Кастильмо, 1638 г.

После наступления сумерек улицы Кастильмо пустели. Жители затворялись в домах, прикрывали окна. Уже третий год простые люди жили в страхе в собственном городе, ведь их окружали настоящие ведьмы. Они открыто построили Храм, где поклонялись своему богу Башахауну.

Свет луны падал на двухэтажный дом с деревянной калиткой. Дверь с начертанным на ней кровавым символом отворилась, и хозяйка дома, натянув пониже капюшон плаща, двинулась в сторону леса.

Королева ведьм всегда была одна. У нее не имелось ни семьи, ни близких друзей. У нее были лишь ковены, которые подчинялись ей. Этого ей хватало.

Королева дошла до Храма ведьм, вокруг которого ведьмы-прислужницы уже зажгли факелы. Внутри ее встретили трое пленников и два трупа. Первые лежали в цепях, опьяненные снотворным. Эти мужчины были рабами. Так их называли ведьмы. Рабы служили ведьмам для продолжения ведьминского рода. У ведьм почти всегда рождались девочки. Мальчики были редкостью.

Переступив через два трупа, над которыми суетилась ведьма-кровопускательница из ковена, приносящего жертвы, Королева двинулась в дальнюю часть пещеры, которая скрывалась за стенами.

По дороге она взяла с постамента два амулета с ядовитой магией, светящиеся зеленым светом. Велев одной из ведьм прибраться после потрошения двух мужчин, она дошла до круглого зала.

Здесь ее уже ждали три ведьмы, ее помощницы. Единственные, кто были свидетелями ее жертвоприношений Башахауну. Они поклонились своей Королеве, снимая с нее плащ.

– Все уже готово, Ваше Величество, – подала Королеве две чаши одна из ведьм.

Королева прошла в центр уже нарисованной пентаграммы и опустилась на колени. Помощницы-ведьмы быстро отступили и буквально вжались в стены, понимая, что сейчас произойдет.

Королева взяла из одной чаши круглый шарик. На нее смотрел человеческий глаз. Королева положила его в рот и разжевала, прикрыв глаза. Из ее рта потекла кровь, заливая алым подбородок и шею. Затем она выпила кровь из второй чаши.

Взяв в руки оба амулета, Королева сжала их в ладонях, произнося про себя призыв Башахауна.

Подул сильный ветер, факелы на стенах погасли. Вихрь закружился по пещере, сметая все, кроме ведьм. По каменным стенам прошелся звук, словно их царапали большими острыми когтями.

Глаза Королевы зажглись желтым светом. Она откинула голову назад, а из ее горла вырвался утробный, низкий голос:

– Телминья, дочь моя.

Одна из ведьм-помощниц подбежала к Королеве и положила на пентаграмму белые камни.

– Великий и Всемогущий, – склонила она голову перед Королевой, – благодарим, что соизволили снизойти до нас.

– Что моей дочери потребовалось от меня? – раздался вновь голос, проникающий под кожу.

– Амулеты, Великий и Всемогущий. У нас заканчиваются запасы магии.

Тут же, словно по взмаху руки, из недр земли начала подниматься красная жижа. Это была магия из самой преисподней. И приходила она только по зову Башахауна.

Магия потекла в камни, и они засияли разноцветными красками, превращаясь в опасные амулеты, которые будут использовать ведьмы.

– Благодарим, о Великий и Всемогущий. Честь служить вам. Честь поклоняться вам. Вам верны и вам покорны до скончания дней своих.

– Продолжайте свою верную службу, дочери мои, – произнес Башахаун, – и помните: пока вы можете слышать лишь мой голос, но вам осталось совсем немного, чтобы лицезреть мою сущность.

Ветер закружил по пещере. Королева поднялась на ноги, и желтизна из ее глаз пропала. Но теперь они горели желанием как можно больше людей заразить черной магией и насытить Башахауна жертвенной кровью. Желанием привести его наконец в этот мир.