— Быстро! Уходим отсюда! — крикнул я Витасу. Интуиция и рефлексы подсказывали прислушаться к тому, что мне сообщают твари.

Оставшиеся тут группы похватали тела убитых монстров и рванули вперёд. К сожалению, что-то пришлось оставить.Слишком тяжело, а нам нужна скорость. Лейпниш буквально пинками заставил тех, кто не хотел расставаться с добычей, двигаться. Папаша-паук бесшумно скользнул на своё место среди охотников.

Я наблюдал за организованным отступлением, пока мы быстро, но без паники двигались прочь. Никогда не видел, чтобы монстры так реагировали на других тварей. Даже мелочь в страхе забивалась под камни, когда эта хрень почти появилась.

«Похоже на гигантского скорпиона, — мелькнула мысль. — Что же в реальности — только сам долбанутый создатель этих тварей знает».

Отправил большого паука на своё место, чтобы сеть многоглазых продолжила работу.

Мы неслись по лесу. Никто ничего не говорил, лица у всех серьёзные. Я и Витас замыкали наш отряд. В случае нападения сможем сдержать тварь, ещё капитаны подключатся. Была мысль остаться и дать бой. Вот только какой в этом смысл? Глупо рисковать людьми, если не знаешь, с чем имеешь дело. Особенно сейчас, когда отряды только сработались, появилось новое оружие и каждый знает своё место. Поставленные задачи я выполнил, монстров мы получили, причём много. Тоже схватил парочку, так что выход можно считать успешным.

До особняка добрались быстро. Мужики, возбуждённые успешной вылазкой, наперебой делились впечатлениями, пока тащили добычу к алхимикам:

— Такой охоты не было лет двадцать!

— А как господин время выбрал! Прямо к прорыву!

— Да, — один из них понизил голос. — Ходит слух, что если у главы рода Магинских чешется левая пятка, то это сигнал.

— Брешешь! — тут же включился в беседу другой мужик.

— А я чего? Что услышал, то и говорю, — оправдался собеседник.

Улыбнулся, я ведь просто пошутил тогда Витасу и Медведю, а они… Вот же придурки.

— И ни одного погибшего, это ж надо! — перехватил инициативу в обсуждении успехов другой. — Всё потому, что тренировались… Я теперь ещё больше буду выкладываться.

— Да, видели, как командиры с новыми ружьями сильных тварей валили?

— А хозяин-то! В серую зону зашёл, как к себе домой… Самый сильный земельный аристократ.

Я кивнул настрою мужиков, в целом всё в рамках задуманного. Люди должны верить в успех, особенно после стольких лет неудач, когда Магинских жали все кому не лень.

Тем временем у ангара алхимиков царило настоящее столпотворение. Новички и старожилы с одинаково ошарашенными лицами разглядывали гору добычи. Ольга что-то быстро записывала в толстую тетрадь, пока Лампа сортировал тела по размеру.

— Господин, — Смирнов протиснулся ко мне, его очки запотели. — С таким количеством материала мы точно выполним ваш заказ! Даже больше сможем сделать.

— Вот видишь, — подмигнул ему. — А говорил, что не получится. Столько людей старались, рисковали жизнью ради этого. Как вы сможете их подвести и меня?

На последнем слове сделал акцент. Отец Ольги поджал губы и подключился к разбору нашей добычи.

К нам подошёл Николай Тёркин, на его лице играла довольная улыбка:

— Павел Александрович, можно вас на минуту? Есть хорошие новости.

Отошли в сторону, подальше от суеты вокруг ангара.

— Первые успехи по руднику, — понизил голос Николай. — Достали десять кристаллов.

Паренёк воровато оглянулся, словно собирается продать мне сейчас что-то запрещённое, причём в публичном месте. Из куртки достал свёрток, ещё раз бросил взгляд на окружающую суету. И передал кристаллы.

Я развернул грязную тряпку. Не понимаю, почему их нельзя в мешочек положить или во что-то похожее? Оценил размер: средние… Мысленно оборвал сам себя: «Ещё недавно радовался грамму манапыли, а сейчас?»

— Отлично! — улыбнулся, похлопав Тёркина по плечу. — Вы молодцы.

— Но… — он замялся, нервно потирая шрам на шее. — Как нам быть с учётом? Ведь по законам империи мы обязаны отчитываться за каждую штуку и всё сдавать ставленнику императора. Если поймают…

— Хорошо думаешь, правильно, — согласился с ним. — Прям как тогда, когда украли документы разведчиков. Имели замужних женщин, а потом спалились на балу, и снова из-за дам.

— Павел Александрович, — чуть покраснел Николай. — Ну вы же знаете, мы не специально. Теперь-то на вас трудимся. Всё чинно и благородно, вот и не хочется нарушать.

— А мы придумаем, как правильно всё оформить, — подмигнул ему. — Дай время, и я приму решение. Пока это даже не считается за добычу — так, сняли пробу.

Лицо Николая напряглось, между бровей залегла морщина:

— Это же… против законов империи. Против самого императора.

— Не совсем так, — покачал я головой. — Это одна из самых больших жил в стране. Моя жила. И я просто так её не отдам, — сделал паузу, внимательно глядя ему в глаза. — Скажи, где были император и его армия, когда на наши земли нападали джунгары? Где был ставленник императора? А, точно! Пытался убить меня и забрать мои территории.

Николай помолчал, обдумывая услышанное, потом медленно кивнул. Кажется, прокатило. И ведь нигде не соврал, каждое слово — правда.

М-да, быстро близнецы стали законопослушными. Но хорошо, что этот разговор всплыл. Нужно придумать, как оставлять часть добычи себе, желательно достаточно большой кусок. Люди Жмелевского будут и на руднике, и рядом, там просто так утащить не получится. Проверят все вещи и мужиков, работающих на добыче.

Так… А почему я должен бесплатно трудиться, чтобы император жировал? Эта мысль снова и снова накатывала на меня. Нужна консультация того, кто разбирается в законах и правилах страны.

Постоял ещё немного. Десять кристаллов тут же исчезли в пространственном кольце. Проводил взглядом расходящихся мужиков, прикидывая расклад: парочку камней оставлю себе, столько же — в запас… Остаётся шесть. Лампа, Ольга, Смирнов, Жора, жёны… И всё, закончилось моё богатство.

Нет, так не пойдёт. Нужно добавить сюда Витаса и Медведя. К тому же придумать, как дополнительно мотивировать Тёркиных. Они тоже должны получать свою долю от работы с жилой.

— Это же бред, — выдохнул, сдерживая злость. — Моя земля, а я тут словно гость какой-то.

Нашёл глазами рыженького. Довольный пацан, весь в крови и жиже монстров, разделывал их прямо на улице. Алхимики вынесли стол, чтобы не пачкать пока ещё нашу кустарную лабораторию.

Один вопрос меня никак не отпускал, нужна консультация. Отвёл Лампу в домик Витаса и попросил никого не беспокоить нас. Закрыл дверь.

— Нам нужно поговорить. Тема, скорее всего, тебе не понравится, — начал я, и пацан вздрогнул. По его лицу пробежала тень.

— Господин, мой учитель живёт во мне и периодически выходит наружу? — в голосе звучала такая печаль, что самому стало не по себе.

— Да, — честно признался я.

— Даже моя жизнь, выходит, не моя, — ещё грустнее произнёс пацан, опуская голову.

— Лампа, слушай, — дёрнул щекой. — Я не сильно умею там поддерживать и сопли вытирать. Твой дар, понимание того, что делать и как делать интуитивно, — это…

— От учителя, — перебил рыженький. — Он занял моё тело. Его знания как-то просочились в меня, пока Степан Михайлович спал.

— Именно.

— Значит, я из себя ничего не представляю? — веснушчатое лицо парня сморщилось, словно от боли.

«И вот как ему ответить на этот вопрос?» — промелькнула мысль.

— То, какой ты есть, — это ты, — наконец произнёс я. — Ты сумел не дать дяде Стёпе себя подчинить и получил с него ещё и плюшки. Уверен, что никто бы не смог сопротивляться и после ритуала остаться собой. Так что я считаю, тебе повезло.

— Хорошо, — кивнул пацан, но как-то механически.

— Я периодически буду вызывать твоего учителя для консультаций по разным вопросам, — объяснил свои мотивы.

Других источников информации у меня нет. А тут под боком старый алхимик. Насколько правда, что он был при дворе и очень сильный, не знаю, но ритуал переноса сознания и духа…О таком я не слышал в прошлой жизни, да и в этой, уверен, тема или табуирована, или вообще не изучена.

— Вы могли это не говорить, — как-то странно отреагировал паренёк на мои слова.

— Мог, — пожал плечами. — Но я уважаю тебя и ценю, поэтому говорю правду. Пусть он и живет в твоём теле, но главный… хозяин — великий и ужасный Лампа.

— Я не ужасный, — улыбнулся пацан.

— Вот! — хлопнул его по плечу. — Держи нос по ветру и не унывай.

— А на каких условиях дядя Стёпа подчинился вам? — вдруг спросил Лампа.

Рассказал ему всё, как было. Пацан выслушал и поднял на меня серьёзный взгляд:

— Вы спасли меня дважды. Могли казнить или я остался бы в забвении. И не мне оценивать ваш поступок, но Степан Михайлович… Когда найдёте ему тело, он предаст, попытается убить. Или что-то ещё, что нанесёт вам вред.

— Знаю! — кивнул. — И, поверь, я буду к этому готов. А теперь… Выхухоль!

— Господин, хозяин, — тело тут же занял другой человек. Поза изменилась, в глазах появилась холодная расчётливость.

— Слушай, у меня вопрос по силе Жмелевского, — начал я с места в карьер. — Как мне защитить своих людей от захвата их ментальной магией?

— Хм… — старик растянул губы Лампы в улыбке. — И даже не спросишь, почему она не действует на тебя? Поверь, Виктор Викторович локти кусает от этого вопроса. Уверен, что старый хрыч с таким ещё не встречался.

— Отвечай! — надавил я голосом.

— На тебя и меня она не будет действовать, потому что мы с тобой заняли чужие тела. Наше сознание чисто, да и дух новый. На таких, как мы, очень сложно повлиять, — в его глазах мелькнул нездоровый интерес. — Но ты меня в чём-то даже обошёл. Растворил чужую личность, впихнул свой дух и источник. Очень занятно. Как ты это сделал? Ни в одних гримуарах нет упоминаний, что можно перенести источник. Поэтому я и растил нужный в теле дурачка, а ты… удивил меня. Что же ты такое, Магинский? Откуда взялся? Что задумал?

— Стёпка, — в моих глазах блеснул огонёк. — Мы эту тему не поднимаем, пока я не попрошу. Следующая попытка принесёт тебе очень много боли.

— Нужен артефакт крепкого ума. Ранга эдак… — задумался алхимик, словно и не слышал угрозы. — Восьмого. И запитать его от двадцати кристаллов, да. На месяцок хватит. Тогда на определённой территории твои люди будут защищены.

Мужик продолжал рассказывать, а я мрачнел. Алхимиков, способных сделать такое, мало, и все они в столице. А стоить будет… Навскидку, по ценам сорокалетней давности, около тысячи кристаллов. Сейчас точно выйдет дороже.

Отогнал от себя негативные мысли. Главное, это возможно. А то, как добиться результата, — уже следующий вопрос.

Лампа занял своё тело и ушёл к остальным помогать с зельями. А я позволил себе насладиться результатами похода в серую зону. Заглянул в пространственное кольцо.

Собачья кишка металась в своей траншее, пытаясь прожечь стены кислотной слюной. Время от времени разделялась на три части, но толку от этого было мало. Всё равно места для манёвра не хватало.

В бункере-конюшне конелев теперь не бесновался так яростно. Ходил кругами, изредка бил копытами в стены, проверяя их на прочность. Между его рогов всё ещё проскакивали искры, но уже без прежнего энтузиазма.

«А где же ваша ярость? Желание меня убить? Сдулись…» — подумал про себя, но мой голос почему-то разнёсся по пространственному помещению. И тут твари воспряли духом, снова начали буянить.

Что ж, чуть разогреть перед тем, как использовать, я смогу их. Несколько брошенных фраз, хотя не уверен, что они понимают. Скорее, просто узнали голос и интонацию.

Улыбнулся, глядя на своих новых питомцев. И тут пришло понимание: «Достать-то я их смогу, а вот вернуть обратно?..» Большой вопрос. Времени втягивать каждого в осколок не будет, да и в этот раз они начнут сопротивляться активнее.

Осознание, что монстры станут одноразовой акцией, немного расстроило. Впрочем, плевать! Заберу ещё. Тем более в серой зоне уже есть интересный вариант.

Подключился к паучьей сети. Та тварь не вышла из серой зоны, но то, как мелкие монстры до сих пор дрожат от страха, чувствовалось отчётливо. Что называется, от мала до велика. Папашка тоже всё ещё посылал слабый сигнал опасности.

«Что же это за хрень такая?» — мысль царапнула изнутри.

Даже конелев в конюшне занервничал, почуяв через нашу связь отголоски того ужаса, который навёл на тварей гигантский скорпион. Ладно, пора ещё поговорить с одним человеком. Уж больно понравилась моя мысль.

Я направился в особняк. Первыми меня встретили Вероника и Елена. Сёстры-перевёртыши полностью вжились в роли — не отличишь от оригиналов. Не знай я, кто скрывается под личиной этих красавиц, повёлся бы на перевоплощение.

— Дорогой, — Елена сделала шаг навстречу, её большие губы слегка подрагивали. — Мы скучали по тебе.

— Да, — как-то незаметно за моей спиной оказалась Вероника. От неё пахло чем-то цветочным. — Мы проголодались.

— Вон кухня, — махнул рукой в сторону.

— Нет… — облизнула губки бывшая Маргарита, делая шаг ближе. — Ты наш хозяин и муж, а мы девушки в расцвете сил, и у нас есть потребности. Последний раз было на нашей свадьбе.

— Ещё нам нужны кристаллы, — шепнула на ухо Вероника, её дыхание обожгло кожу. — После битвы на твоей земле неплохо бы восстановиться.

Уже потянулся к пространственному карману, чтобы дать им камни, но тут же остановился. Вспомнил, что творится с перевёртышами после впитывания энергии, и… Придётся выделить им вечерок.

— Есть ещё одна проблемка, — Елена подошла вплотную, прижимаясь всем телом.

От неё повеяло бергамотом и чем-то древесным. Жар тела чувствовался даже сквозь ткань платья. На шее часто билась жилка, выдавая волнение. Вероника прижалась сзади, и я оказался зажат между двумя горячими телами, а точнее, грудями. Чёрт побери, как же тепло, приятно и уютно стало.

— Говори, — кивнул, стараясь сохранять ясность мысли, несмотря на близость двух красивых женщин.

— Мать… — совсем тихо произнесла Елена, её губы почти касались моей шеи. — Она нашла нас.

— Что? — приподнял бровь, мгновенно напрягаясь.

— Та сука, что нас создала, — прошипела она с ненавистью, даже отстранилась. — Тварь, которую должны драть армии с утра до вечера… Она прислала сообщение, что скоро нас заберёт.

Оттолкнул девушек, холодея от мысли о проникновении на мою территорию.

— Как она вас нашла и прислала сообщение? — развернулся к сёстрам.

— Ну, в той битве мы скрылись от Батбаяра, — Вероника поправила выбившуюся прядь. — Это сильная магия… Но у неё есть один минус — другие перевёртыши чувствуют. Вот сука и обнаружила нас. А как передала сообщение? — её губы изогнулись в грустной улыбке. — Она ведь как мы.

— Мать сильнее, — добавила Елена, и в её голосе прозвучал неприкрытый страх. — Проникла на территорию и оставила послание.

— И это проблемка? — криво усмехнулся, уже понимая, к чему ведут.

— Да, — кивнула Елена, её глаза блеснули. — Теперь ты наш хозяин и муж.

— Вон оно что… — покачал головой, оценивая ситуацию.

— Сегодня мне всё про неё расскажете, как и про остальные секреты вашего вида.

— И покажем, — Елена облизнула губы.

Не стал ничего отвечать. Направился к своей комнате — там я нашёл того, кто был мне нужен.

— Жора! — позвал слугу. — Пойдём поговорим.

Мужик молча кивнул. Что-то в его поведении меня насторожило — движения стали более скованными, словно он боялся сделать лишний жест. Дверь за ним захлопнулась.

— Господин, — Жора опустил голову, не глядя мне в глаза. — Я… Меня взяли под контроль ментальной магией. Простите, я подвёл вас и род.

— А? — приподнял бровь, не ожидая такого начала разговора.

— Пытался сопротивляться, но словно в клетке оказался в собственном теле, — добавил Георгий, продолжая изучать пол. — Оно не слушалось меня.

«Значит, Магистр стихий способен почувствовать, как на него влияли. Что ж, отличная новость».

— Мы решили вопрос со Жмелевским, — поморщился от собственных слов. — Кстати, насчёт этого. Скажи, а я обязан разрабатывать рудник и добывать кристаллы для императора?

— Формально нет, в реальности — да, — Жора наконец поднял взгляд, становясь прежним собой. — Вас не могут заставить, но сделают это.

— Сделали, — хмыкнул. — Меня интересует другое. Почему я должен использовать своих людей, тратить время и ресурсы, чтобы император получил моё же?

— А, вот о чём вы, — слуга закатил глаза с пониманием. — В законах, положениях и договоре земельных аристократов с монархом этого нет.

— Что ты имеешь в виду? — подался я вперёд, чувствуя, как нащупал что-то важное.

— Ну, вы можете потребовать, чтобы вам платили за то, что используете своих людей, — Жора начал расхаживать по комнате, словно лектор. — Или разрешить другим это делать на вашей земле и брать деньги за право нахождения. Но в реальности так никто не поступает. Всем земельным аристократам хватает той доли, которую они получают от Его Величества.

— Потребовать… — повторил я, словно пробуя на вкус. — А мне нравится это слово.

— Но никто так не поступает, чтобы не вызвать гнев императора, — Жора остановился, его лицо стало серьёзным. — Поэтому я бы вам не советовал.

— Я тебя услышал, — кивнул своим мыслям, уже прикидывая варианты.

— Господин, — слуга переступил с ноги на ногу, явно собираясь с духом. — Позволите вам задать вопрос?

— Давай.

— Вы встречались с матерью в Томске? — выпалил Жора, внимательно следя за моей реакцией.

— Да… — всмотрелся в его бесстрастное лицо. — А как ты узнал?

— Ваш дедушка, он связался со мной, — слуга улыбнулся, и в этой улыбке читалась какая-то тревога.

— Хочет мне передать наследство, в котором нет проблем и долгов? — усмехнулся я.

— Ну что же вы так, господин… — Жора покачал головой, и в его голосе прозвучала лёгкая укоризна. — Нет, Ярослав Афанасьевич сообщил, что Елизавета родила.

— Чего? — поморщился от имени этой суки, которая пыталась меня убить.

— Павел Александрович, я знаю о претензиях к ней, — слуга поднял руку в примирительном жесте. — Но мы же говорим о вашем племяннике.

— Да я не про то! — отмахнулся. — Почему так быстро? У неё даже живота не было, и времени прошло мало.

— Простите, я не могу ответить на этот вопрос, — пожал он плечами, но что-то в его глазах подсказывало: знает больше, чем говорит.

В голове уже крутились расчёты, что могут сделать она, дед… Род мой, и я никому не отдам. Хотя за старика даже рад, есть ещё порох в пороховницах, раз детей делать не разучился.

— Ваша матушка поведала вам о… — голос Жоры упал до шёпота.

— Тёте, которая хочет меня убить? — улыбнулся, наблюдая, как он вздрогнул.

— Да, — опустил голову мужик. — Раз вы уже в курсе, приношу свои извинения, что не мог поведать об этом секрете рода Магинских.

— Что хотел дед? — повернулся к слуге, чувствуя, как внутри поднимается тревога.

— Видите ли… — Жора подошёл вплотную и оглянулся, словно боялся, что нас подслушивают. — Госпожа Василиса… Она похитила вашего племянника.

Повисла тяжёлая пауза. Мы смотрели друг на друга, и каждый ждал, что другой заговорит первым.

— Ярослав Афанасьевич, — наконец проглотил слуга, — просит у вас помощи с этой проблемой.

— И какой же? — процедил сквозь зубы.

— Найти ребёнка и вернуть ему. Он не может покинуть место, где сейчас находится, — Жора снова опустил голову. — Ваша матушка попробовала, но у неё ничего не вышло. Остались только вы. И Ярослав Афанасьевич взывает как к главе рода, чтобы вы защитили своего племянника.

— Подожди, — поднял руку, останавливая поток информации. — Я должен найти ту, которую все боятся, забрать у неё её братика, а ещё она очень хочет меня убить? Ничего не упустил?