1. Григорий. Если ты с таким трудом убедился, то надеюсь в вознаграждение за труд умножить твою веру, когда расскажу тебе то, что сам слышал от людей, заслуживающих доверия. Юлиан, второй апокрисиарий Римской церкви, которой я по воле Божией служу, умерший почти семь лет назад, часто ходил ко мне, когда я был еще в монастыре, и обыкновенно беседовал со мной о предметах душеспасительных.

2. Однажды он рассказал мне следующее: «В правление царя Теодориха[50] отец тестя моего исполнял в Сицилии должность сборщика податей и уже возвращался в Италию. Корабль его пристал к острову, называемому Липарис. Там жил один пустынник, муж, украшенный великими добродетелями. Пока корабельщики приготовляли корабельные снасти, упомянутому отцу моего тестя вздумалось (со своими спутниками) сходить к сему человеку Божию и поручить себя его молитвам.

3. [Сей] Господний муж принял их и между другими разговорами сказал: “Знаете ли, что царь Теодорих умер?” Посетители тотчас отвечали ему: “Нет, мы оставили его живого и ничего такого не слыхали о нем доселе”. Раб Божий опять сказал им: “Действительно умер: вчерашний день он, раздетый и разутый, со связанными руками отведен был в девятом часу папою Иоанном[51] и Симмахом патрицием и низвергнут в это соседнее жерло вулкана[52]”.

4. Услышав об этом, они с точностью записали день и по возвращении в Италию узнали, что царь Теодорих умер именно в тот день, в который показаны были рабу Божию его смерть и наказание». За то, что папу Иоан на Теодорих замучил в темнице, а патриция Симмаха усек мечом, по правде брошен был в огонь, как показано в видении, теми, которых неправедно судил в сей жизни.