— В рот тебе ноги! — выругался я, чувствуя, как внутри всё сжимается от злости.

— Мне-то за что? — тут же отпрянул Витас, его лицо побледнело.

Я смотрел вдаль, но мысли крутились вокруг произошедшего. Думал, что у меня больше времени, вот только некромант или его кукла решили поторопить события. И ведь послание более чем красноречивое — оторванные конечности… Они явно намекают, что я должен поторопиться с убийством Запашного.

Вот только эти твари просчитались. Ненавижу, когда меня пытаются заставить что-то сделать! В прошлой жизни наелся этим по горло — будь то Совет аристократов или очередной убийца.

Сжал кулаки так, что ногти впились в ладони, челюсти напряглись.

— Господин, вы знаете, почему это произошло? — поинтересовался Лейпниш, его голос дрогнул.

— Догадываюсь, — процедил сквозь зубы. — Я тебе сказал быть настороже?

— Но… — открыл рот мужик, и в глазах мелькнула растерянность.

— Это на твоей совести, — оборвал его. — Усилить охрану ночью. Если нужно, пусть вообще не спят и сидят за ручку.

— Я… я… вас понял, — Витас поклонился, его плечи поникли. — Всё будет исполнено.

Выдохнул, пытаясь успокоиться. Мысли понеслись вскачь, как лошади в галопе. Некромант явно торопится, хочет, чтобы я убрал ставленника императора. Да чего уж там, я и сам не прочь избавиться от этого ублюдка, но на своих условиях. Просто так прикончить Запашного — значит, похерить все планы. Слишком много сил и времени вложил, чтобы в одночасье всё разрушить необдуманными действиями.

Закрыл глаза, массируя виски. Ладно, будем действовать так, как никто не ожидает. Кивнул сам себе и поднялся.

Заметил алхимиков, возвращающихся со своего рабочего места. Трудятся по ночам? Ольга приветливо махала рукой, её светлые волосы растрепались, а на щеке темнело пятно от какого-то реагента. Но вместо того, чтобы пойти навстречу, я развернулся к Лейпнишу. Мужик как раз отчитывал Медведя, его голос разносился по всей территории.

Фёдор стоял, опустив голову, — выглядел сейчас, как нашкодивший ребёнок.

— Хватит! — прервал я поток ругани.

На меня уставились: Витас — с недоумением, Медведь — с облегчением.

— Слушай мою команду, — продолжил твёрдо. — За алхимиками глаз да глаз, никогда их не оставляйте одних. Если они работают ночью, вы с ними. Охраняете ангар и внутри. И в случае чего защищаете.

— Есть! — вытянулся Витас, словно проглотил штык.

— Господин! — раздался зычный голос Борова издалека.

Земля задрожала. Громила нёсся ко мне, как взбесившийся носорог. Люди шарахались в стороны, освобождая дорогу. Его массивная фигура в прожжённом фартуке приближалась, сотрясая почву при каждом шаге. Наконец, он остановился, тяжело дыша.

Боров перевёл дух, его глаза за тонкими стёклами очков возбуждённо блестели. Он огляделся по сторонам, словно проверяя, нет ли лишних ушей. Вытер пот со лба тыльной стороной ладони, оставив на коже чёрную полосу.

— Павел Александрович, — произнёс с таким видом, словно только что изобрёл бессмертие. — Готово!

— А? — приподнял я бровь, разглядывая сияющую физиономию кузнеца.

— Ну, то, что вы просили, — подмигнул он с загадочным видом.

Повисла пауза, пока я пытался сообразить, о чём это Альберт и почему такой счастливый.

— Рука! Она готова, — выпалил Боров.

— Рука? Боря? — наконец дошло до меня.

— Да! — кузнец расплылся в довольной улыбке, его усы встопорщились. — Я торопился. Вы же знаете, что недавно Борька чуть не повесился?

— Что? — встрепенулся от столь неожиданной информации.

— Ну, я ему рассказал про руку. Взял мерки, мы с ним выпили, по душам поговорили. Вот… — Боров шумно вздохнул, его массивная грудь заходила ходуном. — И он такой: «Я бесполезный». А я ему: «Да чё ты за чушь несёшь!» Ну, мы поборолись.

— Стоп! — поднял руку, чувствуя, как начинает пульсировать в висках. — Он жив?

— Да! Остался у меня в ангаре, и мы спать легли. Просыпаюсь, а Борис в петлю. Я испугался, ну и дал ему, — Боров виновато потупился.

— Что дал? — процедил сквозь зубы, едва сдерживая раздражение.

— В морду, — признался кузнец. — Но не рассчитал силы. Его вырубило, и до сих пор он без сознания.

— Пойдём, — резко развернулся я в сторону ангара.

Альберт плёлся следом, словно нашкодивший медведь, и без остановки бубнил, что старался как лучше, не хотел делать больно, а только помочь. Я молча кивал, думая о том, что водитель действительно совсем расклеился.

Толкнул дверь ангара и застыл на пороге. Время словно остановилось, когда я увидел, как Боря одним движением отсекает голову какому-то мужику. Тесак в его руке отливал синевой — явно из когтя водяного медведя. Голова с влажным чавканьем покатилась по полу, оставляя за собой кровавый след, будто жуткую подпись.

Боров рядом со мной перестал дышать. Я машинально сформировал ледяной кристалл — тело среагировало быстрее разума. Водитель заметил нас, его лицо дёрнулось, как у марионетки, которую тянут за ниточки. А потом он рванул в нашу сторону.

Огромный кулак Альберта врезался ему в голову. Время замедлилось, позволяя во всех деталях разглядеть, как нос Бори складывается набок, словно картонный. Губы лопаются, будто перезрелые ягоды, а зубы разлетаются веером, поблёскивая в тусклом свете ламп. Удар был такой силы, что тело водителя отбросило на несколько метров.

Он крутился в воздухе, как тряпичная кукла, но, рухнув на пол, тут же вскочил. Схватил окровавленный тесак и бросился на нас. А я дёрнул недовольно щекой, выпустил ледяной шип. Нужно остановить его, пока ещё кто-нибудь не пострадал. Магия пробила здоровое плечо мужика, выбив оружие из руки.

Боря отлетел, снося какие-то ящики, но тут же поднялся. И я увидел его глаза… Чёрные, без белков, затопленные безумием. В них не осталось ничего человеческого.

— Господин! — крикнул Боров дрожащим голосом.

Я сформировал сосульку, морщась от собственного решения. Выбора нет. Выставил руку, и ледяной снаряд вошёл точно между бровей водителя.

Он застыл на мгновение. Тонкая струйка крови прочертила дорожку по его лицу, но Боря снова двинулся на нас. Теперь его движения стали совсем механическими.

Почувствовал, как Альберт напрягся для нового удара. Остановил его жестом и создал шарик яда. «Прости, друг», — мелькнула мысль, когда зелёная сфера прошила грудь водителя насквозь, оставив дымящуюся дыру. Только теперь он, наконец, рухнул.

Я метнулся к нему, остановился рядом с телом. Яд уже начал разъедать плоть, но Боря был ещё жив.

— Простите… — его голос стал едва слышным шёпотом. — Это… Я не знаю, что со мной. Тело не слушается. Я не хотел убивать. Честно, думал, в петлю залезу. Простите!

Рядом со мной рыдал Боров. Его огромное тело сотрясалось, он издавал странные звуки, больше похожие на скулёж раненого зверя:

— Это я виноват. Не успел. Из-за меня он погиб и другие! Если бы я…

Размахнулся и влепил ему пощёчину. Твою ж мать! Словно ударил по каменной стене. Суставы хрустнули, адская боль прострелила до самого локтя. А Боров даже не шелохнулся, но это привело его в чувство.

— Ты ни при чём! — произнёс твёрдо, глядя ему в глаза. — Его разум затуманили враги. Он боролся и пытался… Похорони Бориса. Не говори никому, что тут случилось. Ты меня понял?

— Да… — закивал мужик, утирая слёзы. — Но как же объяснить?

— Я сам! — дёрнул щекой. — Мы пришли, а он в петле. Депрессия.

Толкнул дверь и покинул ангар. Внутри всё кипело от ярости. Некромант перешёл все границы! Использовать моих людей, как марионеток…

— Всё в порядке? — Витас возник рядом, словно из ниоткуда, его взгляд был полон тревоги.

— Нет. Боря мёртв. В петлю залез, — бросил через плечо, не останавливаясь. — Найди ещё водителей. Два отряда приготовь. И одежду мне, пойду в лес.

Проигнорировал остальные вопросы Лейпниша. Смерть мужика неожиданно задела меня. Не сказать, что хорошо его знал, но… Да это неважно! Боря был моим человеком…

В особняке отыскал Жору — слуга, как всегда, материализовался в нужном месте в нужное время.

— Георгий, — обратился к нему. — Не знаю, как, но нам нужно придумать. Найти место для алхимиков, чтобы они тут занимались своими делами и были под охраной.

— Хо-ро-шо… — в голосе слуги проскользнули непривычные нотки неуверенности.

— И ещё следи за ними, — добавил твёрдо. — В моём доме с ребятами ничего не должно произойти.

— Я вас понял, — кивнул Жора, и его лицо снова стало бесстрастным.

Пришлось вернуться, чтобы забрать с собой многоглазиков. Да и оружие своё. Оставил их и приказал защищать. Хоть наша связь чуть удлинилась, но всё равно на расстоянии не получается им послать сигнал.

Твари послушно снялись со своих постов и двинулись за мной к выходу. Мелькнула мысль оставить их здесь, но какой толк от монстров без контроля? Нет, только со мной.

Отряды, которые просил собрать, уже ждали на улице. Я схватил вещи, приготовленные Витасом. Пристроил меч на пояс, надел «жилет» для кинжалов, распихал по карманам иголочки.

Лейпниш аккуратно подошёл ко мне, чтобы уточнить о планах. И я поведал. Выложил ему всё: про монгола с его требованиями, про перевёртышей, джунгар, рудник. Не забыл упомянуть Запашного и некроманта.

Витас только глаза округлил и рот приоткрыл, будто рыба на берегу.

— Господин… — поклонился он. — Вы не перестаёте меня удивлять! Столько всего свалилось на ваши плечи.

— Ага, — кивнул я, проверяя застёжки. — Давай следи тут пока за всем, — дал распоряжение и направился на выход.

Лес встретил нас прохладой и тенями. Отряды двигались слаженно, шли след в след. Мы остановились на первой стоянке. Бревенчатые стены поднимались метра на четыре, по углам — караульные вышки. Ворота из толстых досок, окованные металлом. Внутри — два дома для охраны и склад с припасами.

Мои паучки скользили невидимками между деревьев. Основная часть впереди прощупывала путь, ещё пара прикрывали фланги, один замыкал. От них приходили ровные сигналы: пока всё спокойно.

Фёдор шагал рядом, его массивная фигура возвышалась над остальными. Ружьё в руках казалось игрушечным. Взглянув на него, отметил для себя, то у нас теперь хватает денег, чтобы всем выдать оружие и усиленные магические патроны.

Двинулись дальше. Вторая стоянка оказалась копией первой, только добавились загоны для лошадей. Работа кипела: люди укрепляли стены, таскали брёвна.

— Как стройка? — спросил я у старшего.

— Третья стоянка почти готова, — ответил тот, вытирая пот со лба. — К вечеру закончим.

Отлично. Хоть тут всё по плану. Укрепления позволят нам лучше контролировать лес, больше охотиться и не бояться внезапной атаки. И неважно, кого — монголов или Зубаровых. Система сигнальных огней работает, у каждого охотника есть свои «фейерверки». На стоянках тоже. Цвета определены для разных видов опасностей.

Третья застава впечатляла размерами. Здесь, помимо обычных укреплений, появились хитрые ловушки. Под землёй — сеть туннелей, которые в случае угрозы можно обрушить на тварей. По периметру — глубокий ров с кольями на дне. На стенах бочки с маслом. Если что, можно создать огненное кольцо.

Все работники защищены. Мало кто согласится трудиться в лесу без охраны. На каждую группу строителей выделил по шесть человек. Пока нападений монстров не было.

И вот мы миновали третью заставу. Добрались до места, где раньше была наша единственная стоянка, которую недавно спалили. До серой зоны рукой подать — воздух уже подёргивается рябью, словно марево над костром.

— Туда идём? — Медведь кивнул в сторону мерцающей границы. Его обычно добродушное лицо стало напряжённым, между бровей залегла глубокая складка.

Я улыбнулся, чувствуя, как паучки передают волну беспокойства:

— Не сейчас. У нас несколько другие планы. Значит так, вы остаётесь здесь, — обвёл взглядом напряжённые лица, — держите оборону и будьте готовы к бою. В серой зоне сейчас бродят твари посерьёзнее обычных.

Медведь нахмурился ещё сильнее, его рыжая борода встопорщилась в разные стороны.

— Морозные пауки — хитрые твари, — продолжил я. — Становятся невидимыми, плюются ледяной паутиной. Если увидите, как воздух странно преломляется, словно в мареве, — сразу стреляйте. Не ждите. В случае чего отступайте.

По лицам мужиков пробежала тень. Один машинально передёрнул затвор ружья.

— А ещё тут летают копирующие журавли, но я бы их назвал «железными курицами», — добавил, наблюдая, как бледнеют охотники. — Эти твари любят атаковать с высоты. Их перья взрываются при попадании, а сами птички могут копировать магию. Не подпускайте близко — бейте издалека.

— Но они же не полезут? — спросил кто-то неуверенно.

— Не должны, — пожал плечами. — И всё же лучше быть готовыми.

Мужики заметно напряглись, начали проверять оружие. Даже Медведь, обычно невозмутимый, как скала, поглядывал в сторону серой зоны с плохо скрываемым беспокойством.

А я двинулся вперёд, чувствуя, как мои невидимые помощники растекаются по лесу. Передний дозор паучков прощупывал дорогу, сообщая об опасности. С ними стало намного проще: твари, пересекавшие наш путь, больше не были сюрпризом.

Вот справа мелькнул силуэт огнелиса — паучки передали сигнал заранее, и я просто обошёл его территорию. Группа иглокротов впереди? Какого хрена они вообще собрались вместе⁈ Сменил маршрут, даже не приближаясь к их норам. Сейчас не время для охоты и сражений.

Память услужливо подсказывала дорогу к землям Зубаровых. Выпустил паучков из серой зоны, и они тут же растворились в воздухе. Рядом темнел вход в заваленный рудник. На губах заиграла улыбка — очень хотелось забраться внутрь и вынести оттуда все кристаллы. Если, конечно, у меня получится разгрести завалы. А может, они уничтожены?

От этой мысли стало как-то не по себе. Такого сокровища очень не хотелось лишаться.

Выглянул из серой зоны. После визита монголов охрана Зубаровых заметно поредела, можно и рискнуть… Вообще никого нет. А ведь раньше тут была стоянка, которую я спалил. Ну и ладушки!

Расставил своих многоглазых помощников по периметру, на максимальном расстоянии, где ещё мог поддерживать связь. Если кто приблизится, сразу узнаю.

Теперь самое важное. Сжал кристалл в ладони, позволяя магии течь. Мой источник отозвался, их пульсация постепенно синхронизировалась. Добавил энергии. Камень засветился, начал нагреваться. В воздухе возникла знакомая вибрация, та самая, которую я ощущал у серой зоны, когда пытался призвать и подчинить тварей.

Звук нарастал, от колебаний воздуха закладывало уши. Казалось, саму реальность потряхивает, как желе. Паучки забеспокоились. По связи хлынул поток сигналов: «Враг! Еда! Сила!»

«Хм… Так вот что вам показывает кристалл?» — мелькнула мысль.

Минута. Две. Ничего не происходило. Мелкие засранцы совсем взбесились. Стремились то удрать подальше, то броситься в атаку на невидимого врага. Приходилось разрываться между двумя задачами: сдерживать их безумные порывы и поддерживать действие кристалла.

Пять минут. Граница серой зоны подёргивалась рябью, но никто не спешил появляться на мой зов. В висках уже пульсировало от напряжения.

Десять минут. Паучки метались, как одержимые, едва удерживаясь на местах. А по моему лбу катился пот — непросто одновременно контролировать их и наращивать силу призыва.

Пятнадцать минут.

— Да где же вы все? — процедил сквозь зубы, вглядываясь в колышущийся воздух на границе.

Кристалл раскалился добела, обжигая ладонь. Многоглазые помощники уже откровенно скулили по ментальной связи, не понимая, что происходит.

В это мгновение граница серой зоны взорвалась. Просто лопнула, как мыльный пузырь, — без предупреждения и намёка. Ударная волна подхватила меня вместе с паучками и швырнула, словно осенние листья. В какой-то момент я врезался в своих многоглазых помощников. Они так переплелись лапами, что напоминали живой клубок ниток.

В ушах звенело, когда поднялся на ноги. Там, где раньше была граница серой зоны, разверзлась чёрная дыра. Клочья тумана по краям извивались, как щупальца гигантского спрута. И из этой бездны полезли они…

Воздушные змеи вылетали целой стаей, их длинные тела переплетались в воздухе, создавая жуткую пародию на кружевной узор. Огнелисы выпрыгивали один за другим. Два водяных медведя вывалились следом, с их чешуи стекала светящаяся жижа. Поднялись на лапы и заревели.

Земля затряслась от тяжёлых шагов. Что-то двигалось к нам, лес содрогался. И тут оно появилось…

Слегка склонил голову, разглядывая существо. Лошадь? Нет, только ноги от неё — мускулистые, с огромными копытами. Выше начиналось массивное туловище, покрытое чёрной шерстью. Не то волчье, не то… Даже не знаю… А венчала это всё львиная голова, украшенная рогами, как у горного козла. Из пасти капала огненная слюна, прожигая землю.

Все монстры расступались перед этим чудовищем, как простолюдины перед императором. Даже водяные медведи начали жаться к деревьям.

Я обернулся и едва сдержал смех. Бесстрашные убийцы, гроза врагов и защитники, — морозные паучки — прятались за моей спиной, прижавшись к земле. Их кристаллы тускло мерцали от страха, а двенадцать глаз каждого умоляюще смотрели на меня. Похоже, эта тварь — действительно что-то особенное.

А монстры всё лезли и лезли из прорыва, словно горох из порванного мешка.

— Ну, почти как я и планировал, — кивнул сам себе.

Теперь бы решить, что делать. Как закрыть эту дыру? Может, просто свалить, пока не поздно?

«Чудо-юдо хрен пойми что и сбоку бантик» с рогами разинуло пасть. Поток пламени вырвался оттуда, как из адского брандспойта.

Рефлексы сработали быстрее мыслей — я выставил ледяную стену. Удар! Меня окатило горячим паром, защита таяла на глазах.

Паучки рванули к реке. Предатели… Хотя нет, просто умные. Но что делать мне?