Глава 13. Где моя совесть

Утром проснулась от звонка будильника на телефоне Олега. Разбудила дочь, нужно собираться в школу и на работу. Спустились вниз, расползлись по мыльно-рыльным и туалетным делам. Пока бродили туда сюда, Олег соорудил завтрак. Помогли накрыть на стол и уселись есть.

— Куда ночью ходила? — поинтересовался Олег.

— Бегала. У меня, когда ночью бессонница, то я выхожу на пробежку, потом сплю, как младенец, — ответила я, не соврала ведь, только правду утаила.

— А я ночью встал по нужде, смотрю, кед твоих нет. Туда-сюда посмотрел, нет тебя. Полчаса наверно подождал и уснул. По поселку бегала? — спросил он.

— Неа, по лесопосадке за поселком.

— Не страшно? — удивленно приподнял он бровь.

— При фонарном свете страшно, любой тебя видит, а в темноте тебя не видно и не слышно, если не шуметь, — ответила я, отпивая горячий кофе.

— Хм, интересная теория, — задумался Олег.

Больше у него вопросов о моем ночном побеге не было. Думаю, что он поверил мне или сделал вид, что поверил. Меня это не особо волновало.

Собрались и отправились в город. По дороге терзал небольшой червячок сомнения, связанный с женщиной, как она там, очухалась или нет. Дверь в квартиру этот упырь не закрыл, так что может, кто из соседей заглянет или живность забежит. Вернуться туда у меня возможности не было, да и задачи такой не стояло, нужно было все сделать максимально быстро и чисто. Так чтобы никто не знал и даже не подозревал, о том, что кто-то помимо этих двоих был у него в квартире. Мобильник я с собою не брала, мало ли, что стоит на моем аппарате. Искать телефон где-то еще, это лишнее время и увеличивающийся в геометрической прогрессии шанс засветиться. Да и не так просто вызвать скорую помощь на неизвестный адрес к женщине неизвестного возраста с неизвестными повреждениями.

Да и вообще, разве она не видела к кому шла и куда. Это конечно не оправдывает зверя, но и наводит на некоторые размышления об адекватности самой жертвы. Ладно, появится возможность, спрошу у Олега о приятельнице бойца. Надеюсь, она очухалась.

Совесть на счет всего остального молчала, по-другому поступить я просто не могла. Гражданин бы все равно умер, а к моей пролитой на коврик кислоте были бы вопросы от разных негражданских личностей и силовых структур. Тем более если бы он был порядочным семьянином, образцовым гражданином или простым обычным человеком, то он бы не попал в такую заварушку. Да и я бы не полезла к нему в квартиру, чтобы убрать случайного свидетеля.

Хватит заниматься самоистязанием и копанием в своей голове, пора приступать к работе. Дочь завезли в школу, меня Олег оставил около подъезда, а сам поехал в офис. Я поднялась в квартиру. Около порога лежал коврик, который расплылся некрасивым пятном, значит они его никуда не забирали. Это был просто блеф. Вспомнила сериал «Во все тяжкие» и отправилась за пластиковым ведром. Собрала все совком в ведро и вынесла на помойку.

В квартире было все чисто, чужих следов я не обнаружила. Значит, прав был Олег, граждане все за собой убрали. Быстро переоделась в белую рубашку и черные офисные брюки, ну что снова привет дресс-код. Хватит мне первого фееричного появления, будем сидеть и не отсвечивать.

Пулей вылетела на улицу. Около подъезда уже ждал Вова. Прыгнула в авто. Отправились за город за Мадам.

— Как отдохнула? — спросил водитель, — Стиль поменяла, опять в серые трудовые будни со скучным дресс-кодом?

— Отлично отдохнула. Решила не выделяться. Что там слышно про Дмитрия? — поинтересовалась я.

— Ничего, побуянил и успокоился, — ответил водитель, смотря на дорогу.

— А что у него за бойцы?

— Все из мест не столь отдаленных. Те, что в личной охране, парни нормальные, всё по понятиям, а те, что для «особых» заданий — отморозки конченные, — пояснил Вова.

— Почему меня Мадам решила защищать?

— Потому что она тоже все делает по совести. Ну и наверно при помощи Олега портрет твой составить хотела, — усмехнулся Вова.

— Я так и знала, что он не просто так меня защищал, — рассмеялась я.

Спокойно доехали до Тамары, забрали ее и отправились в офис.

— Мне тот сарафан больше нравился, — она на меня внимательно глянула, — Ты, где его брала?

— В секонде, — покраснела я.

— Купи себе еще парочку в том же стиле, — посоветовала она, — И не носи ты эту черно-белую дрянь.

Ну что же, как скажет леди-босс. День выдался скучным и обычным, я работала швейцаром и ищейкой одновременно. Коллеги решили надо мной посмеяться и подарили полосатые чулки-гольфы, как у мультяшных ведьм. Всех поблагодарила и сунула презент в сумку, дочери понравится. Они ждали, что я обижусь, не получилось. Перед обедом позвонил все еще супруг, попросил меня принести ему нормальной еды. Сказала, что после работы куплю ему что-нибудь в кулинарийке и принесу.

— А ты сама, что обедать будешь? — обиженно спросил он.

— В столовку схожу.

— А я думал ты с собой домашнюю еду на работу взяла. Лишних денег нет, а ты на столовку тратишься, — укорил он меня.

— Родной, ты там нюх не потерял еще? По твоему я должна была тебе свой обед отдать, а сама святым духом питаться? Пусть тебе твоя краля в застиранных трусах домашнюю еду таскает.

— Марин, ты чего такая злая, я не узнаю тебя. Ну, перегнул немножко, ну ошибся. Кто не ошибается то, ну бес попутал. Прости меня, а? — начал лебезить муж.

— Так есть хочется? — усмехнулась я.

— Угу, тут такой баландой кормят, смотреть тошно.

— Есть, тебе принесу, куплю в столовке что-нибудь. Как себя чувствуешь? — сменила гнев на милость.

— Уже лучше, но все равно постельный режим. А еще мне туалетную бумагу, стакан, полотенце, зубную щетку, пасту и мыло, сможешь принести? — спросил он.

— Может еще и трусы? — усмехнулась я.

— И трусы.

— Я все понимаю, но у меня новая работа. Рабочий день до половины седьмого, у тебя приемные часы до семи. Я просто не успею к тебе. Отпрашиваться не вариант. Мама твоя все это тебе привести не может? — вспомнила про условия работы.

— Ой, ну ты же знаешь, маму нельзя беспокоить.

— Ладно, тебя поняла. Давай пока, — отключила я трубку.

Набрала любимой свекрови и выдала, что ее сын лежит в больнице и ему нужно вот это все и чистые трусы. Мне некогда и у меня новая работа, а еще у нас ипотека, и теперь мне нужно зарабатывать деньги. Я не дала ей и слова вставить в свой монолог. Договорила и бросила трубку. С чувством выполненного долга, пошла вместе с Мадам обедать в столовку. Муж не вызывал никаких эмоций, лишь небольшое чувство жалости и легкой брезгливости.

Вечером посетила ближайший секонд. Нашла юбку в стиле бохо, платье и какую-то очешуительную блузку, а еще сногсшибательный деловой костюм в мелкую полосочку. На все про все потратила полторы тысячи рублей, шиканула, так шиканула. Что теперь сделаешь, если вот такие нестандартные вещи в обычном магазине не найдешь.

На выходных с дочерью съездили к мужу в больницу, проведали папу. При ребенке делали вид, что все у нас в порядке. Оксана не стала рассказывать ему про дачный отдых, не сдала меня. Супруг спрашивал про соседа, сказала, что его кто-то кислотой облил, и теперь его нет больше среди живых. Со стороны мы смотрелись вполне счастливой семьей.

Вся следующая неделя была соткана из рутины, никаких поездок, никаких бешеных заказчиков, все было тихо и мирно. Казалось, что я нормальный обычный человек. От Олега узнала, что пропал тот самый беспалый боец. Его женщина твердила, что приходил ангел и увел его, она слышала ангельский голос, который спас ее. Но у женщины было несколько переломов и черепно-мозговая травма, так что все решили, что у нее галлюцинации, а гражданин просто загулял.

Может, мне тоже все это приснилось и зря я упрекаю себя в отсутствии угрызения совести на счет всех жертв и мужа.

Глава 14. Михаэль

Прошло около двух недель, как я устроилась на новую работу. Мужа выписали из больницы на домашнее долечивание. Моя работа превратилась в обычную рутину, без какого либо экшена. На встречах партнеры вели себя правильно и прилично, старались не выделяться и составляли идеальные документы, что даже наш юрист не мог к ним придраться и все остальные грамотеи тоже. Предполагаю, что весть про меня разнеслась в узких кругах, и многие просто не хотели связываться с Мадам, дабы не были раскрыты их секретики.

За ипотеку заплатили с карточки мужа, оказывается, у него там скопилась весьма приличная сумма, хватит погасить половину оставшихся платежей. Но не стала наглеть и напирать на него. Он у нас пока на хозяйстве: сготовить, убраться, постирать, в магазин сходить. Вначале сопротивлялся, говорил, ему положен постельный режим. Не отказала, предложила развестись и определить режим в другом жилище. Спит он на диване в зале, так что у нас теперь у каждого своя комната.

Организм мой пока не бунтует, сырых продуктов не требует, хотя я предполагаю, что все это до поры до времени. Беспалого искать не стали, решили, что он куда-то с пьяных глаз уехал, за ним водился такой грешок. Раскисший труп за гаражами тоже не нашли, бомжи туда не лазают, а самим владельцам все равно, чем это воняет с помойки, может животное какое сдохло.

На этой неделе намечалась командировка в Венгрию, мадам присмотрела там какую-то недвижимость. Может, отремонтирует и продаст, а может, начнет бизнес расширять, в подробности меня не посвящали. Но надо, сказать, мне было все равно на тонкости, радовал сам факт, что мы едем заграницу. Я по области то редко езжу, а тут в другое государство. Честно говоря, очень рада была этому событию, хорошо, что год назад сделала себе загранпаспорт.

Собралась быстро, покидала в сумку необходимые вещи на дней пять, оставила распоряжения для дочери и мужа. Отправились с мадам в аэропорт. Добрались быстро, поселились в заранее забронированный отель. Номер с двумя спальнями, очень удобно. После принятого душа, отправились с ней пообедать.

Недалеко от гостиницы расположилось небольшое кафе с приличной венгерской кухней. Чем мне нравилась Тамара, тем, что в ней не было пафосности, не смотря на ее материальный статус. Она не искала самый дорогой ресторан, самый дорогой отель, хотя, как я предполагаю, могла себе это позволить. Она выбирала попроще, но с должным сервисом и хорошим видом из окна.

Мы заказали по порции венгерского гуляша — бограч, какие-то колбаски, салат из свежих овощей, по куску пирога с яблоком, какой-то напиток наподобие нашего морса и чай. Порции там были просто огромные. Суп-гуляш был в меру острый, с томатной сладостью и кислинкой. Наелась им, на колбаски сил и места не хватило, от пирога отрезала маленький кусочек на пробу. Официант унес посуду с нашего стола и остатки еды. Во мне проснулся маленький еврей и жадно подсчитывал недополученную прибыль с оставшихся колбасок и кусочка пирога.

Через пару минут вернулся официант со счетом и контейнерами с оставшейся едой. Была приятно удивлена. Тамара рассчиталась, а я утащила к себе в сумку продукты. Она посмотрела на меня и усмехнулась. Не оставлять же это все и не выбрасывать, мало ли, может пригодиться, есть захочу по дороге, а тут и еда с собой.

После трапезы мы отправились по служебным делам. Взяли такси и поехали в агентство, которое занималось той самой недвижимостью. Интересно, что многие сделки проводили ее менеджеры, а вот особые объекты она никому не доверяла, а на осмотры ездила лично сама.

Нам предоставили риелтора-юриста, который отлично разговаривал на русском языке. Он принялся показывать нам альбомы с недвижимостью, но Тамара его остановила, назвав какую-то местность в Венгрии. Агент начал заикаться и краснеть, говорить, что этот объект продается только особым людям. Видно мы не были похожи на тех самых важных персон. Он начал что-то юлить, краснеть, бледнеть и пыжиться, сдерживая себя всеми силами. Потом выскочил из кабинета и в коридоре разразился великим и могучим русским матом, как его это все достало, и что его клиенты «очень хорошие люди», и начальник такой же, и живет он с доброй и порядочной женщиной и дети его, вообще не его дети. Орал он до тех пор, пока его кто-то не утащил в другое помещение.

На Тамарином лице ни один мускул не пошевелился, вероятнее всего, она ожидала нечто подобное. В кабинете мы посидели несколько минут и в дверях появился другой агент, извинился за своего коллегу, сказал, что у него неприятности в семье, вот он и сорвался. Молодой человек неплохо говорил по-русски, но чувствовался легкий акцент. По национальности походил скорее на цыгана, а не на венгра, хотя в последних я совершенно не разбираюсь. Очень приятный, обходительный, модно и стильно одетый. Представился Михаэлем. Принес нам специальный альбом с интересующей недвижимостью. На все мои попытки всмотреться в него, отвечал легкой улыбкой. Либо ему нечего было скрывать, либо он умел это делать легко и непринужденно. Он понимал, что рядом с ним не простые богатые клиенты.

Тамара ткнула пальцем на несколько объектов. Договорились на следующий день съездить в пару мест. Венгр предложил нам вечером посетить очень модный и интересный клуб, познакомиться с влиятельными людьми. Мадам почему-то согласилась, чувствовалось, что товарищ очаровал ее. Он сказал, что вечером заедет за нами. Мы покинули агентство, в душе колыхался легкий осадочек от произошедшего и странное послевкусие после общения.

— Тамара Алексеевна, а обязательно вечер проводить в злачных местах Будапешта? — спросила я.

— Дорогая моя, мы с тобой договорились, что мои решения не обсуждаются, — улыбнулась она мне.

— Но это касается вашей безопасности. Не нравится он мне, мутный какой-то, — попыталась ее вразумить.

— Ну твой «детектор» ни чего не выявил, так что боятся нечего, — она улыбалась, как девочка подросток.

— Но он не на всех срабатывает, вот Олега он не берет, хотя у него явно полно скелетов в шкафу и «милых» секретиков, — не оставляла я попыток уговорить леди-босс оставить эту затею.

— Давай, я сама буду решать, куда мне ходить и с кем общаться, — зло прошипела она.

— Ну что же, я вас предупреждала, — пожала я плечами.

Вечером за нами заехал приятный молодой человек — венгр по имени Михаэль. Он навешал нашей мадам кучу комплиментов, и даже мне досталось парочка. Повез нас какими-то закоулками, объясняя, что по центру города нельзя ехать на автомобиле. Прилипать к окну авто я не стала, да и высматривать названия улиц тоже. По всей видимости, он считал, что мы богатые простушки, которых можно легко одурачить. Однако, он действительно привез нас к какому-то дому, из-за дверей которого слышна была музыка. Около входа тусил разнокалиберный народ, слышна была разнообразная иностранная речь.

Михаэль провел нас мимо охраны и проводил за отдельный столик, на котором значилась табличка ВИП. Подошла симпатичная официантка в короткой юбке и блузке с глубоким декольте. Принесла напитки, которые мы не заказывали. Венгр продолжал любезничать с нашей мадам, которая слегка поплыла от его внимания. От коктейлей я отказалась, а попросила принести обычную минералку. Официантка слегка скривилась, но заказ мой выполнила. Михаэль стал спрашивать, почему я отказалась от коктейлей. Я ему посетовала, что у меня аллергия на алкоголь и некоторые лекарственные препараты.

— Ты можешь умереть? — сочувственно он спросил меня.

— Нет, меня просто выворачивает наизнанку, я могу продемонстрировать содержимое своего желудка, — пожаловалась я.

На его лице промелькнула тень легкой досады. Не просто так нас этот крендель завел в эти пенаты, видно, что-то замышляет.