Меньше всего я ожидала от мужа каких-то романтических жестов. Когда растешь среди мафиози, ты рано впитываешь законы этого мира. В нем нет места любви, а мужчины, как правило, озабочены только своими амбициями.

Поэтому, несмотря на то, что за эти пару недель между нами с Марко появилось нечто новое, я оказалось не готовой к тому, что Лучано позовет меня за город в один из закрытых отелей, что называется, для своих.

Когда накануне он вернулся чуть раньше и нашел меня на конюшне, я удивилась. Мы с Беллой кормили наших любимиц. Те как-то одновременно фыркнули, и мы обе засмеялись над тем, как забавно это выглядело. Тогда я и заметила мужа, стоящего на пороге. Он был в своем неизменном пальто нараспашку и смотрелся в конюшне откровенно чужеродно.

Правда, я поймала себя на том, что была рада его увидеть.

Наша близость с каждым разом что-то делала со мной – моя категоричность разваливалась, сдавая позиции. А я сама терялась и не знала, как к этому относиться.

Муж не превратился в порядочного джентльмена, и порой то, как провокационно и разнузданно он вел себя в постели, доводило меня до крайней степени стыда. Но я неизменно проигрывала, поддаваясь нашей общей страсти.

Казалось, мы почти нашли модель, которая устраивала бы нас обоих. Если бы не одно но – мне стало не хватать физической близости.

Оставшись фактически без семьи, я тосковала по Сандре, по ее младшей сестренке, которая порой жутко раздражала своей неугомонностью. И сейчас я дорого дала бы, чтобы увидеться, провести с ними время.

Однажды я заикнулась об этом, но Марко посмотрел так, что я замолчала, все поняв и без слов.

– Ты моя жена, Аделина. Надеюсь, у тебя хватит ума не делать глупостей, – вот, что я услышала напоследок.

И все.

Меня мучили сомнения, но теперь уже по другому поводу – я хотела тепла. Белла, несмотря на то, что мы стали больше общаться, по-прежнему оставалась довольно закрытой.

А больше поговорить мне было не с кем…

Поэтому когда Марко внезапно заявил, что мы поедем за город вдвоем, я воодушевилась. Во мне вспыхнула настоящая надежда, что, может быть, и я смогу стать счастливой. Я расценила эту поездку как романтическую.

Наивная.

– Ты говорил, вдвоем, – растерянно говорю, заметив рядом с машиной Грегорио.

– Ты – моя жена, – спокойно отвечает Лучано, подталкивая меня. – Естественно, ты не останешься без охраны, пока я буду заниматься делами.

– Делами?

Мой вопрос остается без ответа – приходится сесть в машину. Помимо нас с мужем в машине только Грегорио, но у меня пропадает любое желание выяснять отношения. Достаточно одного взгляда Марко, чтобы понять – ответов я все равно не получу.

Дорога проходит в вязком молчании. Но никого кроме меня это не напрягает. Мужчины иногда обмениваются короткими фразами, не более. И так как на заднем сиденье я одна, то это отчуждение ощущается особенно остро.

Естественно, настроение у меня портится, и от предвкушения не остается и следа.

Так что когда мы приезжаем в отель, меня уже не впечатляют ни шикарный вид на красивый парк, ни огромный двухэтажный особняк, который будет нашим на эти несколько дней.

Обида топит все сильнее. Учитывая, что я на нервах, и все жду конец своего цикла, получается ядреный коктейль. Марко и пошел мне навстречу и согласился не заводить детей, пока сама не захочу. Однако я не чувствую себя в безопасности и с нетерпением жду, что могу, наконец, начать принимать оральные контрацептивы.

Врач, осмотревший меня, предложил в качестве альтернативы другие варианты, включая инъекции, но опять же для этого нужно начало цикла, который у меня, как назло, сбился. И это тоже добавляет поводов для волнений.

От одной только мысли, что я могу привести ребенка в этот жестокий мир, внутри все сжимается.

– Не нравится? – спрашивает Марко, когда мы заходим в дом. Видимо, у меня все написано на лице, раз Лучано решил поинтересоваться.

– Мне все равно, – огрызаюсь, даже не пытаясь сделать вид, что все нормально.

– Что не так? – спрашивает он.

– Если у тебя дела, зачем было тащить меня с собой? Я вполне могла и дома остаться, – раздраженно выдаю то, что так и крутится на языке.

Во взгляде мужа проступает холод – тот самый, что был раньше.

– Как насчет того, чтобы совместить?

Между нами хорошо если метра три, но мне кажется, куда больше. Знаю, что сама виновата – придумала себе что-то. Ведь если так посмотреть, Лучано не обещал мне романтики – просто сказал, что мы поедем за город.

– Ты говорил, что сейчас небезопасно покидать дом, – обвиняющие бросаю ему. – Я даже не могу поехать в магазин прогуляться, зато сюда ты меня притащил!

– Это место тщательно охраняется.

Грустно усмехаюсь. Чего ждала вообще? Что наш секс для Марко действительно будет что-то значить? Ему просто захотелось иметь под рукой безотказную жену, вот и все.

Отворачиваюсь, чтобы спрятать предательские слезы.

– Я вернусь к ужину – по территории можешь гулять без ограничений. Грегорио будет сопровождать.

Вот и все. Хлопает дверь, и я остаюсь одна.

Запрокидываю голову, всхлипываю, закрывая ладонями лицо.

Ну что за дура-то? Любви захотелось? Тепла? От кого? От убийцы?!

Когда удается взять эмоции под контроль, обхожу дом, и вынуждена признать, что место, и правда, шикарное. Даже чересчур. Но вся эта роскошь меня не восхищает, а наоборот. Мне кажется, здесь и сейчас я чувствую себя еще более одинокой, чем в тот день, когда меня привезли домой к мужу.

Время тянется медленно. Я банально не знаю, чем себя занять – отправиться на прогулку в сопровождении Грегорио? Вот уж нет.

Когда становится совсем тоскливо, звоню Белле. Правда, голос у нее довольно странный.

– У тебя все в порядке? – настороженно спрашиваю. В голову лезут нехорошие мысли, и я уже готова бежать к охраннику с просьбой позвать Марко, чтобы тот…

– Да, просто… – сестра Лучано замолкает. – Мне прислали цветы. Красивые такие.

От неожиданности я сажусь на диван. Хорошо, что стою рядом, а то ведь прямо на пол бы осела.

– Цветы? К нам домой?

За эти дни я поняла кое-что важное – дом Марко охранял как настоящую крепость. И прислать к нему домой букет или подарки могли только по согласованию.

– Это Марко? – предполагаю очевидное.

– Нет, – растерянно отвечает Белла. – Он не дарит их.

– Тогда кто?

Я, конечно, не считаю, что она недостойна внимания. Как раз наоборот – я всё больше убеждаюсь в том, насколько Белла добрая и светлая девушка. Пусть шрамы прошлого и остались с ней на всю жизнь.

– Кажется, Андреа.

Ей удается снова меня шокировать.

– Ты уверена?

– Тут есть записка. В ней подпись.

Мой брат и цветы?

– А что в записке? – задаю, пожалуй, бестактный вопрос.

Однако Белла, не раздумывая, отвечает:

– Пожелание хорошего настроения.

Я, честно говоря, окончательно теряю дар речи. Не вяжется вся эта картина с холодным и самовлюбленным Андреа. Он же циник до мозга костей. Цветы? Скорее всего, их отправлял не он лично. И все же… Брат дал такое распоряжение? Зачем? Неужели его так интересует брак с Беллой?

Все это время я думала над словами сестры мужа, и никак не могла выбрать момент, чтобы поговорить с Лучано. Мне не нравилась эта затея, и я собиралась его отговорить. Но случая не подворачивалась.

– Это странно, да? – спрашивает между тем Белла. – Мы ведь даже не помолвлены.

– Все в порядке, – как можно спокойнее говорю. – Если нравятся цветы, оставляй, конечно. Если нет – их можно и выбросить.

Наш разговор прерывает громкий звук – судя по всему, вернулся мой муж.

– Я потом перезвоню, – торопливо говорю и, сбросив звонок, направляюсь к лестнице, чтобы высказать Марко все, что я думаю.