Глава 81 Миссия не выполнима

Пару пирожков оставили на всякий случай, остальное съели с большим удовольствием. Я хоть и не любитель жареного, но мой организм за эти недели изголодался по вредной пище. Вытерла салфеткой руки и жестом показала Катерине, чтобы она вытаскивала свои тесты.

— Точно руки чистые? — спросила она.

— У нас холодная голова, горячее сердце и чистые руки, — показала я ладони, — Сейчас на твоих листах и проверим.

— Только соберись, от этого зависит твоя дальнейшая судьба.

— Конечно, я сейчас, как соберусь, — рассмеялась я, — Как напишу тебе, твое начальство будет тобой гордиться, и будет в полном восторге от меня.

Первые две страницы я просмотрела, и пыталась ответить там что-то вразумительное. Потом мне это надоело, вопросы становились все страньше и страньше, и я просто стала ставить галочки под ответами наобум. Где надо было что-то писать, отвечала по типу: март прекрасный месяц, а в ноябре грязно. Катерина смотрела с ужасом, как я расправляюсь с тестами. Пыталась меня вразумить, но я глумилась над их опусами вовсю.

На одном из листов было написано, чтобы нарисовали всю свою семью, меня передернуло от этой мысли. Вспомнила сказку про репку и схематично накидала такой рисунок, при этом пририсовала кошку, жучку и мышку, как умела.

— Это что за запятая? — спросила меня Катя, тыкая в мышку.

— Это мышь, наверно полевая, хотя может и домашняя, — пожал я плечами, — Я не художник.

— Нда. А это что? — ткнула она в нечто похожее на распятие.

— Это чучело огородное.

— Да уж, — качала она головой, разглядывая мои художества и качая головой, — На тебе еще пачку тестов, развлекайся.

Она кинула мне на стол еще десяток листов, затем откуда-то из сейфа достала ноутбук и села что-то писать.

— Чего пишешь? — спросила я, рисуя на полях чертиков.

— Характеристику пишу про тебя.

— И что там? — поинтересовалась я.

— Неуправляемая, неконтактная, работать в паре или в команде не может. Я вообще не понимаю, как ты работала с Вовой и его командой. Непредсказуемая, нестандартно мыслит, агрессивная, взбалмошная, нелогичная. Имеет физические показатели выше среднего, но в пределах нормы. Не чувствует уровня опасности, — она с каким-то удовольствием зачитывала эту характеристику.

— Прямо волчий билет, — усмехнулась я, — Даже слегка обидно. Теперь меня не возьмут в вашу организацию работать, — скривила я обиженно мордочку.

— Я теперь понимаю, как вам удалось словить удава, он в шоке был от тебя, ты ему весь план сбила своей нелогичностью, — ответила она, — Да, я тебе такое напишу, что тебя на пушечный выстрел в нашу организацию не подпустят.

— Не надо, я уже настроилась, Катя, умоляю, — стала я канючить.

— Даже не проси. Мало ли, как жизнь повернется, и поставят меня в пару с тобой. У меня вон до сих пор челюсть болит, теперь синяк будет, — она потерла лицо и продолжила писать.

— Ну, Каааатяяяя, — заныла я еще больше.

Она хотела мне что-то сказать резкое, и оторвалась от экрана, увидела мое счастливое лицо с издевательской улыбкой и выругалась.

— Хватит ломать комедию, — сказала она, — Ты все это специально подстроила.

— И что? Мне тридцать пять, я всю жизнь проработала бухгалтером. После пожара в бабкиной квартире повысилась физическая выносливость, как ты написала. Я не мечтала работать в такой конторе, как ваша даже бухгалтером, и до сих пор не мечтаю. Люди стремятся сюда, проходят обучение, выслуживаются. Мне этого не нужно, вообще. Да и старая я уже по вашим меркам, я не наберу стажа для пенсии. Да и если меня будут так пользовать, как сегодня, я просто не дотяну. У меня нет желания работать здесь, понимаешь? Да и что меня ждет здесь? Ни карьеры, ни зарплаты, ни звездочек. Я лучше назад в бухгалтерию вернусь и то больше заработаю.

Катерина меня внимательно слушала.

— Да и огородный овощ с тобой. Сейчас допишу и вали на все четыре стороны. Я тебе так скажу, ты Марина, самая обыкновенная баба, каких миллионы. Чуток у тебя в мозгу переклинило и вот ты уже звезда, а наши решили, что ты особенная. Никакая ты не особенная, вали, Марина, домой, к своему мужу изменщику коварному, дочери подростку и рыжему Рыжику.

— А рыжий разве дома? — удивилась я.

— Да, его сегодня выписали. У него спина какой-то коростой была покрыта. Вылечили гражданина, — махнула она рукой.

Она допечатала и отправила по почте отчет.

— Сейчас ответят, — кивнула она на ноут, — Давай пока пирожки доедим.

Вытащили из пакетика оставшиеся холодные пирожки и принялись их грызть. Катерина взглянула ноут, проверила почту и покачала головой.

— Пока нет ничего. Я всегда мечтала служить в органах, сначала юридический закончила, потом другое учебное заведение. Попала сюда, думала романтика, шпионы и все такое, а приходиться тестировать всяких обалдуев, — она снова потерла подбородок, — Единственное, — зарплата радует, да всякие соц плюшки.

— Слушай, а эти с недвижимостью будут до меня докапываться? — спросила я.

— Не знаю, это не наш отдел, и так то их вроде, как отозвали, — пожала она плечами.

— Мне бы переодеться, — ответила я.

— Броник можешь снять. Сейчас подождем, что ответят и вперед на выход.

Мы посидели еще десять минут. Я разглядывала тесты, а Катя ковырялась в ноуте.

— О, пришел ответ, — кивнула она.

— И что пишут? — поинтересовалась я.

— Пишут, что я могу отпустить тебя домой, а твои результаты еще будет просматривать руководство сверху.

— Отлично. Как ты думаешь, что они решат?

— Примерно, то же самое. Никому не нужен неблагонадежный сотрудник, у которого семь пятниц на неделе и который может провалить миссию, — хмыкнула Катерина.

— Миссия невыполнима, — рассмеялась я.

— Нашла над чем смеяться, это же людские жизни, — покачала она головой, — Ладно, пошли твою одежду искать.

Опять переходы, лестницы, коридоры, бюстик Дзержинского и красные бархатные занавески, старый паркет и ракушечник на стенах. Вошли в ту самую раздевалку. Вещи мои лежали на месте. Быстро переоделась, и мы отправились на выход.

— Как тихо, — сказала я.

— Тут хорошая звукоизоляция, да и рабочий день уже кончился. Тебя до дома подбросить? — спросила она.

— Если несложно.

— Нет, мне в ту же сторону.

Забрала свои вещи у охраны на выходе. Мы с Екатериной вышли из сумрачного помещения, и попали на оживленную улицу.

— Как из склепа выползли, — усмехнулась я, — Там словно другой мир.

— Так и есть, — улыбнулась она.

— И вурдалаки в кабинетах сидят, — сделала я жуткое лицо.

Она начала смеяться.

— Пошли, сказочница.

На парковке стояла маленькая красненькая машинка.

— Малолитражка, ест мало, пролезет в любую дырку.

До дома добрались с ветерком. Екатерина мастерских обгоняла и подрезала, объезжала заторы и пробки.

— Прямо профи, — удивилась я, когда мы домчались за пять минут.

— Я люблю скорость, — улыбнулась женщина, — Давай, пока. Не попадайся в поле зрения спецслужбам, у меня нет желания находиться рядом с тобой, — тронула она рваный комбез и синяк на челюсти.

— Взаимно, дорогая, — ответила я, — Прощай, — махнула рукой.

Повернулась и пошла в сторону дома. На лавке сидел худой и осунувшийся Рыжик. Увидел меня и пошел в мою сторону. Притянул к себе и крепко обнял. Погладила по спине, крыльев не было.

— Я так соскучился, — прошептал он и уткнулся в мою макушку.

— Я тоже, — прошептала я, — Идем домой, — потянула его за руку.

Мы отправились ко мне в квартиру.

Глава 82 Глупости

Поцелуи, обнимашки, такой родной запах. Добрались до квартиры, не могли друг от друга оторваться. Открыла дверь, ввалились вдвоем в коридор. Скинула кроссовки, Слава подхватил меня на руки и понес в спальню. Вдруг кто-то закашлял. Рыжик развернулся вместе со мной на звук кашля. В дверях кухни стоял Ренат, отрезал по кусочку розовую арбузную мякоть и жевал.

— Арбуз будете? — спросил он, кивнув в сторону кухни, — Я арбуз купил, сладкий, косточек мало.

Слава поставил меня на пол.

— Ты кто такой? — сделал он шаг к Ренату.

— Полегче, молодец, — сказал он, слегка развернув острие лезвия в сторону рыжего приятеля.

— Слава, стой, это Ренат. Ренат, ну ты уже понял, — познакомила я ребят.

— Он кто такой? — удивленно спросил рыжий.

— Приятель. Ему негде жить и он временно остановился у меня, — ответила я.

— Не хотите арбуз, тогда может чайку? — поинтересовался «паренек».

Слава посмотрел на меня внимательно и пошел в кухню.

— Ну, давай чайку, — хмыкнул он.

— Ой, мальчики, — состроила я глупое лицо, — Я в душ тогда, пока вы там чай завариваете, а то весь день, как савраска. Хоть смою этот чудный день.

Я подхватила чистые вещи и нырнула за дверь ванной. Скинула с себя одежду и вошла под прохладные струи воды. Плечо ныло все сильней, гадство какое, не дает настроиться на отдых. Быстро помылась, потянулась за полотенцем и что-то там, в руке хрустнула. Громко выругалась.

— Марина, у тебя все в порядке? — спросил Слава.

— Угу, — простонала я, закусив губу от боли.

Кое-как натянула на себя домашнюю одежду, и вышла из ванной. Ренат посмотрел на меня, потом на руку, которая болталась плетью.

— Иди сюда, — протянул он руку.

Покорно подошла. Он пробежался пальцами по моему плечу под изумленный взгляд Славы.

— Вывих, — сказал Ренат, — Слава держи ее, а я буду дергать, не успеем до травмы, руку потеряет.

— Как потеряю, я же только ее вывихнула.

— Не совсем так, плечо выбили. Кровообращение нарушилось, вывих все усугубил. Зная, какие в травме бывают очереди, можно и не успеть, — ответил Ренат.

— Хорошо, — кивнул рыжий, и крепко обхватил меня за талию.

— Ээээ, ребята, может все же к врачу.

— Марин, чай стынет, — сказал Слава и впился в мои губы.

В этот момент Ренат дернул за руку со всей силы. Я заорала и укусила рыжего за губу до крови.

— Подвигай рукой, — скомандовал Ренат.

Поводила ей туда-сюда, ничего не болело.

— Не болит, спасибо, — обрадовалась я.

— Самый страстный поцелуй в моей жизни, — сказал Славик и вытер кровь ладонью.

— Прости, — я чмокнула его в щечку.

— Пошли пить чай, — усадил он меня за стол.

— Может, ты есть хочешь? — спросил Ренат, — Я особо ничего не готовил, только харчо, есть вчерашний плов. Могу салатик сообразить.

— Харчо, — я потянула носом воздух.

— А вы Вячеслав чего желаете? — поинтересовался вечно молодой.

— Тоже, что и девушке, и можно еще тарелку плова.

Ренат ловко налил две тарелки супа и поставил их перед нами.

— Приятного аппетита, — сказал он.

— А ты? — спросила я, отхлебывая огненный суп.

— Только перед вами две тарелки навернул. Я думал, ты сегодня не придешь. Как все прошло? — спросил Ренат, отрезая себе очередной кусочек арбуза.

Я посмотрела на Славу, потом на Рената, как сложно то не доверять. На меня внимательно смотрело две пары глаз. Я тяжело вздохнула.

— Ты хотел пойти со мной, — сказала я ему.

— Я пошел, — кивнул «парень», — просто ты меня не видела, меня никто не видел.

— И? — насупилась я.

— Не смог пройти, там у них какая-то защита стоит, чтобы не считывали разговоры. Вот она и не дала мне туда проникнуть. Я все здание обошел и не нашел лазейки. Вернулся назад. Так что там, Марина у тебя было?

Слава внимательно нас слушал и ел.

— Вначале на меня напали трое в раздевалке, затем шестеро в спортзале. После, в темном подвале с оружием. Потом мне выдали бумажки с тестами.

— Что нарисовала? — спросил Ренат, жуя арбуз.

— Сказу про репку, где они все тянут огородный овощ.

— Шарик, я тебя поздравляю, ты балбес, — выдохнул он.

— Почему? Я там на все вопросы наобум галочки поставила, — удивилась я.

— Потому что в этих тестах главное рисунки. Понимаешь? Они этими тестами так голову задалбливают, что человек рисует на подсознании. Как я забыл тебя предупредить про рисунок, — покачал Ренат головой.

— Все плохо? — испугалась я.

— Расскажи подробней, что там было? — спросил он.

Слава жмурился от удовольствия, прихлебывал из тарелки харчо и слушал наш разговор.

— Я нарисовала репку, дедку, бабку, внучку, жучку, кошку мышку и в углу листа чучело огородное.

Слава с Ренат переглянулись между собой, похоже, они что-то знали, чего не знала я.

— А тебя не спросили, где ты на этом рисунке? — поинтересовался Ренат.

— Нет, — мотнула я головой, — Спросили про закорючку и чучело.

— Лисичка там была?

— Да, — кивнула я, — Я ей порвала комбез и врезала в челюсть.

Мужчины снова переглянулись.

— Ребята, я чего-то не знаю? Вы знакомы?

— Рыбак рыбака видит из далека, — ответил Слава, — Органы, в которых мы служили, накладывают определенный отпечаток. Так, что своих можно узнать из толпы.

— Снюхались, — буркнула я, — Как там наши, Аня, ребята?

— Марина, я никого еще не видел. Меня выписали из больницы, и я прямиком к тебе, — покачал головой Слава.

— Как спина? — поинтересовалась я.

— Меня какой-то фигней кололи, все прошло, так сказать само отпало, — хохотнул он, — А с тобой, что приключилось?

— Долго рассказывать, — махнула я рукой.

— Ребята, мне некуда идти, — сказал Ренат, поняв по нашим многозначительным взглядам, что он лишний.

— Давай я тебя с сестрой познакомлю. Только предупреждаю сразу, она запойная, но с ней весело, — предложил Слава.

— Очень, — сморщилась я, — Особенно на следующее утро.

— Я не пью, но могу составить ей компанию, мне чай, ей вино, — кивнул Ренат.

Мы поужинали и отправились все вместе знакомить Рената с сестрой Рыжика.

— Ты не боишься свою сестру знакомить с посторонним чуваком? — поинтересовалась я.

— Нет, — покачал он головой.

— Совсем все так плохо?

— Не то слово, мама хоть поспит, пока он сестру развлекать будет.

— Тяжко, — вздохнула я.

Мы быстро добрались до Славиного дома на такси. Прикупили по дороге торт и бутылку лимонада.

— Хочешь, я с ней поговорю? — спросила я.

— Нет, мне хочется, чтобы она сама осознала, что алкоголь зло.

По коридору шаталась пьяная сестрица.

— О, брательник приперся. Что принес?

Слава показал бутылку лимонада. Женщина никак не могла сфокусировать взгляда. Ренат подхватил ее под руку, забрал у нас торт и газировку, и махнул нам рукой, дескать, идите.

— А не выпить ли нам с вами вина, милая леди? — пропел он ей.

Женщина закивала головой и с удовольствием потащила его в свою комнату. Мы вышли из квартиры, и решили прогуляться по ночному городу, подышать свежим воздухом, и просто поговорить.

— Ты его знаешь? — спросила я Славу.

— Нет, но он знаком с Олегом, а мы работали вместе, да и Ренат твой приятель. Ты же ему доверяешь, а я доверяю тебе, — он меня приобнял за талию.

— Какие мы доверчивые, — рассмеялась я, — У тебя правда отвалились крылья, — погладила его по спине.

— Правда, я по ним уже скучаю, — улыбнулся он, — А над тобой никаких экспериментов не проводили?

— Не знаю, я попыталась сбежать, мне вкололи много снотворного, и я проспала больше суток, чего они со мной делали в это время. Я не знаю.

— А ты с этим Ренатом познакомилась в больнице?

— Да, он мне помог сбежать.

— А что он умеет? — спросил Слава.

— Готовит вкусно, работать не боится, бегает быстро, — пожала я плечами, — А что? Это допрос?

— Нет, просто я думаю, что ребята, Макс с Лехой, они в строй долго не вернутся, нам в группу нужна еще парочка бойцов.

— Мне Лиса сказала, что ребят выписали, — удивилась я.

— Выписали, но они были в плохом состоянии, — покачал печально Слава.

— Как так то? У них жены, дети, — сказала я с сожалением.

— Марина, такое бывает, может со временем все восстановится. Главное, что живы.

— Аааа, я думала, что совсем каюк, — выдохнула я.

— Нет, нет, что ты. Нормально все, они живые.

— Ты же сказал, что не знаешь, что с ними?

— Там сидел Ренат, я не хотел говорить при нем.

Мы погуляли еще по ночному городу, затем вызвали такси, и поехала ко мне. В эту ночь у нас все пазлы сложились, и никто нам не помешал и не побеспокоил. Никто никого не съел.