Устряпанная по самые уши, Настя возвращалась под моё крыло, устало пробираясь меж истощённых трупов. Лёша остался с пацанами — вот прям срочно человеку надо похвастать!…

Раскидав на всех последние лечилки, спрыгнула. Прихватила парой лент Сизову и взяла старт в дальний угол.

…Ну живы, чё. И даже почти все. Одного гвардейца, стоявшего с краю, убило на месте. А если не на месте, то он совершенно точно умер, вообще не приходя в сознание… Там и грудная клетка этой чёртовой цепью разодрана, и артерия на шее — в хлам, и висок навершием разбит. Он уже холодный.

Тут я пока не помогу… Хотя…

— Ты что делаешь? — скрипнув зубами, задал вопрос Арсеньев, подъехав следом.

— Пытаюсь реанимировать.

— Он мёртв!

— Не факт.

— Вась, ты вообще — уверена? — осторожно переспросила Сонька, так и не вспомнив слезть с удобных, широченных ныне плеч Муромца.

Прям лимузин повышенной комфортабельности, а не мужик…

— Он ведь не охотник, и нашей живучестью не обладает.

— Не вижу особой разницы, — пробормотала, устанавливая на парня отдельную, круговую лечилку. — Что-то у меня настроение скакнуло до хорошего… — да, нанюхалась тут всякой фигни. Магического толка. — Может щас так благословлю, что воскреснет.

— Змейка, — Ковбой снова попытался наставить на путь истинный. Огрызнулась:

— Щас кусну! — ну или не только “кусну”. Ты мне ещё пошипи так пикантно в ухо — я тебя вообще оприходую… И в прямом, и в переносном.

Мне уже почти пофиг на зрителей…

Но секунды и минуты шли, — а ничего толком не происходило!

— Хм, — призадумалась, почёсывая вновь зудящую бровь. — Как же там в сказке было? Омыла она молодца слезами, окропила его труп водою мёртвою, затем — водою живою… И ожил добрый молодец… Не, ребят, всласть порыдать над вашими несостоявшимися трупами у меня при всём желании не выйдет — вы для меня не та категория… А вот что насчёт мёртвой воды? А мёртвую воду я вам, чисто гипотетически, устроить могу… Да и живую тоже. Лука, ты ещё не всю минералку выдул?

— Нет. Держи, — приученный мамой не задавать приличным людям лишних вопросов, стриж протянул стандартный ПЭТ с остатками. Поболтала на донышке, снова подумала:

— Нет, по идее, там уже не только вода, но и слюни охотника… Но какая, к чёрту, разница? Хуже не будет… Так. А где наши кудесники-чудесники?

— Уже тут, — отозвался Мустанг, возникая рядом. Вместе с Банни на условном поводке… — Что нужно? Торжественное аутодафе, для попа?…

— Какого попа? — я нахмурилась. Яр кивнул на торчащие из свалки пятки, с прилипшим к каблуку куском рясы. — А-а. Не, попа потом… Но — да, он мне не нравится. Уж больно громко орал… Но я счас не о том. Ты мне воду добудь.

— …Вась. Я, вообще-то, маг огня. Пока. Полярные элементы, конечно, могут… Иногда. Но фонтан далековато, — очень партийно правильно ввернул Ярик. Памятуя о том, что нас вероятно уже местами слушают. Не те, кто надо.

— Ты не понял. Ты мне из этих ушастых экскрементов, — кивнула на ближайшую кучу трупов сидхе. — Воды добудь.

— Зачем?

— Ну… Они — мёртвые, вода — мёртвая… Теперь идея ясна?

— Вась… — чуточку нахмурился маг. Я пожала плечами:

— Не выйдет с первого раза — повторим. Один хрен, их тут — как лабораторных крыс в департаменте… Не вижу разницы, честно говоря.

— Ну если ты так ставишь вопрос…

— Да он всё равно пока мёртвый, ему вообще пофиг, — кивнула на избитого, обескровленного гвардейца.

— Логично, — подумав, заключил Мустанг. И дал команду Банни…

***

Нет, с первого раза, естественно, не вышло: воздушник перестарался. Остатки аш-два-о в трупе сразу — перешли в состояние пара, газа, — и ещё чёрт знает чего!…

И нагло испарились, сволочи.

Мы их так семь штук перевели, под охреневшее сопение Светлова в наушнике. В его глазах все эти жмурики являлись довольно ценным ресурсом… И формат “деньги на воздух” он не понимал. От слова "совсем".

Ну а мне было фиолетово.

— Вы там что, все укулели? — наконец, не выдержал “бабушка”.

— А ты что — фашист-чистоплюй? — с полным дзеном отозвался Лука, наблюдая за медитативным процессом изведения останков сидхе.

— Да это прямое разбазаривание средств департамента!

— Ни хрена, — отрубил Мустанг. — Пока не произошло их трансфера на территорию непосредственно ЗД “Сокольники”, мы вправе их хоть в измельчитель сунуть.

— Именно это и происходит!

— И? — безмятежно потёрся носом о моё ухо Ковбой. — Прикольно, кстати, выглядит… Почти как упаковочную пупырку лопать.

— Пиздец, — чуть подумав, заключил Борис. — Надеюсь, Стрешнев до вашей моральной ямы ещё не скатился?

— Есть лишь звёздное небо над головой, да нравственный закон внутри нас, — процитировал Гребенщикова Лука, и джинн сразу как-то сдулся… Замолчал, прекратив столь осуждающе сопеть.

Ура, блин.

— Так, ок… — хлебнув дарёной водички, почесала нос. — Раз не получается выжать логичным, в принципе, путём — может их огоньком экстрагировать, мм?

— Хм. По идее, при сгорании органических веществ в избытке воздуха, а лучше — чистого кислорода, сажа не образуется. При заранее отредактированной реакции, где изначально известны все переменные, получится сначала вода — в её парообразном состоянии, затем — углекислый газ. Конкретно здесь вопрос лишь в том, что: во-первых, и тело человека состоит из большого количества элементов таблицы, во-вторых — эта дохлятина вообще может сильно отличаться… Чисто по составу. Например, того же кальция-кремния в них наверняка больше. То есть скорее мы получим просто сажу… Даже если сжечь в идеально поступающем токе кислорода, — заметил Мустанг.

— Ну давай попробуем на одной штуке? Хуже уже всё равно не будет.

— Не вопрос. Ставь щит, с доступом для Банни… А ты, мазила, закачивай внутрь воздух. Уж тут-то — не ошибёшься? — Стасик покраснел, под чутка осуждающим взглядом Огненного. Шмыгнул носом, и без единой жалобы принялся за работу.

Мустанг оказался прав — действительно, невзирая на их старания, вышла лишь кучка жирненького пепла. И вот, вроде бы, снова — провал… Но что-то мне подсказывало, что это ещё не всё.

Под довольно скептичными взглядами притянула бывший круговой щит, перестроенный в маленькую “плошку”. И развеяла его прямо над ладошкой. Совершенно неаппетитные, грязные куски упали в подставленную пригоршню, и… Принялись таять, словно масло какао. Запахом и структурой напомнив нефть и ртуть одновременно.

Пахло концентрированной смертью, можно сказать…

Но отмечать победу было рано.

Сняв с петли лук, развернула и вполголоса озвучила:

— Ну что, Кощей, давай работать…

Древесина покрылась лёгкой, постепенно темнеющей дымкой. И сквозь эту некромантскую мгу* я тупо стала лить на раны полученную химозную гадость…

Впрочем, быть просто “химозной” она переставала. Окрашиваясь из своей оригинальной, глубокой черноты всё той же знакомой серостью.

— Ах-ре-неть! — протянул подтянувшийся на движуху Лавр. И уточнил:

— Вась, он же мёртвый?! — Я отмахнулась:

— Это временное явление. Не мешай.

Очень даже целый труп радовал своими ненаучно затянувшимися ранами. Но не радовал тем, что всё ещё труп.

— Звезда Поганус встала в созвездие Мухомора! — изумлённо, хоть и вяло, возмутился Боря.

Прочие зрители пока помалкивали. Ну хотя бы потому, что воняло сие великолепие серой. Да так, что глаза слезились… Это Светлову по ту сторону экранов — тепло и светло, так сказать… И мухи не кусают, да.

Нет. Полагаю, кроме как возвращать живую материю к исходному состоянию, эта фигня ни на что не годится. Да, это магия, — но скорее, магия некроса… Если сравнивать с тем, что я обоняла в портале со Мстишкой, где мы некромантов били — с помощью получившейся у нас с Мустангом хренотени даже завалящего зомби не поднять. По сути, это среда для восстановления органики. Возможно — идеальная.

— Ну чё, поехали? — глубоко вздохнув, вернула в петлю временно ставший ненужным лук. Поставила над солнечным сплетением сегодняшней подопытной крысы всё, что сходу вспомнила…

— А почему именно там? — тихо поинтересовалась Настя, со всем тщанием запоминая порядок действий.

А а как иначе-то, если окрестные камеры ещё не скоро заработают — особенно после Муромца, блин! — а с меня Житов потом во всех подробностях спросит: что, да как? Короче, толковый наблюдатель обязателен. Вместо многоракурсной съёмки. А класс "убийца", с их памятью на всякие мелочи, в подобной роли вообще незаменим… Так что она, считай, мой сегодняшний лаборант-наблюдатель.

— Манипура, центр внутренней силы, отвечает за поглощение внешних вливаний… — также вполголоса отозвалась я. — Пытаюсь хоть отчасти быть логичной.

Хотя конечно, логичным быть трудно… Особенно глядя, как сквозь наслоённые пирогом разные виды лечилок, ранее максимально качественно у меня получавшихся (а в данный момент перенасыщенных силой и вертящихся, аки сошедшее с ума колесо судьбы) — медленно, по капле просачивается сияющая солнцем…

Уже не питьевая вода из бутылки, нет. А скорее, эссенция… Густая, золотистая!…

Секунды текли как в никуда.

В какое-то мгновение, Кощей нехарактерно шевельнулся. И воздух над трупом наполнило уже знакомое шипение:

— Ну ты и шутница, демониц-ца! Зачем тебе этот муравей?

— Потому что я так хочу, и луна сегодня во втором доме.

— Ну как з-знаеш-шь… Если вес-сы качнутс-с-я… Да будет так! — внезапно пожелала чешуйчатая, и вновь пропала в недрах лука.

— Да будет по слову моему! — искренне отозвалась я. Чувствуя, как что-то во мне — и в самой округе — с безмолвием рвётся…

Сгрудившиеся вокруг охотники молчали. Понимая полную абсурдность происходящего. И не понимая степень моей веры.

— Вылил чашу свою на воздух… И из храма раздался громкий голос, говорящий: совершилось! — Предположительно "живая водичка" совсем уж сурово засветилась. Прямо радиоактивно.

Гвардеец принялся фосфорецировать, прям как я когда-то, в подземелье с улитками — насквозь. Так, что все, даже мельчайшие капилляры — просветило!…

— Живая, говоришь, — протянул Арсеньев, покрепче сжав руки у меня на талии. — Знаешь, вот даже меня её — не то что пить, и в руки-то брать не тянет…

Я пожала плечами, плавно наращивая силу воздействия:

— Ну ты и не похож на труп, так что ручонки лучше не тяни…

— Да. Яд живому, — внезапно подал голос Илья, чуточку сощурив серо-синие глаза. — Наверное, именно поэтому ею мёртвого поливают.

— Наверное, запускает электро-магнитные процессы? — с интересом произнёс Мустанг. — Если хорошо присмотреться… похоже на ядерный взрыв для остановившихся нейронов. Вон, видите пульсацию?… Нарастает, с усилением потока её магии.

…Тело выгнуло в судорожном вдохе. Труп перестал быть трупом.

Заполошно забившееся, словно птица в клетке, сердце ломилось наружу с такой силой, что я была вынуждена прижать гвардейца щитом к земле — чтоб он случайно не разнёс себе затылок. Ибо вместе с сердцем бился он весь. И кинуть несколько дополнительных лечилок. А уже потом, когда вернувшийся к жизни организм перестало так штормить, принялась усиленным воздействием восстанавливать литраж крови и нивелировать последствия кислородного голодания мозга…

Землисто-серое прежде, лицо постепенно наливалось приличным таким мужским румянцем крепкого парняги, формата "кровь с молоком", болезненные складки у рта разглаживались… И, в один прекрасный момент, он открыл мутноватые глаза.

Блин! Мне будто снова, первую собаку в детстве подарили! Такой же — поначалу бессмысленный — взгляд чисто-голубых глаз. Чей обладатель в первые мгновения вообще не понимает: что с ним происходит?! И который после нескольких морганий начинает наливаться иными оттенками…

Цвет осознанности, можно сказать.

Прекрасный цвет.

— Всадник Мор? — сипло пролаял спасённый со сковородок… мудак!

— Щас назад отправлю, — буркнула, под дикий Сонькин хохот.

— Я год служил на космодроме… И лично видел, как летит Ракета, стартовав внезапно, Под общий возглас: блять, куда! — с нотками безумия продекламировал в наушнике Боря. И очень отсутствующим тоном спросил у кого-то из подчинённых:

— Эй, где отрядная водка?…

Спустя секунды две ему уже наливали…

— Охотница Рощина? — после недолгих раздумий, сменил пластинку гвардеец. Под протяжное “буль-буль-буль!”, по связи с ВТО. Ну, думаю, с моими "фас" и "профиль" уже ознакомлены правоохранительные органы столицы. Так сказать, чтобы не перепутали в темноте.

— Ну предположим, — уже благодушнее проворчала, долечивая эту сволочь. И прикидывая: не слишком ли надерётся наш “бабушка”? Хотя он, вроде, не совсем на голодный желудок…

— Сёма, у вас там закусь ещё имеется?

— Имеется… — заворожённо отозвался второй зам.

— Ну супер. Значит, не пропадёте! — бодро заверила я технаря.

— Ага…

— А почему я жив вообще? — прокашлявшись, наконец-то задал верный вопрос боец.

— Потому что страна должна знать своих героев… И потому что у меня настроение хорошее, — хмыкнула, заканчивая с восстановительными процедурами. — Относительно.

— А остальные? — тут же уточнил парень. Принюхался к своей чумазой голой руке, торчащей из разодранной до плечевого шва форменного рукава. Прошибло на слёзы…

Да, живчик, ты теперь попахиваешь. Изрядно прям попахиваешь! Но полагаю, после пары раз хозяйственным мылом и берёзовым веником, эта убийственная вонь выветрится…

— Вот! — я кивнула отчасти прихреневшему Игорю на это нехарактерно совестливое (по нынешним меркам) создание. — Вот тебе главная причина, зачем таких воскрешать! Это же, считай — штучный экземпляр! Несерийная версия!…

Арсеньев молча возвёл очи горе.

Сонька истерично ухохатывалась… размазывая по мордахе слёзы и сопли.

— Так что с остальными? — настойчиво продолжил спрашивать сержант.

— Остальные живее будут, — хмыкнула, отхиливая остатки проблем — какие только нашла. Старый перелом, ещё какая-то фигня… Кажется, фурункул на заднице. Ну или шрам. Не знаю, не приглядывалась.

Встав с коленок, отряхнула штаны. Размяла шею. Посоветовала:

— Глаза прикрой, герой! — и шандарахнула наслоившимися оболочками по оставленной в сторонке куче условно живых. Не пожалела сил. Штук восемь накидала, всех мастей… С конской просто дозой энергии.

С земли раздался приглушённый стон, и кто-то выругался. Я слегка помрачнела.

— Та-а-ак, — оценив изъявленную степень недовольства, протянул Арсеньев. — Скажи-ка, милая моя… Этого изначально в программе не было, да?

— Да, — скрипнув зубами, вполголоса согласилась. — Эти ушлёпки, считай, зайцами с того света прошмыгнули… На попутном трамвайчике… — Сонька зарыдала Илье в макушку.

Нет, воскресила-то я одного безусого мальчишку-росгвардейца, который уже наверняка был трупом. А вот часть этой кучи — просто не собиралась долечивать как след! Они бы до приезда скорых сами померли. Две журналистских команды и один невоспитанный поп мне на зелёный васаби не сдались! Я их по досадной случайности к жизни вернула, капитально пролечив данный человеческий хламовник! Тут все были критично ранены, и при любом промедлении тихо-мирно скопытились бы… Ну на кой чёрт я не подумала сразу, а?!! И впёрлась со своими лечилками?!

Мысленно застонала. Ну бля…

— Может прибить по-быстрому? — тут же сориентировался Игорь. — Мир станет чище.

— Да я вот тоже склоняюсь к этому варианту… — пробормотала, разглядывая где чьи конечности в сём изрядно промокшем под дождиком, слипшемся грязькой клубке. По-хорошему ни поп, ни журналисты нам здесь не нужны. И по-плохому — тоже!

Настя уже достала из чехла пару узких, скальпелеподобных ножиков…

— Вы что?! — дал петуха голос гвардейца, столь не вовремя разувшего очи. — Так нельзя!

Игорёша со скепсисом на меня посмотрел, типа: а я ведь говорил…

Ну предположим, говорил. Но у меня на этот счёт было своё мнение. И пока оно не сильно изменилось. Равно как и нелестное мнение об этих ошибках эволюции…

— А с чего ты взял, что так нельзя? — сощурилась я на бойца. — У меня их по накладным вообще не проходит. "Неучёт", так сказать… А с "неучётом" приличный кладовщик обычно как поступает?

— Э-э… — выпучился сержант.

— Как бог на душу положит, — пробасил Муромец, полтора десятилетия прошароёбившийся по всяким казармам, частям и горячим точкам… И теперь, исходя из своего богатого жизненного опыта, подобру-поздорову, подсказывал парняге правильный вариант ответа. Гвардеец выпучился уже на него — мол, и ты, Брут?!

А чё нет-то, собственно?…

Сонька продолжала хихикать, роняя слёзы и сопли. Теперь — в шевелюру воздыхателя…

Для разнообразия, видимо.

— Да, Пётр и Павел уже поставили галочки, где надо, в накладной, — поддакнул Лука, забрав у меня остатки минералки, ещё болтавшиеся на донышке. В два глотка прикончил. — И что ж, нам с небесной канцелярией из-за этого "неучёта" теперь возвраты оформлять?

— Да, я вот тоже не люблю лишнюю бухгалтерию, — в тон ему хмыкнула Настя.

Я внимательней посмотрела на их не сложившуюся парочку и вздохнула: ну куда? Ну вот куда ты полез, Третий? Да вы же просто аки братик с сестричкой — даже внешне!… Это ж натурально — инцестом попахивает!…

Короче: по ходу, Лука опять "право" с "лево" перепутал. Таки неисправен навигатор у товарища… Где б ему годного штурмана-то найти?…

Куча с вялой руганью шевелилась всё активней. Я наблюдала.

— Какого хуя… — бормотал батюшка, выкарабкиваясь из недр свалки. — Прости меня, Господи!…

Сонька, обняв Муромца и руками, за голову — уже просто молча тряслась, от приступа неконтролируемого хохота.

Я прям слегка удивилась: надо же! Даже в этом телике изредка садятся батарейки в звуке?… Н-да, дела!

Но как у неё живот-то ещё не свело?… Конски ржать в такой позе? Мой бы тощий "прэсс" уже б давно калачиком завернулся.

— Прощаю, — важно кивнула ему. — Но не факт, что забуду… С возвращением, уважаемый! — поприветствовала выбравшегося на свет Божий попа.

Мужик чуть озадаченно замер. А я голосом Маши, подражающей хорошему экскурсоводу, продолжила:

— Посмотрите налево, посмотрите направо… Как вам у нас нравится?

— Тьфу, — сплюнул проморгавшийся священнослужитель. — И тут от вас спасу никакого!… — встав на четвереньки, соскрёбся, покряхтывая встал… и пошатался к метро.

Я обернулась на гвардейца, с глубочайшим скепсисом глянула. Мол, видал?

Внезапно стоявшая рядом Настя каким-то чужим голосом процитировала притчу, сильно сократив оригинал:

— И когда входил в одно селение, встретились десять прокажённых. Они остановились поодаль, и стали громко просить: «смилуйся над нами!» — и вот, ещё по дороге, от проказы очистились. Один, увидев, что исцелён, возвратился, громко прославляя Б-га, и пал ниц, благодаря; человек этот был самаритянин. «Не десять ли очистились от проказы? А где же остальные девять? Никто из них не вернулся.»

— Да, никто из них не вернулся, — кивнул Мустанг, светя вслед ушкандыбавшему дяденьке тёмными глазами.

В которых отражались кострища. Пусть не инквизиции, но… Кострища, в общем.

— Этот даже Бога не прославил, — вкрай задумчиво объявил Стасик, трепля тонкий крестик на цепочке, выбившейся из ворота. — Ладно бы только нас…

— «Встань и иди, твоя вера спасла тебя», — хмыкнул Лука, протягивая вторую бутылку минералки ошалевшему от происходящего бойцу. Причём предварительно — крайне благовоспитанно, собственноручно её вскрыл.

Ну мало ли — до сих пор человека штормит, после насильного, форсированного возврата с того света?…

Парень ещё больше офигел, уже от степени проявленной заботы.

— Пей и топай в расположение, — постановил Арсеньев, крепче приобнимая меня за талию и кладя буйну голову на плечо. Вновь обдало этим дивным запахом, и мне захотелось его укусить… — Движение поездов восстановят минут через семь. Как только младший состав проверит все переходы. И передай своим, что мы недолюбливаем только всяких "Павликов Морозовых". А к нормальным людям — по-нормальному.

— «Благодарность — долг, который надо оплатить, но который никто не имеет права ожидать.» Руссо сказал, если не ошибаюсь, — отмахнулась от раскрывшего было рот сержанта. — Иди отчётность закрывай, возвращенец! Мне от тебя ничего не надо. Я — охотница, своё и так возьму.

— А что не дотянешься, — я принесу, — муркнул крайне игривым тоном Игорёша, потираясь как большой кот.

Очень большой кот.

Сногсшибательно запахло полем, в котором так и тянет поваляться!…

Козёл! А я только-только смогла абстрагироваться от предыдущей ментальной бомбы!…

Муромец, задрав на секунду голову — понятия не имею, как он шею вообще так вывернул? Талант страуса, скрещённого с совой, однако! Поглядел на истерично хрюкающую ненаглядную. Решительно выдохнул, перехватил это тело под коленку и аккуратненько стянул на плечо, перевернув кверху попой. И намылился куда-то шагать…

С глубоким опозданием, до Илюши таки дошло. Основное… И он крепко-крепко задумался — судя по сурово сведённым бровям.

Тут уже не выдержала, начав хихикать, я. Пихнула повисшего на мне Ковбоя локтем в живот и простонала:

— Не скупись! Выручи человека в беде! Дай ключи от своей хаты, или чё там у тебя? Ему ж, балде, и шагать-то нынче некуда… — ну в самом деле! Не в общагу же? И не к самой Холодковой?

И хорошо ещё, что он сам об этом догнал — пусть с немалым трудом, и шаге так на третьем…

Всё равно — прогресс! По сравнению с тем, как его Костя науськивал — залезть к ней, голой, в душевых, и рискнуть здоровьем припереть там к стенке, чтоб поцеловать. Когда он и без того накануне провинился!…

Арсеньев мигом сориентировался, с намёком протянув:

— Я ведь тогда сам останусь бомжом, на пару суток?… — Трясясь от смеха, предложила:

— Ладно! Потап подвинется, клетка у него здоровенная… Побудешь ручным тигром, дня два… Ну не мешать же чужому счастью? — Лавр с Настей кривили губы, из последних сил сдерживаясь. Лука смотрел на всё о-о-очень философски…

Да, ему пока — всё равно не светит. Не с кем. Остаётся голая философия… ха-ха.

Посмеиваясь, Игорь чмокнул меня в кончик носа. Вытянул из багажника связку ключей, перебросил Илье и прокомментировал:

— Неси своё сокровище к повороту на Тверскую. Там джип Мустанга, поместитесь…

— В бортовом есть маршрут, голосовой код доступа: “Игнис”, — поддакнул маг, прикуривая отжатые у Лаврушки сиги.

— Её железку оставь — Светлов пообещал забрать в ведомственный гараж, в дальний угол… Короче: Сокольники на всё согласны, лишь бы ближайших пару суток не видеть вас в своих стенах! — Кудрявый, положив подбородок мне на макушку, похоже, был всем доволен. Улыбался…

Муромец хмыкнул, поймав связку. Кивнул честной компании и повалил широкими шагами к выходу с площади — ковать своё личное счастье, пока ржущая Сонька не опомнилась…

— Как думаешь, ему хоть сегодня чё-то выгорит? — тихонько поинтересовалась Настя.

Море из мирры, ладана, лабданума и шафрана размеренно удалялось. Сонька тоже — цвела и пахла… И в прямом, и в переносном.

Я, сощурившись, кивнула.

Не, ну а чё? Холодкова зря, что ли, страдала в кресле от щекотки? Пока ей делали обёртывания, массаж и тотальную депиляцию?… Всего лишнего, что они там с лупой нашли.

А тут он ещё и — вон какое впечатление произвёл! Она ток текущие слюнки и подтирала…

Штуки две кровати разнесут. Если в Арсеньевском доме их столько наберётся, конечно.

— Что ж, Сонька — не человек, что ли? — резюмировала все не озвученные вслух мысли. Настя Муромца размашисто перекрестила в спину, пихнула меня в бок:

— Ну ты это, благослови, что ль, человека… на свершения?

— Я те "благословлю"! Я те ща так благословлю!! — чуточку истерично завопил в ожившем наушнике Боря. По-моему, он уже слегка набрался…

— Сизова, ты ошалела, что ль?! А ну как они размножаться начнут?!! — Убийца озадаченно почесала макушку:

— Ну да, чё-т я не подумала… Там, с Васькиным благословением, и двойня может получиться сходу…

— Да ты вообще редко думаешь, — благодушно щёлкнул зажигалкой Ковбой. — Маленькая ещё… — Настя предсказуемо взвилась и засверкала глазами. Лука со вселенским вздохом увёл нашего карманного монстра…

— Ты зачем опять над ребёнком изгаляешься? — ущипнула я это тело за шаловливую руку. Игорёша выпустил пару колечек дыма, хмыкнул:

— Да Саша мне ваш надоел, как собаке репейник. Пусть тоже делом займутся, что ли?…

— …Арсеньев-сваха. Номер один на деревне, — в некотором шоке осознала дичайший, по сути, факт. — Тебе голову в сопределье не напекло, не?

— Не-а, я абсолютно последователен, — отмёл все инсинуации Игорь. — Последовательно убираю всё, что мешалось под ногами. И пусть скажут спасибо, что пока — исключительно мирными путями… — смяв половину недокуренной сигареты, затушил её, сжав в ладони, и развеял по ветру получившуюся пыль. Кивнул на ближайшие здания:

— Пошли, проверим наличие прочего материала для тренировок. Раз уж тебе так припекло именно сегодня боженькой побыть.

— Я не понял? Муромец что — забил на обязательные отчёты, и оставил всё на других? — догнал нас пребывающий в жесточайшем шоке и ступоре Феликс. Уже вернувшийся к нормальному, человечьему обличию.

Сегодня, кстати, это заняло непривычно долгий промежуток.

Белый до меловости, Квинто смотрел им вслед — и, по ходу, не верил глазам своим. Видать, какая-то — совершенно фантастическая, по сути — надежда ещё теплилась в душе…

И сейчас я слышала, как хрупали под сапогами Муромца её осколки.

Где в это время шлялся Мстиш — даже не знаю?… Но очень надеюсь, что он ничего и нигде не натворит. Ни сегодня, ни завтра, ни послезавтра! А там — Сонька вернётся, и сама разберётся со своим гаремом…

— Ну как видишь, да, — пожала плечами, топая за Арсеньевым к бизнес-центру.

— Ах-ре-не-е-еть… — протянул, выпав в невосстанавливаемый осадок стриж.

Видимо, у его мозга сработала защитная реакция, потому как он почти мгновенно переключился на несущественное. Посмотрел на нас с глубочайшей долей подозрения:

— А вы куда?

— Пока не туда, — хохотнула, насильно разворачивая за плечо уже открывшего рот гильдмастера.

Ковбой несколько припух от постановки вопроса — и пошагал, куда шли… Без всего того, что секундой ранее готовилось сорваться с его языка. Словив синий экран, Феликс остался сам-один посреди площади. Спохватился, крикнул:

— Эй, я с вами! — и побежал следом.

Ну да. Так хоть я за ним присмотрю, какое-то время… Квинто явно — опять откатился в ментальном развитии. Видимо так, на не самой стабильной охотничьей психике, сказываются сильные душевные потрясения…

…Чёрт! Мне как-то совсем подозрительно — куда делся Мстиш?!

С Гаврюшей и Лавриком проблем особо не возникнет — у них к ней другой тип привязанности, как и у Дениса с Маем, — но Второй и Пятый Сонькины командиры…

Вот же…

Ржущий Лавр посоветовал лучше выбирать выражения, а то их командир — это Лука 2.0: версия чуть поновее, но в части задач — ещё тормознутей!

— Борь, за периметром все цели отработаны? — поинтересовалась, перешагивая через очередную "собаку".

— Ну вообще, как только снайперы начали косить — единственными, кто смог держать оборону, оказались маги… — вполне трезвым тоном ответил “бабушка”. Видать, таблеточку ему тоже — кто-то принёс… Ну не может начальник ВТО находиться на посту в изменённом состоянии сознания! По Уставу — не может!

— И прочие сидхе, конечно, уже так заполошно по дворам не бегали… А потом примчал Лука — и маги, с дюжиной хорошо оснащённой ударной конницы, очень быстро кончились… Но судя по последним анализам раскадровок с вертушки и камер на прилегающих территориях, пара-тройка их псин успела расползтись по близлежащим строениям. Так что Волк твой, Шапка, всё верно делает. Идите, проверьте тупики и подъезды… — задумчиво посоветовал Светлов. Добавил:

— Нет, после такого салюта они стопудов забились по самым дальним углам, — и дрожат наравне с местными, тусовавшимися в домах… Но переловить эти шкуры нужно ДО того, как наш ко всему привыкший народ потащится на лестничные клетки — выбрасывать обосратые штаны в мусоропровод. Расставшись, наконец, с берушами и паспортами… С которыми они около получаса дружно просидели в ванных.

— И белыми тапочками, — схохмил Лавр, подслушивая по общей. — И сразу в простынях! Медленно заползали туда, чтобы не создавать паники! Всё по инструкции!

— Ну типа того, да, — подозрительно мирно отозвался Боря, что-то клацая. Рыкнул:

— Семён! Поторопи логистов! И отдельный эвакуатор под Сонькин "Восток-Союз"!

— Да помню я, помню! — бухтя, отозвался Пешков. — Уже весь ЗД в курсе, что Бешеной сегодня, наконец, "сделают приятно". И уже ставки делают, на сколько хватит её последующего благодушия… — Ну да. Сарафанное радио работает быстро… И без перебоев — не то, что компьютер или какой-нибудь Искин…

В затемнённой витрине, мимо которой мы шли, отразилось бледноватое лицо Феликса. И — почти клоунская, одна-единственная слеза. Крошечная.

Которая на долю секунды появилась. Тут же сорвавшись вниз, на асфальт.

И это было совершенно не смешно…

***

— О, Всадники! — обрадовалось нам какое-то тело в форме ЧОПа, сразу на входе в фойе. И махнуло рукой на стойку, за проходной с рамками металлоискателей. — Растворимым кофейком не побрезгуете?

— Не побрезгуем, — ответил за всю четвёрку Арсеньев, оглядывая чуть покоцанный когтями пол холла БЦ и валяющуюся невдалеке тушу.

— Второй на заднем дворе, — тут же отозвался словоохотливый охранник и повёл нас к чёрному выходу. Пока в подсобке кто-то щёлкнул чайником.

Зарубленная противопожарными топорами до состояния "я попала к криворукому, начинающему мяснику", псина давно и бесповоротно была мертва. Прихватив её на щит, чтоб лишний раз не закапывать тут всё кровью и не доставлять проблем уборщицам, вернулись назад.

В фойе нам выдали по бумажному стаканчику с неплохим, в общем-то, сублимантом, и даже расщедрились на пачку печенья "Мария". Мы искренне поблагодарили гостеприимных мужиков. И пристроились у ближайшего подоконника.

— Борь, две штуки есть. Вы уже выяснили, сколько их было вообще? — обратила внимание на отдельно сидящего охранника в самом дальнем углу. Хм.

— Настя с Лукой нашли ещё пару… Если техника не врёт, то осталась одна. — Угукнув невидимому собеседнику, я подозвала давешнего разговорчивого парнягу и кивнула на социального отщепенца:

— У него что, кто-то умер? Или среди вас есть раненые? Я целитель, могу помочь.

Но ЧОПовец отмахнулся:

— А, эт Валера. У него батя разводит тибетских мастифов… В общем, Валерка хотел себе собачку взять — такая порода пропадает!… А она не оценила! Попыталась откусить ему голову. В общем, сидит теперь наш Валера… Вы его не трогайте. У него траур… — Феликс закашлялся. На улице не выдержал, прокомментировал:

— Кинолог-любитель, блин! — Я фыркнула:

— Фель, ну у нас же народ такой — не блоха, ко всему привыкает. Так и тут — привыкли, что их не только машина может сбить, неожиданно… Или трамвай на Патриарших переехать, как Берлиоза. Но и схарчить страхолюдо в ближайшей подворотне. И так далее… Люди действительно всегда ко всему привыкают. Ничего удивительного. А в целом, вроде бы как, всех всё устраивает. И даже государство.

Точнее, в особенности — государство. Ведь это весьма весомый рычаг давления, на который сама собой образовалась монополия. Во всех смыслах.

— Мы не америкосы, — хмыкнул Игорь, принюхиваясь по сторонам. — Смотреть, как на нас падает небоскрёб не станем. Мы — ласты в руки, и гребём руками с Манхеттена… А за десять минут успеем добежать до Канадской границы… Змейка, пошли. Три штуки, в направлении Белорусской. Одна — во дворах, не доходя до вокзала… А вы несите этих, на погрузку, — скомандовал стрижам.

Те вздохнули, перехватили туши поудобней — за задние лапы, и поволокли. Распрощавшись с такими удобными Васиными "шпаргалками"… Когда не нужно пачкать белы рученьки, а можно променадить и любоваться видами Москвы, кои они обычно только на четверть часа из окна тачки наблюдают.

***

— Как думаешь? — начала я, стоило стрижам убраться из зоны слышимости. — Почему люди влюбляются друг в друга?

— Видимо им мало тех проблем, что уже есть, — хитро скосив на меня глаз, ответил Арсеньев. — Ну и, чисто статистически… Женщин с юмором и так мало, а слегка чокнутых вообще ценить надо… Они затягивают хуже, чем калейдоскоп. Особенно охотницы.

— Боря! Где Мстишка? — прервала опасный, глупый разговор. Который сейчас свернёт совершенно “не на те” рельсы! А ведь имеется проблема посерьёзней…

— Уже на Севере, — с долей фатализма отозвался Светлов. — Я слежу за ним, не парься, нянюшка.

— Бабушка, а что он там делает?

— Да гуляет ваш котик… Проблем на чьи-то жопы ищет. Чужие жопы.

— Найдёт?

— Обязательно. В том районе позавчера толклись наркодилеры. Астарта зафиксировала сомнительную возню и отправила копию в отдел, на расшифровку и анализ. В смысле, человеческому оператору… для дальнейшего распределения. А у нас руки до этой записи дошли только утром… Но тут бомбанул портал, и передачу заявки на исполнение снова отложили. И вот он её, неприкаянную, сейчас нашёл на сервере. Сам нашёл. Я не подсказывал.

— И помчал?

— Ага. Невзгоды страждущим организует в полном объёме.

— Не на своих ли двоих?…

— Не-а. Мотоцикл взял. Так что либо он в адеквате, либо не совсем, но слишком хорошо прикидывается… Но ты не беспокойся. Есть Лука и Май. Я их в кафе в соседнем районе направил… Понадобится — домчат за минуту и скрутят. Забей. Это не первое такое говно! — Светлов с силой зевнул и принялся чихать… Растирая руками глаза, сухие от вечных гляделок в мониторы. Чем лишь усугубил проблему…

С немалым трудом прочихавшись, устало вздохнул:

— Кто б знал, как меня всё это… — “заебало”. Да, друг мой, знаю.

Но могу лишь посочувствовать. Помочь — ничем не могу.

***

Трёх псин мы отловили почти в рекордный срок. Одна нашлась за мусоркой, на заднем дворе какого-то бара. Вокруг валялись ошмётки цедры и заплесневевшие крошки — официант вышел с пакетом мусора, и… почти сразу оказался на верхушке дерева. Даже длинный передник не помешал! Взлетел на зависть любой белке… Оставив этой дряни целый баул с отходами от апельсинового фреша, литрами продающегося в их забегаловке.

К счастью данная порода собак, хоть и предполагалась охотничьей, по деревьям лазать не умела. Да, когти есть, но не химера же! Суставы и сухожилия заточены под совершенно другое — быстрый бег, например. Или там, высокие прыжки…

Все нижние ветки оказались ободраны — скакала она и впрямь прилично. В высоту метра на три. Но вот зацепиться не смогла: ни вес, ни габариты не позволили… А официант, соблюдая первое правило лемура, сидел на верхушке молча, — а то мало ли, у иномирной дряни найдутся другие, более опасные товарки? Ну и тихо радовался, что хоть сигареты с зажигалкой оказались в кармане…

Так что с дерева я снимала двадцатитрёхлетнего Митрофанушку, накурившегося крепким “винстоном” почти до тошноты. Почему снимала, а не сам слез?… Ну во-первых, нижние оказались обломаны некой чешуйчатой тушей. А во-вторых — заступив на смену, он надудлился бесплатного кофе… Ну и половину веток, стоя на тонких, шатающихся верхних, юному Робинзону Крузо пришлось не раз полить — куковал-то тут около часа!

А вертушка над этим районом ещё не летала. Так что в ЗД о его печальной участи белки-летяги попросту никто не знал…

На радостях мне выдали два литра свежевыжатого сока. За счёт заведения. И очень просили иногда заглядывать! Особенно — если вдруг опять портал…

***

Вторую и третью пристрелить не получилось…

Начать с того, что они добежали аж до вокзала. Здание, ясен пень, служащие тут же законопатили, с началом тревоги укрыв там всех, кто обретался на территории — пассажиров, встречающих, таксистов со стоянки, тусовавшуюся на площади ребятню и группу цыганок-попрошаек…

И вся эта килька в банке до сих пор сидела в здании Белорусского, и не мычала. Ну а что? Медпункт есть, туалеты есть, вода-еда — тоже, узел связи защищён и работает стабильно… Да там, как раз, в принципе всё есть! От комнаты матери и ребёнка и довольно неплохих гостиничных номеров (пусть в сильно ограниченном количестве) — до обширного помещения с камерами хранения, внизу. Где вполне так можно окопаться на полдня, даже если в само здание проломились монстры.

Так что с гражданскими лицами всё оказалось в полном порядке. Два отходящих поезда, конечно, задержали — но тридцать-сорок минут задержки вовсе не смертельны. А пошедшую вразнос логистику наземные службы как-то разрулят. Они для того тут и сидят.

Ловить ошалевших от техногенного запаха псин пришлось прямо на путях. Посреди составов. Ручным, мать его, способом!…

Прям сразу вспомнила Шарикова, вещающего со страниц бессмертного Булгаковского “Собачье сердце”: “Вчера котов душили, душили.”

Додушили. Вернее, Арсеньев додушил…

Я так смеялась! Вот просто — хохотала, и не могла остановиться. Это выше моих сил!…

— Смешно? — поинтересовался Ковбой, вылезая из-под товарного вагона в перемазанном дёгтем бронике.

— Ага!… — не! Фигура во весь рост, в ботинках! Упакованная по последнему слову техники!… С двумя тушками в руках, которых он несёт за переломанные шеи, аки уток с охоты…

Ну относительно его широкоплечей, рослой туши — там тушки, да… Пусть метровые, но — тушки!

Просто выше моих сил!…

— Кот… В сапогах! — простонала, присев на корточки — посреди щебёнки и прочего срача. — Мышей на старой мельнице наловил!… Прости! Я больше не могу, честно… Это слишком!…

— У тебя истерика, в курсе? — склонив голову набок, поинтересовался Арсеньев.

Ответить не смогла — хихикала…

Кое-как, под мои неприлично громкие взрывы хохота, мы выбрались из этого технического тупика за вокзалом, прошагав мимо Смоленской Товарной и перепрыгнув пару заборов. Оказались прямо у ипподрома… Ну и “Газпром” рядом, да.

— Чёрт! Я забыл, что здесь автоматическая… — Да, на заправке торчал лишь глючный терминал и стояли обшарпанные фургончики. Типа втихушку, бесконтрольно и “по дешёвке” заливающие себе топливо. Прямо в канистры внутри салона.

Очень умно, да… Помахала на ближайшую камеру, улыбнулась.

— Блин. Так, ладно, пошли хоть на коробке с песком посидишь… — Игорь махнул в сторону оранжевой фигни с надписью крупными буквами.

На ходу с кем-то связался по внутренней, чего-то обсудил и кивнул невидимому собеседнику. Присел на разбитую дорожку рядом с контейнером… Наконец-то оказавшись ниже меня.

— Договорился. Сейчас пришлют транспорт. Рядом нашлась свободная машина. В метро с этими подарками мы точно не пойдём. И пешком тоже. Ещё не хватало стать звездой прайм-тайм… Ты есть хочешь?

— Хочу, но эти — слишком грязные… Ну и не на заправке ж костёр разводить? Не надо снова нагонять жуть на окружающих…

— …Я имел ввиду магазин. Которого здесь, к сожалению, нет, — повернувшись, посмотрел в лицо. Внимательно.

— А… — да, действительно. Ведь можно было бы зайти в магазин… Хм.

— А жути на окружающих ты и так сегодня уже нагнала. Предостаточно.

— Когда?

— Когда выжала мёртвую воду из убитого противника. Да ещё и магов на её выдавливание подбила… План выполнен и перевыполнен.

— … Хм.

— Что “хм”? Нет, вполне логично, в принципе… Но ты не думала, что это — перебор?

— Да уж чья бы корова мычала…

— Нет, я как раз — совершенно не против. Экстрагируй, на здоровье. Собственно, если Мустанг с Банни даже не поморщились, выдавливая из ушастых вдруг занадобившуюся тебе воду — то им тоже перпендикулярно.

— Тогда в чём проблема? — я что-то вообще не понимала, о чём он мне тут парит мозг. Если, вроде бы, всё нормально?

— В том, что внезапно — это совершенно не проблема для тебя, — серьёзно посмотрел Кудрявый. — С нами-то всё ясно, мы охотники давно. А вот что с тобой происходит?

— … — моргнула.

Пока думала, Кудрявый успел отвернуться. На дорогу, по которой тащилась предположительно наша машина. Честно говоря — обычный чёрный фургон типа кадика с удлинённой платформой. Но без окон. В общем, совершенно ничего примечательного…

Взгляд упал на запылённую, крепкую шею над воротом броника… И чё-т меня опять клинануло.

Всесторонне.

А мы — на заправке, да…

Чтоб хоть как-то сосредоточиться, и ничего здесь не порушить, опустив голову уставилась на собственные ладони.

По ним гуляло серое марево. Пока — лишь тонкой дымкой. Но в перспективе… В перспективе, мне нужно отсюда убираться. Куда-нибудь, где нет людей. И заправок — тоже нет…

…Чёрт.

— Нет, уезжайте, — Арсеньев неожиданно отпустил водителя и направился ко мне.

Шаги набатом раздавались в башке. Как и мотор, который переводили с холостых оборотов… Пахло дизельным топливом и бензином. И застарелой ржавчиной. Голова болела всё больше.

Внезапно окутал спасительный аромат вереска. И новой стали. Крепкой такой, свеженькой… Кузней в общем веяло. Родным, с детства знакомым запахом… Только сейчас, кстати, сообразила.

— Мм… — уткнулась носом в грязный броник. А из-под броника мне звучало лучше всего…

— Что, голова болит?…

— Мгм…

— Перенапряг, с не устоявшимся… Точнее, не улёгшимся резервом.

— Посплю и всё пройдет?…

— Не-а. Минимум — два дня покоя, и положительные эмоции. И кое-что ещё. Ну, оба последних я тебе сейчас организую… А с первым — просто постарайся никуда не вляпываться. Хотя это больше похоже на сказку.

— Да сказка сейчас кругом, везде просто… — вяло, очень вяло возмутилась.

— Угу, — крепко обняв, куда-то прыгнул, и пробежался.

Хм?

— Мы что — на ипподроме? — сонно поинтересовалась.

— Да. Сейчас здесь нет людей, камер — ограниченное количество, ну а лошади переживут, — легко поцеловав в губы, Кудрявый подумал.

— Что бы ты хотела сделать? — А взгляд — серьёзный такой.

— Сейчас или вообще? — с трудом сообразила, о чём спрашивают.

— Сейчас. Про “вообще” — мы с тобой потом поговорим.

— Честно — не знаю. А можем просто постоять?… — ну не совсем “просто”, конечно… Но поближе, да. Я хочу от тебя отхомячить, но это уже точно — каннибализм!

— Можем, — что-то прочитав по лицу, снова обнял.

А я вдохнула крепкий запах, и… провалилась.

В ещё один космос, только совершенно незнакомый.

Всё такое… по полочкам. Но в то же время — в хаосе. И постоянно дрожит. Атомами, мельчайшими частицами… Даже стоя на месте. Только чтоб не стоять. Только чтоб не замёрзнуть в этой бескрайней вселенной, полной звёзд и млечных путей. Не потерять ни кусочка собственной текучей энергии. Которая переходит, и переходит, и переходит…

И всегда остаётся здесь.

Да это ты — калейдоскоп, Арсеньев!…

— Это же надо быть таким жадным?… — пробормотала в нашей, физической реальности.

— Ну смотря в чём? — философски вздохнули над ухом. Запахло сильнее.

И вот что-то голодное — потянулось к этому чудесному аромату. Туда, откуда он исходит…

Струящийся запах был полон магии. Его, не моей! Той самой, которая там так тщательно хранится… За кучей замков, которые сейчас приглашающе открыты. А меня уже давненько разрывает желанием от неё… откусить! Осознала, к сожалению, поздновато.

Рот наполнился слюной, но я ещё держалась… На каких-то отлетающих крючках и общечеловеческих закладках…

— Ну что ты думаешь-то так долго? — с досадой спросил Игорь. — Долго мне стоять, нараспашку?

И, не особо церемонясь, ткнул — едва не носом! — в броник на груди.

Где вполне так реально просвечивали… далёкие звёзды. Грандиозные! В бесконечной с виду темноте…

— Ты мне соврал, — вяло возмутилась. Чуя, что сейчас случится нечто странное.

Странное, но хорошее. Для меня. Как ему такое нападение пережить — даже не знаю?…

— Когда? — нахмурился Кудрявый, реально задумавшись на претензией.

— Когда говорил про слои реальности…

— Нет, про слои реальности я тебе ещё ничего не говорил. И мы все ими пользуемся — в той или иной степени. Начиная с пространственных магов… Над чем опять задумалась?

— Я тебя сейчас сожру… кажется… — пробормотала, уплывая от всецело обволакивающего благоухания.

— Ну попробуй, — Ковбой наклонился, и выдержка мне отказала.

Из солнечного сплетения полезла пара лент. Блестящих таких, гладеньких… Сама у себя подобных ещё не видела.

— Э, нет, дорогая… Так не пойдёт! — Тяпнув меня за нос, и тем самым совершенно сбив с толку, этот психа кусок аккуратно, пальцами, поймал щупы… И, смотав в рулончик, запихнул обратно!

— … — мозг подвис от подобной бесцеремонности. Ну и самого факта: да как у него вообще руки целыми остались?!

— Слишком технический процесс! Разве мы роботы? Что ты со мной, как с заводом?… Я живой человек, мне другое интересно!

Я тупо на него уставилась. Кудрявый не выдержал — захохотал:

— Со стрижами своими так делай! А у нас — суть другая! Любовь — это магия, а не техника. Ты не о том думаешь… — опустив голову ниже, уже без смеха произнёс:

— Не о том, понимаешь? — крепким поцелуем впился в рот.

Тупила я сегодня много. Поэтому — сначала подумала. В смысле, дополнительно подумала. Потом сама тяпнула! Куда пришлось — и за губу, и за язык!

Ну потому что обидно же!…

Ну и что, что он прав? Всё равно обидно!

— Как же долго ты думаешь, иногда, — проворчал, чуточку улыбаясь, Арсеньев. — И как много болтаешь. Хватит болтать, ладно? Займись уже делом! — игриво куснул в ответ… отросшими клыками. Бритвенными!

Тихонечко так, самую капельку… А потом мне в глотку внезапно пролилось несколько капель крови. Не моей, его.

В глазах потемнело… Нет, сначала аж под веками засветилось! Потом так же резко потемнело… Я их напоследок ещё раскрыла, — ну просто посмотреть в улыбающуюся рожу… Психопату!

И выкинуло меня посреди чёртова космоса. Что самое идиотское, я почему-то ощущаю себя голой в этом там-не-знаю-где.

— Ну и на фига?! Что за новый набор “острых ощущений”?!

— Да просто привязка, — раздалось где-то в голове, и одновременно — вокруг. — Иначе как бы ты сюда попала, а?

— А почему бы просто — не сделать это магией? Логика, ау?!

— Магией, да?…

— Да!

— Вирус магии — это ихор. А ихор у нас где? — ехидство можно ложкой хлебать.

— В крови… — уел.

— Вот запомни этот момент, и больше со мной не спорь. Попусту, по крайней мере.

— И чем мне, блин, заниматься? — с недоумением оглядевшись, так и не смогла понять: как я вообще здесь вишу, аки дух неприкаянный?

Где “здесь” уже понятно. В резерве! В смысле, прям вообще — в хранилище…

Ох ни хрена ж меня закинуло.

Псих кудрявый!… Нет, это же натурально — безумие!…

…Ладно, плевать, тут хоть голова не болит… Уже лучше. А почему не болит? А-а… Её здесь физически попросту нет. Это ведь проекция.

— Спать. Просто — спать.

— Для чего? И как долго?

— С полсуток. Синхронизация.

— Зачем? И она же не так проходит?! — нет, мне вовсе не страшно. Просто — странно?…

— Очень даже так… Смотря с кем, вообще-то. Затем, чтоб ты могла наконец стабилизироваться. Пока этот забег не закончился ничем плохим, как у безголовой курицы. Видела, как они иногда бегают по деревне?… Башка на пеньке, а курица в дороге. Последней, в один путь. На рефлексах, пока в избу не врежется… Спи, безголовая.

— Сам барбос.

Неосязаемая тьма подо мной сложилась в подобие люльки. Тёпленько так стало, уютненько… Задремала в этой тотальной тишине. Под сияющие взрывы звёзд вдалеке…

***

— Мм… — пахло мускусом, немного — потом, и всё это перекрывалось цветущим вересковым полем… кайф.

Закопалась глубже, в горячую подмышку… Боже мой, как хорошо! Тёпленько, удобненько…

А где это я?

Под щекой мерно поднимались и опускались чужие рёбра. Под расслабленными, но всё равно — изрядно бугрящимися мышцами… Руки я внаглую грела на пузике… в смысле, кубиках!

Хотя — нет. Лучше как раз думать про “пузико”. Безопаснее.

Ногам тоже было тёпленько… Ага. Ноги захватили в плен. Так что лежала я очень странной буквой “зю”, но — на диво комфортно.

Потолочный светильник в виде штурвала и светло-серое голландское кресло. Кожаное, большое, индивидуальный заказ… Квартира Кудрявого.

То есть, Илье он отдал ключи от загородного дома?…

— Ну что ты там копаешься? — проворчал хозяин жилплощади, сворачивая меня очередной "фитой". — Есть хочешь? Завтрак к девяти привезут.

— Не… — зевнула в подмышку. Немного тянуло лизнуть эту вкусно пахнущую кожу, но решила не тянуть сонного тигра за усы.

— Тогда спи…

***

— Так а что вообще со мной произошло?

— Бардак в резерве. Накопившийся. И — инстинктивный процесс синхронизации с моим.

— Почему? Это разве нормально? Я раньше о таком даже не слышала.

— Мы охотники, для нас всё — нормально, — махнул вилкой Арсеньев. — Говорю же: инстинктивно. Мой — упорядоченный, твой — нет. Считай, минус притянулся к плюсу. У нас высокая совместимость, и я сильнее. Объективно сильнее.

— То есть, я слегонца отожрала у тебя магии, просто чтоб самой стабилизироваться?… И заодно прекрасно выспалась?

— Ну не слегонца, конечно… Но для меня не критично. У тебя прямо сейчас тип магии “пожиратель”. Хотя и других намешано… Чаще всё-таки хомячишь всё подряд, расширяя собственный резерв за счёт случайных жертв. Типа монстров или целых кусков сопределья… Твой Рома, к слову, не лучше. Между вами разница в том, что у него условный фильтр пока плохо откалиброван. А вот с твоей "системой фильтрации" проблем нет.

— Слушай, а почему тогда меня изначально определили, как хила? — Ковбой поморщился:

— Во-первых, им просто были нужны целители. Я ещё, кстати, задаюсь вопросом: с какого хрена они мрут так быстро?

— И так глупо?

— Да. Ежегодно обновляется примерно треть лекарей. Треть. От среднесписочного. Причём именно у нас, а не в условной Бурятии… И это при том, что всех этих рукожопов в действительности защищают команды. Пока руки не доходят разобраться… Кстати. Если найдёшь время — сядь, глянь статистику. Можешь Настю подключить. Составьте таблицу — кого, когда и как. И при каких внешних обстоятельствах… Я не могу понять: с хера ли это вообще происходит?… Хилы, по сути — трусы. Их не должны так часто выбивать… Да, если не хватит доступа — спроси ключ у Немоляева. Или Коловрат даст.

— А почему мы, кстати, оказались не у Житова, а у тебя дома? Ведь Сокольники были гораздо ближе?… — Кудрявый помрачнел. Отрезал:

— Потому что там я спать не буду никогда. Очень досадным исключением было когда меня вырубило после перехода на S.

— …Прости. — Да, тогда я как-то не подумала о его эмоциональной стороне. И просто сдала эту тушу обратно, в департамент… Хотя я тоже — не могу всё время думать обо всём и за всех подряд!…

— Не грузись, — очень верно расценив внутренние метания, покачал головой. — Я не злюсь. В тот раз ты поступила абсолютно правильно и логично. Да и ко мне бы там уже никто не полез… Я давно вырос из прошлых штанишек. Просто неприятно. Но ты не обязана всё время помнить о моих тараканах. У меня их, вообще-то, многовато.

— Хорошо. Слушай, а что там с обоими Ромео? — Чёрт! И ведь чуть не забыла…

— Да ничего. Мстиш полсуток накрывал и вычищал наркопритоны. Лука с Маем на третьем подряд — не выдержали, присоединились к загулу… Все близлежащие обезьянники забиты. Менты в ужасе, нарики тоже. Феликс сначала пошёл играть в автоматы. Выиграл. Расстроился и попёр сунуть нос: чем так пахнет из подвала? Ну и накрыл другую клоаку. С обдолбанными проститутками, нелегальными займами и какими-то там спортивными ставками… Уже его приехал страховать твой Саша. Так до утра и развлекались двумя группами. В противоположных районах. МВД рыдает и плачет — премий в этом месяце теперь не получат, ни одной. А может, и на Новый год фигу увидят… Без масла. Ну да не хрен было попустительствовать. Мягко говоря.

— …

— Да нормально всё. Бывает. В прошлом-позапрошлом году Ян бедокурил. Так там вообще было с размахом… Причём объяснять подоплёку он отказался, а угадать хер ли ему в голову стукнуло — мало кто может… Ну а кто может — тот из солидарности молчит, — Арсеньев намотал на вилку здоровенный ком пасты с морепродуктами и сунул в рот. Неожиданно зажмурился, пробормотал с набитым ртом:

— Вкусно, блин! Молодцы, отлично в последнем портале затарились… — А, ну да. То-то я смотрю, знакомые креветки-переростки, с ладошку.

— В общем ты смотри, ходи пока аккуратно… И поменьше везде лезь. У тебя продвижение в ранге — почти идеальное… В смысле, параллельно характеризуется бурным ростом мыслительной составляющей. Бойня вчера была массовая, — и твой мозг отвлекался на всё подряд, анализировал… Нормальное, в целом, явление. Но обычно всё происходит не так быстро. В смысле, чаще охотники развиваются плавно. Ты же — сплошными рывками. Ты не стайер, ты спринтер. А до славы марафонца пока далеко. Но тебе, судя по всему, очень хочется. И Коловрату зудит. Не там, где надо… Иногда я думаю, что лучше б он на тебя глаз положил. Проблем бы было меньше… С другой — ты б их сама нашла. На ровном месте, и уже реально в гордом одиночестве… А так за тобой хоть присмотр какой есть… Ешь давай, не ковыряйся в тарелке. Торт не дам, пока не доешь.

Я зафыркала, вернувшись к блюдам.

— Так вот. Опыт боевых действий у тебя потихоньку набирается. А мозг к такому сенситивному шоку не готов. Плюс, повторяю: накопился бардак в резерве. Который и не думает останавливаться в росте… А как призвать его к порядку, ты пока не знаешь. Да и вообще никто не рассчитывал, что ты настолько быстро продвинешься на "А"… Короче: будешь странно себя чувствовать — ищи меня. К Коловрату обращаться не советую: он точно загремит на койку к Житову. Ваша персональная совместимость оставляет желать лучшего. А Коловрат и городу, и корпусу — нужен. Лука тебе ничем не поможет — сам такой же. В смысле, почти тот же тип магии. С ним у вас закончится вдвойне паршиво.

— Дракой?

— Или дракой, или дракой с койкой. А я ему потом башку сверну и позвоночник вырву, с корнем. Что вряд ли тебя обрадует… Да и горизонталь у вас выйдет — не так, чтоб очень. Вы слишком одинаковые. Поэтому проверять не советую: свершившийся факт тебе всё равно не понравится… А отношения в корпусе окажутся испорчены. У остальных там быстро съедут мозги, и они элементарно передерутся. Не потому, что два через одного, на серьёзных щщах в тебя влюблены — этого в реальности, как раз, и нет. По счастью, у вас совершенно другие типы привязанностей… Но вот соплячью логику: раз ты кому-то нужна — значит, в тебе что-то есть — не перешибить даже шпалой. Своей башкой они редко пользуются, последствия с возможностями — не соотносят. Так что в корпусе начнётся бардак. И, повторяю: кончится он плохо. Их через день штормит от гормонов. А я на это скидку не дам. Нет, тебя я ни к чему не принуждаю, и мозг сейчас не делаю… Просто предупреждаю. Я, в конце концов, тоже человек. Со своими слабостями и желаниями.

— И тараканами…

— Да. И все эти вещи предпочитаю обсудить не берегу. А не тогда, когда у тебя от меня уже будет трое детей… — Не выдержала. Треснула эту морду! Деревянной мешалкой…

Мешалка, блин, сломалась.

С непроницаемым лицом стряхнув с кудряшек ошмётки, Игорь её выкинул. В окно.

Кхм.

***

— Чё там? — хлебнула кофейку, свешиваясь над экраном. Вверх тормашками прочитала название. — “Столик приставаний”?

Кудрявого как-то странно перекосило. Простонал, сквозь сведённую челюсть:

— Столик приставной, "Aroa"! — Кажется, я покраснела.

Нет, это надо было вообще такое ляпнуть?!

— Нет, ты не думай: я как раз только “за”! Но тебе сейчас не стоит волноваться… Посиди тихо ещё хотя бы сутки, а?

— … — позорище. Чёрт.

— Торшер тебе искал. И столик для завтраков. Надеюсь, ты скоро сюда переберёшься.

— … — губу искусала до крови, чтоб ещё чего не ляпнуть! За что после придётся расплачиваться!…

— В общем, к вечеру привезут. Но надо выбрать модель… Тебе какой больше нравится?

— … — чёрт!

— Так, ладно. Я понял, ты на перезагрузке… Виси, щас сам решу. И не кусай губу, а то сорвусь и начну зализывать… Мне уже пахнет, кстати. Остановиться потом будет трудно.

— …От Ильи с Сонькой что-то слышно? — вроде нашла повод переменить тему. Очень постаравшись больше не жевать нижнюю. Там взаправду кровь пошла.

— Камеры я отрубил, звук с внешки оставил. Там со стороны окон техника… Одну над крыльцом всё-таки не отключал. Проконтролировать всяких “Достависта” и прочее… Что именно тебе интересно? Кувыркаются, с переменным успехом. Стены-окна — пока целые. Насчёт кровати я бы не был так уверен. Думаю, уже штуки три сломали… Я их всё-таки под себя делал. На переростка-Муромца не рассчитаны… Ну да чёрт с ним, сочтёмся. Ты пока до того дома наконец доберёшься — я там раз пять успею ремонт сделать, и десять — интерьеры сменю…

— … — эта тема тоже не задалась…

Спас дверной звонок.

— Привет, у вас пожрать не найдётся? А то я домработницу с выходных отпустил… — нарисовался на входе Мустанг. Помахал мне рукой.

— Поделимся, — вздохнул Игорь, пропуская друга. — Я как-то догадался, по сожжёной, а не подметёной дорожке… — Ярик смущённо кашлянул. — Да, я в курсе, что ты и посуду-то за собой — со скрипом и ненавистью моешь. Хотя чаще бьёшь, типа случайно вышло…

— Слушай, ну хватит меня позорить перед сестрой! — возмутился сонный, голодный маг. — У меня стоит посудомойка!…

— Раньше — не стояла, — фыркнул гильдмастер.

“Here comes trouble

Here comes trouble

I’m out of my cage

You should be afraid

Here comes trouble” 

 Арсеньевский телефон на столе завибрировал так, будто был одержим сатаной… На заставке вертелась анимированная картинка красно-белого зонтика из Resident Evil…

— Чё сломали? — подняв трубку, поинтересовался у Соньки начинающий арендодатель.

— …Смеситель в джакузи, — с долей смирения озвучила итог Рыжая.

— И?

— Потоп. Слегка… — на заднем фоне шумела вода и сосредоточенно сопел пытающийся ликвидировать аварию Ивано… Муромец.

То есть, потоп там — явно не “слегка”!…

— Ваши проблемы, — так же ровно отозвался Кудрявый.

— Слушай, ну я не виновата, что у тебя дизайнер-шизайнер поработал! — возмутилась Холодкова.

— Ничего, я вам потом счёт за ремонт выставлю, не переживай, — с демонской улыбкой заверил… Владыка. И положил трубку.

Мустанг молча трясся, беззвучно рыдая от хохота. Ковбой пожал плечами и вышел покурить.

— А что не так-то?… — я пока не врубалась.

— Да он сам этот дизайн-проект разрабатывал! — простонал Ярик, нашаривая на ручке духовки полотенце. Зарыдал уже в него… — Проги осваивал, ха-ха-ха-ха-ха!

— … — кхм.

***

Пока суть да дело, Мустангу на приложение пришли какие-то ссылки на файлы в облаке, и он попёр мучить Арсеньевский телек на вопрос подключения по вай-фаю, для просмотра своих "мультиков".

"Мультики" оказались гайдом от нескольких серьёзных дядечек, с обтатуированными рожами — два через одного. Дядечки показывали какие-то графики, таблицы переходов и кучу — прорву просто! Всяких химических формул… Мустанг кивал, жевал и, ставя на паузу, голосовыми скидывал обратно в ЗД непонятные лично для него моменты. В какой-то момент к комментариям присоединился и Арсеньев, чем вызвал ещё одно удивлённое уползание моих бровей.

Хотя… Если хорошенько подумать — у него же тоже есть какая-то, тщательно запрятанная, собственная магия? А если ещё лучше подумать: у гильдмастера она очень даже разнообразна… Хм. А как?…

— Стоп. У нас маги разве не чётко по стихиям? И ни шагу в сторону? За редким исключением, типа отморозка-Магнуса?

— Вась… — вздохнул Ярик. — Маги — просто маги. Просто какая-то стихия — изначально ближе, а дальше — учебник по физике, и упорство.

— Нипонял… — захлопала глазами, переводя взгляд с одного на другого. — Значит, маги… любые маги вообще — универсалы?… То есть, потенциально могут всё?… — Игорь только ухмыльнулся, молча наворачивая равиоли.

— Давай я тебе объясню с самого начала. Потому что ты явно этой темой ещё предметно не интересовалась…

— Нет конечно, я ж не маг! Я пока только на юного вивисектора учусь…

— Да как тебе сказать? — с сомнением начал Ярик, но Ковбой на него зыркнул, и он свернул с новой "скользкой" темы. — Где-то через год-полтора после всемирного "бабаха", учёные в ЗД (да и не только в нашем, в иных государствах — тоже), пришли к выводу, что маги в реально случившемся варианте "охотников" — не ограничены какими-то там фэнтезийными законами или стихиями… И никто там ни с чем не договаривается, как во всяких фанфиках у сказочника-популиста Киры… Да, инициировавшийся охотник обычно имеет склонность к какой-то одной или двум смежным стихиям, если они на стыке — как лёд, например, НО. Если он развивается, если понимает физику процессов — а то и химию — то надуманным разделением магов на стихии можно пренебречь. Любой охотник магического типа, при должных тренировках может использовать любую из них, в равной мере. Это вопрос упорства, времени и знаний. Соответственно, за каждым магом (выше В) ведётся довольно плотный пригляд. Выдаются рекомендации по тренировкам, методички, учителя нормальные — по физике и химии. И если ты не лох — будешь учится. А значит, будешь расти — если не в силе, то в умениях. Вот и всё.

— А-а… хм.

— Слушай, ну вот что бы лично ты сделала, будь ты начальником? — наконец влез Игорь.

— …Первым, что я бы сделала как начальник — это развивала всячески "основной ресурс" — ну и изучала его особенности, конечно. А основной ресурс у меня это охотники.

— Вот именно, Змейка, вот именно… Основной ресурс — это охотники. А уж маги они там, или нет — просто накладывает дополнительные кальки на сам процесс всесторонней работы с ними. Вот есть Коловрат — и ему подобные, которые работают с начинающими (и не очень) силовиками. У этих по большому счёту — упор на физуху. Ну и личная интуиция у таких жуков имеет место быть… — Я открыла рот. Арсеньев усмехнулся:

— А ты разве не думала, что должны быть такие, которые развивают и раскачивают магов, давая им как теорию, так и практику? Много ли среди охотников бывших книжных червей? Да почти ни одного! А не начни подковывать в теории высокоранговых — они тоже рано или поздно засыпятся в сопределье. И кому это выгодно?

— Ну да, сама подумай, — Мустанг уже подчистил тарелку. — При такой структуре обязан быть кто-то, кто занимается чисто теорией, собирая статистику, и тд. И не просто бумажки складирует, а сам чай пьёт… А другой — на основании этой статистики (которую всю, ранее набранную, можно узреть на профильных страницах для отделов — большим, сороковым кеглем), потом выдвигает свои личные предположения и научные обоснования для последующего "нащупывания". Дальше за дело берутся инструкторы. Чаще — слабые охотники, очень слабые. Но так уж вышло, что с мозгами… И над ними, конечно, есть чисто научники — для руководства самим процессом на его конечных стадиях, и контролем за верностью результатов. Они собирают практические подтверждения возможности того или иного. И подводят уже строго структурированную научную базу под то, на воплощение чего их лично сил — попросту не хватит никогда…

— То есть, итог вам выдают в виде семинаров, как в ВУЗе, маг преподы на профильных кафедрах?

— Вась… мне не нужны семинары. Мне нужны понятные страусу методички, и план тренировок на неделю. Я, конечно, по образованию пилот. Но моих знаний тоже — во многих случаях попросту недостаточно. Хотя диплом я не купил.

— Э-э… хм. А как же тогда?…

— Вась, прошло дохрена лет. Ученые уже многое должны были понять насчёт особенностей сопределья… Там несколько этажей научников всех мастей. И они не только зелья дрочат, или монстров вскрывают… Понимаешь, монстры — уже не интересно. Хоть наши и исследуют наловленных обитателей и прочее, каждый приличный портал — ну, просто обязаны… То есть, да: там есть кучка вивисекторов, которые именно этим и занимаются, из любви к искусству. Но на шестой год повторяющегося дерьма, ничего сверх нового уже не найдёшь. А учёные — это не только биологи. В ЗД всяких теоретиков — вагон и тележка. Многие разрабатывают новое оружие, стратегии, техники. И, в итоге — пытаются всесторонне изучить магию, чтоб она работала как стандартное оборудование.

— То есть, работают именно над тем, чтобы поставить магию, как таковую — на поток? По сути, приручение второго электричества?

— Ну не совсем, но да — такие рекомендации есть. То есть, если бы они в первую очередь не занимались развитием охотников — грош бы им была цена. Ты же заметила внимание лично к себе?… Тобой тоже занимаются, но пока — лишь издалека. Пока пытаются выдавать хоть какие-то рекомендации Коловрату… "Пока" — потому что, по сути, вообще никто не рассчитывал, что хила можно воспитать настолько "не мирным"… Ну а у нас — давно нормативы. И действительно, как на серверах кафедры в ВУЗе: лежать лежат, но маги нижних планок развития должны с ними сами ознакамливаться. За ручку их, по условным "кабинетам" и библиотекам — никто водить не станет. Ну или платить за то, что профильные сотрудники тратят своё личное время на их обучение азам. И вот как раз тут бывает затык. Потому что слабакам, на учёбу и раскачку — чаще тупо не хватает ресурсов. Каюсь: с подачи Игоря, я свой первый курс занятий вообще купил. Причём нелегально, и в два раза переплатив. Потому что один властьимущий хмырь на меня сильно обиделся, за почти моментальный уход из ЗД в гильдию.

— Да, были у меня тёрки с бывшим научруком исполнительного маготдела, — Ковбой пожал плечами на мой вопросительный взгляд. — Но он сам виноват. Не хер было на практике проверять мою сопротивляемость току… Так что у него — перелом челюсти, а у меня — ещё одна отрицательная строчка в характеристиках. Но мне как-то покласть. А вот он — месяцок через трубочку соки и пюрешки сосал.

— М-да…

— Скажешь, я был неправ?

— Не-а. Я б тоже челюсть свернула. Даже ценой собственной руки.

— Ну вот и я так же подумал, — осклабился полезшими клыками Кудрявый. — Так что ещё и охрану положил. Вдогонку, так сказать… Чтоб ему одному было не скучно посасывать. — Мустанг сдавленно заржал.

— Короче, Вась. Вот прям отдельно можно только знаешь кого выделить?

— Магов-пространственников?

— Угу. Там устройство разума — вообще иное. Вернее, сам способ обработки информации… Потому что сложно не сойти с ума, корректно представив многомерное пространство нашим четырёхмерным разумом. Их, кстати, на томограф, после первого раза — вообще не берут. От них эти томографы ломаются. Если обобщить: излучение мозга — слишком агрессивное и неправильное…

— Да и вообще — маги они неправильные! — хохонул Игорь. — И мёд у них неправильный!

— Типа, да, — посмеиваясь, согласился Ярик. — А в остальном? Управляем мы именно что молекулами… Если учим матчасть, конечно. И вопли насчёт того, что "никакого мозга не хватит с молекулами работать!" — это чушь. Хватит. Тут важен строго структурированный подход, тренированная память и изрядная доля воображения. То есть: я знаю, что из чего получается, при какой конкретно температуре, и что ещё требуется для внятного результата. Термодинамику не дебилы придумали… Но по сути, большинство магов работают глобально. В смысле, физику-то знают, — для облегчения процесса. На тройку. Но работать тому же магу воды с атомарной сеткой, ради структурных изменений вещества — такое себе удовольствие. Для большинства — там до сих пор всё держится на чистом вдохновении. Вот примерно как у тебя. Хотя таких наглых, конечно, ещё поискать… То есть, получить в тучах искру, а-ля разряд — легко. А там уже, цепной реакцией… Поэтому, как ни крути, а всё дело — в воображении, знаниях и контроле. Просто изначально каждому чаще что-то одно ближе. А вот затем, при должном старании — любая стихия. Какая-то проще, какая-то сложнее. Но в итоге, знать процессы необходимо на атомарном уровне. Ну или молекулярном — смотря что берём, и какой сложности. А при инициации кто-то просто — больше довлеет к определённому. И например, после замеров решают: вот он — маг воды, огня и прочее. А суть-то в том, что в равной мере должно хватать и мозгов, и резерва.

— И наглости, — хмыкнул Кудрявый. — Потому что у двух третей вообще — в мозгах полный тормоз!

— Не без этого, — согласился Ярик. — А реальная причина проста: в прочих областях у нас более высокий уровень затрат… И лишние стопоры в мозгах. Но все эти чудеса на практике — вполне возможны… Первым примером мага-универсала выступает как раз тот же Магнус — потому что уж кому-кому, а ему нужно управлять просто прорвой вещей, на стыках всего подряд.

— Так а как вообще это всё провернули на практике? В ЗД?

— Ну… В общем, да, с одной стороны — такой объём статистики ещё попробуй собери и обработай как след, чтоб выработать внятные рекомендации. С другой — научники ОБЯЗАНЫ выдавать все эти практические рекомендации…

— Иначе, на кой хрен им там вообще зарплату платят? — хмыкнул Кудрявый.

— Причём максимально ускоренными темпами, всесторонне и своевременно, — а точнее, сообразно с текущим развитием конкретного мага. То есть, чтоб наши маги действительно развивались всесторонне. Вот и пляшут яйцеголовые — от любой печки, лишь раз поняв её принцип. И соответственно, все мы должны учиться работать — со всем, что под рукой… То есть: получил гайд — закрепил на практике. Обычно что-то новое падает на сервера раз в неделю… И объём там небольшой. Но важна регулярная "зарядка для ума". Нет, часть сознательных охотников интуитивно понимают: в учёбе надо жопу рвать, сильно-сильно. Без стоящего над ними военрука с палкой. И кто не ленится — тот реально развивается. Тут, как в любом виде деятельности: чем больше работаешь, тренируешься, учишься — тем выше твой профессионализм. Конечно, случается и безусловный талант… Но вот это — уже точно погрешность! Ну и остаются те, кому вообще — не интересно или откровенно лень учиться. Типа, горит — и ладно! И такое бывает, да… Но не всем же быть профессионалами? Некоторым хватает по принципу: "нас и тут неплохо кормят!". Так что ремесленников — много, спустярукавников — ещё больше.

— Кстати! Наконец, хоть что-то объясняет мой разговор с магами-бобрами! Они мне тогда, в портале, заявили, мол искру — любой может, а ты от нас много хочешь! А я всё не догоняла. Думала, они это чисто об огневиках сказали. А оказывается — вообще, обо всех подряд магах… И мы друг друга, получается, просто не поняли: я ж не маг, мне ваши рекомендации и гайды отродясь никто не давал…

— Так и не должны были. Тебя же вообще — в хилы записали. А они мрут, как мухи. Может вообще решили, что ты тут дольше чем на месяц не задержишься. А ты взяла, и через месяц с треском скакнула на "В"… Да, я тоже в курсе той страшной истории в каком-то второсортном клубе.

— Нормальный клуб был!…

— Кому как… Хотя я в принципе по ним ходить не люблю. Вечно какие-нибудь пованивающие травкой студентки то за столик напрашиваются, то на колени пытаются залезть… Невоспитанные люди, в общем. А невоспитанных я не перевариваю. Активно лезущих в моё жизненное пространство — ещё больше. Но ведь не убивать же каждого?

— Хах.

— Ну и, подводя итог: да, Вась, без шуток — далеко не все любят рвать жилы. Кому-то лень, кому-то страшно. У кого-то — синдром бедняка, и он тупо не в состоянии сэкономить, чтобы потом оплатить себе методичку, которая на самом деле важней всего прочего… Вот конкретно про Банни могу сказать так: по резерву он пока слабоват. По мозгам… Ну-у, там в принципе — ветер гуляет. Но вот в плане интуитивного понимания (да и продвинутого курса физики-химии) — он молодец. Понимаешь, по закону всемирной подлости, у Стаса мозг конкретно под это заточен. Под работу мага. У него и воображалка — всё время вскачь идёт… Если б не малая вместимость резерва и постоянные разумные тормоза от нас — он бы уже где-то сдох, банально словив очередное вдохновение и перенапрягшись. А в остальном — да, пока реально путается в собственных ногах. Плюс, если не ошибаюсь, у него с рождения синдром гиперактивности. Отсюда периодические проблемы с вниманием и усидчивостью…

— Периодические? Да там вечно: в одно ухо влетело — в другое вылетело, — довольно мрачно заключил Арсеньев, щёлкая чайником.

— Не, ну просветления же случаются! — заступился за товарища Мустанг. — И чем дальше, тем чаще. Но сама понимаешь: не все такие. Это Банни у нас уникум. С одной стороны — дурак-дураком, с другой — потенциальный гений… Ну есть же пятилетки-скрипачи? Так и этот — маг, с чуйкой на принципы работы.

— Но дурак! — хмыкнул Игорь.

— Бывает, — примирительно пожал плечами Мустанг. — Но не всем же быть как ты или я?

— Не всем…

***

Житов встретил меня с улыбкой и стаканом вискаря… В стакане прилично так плескалось, камень в перстеньке на мизинце профа сверкал… Лаборатории гудели от нагнанного персонала. А внизу шумели установки, производящие зелья.

— Василиса, вам вина или “даме спирту”? — тоном кота Бегемота поприветствовал научный руководитель.

— Вина, если есть полусухое красное, Иннокентий Павлович, — осторожно произнесла я. Прикидывая, сколько он уже мог выпить, и чем мне это грозит?…

— Немоляев проиграл, — улыбнулся чуточку пьяненький главврач. — Прошу в мою берлогу, драгоценная…

— Кстати, о капитане?…

— На коврах, Василиса… — полноватый палец поднялся, потыкал в потолок. — На са-а-амых верхах…

Я присвистнула, про себя пожелав начальнику, задолбанному судьбой-злодейкой, как-то выкрутиться. И получить премию, а не пять вёдерных клизм подряд. С вариациями от скипидара до булавок…

— Расскажите мне, пожалуйста, Василиса… Как вообще вам пришло… в вашу светлую голову — да, именно светлую, не спорьте! — экстрагировать “мёртвую воду” из убитых врагов? По факту, совершенно бесцеремонно… беспардонно! Выжав?

— Ну…

— Нет, заметьте — про живую, основой для коей послужила пошлая минералка — вообще не спрашиваю. Мне интересно, как вы магов-то на это, сомнительное, подбили? Причём там никто даже не поморщился — ни маги, ни вы, ни Холодкова… Ладно, насчёт Сони я погорячился — с неё бы сталось и ручную мельничку вам предложить, и весело её ручку покрутить… Но вот юноша Чарский — всегда был…

— Адекватен? Да нет, профессор. Тут вы, к сожалению, тоже — слегка погорячились…

— Увы мне, — улыбнулся культурно надирающийся главврач. — Но вы всё-таки расскажите… Уж больно складно у Насти получается врать… А я хотел бы услышать правду.

— Ну-у… собственно, решили мы почти совещательно…

— Да-да, Василиса, я вас очень внимательно слушаю, драгоценная…

— “Живую” я вообще — попросту изрядно благословила, а насчёт “мёртвой” подумала — почему бы и нет? Они — мёртвые, их можно тупо выжать… Для первого раза позвала магов — ну, чтоб с гарантией выдавить… Потому что если возьмусь лично, вполне могу элементарно аннигилировать материал. Рассудила, что маг огня и маг воздуха — это отличный тандем для сублимации и прочих кулинарных изысков…

— Василиса, — прикрыл рукой глаза Житов. — Вы понимаете, что это — не малина, с грядки?!

— Честно говоря — не вижу разницы… Кроме чисто технической сложности корректной настройки самого процесса. Ведь те же брюлики высокотемпературно, под давлением, в лабораториях выводят из человечьего праха. А могут и из обыкновенного грифеля. Что там, что тут углерод. Не принципиально.

— Василиса… — бессильно простонал пошедший испариной проф.

— Иннокентий Палыч, вы просили — честно, я вам честно и говорю!

— Да это-то понятно…

— Ну и, на восьмой раз, всё получилось. По-моему, нормальный результат…

— Нормальный?! — отнял ладонь от лица Житов.

— …Со статистической точки зрения, — тихонько закончила я. Глядя в его истерически смеющиеся, изрядно пьяные глаза.

Довела профа, в общем.

***

— Собственно, план-максимум на сегодня, — летящей походкой шагая по коридору, объяснял глотнувший “протрезвина” и хорошенько умывшийся Житов. — Провести от двух до трёх занятий в морге. Иначе мы никак не выясним пределы. Ваши нынешние пределы, по поднятию из мёртвых… — Тренькнул подошедший на этаж лифт. В котором стояла загруженная какими-то мыслями жертва научной фантастики — в белом халате с большим чёрным логотипом отдела… И шевелила губами, споря с воображаемым оппонентом.

Жертва вынырнула из собственных единорогов, уставилась на нас. Пару раз моргнула, опознала… И, без дальнейших раздумий, опрометью бросилась из лифта — просочившись со стороны профа просто как таракан.

И, со всех лопаток, припустила по коридору…

— КУДА?! — рявкнула милая девочка-Зарочка. Сиганув через метровую стойку, в полёте выхватила из-под юбки ствол. — Стоять, руки за голову!!

— А ведь всего-то — направлялся в сторону родных пенат, — удрученно покачал головой главврач, заходя в лифт и нажимая кнопку минус седьмого.

— Это вообще кто? — я с долей интереса проследила за пинками по почкам и грубым шмоном в исполнении нашей “ложной ромашки”.

— Так называемый “Отдел псевдонаучной алхимии”, драгоценная… Там живут низкоуровневые маги-батарейки, которые не хотят ходить в порталы, но желают работать на ЗД, с их преференциями… Помимо зарядки накопителей, данные товарищи кропают различные расходники, на основе дешёвых самоцветов. Полагаю, вы уже не раз сталкивались с определителями съедобности и таблетками для очистки воды от различных примесей? — Я кивнула, припомнив, что — да, в сопределье стрижи постоянно таким пользуются.

— Примерно так же ими производится почти любая другая… “волшебная” бытовуха… — Лифт тренькнул, мы вышли.

Очередной бесконечный коридор, только в этом ещё и прохладно. Морг — это весь этаж, что ли?…

— Что-то многоразовое — что, к слову, стараются делать чаще, ибо сие есть стабильный доход, где рынком сбыта является обычное гражданское население, кому позволяет уровень жизни… А что-то — одноразовое, но дороже. Включая артефакты по стоимости автомобиля… Допустим, дизайнерское ожерелье с функцией климат-контроля… Их невероятная дороговизна оправдана тем, что сии слабо насыщенные поделки не действуют на тонкую электронику. Ювелирная работа, можно сказать… Вот, собственно, мы и пришли, драгоценная.

Открыв мастер-картой помещение и толкнув дверь, Житов прошёл первым и кивнул мигом подскочившим с каких-то железных стульев шкафообразным медбратьям.

— Вадим, Карен, Василиса, — представил нас друг другу. — Ну-с, молодые люди, где наш сегодняшний материал для практического?

С готовностью парни показали на стальные дверцы горизонтальных ящиков морозильника.

— Скольких выделили? — уточнил проф, хмуро щурясь на закрытые ящики. Стальные пластины, кодовые замки, в каждой секции настраиваемая температура… Кто-то до усрачки боится жмуриков, насмотревшись фильмов про зомби?

— Троих гражданских, двух охотников из последнего убитого рейда и дюжину этих, лопоухих, Иннокентий Павлович! — с сипловатой хрипотцой ответил Карен. — Ещё у нас тут два орка с ледника. Ну, просто “про запас” взяли. Прям с боем отжали!

— Это каких? Двухмесячных? — ещё презрительнее сморщился главврач.

— Не-не, мы взяли свежак! — открестился парень. — Магнусовы приволокли три десятка этих образин… Вчера ночью.

— Да наверное и старьё сойдёт? — с долей задумчивости отозвалась я. — А откуда двухмесячные-то? Если с “Нашествия” мы вытащили только клыки и прочую мелочёвку?

— А в тот же день у Муромца, по другим координатам, чуть другой прорыв не случился. Тоже — с пару тысяч ломилось, — пожал плечами Вадим. — Они не по вашей сводке, Василиса.

— А.

— С каких начнём? — с интересом пострелял глазами в меня и профа полукровный Карен. — Просто, нам-то — вообще всё равно. Проблема может быть только в том, что вряд ли камеры запишут хоть что-то, — кивнул на светящие красненьким линзы по углам и под потолком. — Нас Борис Иванович предупредил.

Какой-такой “Борис Иванович”? А-а, Светлов…

— Начнем с того, что лично вас надо бы прикрыть щитом, — я размяла шею. Чуя, как пахнет от лифчика Арсеньевым…

Да, я и домой-то не поехала — уже было некогда! Пока Мустанг травил байки про их житьё-бытьё ДО моего появления, да и вообще (кстати, узнала много нового) — наступил обед. Который тоже привезли. И я решила: с хрена ли мне куда-то мчать? Если тут вкусно и обильно накормят, почешут ЧСВ и расскажут очередной анекдот?…

Короче, ну в баню.

А то прав был Кудрявый: у меня не жизнь, а постоянная гонка той безголовой курицы. Пора слегка притормозить!

***

Ну и… ни черта не получилось.

Нет, перевод сопредельной живности в условную — очень условную — воду, прошел почти штатно. Раза эдак с четвёртого. Так что у нас набралось семь контейнеров с жирной дрянью… Три я потратила на попытки заращения повреждений на людях.

На свежаке пошло без проблем. На охотниках, хоть они и дольше пролежали — тоже…

Если глубоко непонятную, чёрно-кристаллическую структуру, которая выросла как по заказу дизов серии Deus Ex и заменила собой некрозные части внутренних органов, — а затем подобием каменной кольчуги затянула им все разодранные лохмотья кожи, можно назвать "штатный случай".

Житов приспустил очки на нос. Посмотрел. На меня — тоже посмотрел. Я кашлянула.

Блин, опять какая-то чертыхня…

— Кхм. Ладно. Этих — на всестороннее исследование, — проф на пробу ковырнул получившееся безобразие тонким пинцетом. Острая головка, скребнув по чернильной поверхности, отломилась. Мелкий кристалл, напоминавший по виду обыкновенную шпинель, продолжил отражать гранями свет ламп. Эдак издевательски.

— Интересно… — пробормотал Житов, и попытался ковырнуть рядом. Та же фигня. — Очень интересно!

— Драгоценная… Радует, что хотя бы некроманта из вас не выйдет… А то с вашим энтузиазмом мы бы очень скоро получили зомби-апокалипсис в отдельно взятом морге. И народ там, в верхах — уже напрягся, если честно, — усмехнулся проф, пользуясь тем, что система наблюдения временно не пашет. От холодных карих глаз разбежались лучиками обманчиво добрые морщинки. — Хотя не меня. Не меня радует, Василиса. Это было бы забавно, до крайности.

Медбратья заухмылялись.

Хм. То есть так и появляются маги-учёные, что пускают разумных на эксперименты? С полного попустительства вот таких вот хладнокровных хирургов и их команды?… Нет, признаю: в бытность клерком мне и в голову бы не пришло выдавливать сидхе, аки песочное тесто через мясорубку — только чтоб получить из этой смеси печеньки симпатичной формы…

В целом, конечно, у меня есть отговорка, что данные ушастые: во-первых, достали меня до печёнок (да, за тех чёртовых полчаса на крыше!), во-вторых, на момент “выжимки” они, козлы, уже были мертвы… Но всё равно: мозг должен осознавать, что именно происходит.

А моему — чё-то откровенно пофиг.

Хотя я бы даже не задумалась, если б тогда Кудрявый не заострил на этом внимание…

— Драгоценная, вы знаете, чем отличается мозг охотника от мозга обычного человека? В нём больше нейронных связей, и их активность выше. Что означает многое… Начиная от повышения скорости обработки входящей информации, и заканчивая более глубокими слоями памяти. И, скажем так, качеством “распаковки старых архивов”… Или увеличением предельного количества создания новых. То есть, сам по себе мозг охотника — чисто физически — не больше, чем мозг не-охотника с той же вместимостью черепа. Но он более насыщен.

— Ну да, на одной и той же площади можно организовать открытый каток, а можно — склад, забитый стеллажами, с умной системой хранения…

— Примерно так, — кивнул Житов. — Полагаю, сегодня у вас ничего не получилось, потому что все они уже… скажем так, "несвежие". Сколько там прошло, у вашего удачного образца? Около часа, верно?

— Думаю, да.

— Так вот: лично я предполагаю, что информация из мозга стирается, если прошло больше пары часов… А без разума — нет души. Или того, что мы подразумеваем под этим определением. Ведь по сути, наработанный опыт и кластеры памяти (если столь грубо обобщить устройство столь сложной структуры, как мозг) — та же закодированная информация. Причём действительно — в строго структурированном виде…

— Да… там, вообще-то, должно размагничиваться?

— Примерно так. Ибо при исследованиях трупов, когда деятельность нейронов полностью прекращена, пропадает и остаток нормального для живого человека электро-поля… Хм. Драгоценная, я знаю, с чего нам начать развитие успеха. Вадим!

— Да, Иннокентий Павлович?

— Побыстрее приготовьте отчёт о затухании естественных полей. Берите все исследования данной темы — и наши, и зарубежные. Там кто-то и на томографе проверял — я точно видел, были составлены даже графики! И замерял все спектры излучений… К сожалению, не помню, кто?

— Найду, Иннокентий Павлович, сегодня же всё найду! — заверил парень. — Вам и Василисе перешлю на почту!

— Вот перешли, — кивнул проф. Взял меня под локоток. — Драгоценная, пойдёмте… Угощу вас обедом.

— Парни, спасибо!… — крикнула, обернувшись уже у двери. Меня заверили, чтоб обращалась. И вообще — мол, уже к вечеру накидаем всё, что найдём во всемирной паутине!…

Супер.

Этот результат надо проанализировать, повторить и закрепить…

И тогда нас убоятся и свои. А не только какие-то продвинутые ушкуи** в занюханном стимпанковом сопределье!

***

— Профессор, а вы не могли бы организовать для меня доступ к некоторой части данных?… — закинула удочку, пока довольный в общем-то главврач пил свой чефирище. Житов поднял бровь. Мол, слушаю!

— Да хотела посмотреть наиболее полную статистику по хилам… Скажем так, от начала всей этой фигни с порталами и образования ЗД…

— …А, — Иннокентий Палыч аккуратно поставил подстаканник в блюдце. Крайне холодно усмехнулся. — Василиса, у вас не будет на это времени. Вас уже Семён Ваганович ждёт, как подарков на ёлку… — а сам аккуратно вытянул из кармана халата одну из своих многочисленных карточек и положил на край стола.

Интере-е-есно…

— Жаль, — я улыбнулась, забирая карточку. Нет, определённо: Арсеньев никогда не бывает неправ — даже тыча пальцем в небо. Во нюх у товарища!… Всем нюхам нюх, можно сказать…

— Коловрата пугать пойдёте? — светски поинтересовался проф.

— Обязательно!

Житов рассмеялся. И в этом смехе чувствовался предупреждающий хруст армированного стекла.

***

— Мастер Коловрат, а кто пасёт движение данных по хилам? — Михайлов бежал рядом и очень строго контролировал, чтоб я была в адеквате.

— Ну ты, блин… — высказался инструктор, чуть не сбившись с шага. — С чего взяла, кстати?

Я неопределённо пожала плечами.

— Генерал Егоров, — тихо, на ухо сообщил Коловрат. — И у него уже четыре года личные тёрки со Старковым.

— Интересно, с чего бы?… — Коловрат пожал плечами.

— Скажи, если выяснишь… Мне он тоже, — Михайлов скрипнул зубами. — Но ведь на хорошем счету. Очень хорошем! Так что — лучше б ты вообще не лезла, Рощина.

Я кивнула. За совет спасибо, но у меня своя голова на плечах имеется…

Ещё, кстати, с этим вопросом надо зайти к Светлову.

Мало что в наших стенах укроется от всевидящего ока Бетельгейзе.

***

Банка была пуста. Неожиданно…

— Мужики, а куда делась… — две чистых-чистых, гладких — аж сияющих, аки варёное вкрутую яичко, рожи… обернулись с дивана. — Моя энзимная пудра. Хм.

— Мы… — начал Славка. Я перебила:

— Не, “куда” — уже понятно. Теперь непонятно: как вы умудрились за раз израсходовать ДВЕ банки? Вы ими чё — целиком намыливались, что ли?… — Стрешнев подозрительно порозовел.

— Кхм. Мда. А нафига, откройте тайну?

— Ну понимаешь, Дима из портала вернулся только под утро, грязный-грязный…

— Фигня какая-то попалась, в самом конце. Уже зачистили — и тут в углу чё-то шевельнулось. Такое, типа камня. Денис потом сказал, что голем. Но очень странный, вроде домашнего питомца — маленький и тупой. Я был ближе, решил посмотреть. А тот взял, и сам взорвался! — Задрала бровь.

— Нет, я отпрыгнул. Шрапнелью не попало, но внутри имелась ёмкость с очень мелкодисперсной фигнёй, типа тонера… Нас там всех накрыло, кто ещё оставался в пещере. Научники сказали — не ядовито. Но что мне — неделю ходить, с рожей как у ниндзя?! — искренне возмутился лейтенант. Очень так в стиле Славки…

Я смотрю, у этих двух влияние друг на друга — как в сообщающихся сосудах?…

— Ну в общем, в ЗД ему посоветовали мыться дома и не отвлекать людей от работы, — принялся загибать пальцы Славка. — Хозяйственное мыло эту фигню не взяло! Бельди твоё — тоже. Отбеливающее мыло для стирки белья — и то не помогло… А тебя будить в пять утра мы просто побоялись! — Я хмыкнула. Ага. Зато не побоялись залезть в мои любимые баночки, морды бесстыжие!

— Ну и я позвонил Катьке! Показал ей по видео чё стоит у нас в ванной, и спросил: чем ещё можно попытаться оттереть? Она сказала — взять энзимку, и не маяться дурью… Я этой штукой сначала сам умылся, — кстати, как ты её набираешь вообще? Она ж всё время норовит выскочить из банки?!

— … — как-как? Руками! Ну не ногами же?

— Ну и Диме показал, чё с ней делать… Отмылось, со второго раза!

— Так вы ей что — целиком мылись? — нет, реально: одной двадцати граммовой банки хватает на месяц! Эта парочка умудрилась израсходовать обе. Как?!

— Ну… — мелкий потупился. — Часть я рассыпал, часть Дима…

— Да весь я! Весь был, как арапа кусок! — наконец, со стыдом раскололся виновник.

— Лис, не сердись! Катька на наш адрес ещё пять банок заказала, я оплатил! Скоро привезут…

Вздохнув и давя желание одновременно — и фейспалм сделать, и расхохотаться — отмахнулась. Пошла за минералочкой.

Обормоты.

***

В среду мне вменили отработку ранее пройденного материала на обезьянах…

И день просто в моральном плане выдался тяжелым. Умственное развитие мартышек значительно выше, чем у прочих лабораторных “помощников”. И интеллект, даже у самых мелких пород — не ниже, чем собачий. Смотреть в их наполненные слезами и смирением глаза оказалось трудно…

Словив дозу нервов, чуть не затребовала обратно те контейнеры с жижей, возле которых научники со вчерашней ночи едва не с шаманскими бубнами пляшут… Потому что на меня внезапно нахлынуло осознание того, что я не только не бог, но и сраную операцию по удалению катаракты — не могу провести ни с первого, ни со второго раза! И толку с этой “ошибки номер пять”?…

Нет, я реально уверена, что сама пока и мёртвую воду не сумею сделать. То есть — да, жижа вчера вышла. И внешне даже похожа… Но, на мой взгляд, чего-то в ней не хватало. Возможно, в принципе делать заготовку под такую штуку может лишь маг огня?… Ну завязано же у нас, в тысячелетних культурах, что огонь — это очищение?…

Пёс его знает… Но что-то в этом есть!…

Ну и всерьёз подозреваю: кроме как возвращать живую материю к исходному состоянию, эта фигня (в смысле, благословенная до радиоактивности “живая” вода), реально — ни на что не годится.

Да, по сути, это моя концентрированная магия… Но изначально она, скорее, являлась разновидностью магии некроса. Не знаю? Может, я вообще заразилась от того ёлочного колдуна, в первом портале с Арсом?… Ну или сразу — была вот такой вот неправильной зверушкой?…

Но снова скажу: по сути это лишь среда для восстановления. Близкая к идеальной… Только и всего.

Плюс: надо переработать кучу разумных, чтоб хоть кого-то получилось откачать… Тут всё как в том анекдоте: "Врачи делятся на три категории: врач от бога, врач "ну с богом", и врач не дай бог". Вот Василиса Рощина пока в третьей.

Нет, в ближайшие дни я позову Мустанга, и мы постараемся провести опыты как с животными, так и с монстрами… Но скорее всего, выхлопа этой воды там почти не будет. Ну хотя бы потому, что всё в этом мире довольно равноценно, и сколь интенсивно бы ни занимались сексом с женщиной, она не родит здорового и в достаточной степени сформировавшегося ребенка раньше тридцати шести акушерских недель… Потому что для полноценного развития ему нужны время и ресурсы. А его мать в это время должна нормально питаться, гулять на свежем воздухе и не нервничать…

Так вот: животные — это вряд ли годный ресурс… Как курица отличается по калорийности и питательной ценности от говядины, так должно быть и тут. Это слишком разные звенья пищевой цепочки…

Ну да бог с ней, с псевдофилософией! По сути мне главное лишь, чтоб вся эта возня в принципе увенчалась успехом… Ну хотя бы потому, сколько личного времени на мои изыски тратит Житов! Потому что — кто Житов, и кто я? Светило отечественной науки и бывший клерк. Это ж даже не смешно!

Ну и, собственно, второе: чтоб всякие приблуды, с трупами “очень важных им людей!” — не бегали за мной, толпами…

Это вам не шутки.

Ещё вопрос: как всё обернётся для первого возвращенца?… И в морально-этическом плане, и в материально-физическом?

А ну, как я что-то в нём… “сломала”?

Нет, Игорь сразу сказал: мол, парня взяли на карандаш, и теперь пасут аки библейский бедняк свою единственную овечку… Ну потому что в мозгах начальства эта фича скорее как "крейсер Аврора". Такой дичи ещё никто не видел, н-да…

Короче, как-то это всё грустно. И ненадёжно.

Лучше по старинке: чтоб до конца не дохли! Ну а там — зельем, да массированными лечилками… Оно вернее будет.

Да и затраты — попросту несопоставимы.