С отъезда Майи прошло три недели, и все наконец начало возвращаться на круги своя.

Верная своему слову, она оставила подписанные документы о разводе адвокату и бесследно исчезла, как и четыре года назад. Вреда я ей не желал, но все же надеялся, что на этот раз она исчезла из моей жизни навсегда.

Некоторое время мы с Билли заново притирались друг к другу и теперь чувствовали себя довольно сплоченными, но я был уверен, что кое-что могло бы перевести наши отношения на качественно другой уровень. Билли думала, что это «кое-что» не в нашей власти. Но она не знала всей силы, заключенной в члене Холдена…

Я вышел из лифта на этаже моего приятеля и постучал в дверь. Как всегда, он открыл не сразу. А когда дверь распахнулась, то он выглядел совершенно растрепанным и заморгал, когда в его глаза попал солнечный свет.

– Который час?

Я вошел в его квартиру, не дожидаясь приглашения.

– Девять утра. Извини, что разбудил тебя в то время, когда все нормальные люди уже встали, но я больше не мог ждать. Тебе удалось его достать?

Холден подошел к кухонному столу и взял конверт из плотной бумаги.

– Думаешь, я способен тебя подвести?

Я по-братски обнял его.

– Ни хрена себе! Глазам своим не верю! Как тебе удалось? Ты лучший! У твоего члена щекоталка на конце или что-то в этом роде? Ты просто вытаскиваешь его из штанов, и женщины делают все, что ты, черт возьми, захочешь?

Однажды вечером на прошлой неделе мы с Холденом сидели и пили пиво. Он спросил, как дела у нас с Билли. Я ответил, что хорошо, но было бы лучше, если бы мне не пришлось ждать, пока судья подпишет мои документы на развод, как минимум три месяца. Холден спросил, в каком здании суда были поданы эти документы. Я ответил, что на Центральной улице, и он вспомнил, что встречался с девушкой, которая там работала. Они некоторое время не виделись, но он сказал, что может связаться с ней и узнать, не сумеет ли она ускорить обработку документов. Я согласился, хотя и не ожидал, что из этого что-нибудь выйдет – до тех пор, пока несколько дней назад Холден не написал мне, что обедал с этой девушкой и она сообщила, что, вероятно, получит бумаги и подпишет их в течение нескольких дней.

Я вытащил бумаги из конверта и пробежал глазами подписанное свидетельство о расторжении брака.

– Не знаю, как тебя благодарить, чувак.

Холден ухмыльнулся.

– В благодарности нет необходимости. Тесса отблагодарила меня в кабинке женского туалета, когда я вчера днем зашел в здание суда за документами.

Я покачал головой.

– Только ты можешь переспать и оформить развод в один день, мой друг.

Он рассмеялся и положил руку мне на плечо.

– Рад, что сумел быть полезным. А теперь убирайся к чертовой матери из моей квартиры, чтобы я мог снова завалиться спать, и иди передай своей девушке хорошие новости.

– Я покажу ей эти документы… но не сразу. Так что, если случайно ее увидишь, не упоминай об этом, хорошо?

– Договорились, приятель.

От Холдена я отправился вниз, в салон Билли. Сегодня утром ее там не было, потому что она повезла Сейлор на занятие «Мамочка и я», что оказалось весьма кстати, поскольку мне нужно было встретиться с Диком в ее отсутствие.

Когда я вошел, Жюстин разговаривала по телефону. Она прикрыла трубку рукой и улыбнулась.

– Ее здесь нет, милый.

– Знаю. Я пришел к Дику. Но сделай одолжение: не говори ей, что я заходил.

Лицо Жюстин просветлело.

– Вы с Диком что-то затеваете?

– Да, и я хочу, чтобы это стало сюрпризом.

– Я сохраню твой секрет. – Она кивнула в сторону студии позади себя. – Иди смело. Его первый клиент еще не пришел.

Дик подготавливал свое рабочее место и при виде меня вздернул подбородок.

– В чем дело, чувак?

– Тебе удалось поработать над тем, о чем мы говорили?

Он кивнул, открыл ящик стола и извлек оттуда эскиз и фотографию.

– Я нашел фотографию, на которой видно ее предплечье, и использовал в качестве ориентира. Должно получиться очень точно. Что думаешь?

Мой взгляд метался между эскизом и фотографией. На фотографии Билли держала руки поднятыми вверх, так что был прекрасно виден витиеватый ключ, вытатуированный на внутренней стороне предплечья. Она рассказала мне, что ее дедушка подарил этот ключ бабушке в день их встречи как символ того, что она для него значила. Эта история поселила во мне надежду, что под слоями брони Билли оставалась женщиной, которая верила в настоящую любовь. Теперь я собирался вытатуировать такой же викторианский замок в форме сердца в том же месте на своей руке. Ведь ключ к моему сердцу находился у Билли.

– Это прекрасно, приятель, – улыбнулся я.

– А еще это в сто раз лучше, чем тупая гребаная роза.

Я усмехнулся.

– Я рад, что ты одобряешь мой выбор.

– Когда мы это набьем?

– Сегодня вечером. Я записался на прием под вымышленным именем.

– На сколько?

– На шесть.

– У меня в половине седьмого клиент, но я, вероятно, смогу перенести его на завтра, так что салон будет полностью в твоем распоряжении.

– Было бы здорово.

– Без проблем, – кивнул он.

– Спасибо, Дик. – Я вернул ему эскиз. – Мне пора бежать. Не мог бы ты спрятать его в свой ящик, чтобы на него никто не наткнулся?

– Конечно.

– Отлично! – сказал я и помахал ему рукой.

– Кстати, – крикнул Дик мне вслед. – Если я завтра обнаружу на своем кресле отпечаток твоей задницы, у нас возникнут проблемы.

Я улыбнулся и постучал двумя пальцами по лбу в знак того, что понял намек.

– Понял, босс.

Следующей моей задачей было встретиться с Билли и Сейлор после занятия «Мамочка и я». В одиннадцать Сейлор была записана к врачу, и я пообещал родителям, что заеду к ним после него и останусь на обед. Мама ненавязчиво напомнила мне, что давненько не видела моего лица. Я пришел на урок на несколько минут раньше и наблюдал за Сейлор и Билли из окна. Они смеялись, трясли бубнами и танцевали, словно забыв обо всем на свете. Мое сердце наполнилось теплом и радостью. В этих двух маленьких леди был заключен весь мой мир. Я знал, что еще слишком рано просить Билли выйти за меня замуж, но когда-нибудь она станет моей женой. Как бы банально это ни звучало, я встретил свою вторую половинку.

Словно в доказательство того, что она моя половинка, Билли обернулась и заметила, что я наблюдаю за ней через окно. Я помахал ей рукой, а потом зашел внутрь и стал ждать у двери конца урока.

– Привет, папочка! – Сейлор подскочила ко мне. – Ты повесил полки?

– Какие полки? – нахмурившись, спросил я.

– Билли сказала, что ты чинил сломанные полки в прачечной.

Я посмотрел на Билли, и она наклонилась, чтобы поговорить с Сейлор.

– Гм-м… милая, не могла бы ты принести мою сумочку из шкафчика? Пожалуйста.

Билли подождала, пока Сейлор не окажется вне пределов слышимости.

– Две дамы поинтересовались, где сегодня мойбосс, снова предположив, что я няня. Я ответила, что он дома, восстанавливает силы после того, как все утро шпилил меня. Думала, что произнесла это достаточно тихо и Сейлор не услышала. Но, по-видимому, она уловила какую-то часть, потому что спросила, что значит шпилил. Я ответила, что не шпилил, а пилил, а именно поломанные полки в прачечной, которые давно пора повесить на место.

Я обхватил Билли рукой за талию и притянул к себе.

– Мне нравится, когда ты становишься собственницей.

– О, правда? – ухмыльнулась она. – Хорошо, потому что сюда идет еще одна представительница твоего гребаного фан-клуба. – Билли вцепилась в мою рубашку и прижалась губами к моим.

Ага. Я чертовски люблю свою девушку-собственницу.

После того как Билли закончила метить территорию, мы втроем прогулялись по кварталу. Мы остановились на углу, где Билли собиралась зайти в метро и поехать в салон. Я быстро чмокнул ее.

– Позже увидимся?

– Конечно. Но сегодня я, возможно, немного задержусь. На самый последний прием записался какой-то новый клиент, и у меня предчувствие, что с ним будет сложно.

Мне было трудно сдержать улыбку.

– С чего ты взяла?

– Ну, для начала он записался, используя средний инициал. Кто записывается на прием куда-либо, называя полностью свое имя и фамилию, а вместо второго имени – инициал? Кто-то очень придирчивый, кто любит точность во всем. И, разумеется, он хочет розу. Что может быть банальнее? Он сказал Дику, что ему нравится роза, которая у нас выставлена на образце.

На этот раз я не смог скрыть улыбку.

– Звучит ужасно. Но вдруг он тебя удивит и окажется крутым?

– Сомневаюсь. В любом случае, мне пора. Я напишу, как закончу.

* * *

Ровно в шесть часов вечера я вошел в салон с огромным букетом полевых цветов и конвертом в заднем кармане брюк. Я ожидал увидеть за стойкой регистрации Жюстин, но вместо нее обнаружил там Билли.

Ее губы изогнулись в улыбке.

– Гляньте-ка, какой красавчик! Хорошо, что ты не явился в таком виде, с этими цветами на занятие «Мамочка и я». Твой фан-клуб растоптал бы меня в мгновение ока.

Я усмехнулся.

– Я пришел по записи.

– Какой записи? Ты хочешь татуировку?

– Ага, – кивнул я. – Я записан к тебе на шесть часов.

Билли наморщила носик.

– Ты мой средний инициал?

– Он самый.

– А что это за вымышленное имя?

– Я хотел сделать тебе сюрприз. Я немного расстроен тем, что ты не догадалась, что это я.

– Откуда мне было знать?

Я указал на открытую книгу записей на столе.

– Прочти имя вслух.

– Хью Джей Рэкшн[20]… – Подумав пару секунд, она выглянула из-за прилавка и с ухмылкой уставилась на мою промежность. – Я ничего не вижу.

– Поверь, ты ее увидишь, и очень скоро. – Я подошел к входной двери и крутил замок до тех пор, пока он с лязгом не закрылся, после чего выключил неоновую вывеску «ОТКРЫТО».

– Полагаю, в этом замешан Дик? – Билли закрыла книгу записей. – Он как ошпаренный выбежал отсюда несколько минут назад и сказал Жюстин, что она может уйти пораньше. В субботу вечером он никогда не оставляет меня одну.

– Да, Дик в этом замешан. – Я зашел за стойку и поцеловал Билли. – Помнишь ту фантазию, о которой я давным-давно тебе рассказывал? Ту, где я трахаю тебя на твоем рабочем кресле?

Билли прикусила нижнюю губу.

– Помню.

– Это случится сегодня вечером. Но сначала… у меня появится татуировка, которую ты мне задолжала.

– Та самая роза?

– Нет, это будет не роза. И я рад, что ты меня тогда отговорила. Ты была права: в первой татуировке должен быть заложен какой-то смысл.

– Так что же ты хочешь набить?

– Я покажу. Но сначала… – Я оторвал ее от земли. – Я отнесу тебя в студию, чтобы с улицы никто не увидел, как я целую тебя.

Билли хихикнула, и я понес ее в студию. Я так увлекся поцелуем, что почти забыл важную новость, которую весь день мечтал ей сообщить. Когда мы оторвались друг от друга, чтобы отдышаться, я вытер пальцем помаду, которую размазал под ее нижней губой.

– У меня для тебя кое-что есть.

– Знаю, – ухмыльнулась Билли. – Я чувствую это своим бедром. На мой взгляд, твое вымышленное имя тебе вполне подходит.

Я отнес ее к креслу и положил на него, а потом достал из кармана конверт.

– Что это? – в недоумении спросила она.

– Открой – и узнаешь.

Билли разорвала конверт, достала оттуда документы и несколько мгновений их изучала.

– Это правда? – спросила она, глядя на меня во все глаза. – Я думала, оформление развода займет месяцы?

– У Холдена есть знакомая в здании суда, и он использовал свою силу убеждения, чтобы добиться того, чтобы дело оказалось в самом начале списка.

– Так ты больше не женат?

– Я весь твой, милая.

Билли долго смотрела на бумаги, качая головой, а когда снова подняла глаза, ее лицо было полно эмоций.

– О боже мой, Колби! Я так счастлива. Я и не осознавала, как сильно это на меня давило. Теперь мне намного легче.

Я кивнул.

– И мне. Мой адвокат разговаривал со следователем. Он почти уверен, что мы договоримся о небольшом штрафе в качестве наказания за то, что я сделал, и избежим уголовного преследования. Такое чувство, что все позади.

Она покачала головой.

– Сегодня был лучший день. Я провела утро с Сейлор, ты снова официально холост, и я собираюсь лишить тебя тату-девственности.

– Эй, не забудь о сексе в кресле.

Она рассмеялась.

– И это тоже. Так что же я все-таки на тебе бью? Ты принес фотографию того, что тебе нужно?

– Я сделал кое-что получше… – Я подошел к рабочему месту Дика, выдвинул ящик стола и достал изготовленный им трафарет. Я передал его Билли и указал на внутреннюю сторону своего предплечья. – Хочу, чтобы это было здесь.

Думал, что мне придется объяснить, но Билли прикрыла рот рукой, ее глаза наполнились слезами, и я догадался, что она поняла. Она повернула руку и показала мне свою татуировку.

– Это замок, подходящий к моему ключу.

Я кивнул.

– Его нарисовал Дик. Он использовал фотографию твоей татуировки как ориентир, чтобы они совпали. Может, я и не дал тебе ключ на нашем первом свидании, как твой дедушка твоей бабушке, но ты завладела моим сердцем с того момента, как я встретил тебя. На тебе всегда будет ключ, который подходит к этому замку.

По лицу Билли потекли слезы.

– Боже мой, Колби. Ты самый милый, самый романтичный мужчина на свете. Я так тебя люблю!

– Я тоже люблю тебя, детка. Но не уверен, что я такой уж милый. Потому что, пока ты размышляешь о том, какой я романтичный, я сижу здесь со стояком, размышляя, успею ли трахнуть тебя, прежде чем ты сделаешь мне татуировку.

То ли смеясь, то ли плача Билли раскрыла объятия.

– Мы все успеем. Иди сюда и позволь мне наконец осуществить твою мечту.

Я обхватил ладонями ее лицо.

– Милая, я не могу дождаться, когда ты разденешься, но знай: ты уже осуществила все мои мечты…