– Статус?

– Без изменений, – ответила Амида.

Она, Рорк и я сидели у камина, каждый в своем кресле. В камине потрескивал огонь, и я крепче сжал в руке стакан с элем. Это был обычный вечер, и все же не совсем. Не совсем, пока в нашей компании не хватало Эверли, а Имир устроил нам пассивно-агрессивную осаду.

– Признаю, – пробормотал Рорк, теребя кольцо в носу, – что я скучаю по рыжей.

Амида фыркнула:

– Ты скучаешь по тому, что Нисса, а значит, и Мариэлла ходят за ней хвостом.

Он усмехнулся:

– И по этому тоже.

Было что-то приятное в этом намеке на нормальность, и я собирался присоединиться к шутливой перебранке друзей, как вдруг мою грудь, словно молнией, пронзило острой, обжигающей болью.

– А-а, проклятье!

Стакан со звоном выпал у меня из рук на пол.

Амида вскочила на ноги:

– Данте!

Задыхаясь, я схватился за грудь. Клянусь инфернальными кострами… что это такое?

– Данте, говори с нами, что происходит?

– Я, а-а… – Каждое слово причиняло боль.

Жжение становилось все сильнее. Меня будто бросили в самый глубокий из инфернальных костров, где я медленно и мучительно сгорал дотла. Но это же смешно. Я Данте Инфернас! Огонь не мог причинить мне вреда, я…

– А-а-а!