— Саша? Ашш Сошша Хааш! Генерал-командор, ответь! — сидя, зажатый на месте клон-стрелка, пытался докричаться до анторса. Спасательная капсула прекратила свой спуск и приземлилась, но как выбраться из неуютной, ставшим похожим на металлический гроб отсека стрелка, я не знал. На внутреннем экране шлема пропала транслируемая до этого бо́льшая часть информации. Отключилась система наведения, какие-то непонятные индикаторы и показатели перестали отображаться, но знакомый значок наличия внутренней связи присутствовал, и я с усердием, который раз пытался докричаться до ашш Сошша Хааш.

— Что ж гля делать⁈ — снял шлем и уставился в мигающую панель приборов. От множества незнакомых значков и условных отображений рябило в глазах. А ещё непривычная для человека цветовая гамма накладывала свой отпечаток. У нас — людей принято, что красный — это «Стой!», «Нельзя!» или что-то в этом роде. Зелёный — «Да», «Можно», «Разрешено». Но у анторсов совсем иная цветовая схема, что разительно отличается от нашей. Взять, например, графическое отображение прицела. Если опустить всякие точки, линии и загогулины, то зелёный цвет в его отображении отсутствует напрочь. Только фиолетовый и красный, который меняет свой тон с алого до бордового.

— А ведь хорошая идея, — вновь пробежался глазами по приборной панели. Выбрал индикатор с бордовым цветом и нажал… Ничего.

— Ладно, попробуем другой…

За этот час, что сидел в одиночестве, перепробовал, нажимая практически все кнопки, индикаторы и рычажки, и уже отчаялся, размышляя, о возможности использования винтовки как средства вскрытия «жестяного» корпуса, но вдруг нижний люк с шипением стал отворяться. Я перехватил винтовку поудобнее. В небольшом пространстве с длинноствольным оружием не развернуться и пришлось вместо привычной стойки с упором приклада в плечо изобразить гимнастическую фигуру головой вниз и отведя руку с оружием назад и в сторону, чтобы ствол был направлен именно на открывшийся проём.

Прошла минута. Никто в проёме не показался.

— Ладно. Сейчас спрыгну вниз и сразу уйду в сторону, а там посмотрим, — пришёл к выводу, что всё равно надо выходить. Выкурить меня из замкнутого пространства плёвое дело, а там, может ещё и повоюем. Осторожно выглянул вниз. Вроде не вода, а твёрдая почва. А то как-то не хотелось нырнуть и уйти на глубину. Тем более осень, неизвестно где приземлились, а вода-то уже наверно холодная. Если судить по тому небольшому участку земной поверхности, что просматривался из открытого люка, то приземлились не в Австралии и не в Африке, и не в какой-то другой пустыне. Так что надо рисковать.

Перехватил оружие, чтобы одним движением прыгнуть в отверстие люка, как на земле заметил чью-то тень. Она быстро увеличивалась в размерах и буквально через несколько мгновений, что я не успел вновь принять позу для открытия огня в тесном помещении, прозвучал знакомый голос:

— Командир Бэсс. Ты не ранен? Что не выходишь?

— Саша, твою мать! — убрав оружие, спрыгнул солдатиком вниз.

— Ты чего не отвечал на вызовы⁈ — практически одновременно задали друг другу вопрос, но голос ашш Сошша Хааш звучал через внешние динамики, а я был без шлема.

— М-да. Понятно, — недовольно пробурчал анторс, снимая шлем…

— Никак не пойму, где мы, — забрав аварийный запас и выведя из строя аварийный маяк, мы с ашш Сошша Хааш быстро удалялись с места приземления спасательной капсулы.

Что нас закинуло всё-таки в Евразию, я понял по окружающему пейзажу: лесистая равнина простиралась от края до края, куда только не кинь взгляд, а вдалеке виднелась череда горных хребтов. Плюс довольно-таки прохладно, и это точно не Северная или Южная Америки. Но под такое описание подходила практически вся территория предгорья. С таким же успехом мы могли оказаться и недалеко от гор Кавказа, и от Уральских гор, и, тьфу-тьфу-тьфу, нас могло закинуть куда-нибудь в Индию или Китай, — Саша, что последнее помнишь перед тем как… — мы уже успели немного поговорить и оказалось, произошло то, что я и предполагал. Управляя аппаратом, Саша держался столько, сколько только мог, но, когда перегрузка вышла на закритичные для тела анторса нагрузки, он отключился. Когда я его вызывал, он всё ещё был бессознания, а когда очнулся, то я уже снял шлем и пытался самостоятельно покинуть спасательную капсулу штурмовика. И сейчас мы, заметив, примерно в двух километрах лесной массив, опрометью мчались туда, чтобы пусть и в плохеньком, но укрытии немного привести себя в порядок, оглядеться и решить, что делать дальше.

— Помню, — тяжело дышал анторс, — что со снижением совершили виток вокруг планеты и когда заметил указанный тобой ориентир, отстрелил спасательную капсулу, активировал автоматический режим посадки и… вот мы здесь. А где здесь, лучше не спрашивай, не знаю я.

— Всё, привал, — скомандовал и тут же анторс повалился на землю. Физические нагрузки даются ему слишком тяжело, хотя буквально несколько месяцев назад он и такое расстояние с нагрузкой в быстром темпе не выдержал, — я осмотрюсь, а ты проверь, что есть интересного в аварийном запасе.

— Он стандартный, могу и так перечислить.

— Проверь, может шнахассы его уже выпотрошили, а мы будем надеяться.

— Пломбы не сорваны и по весу… — начал ныть ашш Сошша Хааш, но встретившись со мной взглядом исправился, — хорошо, командир, проверю.

Расстояние в гористой местности определить довольно сложно. Вот кажется гора совсем рядом, думаешь, всего-то километров десять до неё, а когда двинешься в путь, то день идёшь, второй, а она едва приблизилась. А ещё лес. Спасательная капсула штурмовика относительно удачно приземлилась на неправильной форме поляне без деревьев. Мы как раз до ближайшей кромки леса и бежали, стараясь укрыться в лесонасаждениях.

— Дня два пути, наверно, — размышлял, всматриваясь в покрытую снегом вершину, что виднелась вдалеке. Конечно можно оборудовать долговременное укрытие на месте, где мы расположились, но это с тактической точки неверно. Именно в квадрате падения спасательной капсулы нас будут искать. Так что надо срочно уходить и как можно дальше оказаться от предполагаемого квадрата поиска, а то ещё и искать не будут, а накроют квадрат с орбиты, но вроде такая тактика шнахассами не практикуется. Оставался вопрос, куда, в какую сторону идти. Кругом лес. И как назло ни компаса, ни другого приспособления для ориентирования на местности у меня с собой не было. Не предусмотрел такой вариант событий, а солнце уже давно зашло, начинались сумерки. Но звёзд на небе пока не видно. И определить где север, а где юг я физически не мог. Много говорят по мху, но вы пробовали в средней полосе точно определить стороны света по мху? Так с уверенностью скажу, что у вас не получится. Он растёт, обволакивая ствол дерева и по такому признаку можно только приблизительно установить стороны света.

Вернулся к ашш Сошша Хааш, тот вроде дремал, но, когда я приблизился, встрепенулся и открыл глаза.

— Отсюда надо уходить. Слишком близко от места падения.

— Ещё пять минут. Как и говорил, аварийный запас полный. Его не вскрывали.

— Хорошо. Перекусим и в путь. На связь пробовал выходить? — перевёл разговор в другую плоскость, раскрывая контейнер с пищевым концентратом.

— Когда были в штурмовике, сканировал частоты, — приободрился ашш Сошша Хааш, — но эфир чист. На орбите вновь попробовал с кем-либо связаться, но ответа не последовало. Частоты командования эскадрильи, к которой приписан штурмовик не отвечали. Резервные и аварийные частоты тоже. Я подал сигнал: «Отзовись!», но… нас подбили.

— Как раз хотел спросить, чем это нас подбили. Я же вроде точно две ракеты сбил.

— Это не ракеты, а самонаводящиеся боеголовки. Их используют как раз для поражения низко- и средне-орбитальных целей. Она такая летит, захватив цель, но не долетая примерно пять-шесть километров, испускает импульсное излучение, что выводит из строя энергосистемы корабля. Если корабль высокого класса, например, крейсер, то потом следует абордажная команда, но это редкость. Проще расстрелять неповоротливую цель кинетическим оружием с большого расстояния, чем подвергать опасности десант. Ведь боевые системы не всегда выходят из строя. У них частоты работы другие.

— Тогда почему не настроят на частоты орудий?

— Зачем? Без движителей корабль не покинет пространство, только сохранит инерцию движения. Восстановлению энергосистемы в короткие сроки не подлежат. Проще уничтожить, пусть и огрызающуюся цель, чем дать ей уйти. Ведь скорости кораблей различны. Мы бы, если к нам кто приблизился на расстояние прямого выстрела, точно ушли на пикировании от любой погони, пусть и обезоруженными. А нырять в атмосферу планеты не каждый аппарат может. Нас, как понял по сигнатурам радара, обнаружил и захватил целеуказателем корабль классом не ниже «Фрегат», а он точно бы в атмосферу за нами не нырнул. Не его это стихия. Обратный выход на орбиту слишком долгий и не всегда он может это сделать самостоятельно. Корабли, начиная как раз с этого класса строят только на орбите.

— Это понятно, но почему не сработала автоматическая система наведения? Почему не уничтожила цель раньше, пока она не подошла на расстояние радиуса поражения?

— Она сработала и хорошо. Мельком смотрел статистику боя. Так автоматические турели задней полусферы уничтожили двенадцать целей, передней полусферы ещё три. Так что она отработала на отлично, но сам видишь, не справилась. Для этого в штурмовике и предусмотрено место для клон-стрелка.

— Ладно, понял, — не собирался задавать вопрос, а клон-стрелок бы справился с этой задачей или нет? Так как не хотел услышать закономерный ответ, что да, возможно. Я же впервые сел на место стрелка, а клона специально создавали для того, чтобы именно стрелять и дополнять автоматическую систему наведения, — надо собираться.

Сквозь кроны деревьев проглядывалось небо, по которому часто плыли низкие кучевые облака, но между просветов я заметил и определил звезду ориентир — Альфу малой Медведицы.

— Куда идём? — поднявшись с места, бодро поинтересовался ашш Сошша Хааш. Он за этот час с небольшим, что мы отдыхали вполне восстановился.

— На север. Вроде климат тут нормальный для текущего времени года, поэтому мы точно не в арктических широтах и не рядом с экватором. Так что ориентир вон та звезда, — указал на Полярную звезду, что относительно ярко светила на небосклоне, — сначала, пока сильно не стемнело, первым иду я, потом ты меня сменишь. Ориентир запомнил?

— Запомнил…

Стемнело и я уступил место ведущего анторсу. Идти за ним было относительно приятно. Он, в отличии от меня хорошо видел в темноте и наш темп передвижения увеличился.

Примерно через два часа пешего марша, когда я хотел отдать приказ на короткий привал, ашш Сошша Хааш резко остановился. Я тут же ушёл с одной линии и припал на одно колено, изготовив оружие к стрельбе.

— Что там? — поинтересовался, видя, что ничего не происходит, а анторс продолжает стоять, вертя головой из стороны в сторону.

— Шум. Я слышу шум работающих двигателей, и он удаляется.

— Я первым, ты за мной страхуешь, — отдал команду и переместился вперёд.

Идти оказалось действительно недолго. Всего-то в километре оказалась дорога и по ней совсем недавно кто-то проехал. Ощутимо пахло гарью от работы дизельных двигателей.

— Бетонка в лесу, — пробормотал себе под нос. Не выходя из укрытия, осматривал окрестности. Прям сквозь лесной массив тянулась нитка бетонной автодороги, — это не лесничество, у нас только грунтовки. Даже щебёнкой в лесу запрещали отсыпать, а тут целая бетонка и в две полосы.

— Что? Не разобрал? — рядом лежал ашш Сошша Хааш и вместе со мной внимательно осматривал окрестности.

— Странно всё это. Такого типа дороги у нас редко строят, а если и строят, то они обычно ведут к военным объектам. Наверно где-то рядом стояла воинская часть, скорее всего ракетчики.

— И? — не понял меня ашш Сошша Хааш, — это хорошо или плохо?

— Пока не знаю. Но давай, наверно, перейдём дорогу и расположимся на привал, и проследим: куда, что, когда и главное кто тут ездит.

— Думаешь аборигены? — ашш Сошша Хааш не идентифицировал меня с уроженцем планеты Земля и я его не разочаровывал, хотя для себя точно определился, что я и Гена Провоторов, и капитан Глен — хоск по рождению в одном, так скажем, флаконе, то есть теле. Как такое могло произойти я не знал и, если честно, больше не задавался этим вопросом.

— Земляне, — ответил, подав знак пересечь нитку автодороги.

Отошли примерно на полкилометра вглубь лесного массива. Оборудовали лёжку и видя, как уже клюёт носом ашш Сошша Хааш, сказал ему первым ложиться отдыхать, предупредив, что я вернусь к дороге и понаблюдаю. Анторс возражений не имел и завалился спать.

Оставшуюся ночь никакого движения по дороге не было и когда забрезжил рассвет, я вернулся к оборудованной лёжке. Ашш Сошша Хааш уже не спал.

— Что там?

— Ничего. Никто не проезжал. Знать бы в какую сторону идти, пошли бы вдоль дороги, но вот куда? Направо или налево — неизвестно. Может я ошибся и эти вояки тут проездом, так скажем.

— И что будем делать, командир?

— Светлое время суток отдыхаем, а ночью ещё раз подежурим. Вряд ли днём будут передвигаться по дороге.

И это оказалось правильным решением. Днём навалился откат от применения боевого коктейля, что мы в таком количестве неосторожно, но осознанно приняли. Мои мышцы сводило судорогами, голова невообразимо сильно болела, раскалываясь на части. Я едва не грыз землю от навалившейся нестерпимой боли, но всё когда-то заканчивается.

— Командир, ты как? — вечером, когда боль отпустила и ломка от применения боевых стимуляторов прошла, первое, что услышал — это вопрос ашш Сошша Хааш. Он стоял, наклонившись надомной и смоченной чем-то тряпочкой или салфеткой протирал моё лицо.

— Нормально, отпустило. Сам-то как?

— Меня так сильно не ломало. Но тебя, командир, накрыло капитально. Я едва тебя удержал. Ты так извивался, бился головой о землю, что я испугался.

— Немудрено, — прохрипел, приподнимаясь, — это же ваша боевая химия, а на нас её действие не изучено, вот и получился такой результат. Вода осталась? — во время марша нам встретился ручей, где мы набрали немного воды во фляги, что были с нами и я надеялся, что она ещё осталась — зверски хотелось пить.

— Осталась. Возьми.

Сделал пару глотков из фляги, вроде полегчало.

— Сколько я так провалялся? — боялся услышать, что меня колбасило несколько суток.

— Весь день. Только недавно стемнело.

— Надо пойти, посмотреть, что на дороге, — попытался подняться, но анторс меня остановил.

— Командир, ты отдохни. Я ночью подежурю. Ты лучше поешь спокойно и полежи.

— Хорошо, — не стал сопротивляться. И вправду, ощущал себя разбитым и мягко сказать не в форме. Сейчас из меня вояка ещё тот. Самому бы просто встать, чтобы голова не закружилась, — если пойдёт колонна, не высовывайся. Просто проследи в какую сторону и что проедет и…

— Я понял, командир, прослежу, — прервал меня ашш Сошша Хааш и сунув мне в руки рацион из аварийного запаса убежал.

— Инструкцию не дослушал… сайгак переросток, — проговорил про себя ругаясь. Ну никак не могу этого ашш Сошша Хааш научить дисциплине. А ведь он генерал-командор, ему командовать, а не сломя голову бросаться на амбразуру.

Ел медленно, по чуть-чуть откусывая и тщательно пережёвывая какой-то сублимированный энергетический батончик. По вкусу он напоминал смесь сухофруктов, орехов и чего-то ещё, спрессованное до однородной массы. Я его уже пару раз пробовал и знал, что одного хватит на целые сутки. Так что съев половину, обратно упаковал в водонепроницаемый контейнер и убрал себе в подсумок.

Прислонившись к стволу дерева, я корил себя, что пришлось скинуть рюкзак, когда забирался на место клона-стрелка. А ведь в нём у меня было…

До меня долетел и тут же стих, удаляясь, шум двигателей. Я приподнялся, прислушался. Вновь послышался шум работы двигателей и… вновь тишина.

— Ерунда какая-то, — пробормотал себе под нос, — или глюки, или колонна где-то рядом на стоянку встала.

Приподнялся, встал на ноги. Вроде голова не кружилась, но тут же упал, изготовившись для стрельбы лёжа. Впереди, чуть левее направления, куда ушёл ашш Сошша Хааш слышался шум. Такой тихий, словно кто-то крадётся, но предательская лесная подстилка пару раз выдала идущего своим шелестом и треском сломанных веток.

«Нет, это не Саша. Он как сайгак прёт буром, не замечая, что у него под ногами», — подумал и перевёл мощность винтовки на минимальную.

Прошла минута, вторая, но больше движения я не слышал. Только подумал, что ошибся, как в той стороне, где должен был находиться ашш Сошша Хааш, послышалась возня, приглушённые выкрики и стрельба…