Разговор в ресторане не принёс слишком много плодов. Возможно, потому что мы оба все равно оказались к нему не готовы. Возможно, нужно переварить обоим. Возможно, потребуется больше времени на осознание и замену приоритетов.

Оглушает противное удушающее открытие: без Жени мне намного легче. Проще с едой, проще со стиркой, с глажкой. Ни на кого не оборачиваюсь. Хоть муж не видит этого, но я и под него подстраивала своё время. Вечерами и по утрам. А теперь только на себя ориентируюсь. Потому что Кира, как оказалось, тоже удобнее подстраивать под себя, а не наоборот. И если мы ненадолго опоздаем в сад, при этом чуть дольше поспав, ничего страшного не случится. Мир не рухнет.

— Мам! Мааа-аам! — дёргает за рукав сын.

— Кир, поосторожней, пожалуйста. Что за дурная привычка?

— Тебя папа спросил! Ты не слышала? — сует в руки телефон.

С экрана смотрит Женя. Я уже по фону стен вижу, что он в квартире своей мамы.

— Как у тебя дела? — выжидающе глядит в камеру.

— У меня все в порядке. Кир очень рад, что ты звонишь уже второй день. Скучает.

— Я завтра его заберу сам. Мы погуляем немного. Ты не против?

У меня начинаются веселые предторжественные деньки, поэтому я, разумеется, не против, да и сын счастлив будет.

— Конечно нет, что за вопросы. Он тебя очень ждёт всегда.

— Катюш… — я вздрагиваю от неожиданной мягкости в его голосе.

Кир убежал к себе, он уже устал за сегодня. Мы с Женей остаемся «вдвоём». Пространство вдруг становится невыносимо тесным.

— Мне бы хотелось, чтобы ты тоже меня ждала.

Я опускаю взгляд. В голове рой мыслей, но одна опережает другую, и мне сложно сконцентрироваться, а демонстрировать смущение я не могу.

— Тебе просто этого хочется? — упираюсь взглядом в экран, порхая поверху. Оголенные плечи… Женя без футболки. На шее золотая цепочка. Разглядываю мужа словно со стороны… — Или ты готов что-то для этого сделать?

— Готов, — ловлю уверенный ответ. — Может быть, ты к нам присоединишься?

— Я не смогу. У меня осталась ещё одна свадьба. Сейчас финальная подготовка. После я буду посвободнее. Тогда — да.

— Предсказуемо, — вздыхает. — А позже я все-таки смогу рассчитывать на свидание?

— Я подумаю, — улыбка тянет губы, мы с супругом оба смотрим друг на друга, мягко. — Как давно мы перестали проводить время вдвоём. Помнишь, мы раньше всегда устраивали друг другу мини-сюрпризы? Завязывали глаза, на кухню отводили…

— Даааа, — Женя обнажает зубы, проводит рукой по волосам. На пальце серебряный перстень с огромным рубином. Супруг его снимает только перед сном. Привязан к нему. Иногда кажется, что даже ко мне не так сильно. — В нашей старой кухне в пять квадратов было где разгуляться! Я вечно об углы там бился, — смеётся.

— Жень, ты… ты передумал разводиться? Почему?

— Катюнь, я и не хотел никогда. Но… — вновь тяжкий вздох, — накипело так все. В один момент. Прорвало. Каждый день все одно, ты как заведённая. Не останавливаешься, понимаешь?

— Если я остановлюсь, кто возьмёт на себя домашние хлопоты? Кто будет следить за холодильником, за вашей чистой одеждой, чтобы дома было прибрано, всего хватало? Ты готов на себя взять эти обязанности?

— Нет. Не готов.

— Но нам придётся как-то меня разгружать. Ты мог бы не задерживаться на работе, а вечером сам немного хозяйничать дома. Кира кормить хотя бы.

— Подумаем об этом слегка попозже. Я хотел спросить. Как тебе вообще без меня? Есть хоть какая-то разница?

Разница очевидна, но озвучивать это сейчас будет лишним. Нужно как-то иначе выстраивать разговор.

— Разница огромна. И знаешь… ты был прав. Нам нужно было все это обсудить. И, наверное, пожить отдельно. Чтобы осознать все, что сломалось. И понять, готовы мы с тобой это чинить или нет.

— Я готов. А ты?

Я бы хотела ответить искреннее «да» своему любимому человеку. Своему выбору. Своему Жене.

Но я решаю промолчать. Потому что он сносно говорит только в общих чертах. А когда дело доходит до конкретики, то всегда «обговорим позже» и «дальше посмотрим». К какому-то определенному изменению он сам пока не готов. Он просто не воспринимает реальную необходимость перераспределения семейных функций. Он не считает, что я действительно перегружена. Ему все так же удобно…

Вверху экрана мелькает строка с уведомлением. Лида что-то прислала. Посмотрю, чтобы быть готовой, отвечу уже завтра.

Запоздало вспоминаю, что Женя так и не дождался ответа, а молчание уже затянулось.

— Я в одну сторону менять что-то не готова. Извини.

— То есть ты открыто говоришь, что если не будет так, как ты хочешь, то мне можно домой не возвращаться?

— Жень, я сказала иначе. Жаль, что ты услышал именно так. Я сказала, что пока кроме разговоров ничего не меняется. Тебя как не было дома, так и нет. Изменений нет. В наборе моих ежедневных семейных дел ничего не изменилось. Переговоры не помогают. Я вижу это так.

— Я тебя несколько раз звал побыть вместе. Ты отказываешься.

— Ты, кстати, ипотеку заплатил? — уверенная в ответе, жду подтверждения своим мыслям. И, естественно, нахожу.

— Нет ещё. Забыл, завтра закину на счёт.

— Поставь уже напоминание. На машину ТО надо было сделать. Ты сделал?

— Кать, я пока не сделал. Сделаю! — рявкает.

— Ты резину зимнюю присмотрел?

Женя раздраженно отворачивается, демонстрируя всем видом, что его опять не поняли.

Действительно, не меняется ничего.

Зову Кира, прощаемся быстро.

— Дуй зубы чистить и спать.

— А книжку?! — возмущённо оглядывается. — Ты обещала!

— Книжку — да, — согласно киваю.

Пока сын умывается, я быстренько «забегаю» в сообщения.

Лида: «Тебе Вил попросил переслать. Лови:)»

И пара ссылок на ютуб.

Первая — о вреде свежевыжатого сока. Продолжительностью четыре минуты. Улыбаюсь.

Позже гляну. И отвечу утром.

Когда ложилась спать, перед глазами отчего-то пронеслось время, проведённое с ребятами на турбазе. Я благодарна и Лиде, что предложила рвануть с ними, и маме, что с Киром побыла и дала мне возможность отстраниться и зарядиться положительными эмоциями.

Ну как положительными. Утром перед отъездом я Вила закидала-таки его злополучными апельсинами.

«Как ты вообще до своего тридцатника дожила?»

До сих пор чувствую резкую волну протеста. Какого, к черту, тридцатника?!

«Ты совсем офигел?! Мне, вообще-то, двадцать четыре!»

«Хорошо сохранилась», — Вил тогда только заразительно рассмеялся и увильнул от запущенного оранжевого снаряда.

«Они тяжёлые, вообще-то! Ты что делаешь?! А ну аккуратнее, — продолжил уворачиваться, весело скалясь, но в итоге все же получил в лоб и по плечу. И то только потому, что апельсины закончились. — Ауч! Больно же».

Дааа, что ни говори, отлично отдохнула! Получила массу впечатлений!