Червь, выползши из могилы, встретился с ангелом.

Стали смотреть они вместе на королей и королевства, на юношей с девами, на древние города людей. Увидели и старцев, неподвижно сидящих в креслах, и детей, поющих в полях. Увидели дальние битвы, воинов и крепости, мудрость и низость, пышность королевских дворов, увидели людей всех племен, что есть под солнцем.

– Смотри, это все – моя пища, – сказал червь ангелу.

– «Be dakeon para Thina poluphloisboio Thalassaes»[17], – пробормотал ангел, ибо шли они по берегу моря. – И это ты тоже сможешь сожрать?

И червь побледнел от злобы так, что на него больно было смотреть, – ибо уже три тысячи лет он старался уничтожить эту строку, но ее мелодия все звучала у него в голове.