Марко и Пьетро обожали хоккей.

Для них серьезней этой игры ничего в мире не существовало. Отсюда следовало, что зима – просто идеальное время года, даже притом что в Рауке снег лежал по крайней мере пять месяцев году. Все равно, когда холодно, в любой момент можно пойти на озеро и потягаться в сноровке с клюшкой и шайбой. Они делали это не менее четырех раз в неделю. А иногда и пять.

Так что в этот день, назло инспекторше полиции и вопреки ее распоряжениям, мальчишки изловчились выскользнуть из школы незамеченными.

И потом драпанули на лед – на озеро.

Как только примчались на место, обнаружили, что с трибуны за ними кто-то наблюдает.

Марко удивился, узнав Лу. Одета во все черное, на ее словно фарфоровом личике искрятся голубые глаза.

– Эй! – крикнул он ей. – Что ты здесь делаешь?

– Захотела подышать свежим воздухом. А вообще, мне нравится смотреть, как вы катаетесь и тренируетесь.

– Уау! – воскликнул Марко. – Ну тогда поехали! – Он собирался выложиться по полной, чтобы забыть о маленьком умершем птенце.

Так что мальчишки начали тренироваться, как обычно.

Чтобы усложнить проходы и удары, использовали металлические шайбы, которые достал один из друзей Пьетро. Играли один на один, часто опробовали новые броски по воротам. Были друг с другом беспощадны, потому им и удалось создать самый настоящий набор финтов, бросков, пасов, обводок, игры в откат и множество разных других хоккейных приемов. По физическому развитию они почти не отличались и взяли себе за правило забивать как можно более грязным способом, потому что в хоккее церемониться не принято.

Старались активнее тренировать руку, отрабатывая более резкие и внезапные удары.

Иногда, во время особо впечатляющих комбинаций, Лу принималась хлопать в ладоши.

Благодаря регулярным тренировкам мальчишки стали двигаться по льду по крайней мере раз в пять быстрее, чем в прошлом году, и довольно заметно нарастили мускулатуру. В своей весовой категории они теперь явно лучшие хоккеисты.

Они как раз затеяли игру: Марко – в атаке, Пьетро – в защите, когда заметили, что небо почернело.

– Сейчас снег пойдет, – прокричала Лу с трибуны, – и сильный.

– Вьюга, – прозвучал ответ Марко.

Они с Пьетро поняли друг друга с полувзгляда. Подъехали к краю озера, влезли на деревянную трибуну. Поскидывали коньки, бросили их в рюкзаки и вместе с Лу сломя голову кинулись бежать.

– Домик охотника, – предложила Лу, – пока еще не поздно.

Поднялся порывистый ветер, закручивая смерчиками хвойные иголки и снег. Если бы не мороз, казалось бы, что надвигается песчаная буря.

Началась вьюга.

– Быстрее! – закричал Марко, чувствуя, что малейшее промедление – и собственных рук не различат.

Увидели впереди небольшой домик – прочный, приземистый, надежный, с толстыми, больше метра, каменными стенами.

Скорость ветра все нарастала. Его порывы становились смертельно опасными: еще немного – и вихрящийся ледяной песок располосует им лица, а потом упакует недвижные тела.

Температура резко упала.

Марко хоть и с трудом, но продвигался, ведь не зря же он столько тренировался на выносливость. Лу оказалась такой смекалистой, сразу сообразила, где можно укрыться.

Время не потеряли.

А странно, что, хотя они с Пьетро – парни сильные, Лу здорово обогнала их. Не девушка – чертенок в юбке; бежала изо всех сил, пытаясь победить сопротивление ветра, который дул ей в лицо, хлеща тысячами мельчайших ледяных иголок.

– Ключ! – прокричал Пьетро.

Марко показалось, что друг чуть ли не в двух километрах от него. Обернулся и увидел, что тот не далее чем в четырех шагах.

– Под большим поленом, справа от входной двери!

Порывы ветра усиливались все более угрожающе, и снег валил, забивая ноздри, так что дышать было нечем. Марко чувствовал, как застыли руки и ноги, как ледяная пыль, закрученная яростным воздушным вихрем, стегает его по лицу – ему казалось, кожа покрывается волдырями, как от ожогов, словно ветер нес огонь.

Снежинки залепляли глаза, они начинали слезиться, слезы тут же замерзали. Становилось жутко, потому что он будто ослеп.

Закричал.

Но поблизости и в ушах раздавался лишь рев ветра, никто его не услышал. Даже Пьетро, который спотыкался следом.

Лу, собравшись с последними силами, бухнулась в снег и ползком добралась до большого полена. Сдвинула его, нашла ключ. Кое-как встала на ноги, попыталась вставить его в замок, но ничего не вышло, потому что даже просто разглядеть очертания замочной скважины было почти непосильной задачей.

Марко, царапая кожу щек и век, прочистил глаза хоккейной перчаткой.

Воздух был насыщен режуще-острыми ледяными хлопьями – эта мерзлая пыль заполнила все пространство.

Между тем Лу, не торопясь и максимально сконцентрировавшись, открыла дверь и катапультировалась в дом.

За ней следом вкатились Марко и Пьетро.

Все втроем они навалились на створку двери и заперлись изнутри на ключ, потом, помогая один другому, вставили огромную деревянную балку в петли, таким образом закрыв дверь еще и на засов.

Рухнули на пол.

Снаружи Раук полностью поглотила адская снежная буря.

Внутри они снова смогли дышать. Хотя еще с трудом хватали воздух.

Несмотря на хоккейные перчатки, руки сводило от холода.

Мало-помалу Марко собрался с силами и осмотрелся. Увидел большую вязанку сухих дров рядом с камином.

К счастью, человек, ответственный за порядок в доме охотника, оказался предусмотрительным.

Кто-то коснулся Марко. Лу.

Они посмотрели друг на друга.

И поняли, что чудом остались живы.