть где остановиться на это время?

— Я приготовлю комнату, — успокаивающе сказал Лон-Лон и добавил, не моргнув глазом. — Ваши рабы могут жить в одной комнате с вами, князь Ярослав?

— Зови меня Владислав, — поправил его я. — Я отвечу на твой вопрос позже.