Дом сеньоры Альенде оказался двухэтажным. По всему двору были расставлены деревянные фигурки собак. Подождав, пока мама, которая подвозила нас с Карлой, уедет, мы двинулась к крыльцу, где нас встретила громкая музыка, доносящаяся изнутри.

– Надеюсь, сеньору Альенде инфаркт не хватит, если она случайно заявится домой? – рассмеялась я, таща за собой Карлу.

Та озиралась по сторонам, словно ожидая, что кто-то из гостей выпрыгнет из-за угла и накинется на нее с ножом. Но судя по людям, которых мы встречали в шумной гостиной, здесь были только выпускники. Когда Матео позвал нас вчера к себе домой на вечеринку, поскольку его мать и отец уехали на выходные в Валенсию к родителям сеньоры Альенде, я не раздумывая согласилась. Больше новости о внезапной вечеринке меня удивило то, что Матео был сыном сеньоры Альенде, а я узнала об этом только вчера. Уговаривать Карлу пришлось до тех пор, пока Андрес не заявил, что это отличная возможность разузнать о Даниэле. Все выпившие и болтливые. Идеальное место и время, чтобы вести расследование, не привлекая внимания.

Я огляделась: Хуана смеялась в углу с двумя девушками, Пепита и ее светловолосая подруга стояли в компании парней из футбольной секции. Они уже успели выпить, и казалось, пропажа подруги их ничуть не заботила. С ними пока беседовать нет смысла.

Мое внимание привлек победный клич. За столом в центре комнаты Матео играл в пинг-понг с двумя парнями. Худощавый старшеклассник с короткой стрижкой и очень привлекательный парень с каштановыми волосами – их я хорошо знала. Второй открыто флиртовал со мной в мой первый день в школе. А также являлся бывшим Даниэлы. Лукас. Скользкий и явно двуличный тип. Стоило поглядеть на него, и сразу становилось понятно, что за льстивыми словами кроется выгода. Первым был Педро – пешка Лукаса. И это единственная запоминающаяся черта в его биографии.

Они забрасывали мячики в красные стаканчики соперников и ликовали с каждым выигрышным ходом.

Прямо за ними, в темном углу, я заметила светлую голову. Андрес стоял с высокой брюнеткой, которая повисла у него на шее и, сверкая лучезарной улыбкой, буквально пожирала его глазами. Хотя Андрес и не выглядел заинтересованным, но ладонь девушки, которую она запустила в его волосы, он не убрал. Напротив, на его лице прорезалась легкая улыбка. Эта улыбка прорезала и мое сердце.

Я отвернулась и, взяв себя в руки, двинулась к цели.

Как только мы подошли к теннисному столу, парни обратили на нас с Карлой внимание.

– Смотрите, кто к нам пожаловал! – Матео весело протянул нам выпивку.

– Привет, парни, – улыбнулась я, принимая у него стакан с сомнительной жидкостью и принюхиваясь. – Опять твой экспериментальный коктейль?

– Нет, малышка, это лишь вермут, – ответил хозяин дома. – А ты чего не пьешь? – вновь сунул он под нос Карле стаканчик. – Раз вышла в люди, надо оторваться по полной! Пей! Узнаешь хоть, как нормальные люди веселятся!

– Нет, я не пью алкоголь… – сделала шаг назад Карла.

– Пей! Пей! Пей! – начали выкрикивать Лукас и Педро.

Карлу охватила паника, и она буквально спряталась за меня. Я вырвала стаканчик из рук Матео.

– Да хватит вам. Отстаньте от нее. Я готова не только выпить, но и сыграть, – кинула я взгляд на мячики на столе.

– Это мне нравится, – расплылись в довольной улыбке губы Матео, – люблю рисковых девочек!

Карла дернула меня за рукав и указала в сторону. Я увидела, как Пепита тащит свою перебравшую подругу в узкий коридор. Скорее всего, в уборную.

– Я сейчас, – сказала Карла и двинулась вслед за ними.

Пока Карла ушла расспрашивать девочек, я взяла на себя самое опасное, но не самое приятное задание – разговорить Лукаса.

Как бы случайно я встала рядом с ним, а Матео и Педро заняли позиции напротив. Мы расставляли стаканы с коктейлями, и Лукас весело спросил:

– Не боишься опьянеть?

– В Мадриде мы часто устраивали вечеринки. В клубе, в котором я состояла, мы тусили каждые выходные.

– Ты состояла в клубе? – подал заинтересованный голос Лукас.

Попался. Я взглянула на Лукаса и надела улыбку для флирта, понимая, что мне удалось подцепить его.

– Новенькие вперед! – крикнул Матео.

Я кинула мячик и, конечно же, промахнулась. Ловкость никогда не была моей сильной стороной. Но сейчас это не имело значения.

Наши с Лукасом соперники радостно рассмеялись, а я взяла стакан с коктейлем и выпила его залпом. Редкостная гадость.

– Конечно, – запоздало ответила я Лукасу и, бросив еще один мяч, попала. – В школе у нас было много тайных клубов с закрытыми вечеринками и собственным дресс-кодом.

– Я слышал, что в университетских клубах все гораздо интереснее,– протянул Лукас. – Море девок и выпивки. Что еще нужно?

Обе команды сделали пару ходов, и мы с Лукасом начали проигрывать. Конечно же из-за меня.

– В школьных клубах гораздо лучше, – возразила я. – На последней вечеринке все было в стиле фильма «Отчаянный». Гитары и игрушечные пушки, «Canciуn del mariachi» на повторе и одежда, как у Эль-Мариачи и Каролины.

Вечеринка в стиле «Отчаянного» у нас была очень давно, но эту тему я затронула не просто так.

Лукас выиграл следующий ход, а вот Педро проиграл и залпом выпил из стаканчика.

– Дай угадаю, ты оделась как горячая красотка Каролина? – спросил Лукас, обегая меня нескромным взглядом с головы до ног. – Кстати, ты очень похожа на Сальму Хайек в этом фильме.

Какой же ты предсказуемый, Лукас.

Я глотнула вермута из-за очередного проигранного хода, не отрывая от него глаз. Сделай в разговоре акцент на внешности, намекни о своем сходстве с привлекательной знаменитостью – и готово. Таких особей, как Лукас, в девушках интересует лишь одно.

– Да, мне часто говорят, что я похожа на нее в этом фильме, – сказала я, перебрасывая через плечо пышные черные кудри, – поэтому грех было бы не воспользоваться возможностью. Могу как-нибудь показать тебе фотки в образе Каролины.

Матео кинул последний мяч и попал в наш стаканчик. Они с Педро радостно начали поднимать друг друга на руки, празднуя победу и не обращая на нас с Лукасом внимания.

– Можешь не просто показать, а прислать их, – повернулся ко мне Лукас, поняв, что игра завершилась. – Давай запишу тебе свой номер?

Лукас взял мою руку и, выхватив у одного из парней, которые писали на большом плакате бранные слова, маркер, начал аккуратно выводить на моей коже, чуть выше запястья, цифры.

Несколько коктейлей и вермут давали о себе знать, но соображала я хорошо.

– Надеюсь, твоя девушка не будет против, если я пришлю тебе свои фотки? – улыбнулась я.

– У меня ее нет. Но ты вполне можешь занять эту роль, если хочешь.

– А как же Даниэла? – прямо спросила я.

– Мы давно расстались.

Лукас непринужденно пожал плечами, продолжая писать цифры.

– Слышала, ты ее бросил.

– Интересовалась мной? – самодовольно улыбнулся он.

– Немного, – решила я подыграть.

– После того как мы сходили на экскурсию на Руины смерти, она словно свихнулась. У нее буквально началась паранойя. Ей казалось, что за ней следят, и за несколько дней она мне весь мозг проела этим. Ну а когда она ни с того ни с сего сбежала в Барселону, я понял, что вовремя бросил ее.

– А ты не пытался с ней связаться? Когда ходили слухи о ее пропаже.

– Да, позвонил, когда ее подруги от меня не отстали. Но она не взяла трубку. Так что не волнуйся о моих бывших. – Лукас поднял на меня глаза и улыбнулся: – Они больше не вернутся в мою жизнь. Я весь в твоем распоряжении.

– Настолько все плохо, что ты уже расписываешь свой номер на руках девушек, Лукас?

Лукас дернулся, размазывая по моей коже последнюю цифру. Я закусила губу, чтобы не рассмеяться, когда услышала за спиной знакомый голос.

– Я просто… давал Эстеле номер, – осекся Лукас.

– Привет, Кудряшка. – Сильная рука обняла меня за плечо.

Андрес наклонился к моему уху для поцелуя, и меня обдало горячим дыханием.

– Веселишься?

– Веселишься тут только ты, – шепнула я ему, – а я делом занимаюсь.

– Я пробивал его. Он чист.

– Плохо пробивал, значит. – Я отодвинулась и улыбнулась: – Извините, мальчики. Я отойду.

Еле найдя уборную, я отыскала Карлу, сидящую в углу и копающуюся в телефоне.

– Почему ты все еще здесь?

– Эстела! – Карла встала, поправляя куртку. – Просто там так шумно и много пьяных людей. Решила подождать тебя здесь. Удалось что-нибудь узнать у Лукаса?

– Он не то что не знает, где Даниэла, ему плевать на это.

– Я не сомневалась, – поджала Карла губы.

– Но кое-что все-таки удалось разузнать. – Я открыла кран, стирая номер Лукаса с руки. – А что у тебя?

– Пепита последние дни пыталась связаться с Даниэлой, но опять ничего. Она заявила, что удалила ее номер и не намерена больше унижаться. В общем, Пепита была зла и решительна в своих словах. Что тебе удалось узнать?

– Пойдем к Андресу и обсудим все. Посмотрим, остался ли еще кто-то, кого нужно допросить.

Карла замешкалась.

– Давай я подожду вас здесь? Просто позвони мне, когда будете уходить.

Поняв, что лучше не вырывать Карлу из ее кокона, я направилась обратно в гостиную. Сколько бы я ни искала Андреса, его нигде не оказалось. Я поднялась на второй этаж, который тоже был заполнен людьми, и увидела Андреса, танцующего с той самой брюнеткой, которая вешалась на него.

Мы с Карлой ведем расследование, а он, значит, развлекаться пришел? Матео, спускавшийся вниз, начал уговаривать меня на очередную авантюру с выпивкой и тянуть на первый этаж, и мне пришлось сбежать от него. Увидев, что веранда в конце зала пуста, я ринулась туда.

Пройдя к перилам, я вцепилась пальцами в грубое дерево и всмотрелась в темную ночь, которая окутывала хвойный лес. В голове не укладывалось, что я могла начать что-то испытывать к парню, за которым тенью ходит репутация обольстителя.

Только сейчас я стала осознавать, насколько родным мне стал Андрес, насколько я привязалась к его присутствию рядом, как его ласковая улыбка согревала сердце каждый раз, стоило лишь взглянуть на него. Мне казалось, что наша похожая история с родителями, общие интересы и взаимная симпатия с первой встречи разрастались в нечто большее, чем просто дружеские отношения. Но нити наших взаимоотношений даже не успели скрепиться в прочный узел. И мысль о том, что нас связывает только общее дело, а остальное – это всего лишь мои грезы, прочно засела в голове, как бы ни было больно ее принять.

«Он сделает тебе еще больнее, Эстела. Эта рана покажется лишь легким уколом иглы по сравнению с тем острием, что позже разрежет твое сердце».

Я вдохнула влажный воздух. Ветер приятно охлаждал горящую кожу. Мне нужна лишь пара секунд, чтобы успокоиться и, натянув улыбку, пойти обратно в дом.

– Какие же эти парни все-таки козлы, верно?

От хриплого голоса, раздавшегося позади, я вздрогнула. Медленно прикрыв глаза, выдохнула. Только его сейчас не хватало.

– По себе судишь?

Когда не последовало ответа, я повернулась. Мануэль стоял в темном углу веранды, облокотившись на перила. Белые клубы дыма, которые он, закинув голову назад, выдохнул в небо, слились с ночной прохладой. Кажется, этот парень никогда не мерз. Стоя в одной черной футболке, он выглядел очень расслабленно. Осознание того, что он здесь с момента моего появления и видел меня не в самом лучшем состоянии, вызвало еще большее раздражение.

Переведя на меня взгляд, Мануэль ухмыльнулся:

– Люблю это выражение лица, когда выясняется, что я не единственный урод в семье Паласио.

Я отвернулась, вновь глядя на лесную чащу. Спорить с ним не было никакого желания.

Почувствовав, что Мануэль подошел ко мне, я напряглась.

– На что ты вообще надеялась, ведясь на его красивые речи? – раздался голос за спиной. – Слава моего брата идет на три шага впереди него.

– А тебе какое дело?

Развернувшись к нему, я вскинула голову, чтобы посмотреть в глаза. Выкинув окурок за перила, Мануэль опустил руки в карманы брюк.

– Хочешь совет? Не верь никому из нас.

– Я знаю про ваши натянутые отношения с братом, но настраивать меня против Андреса не нужно. Я сама разберусь, хорошо?

– Пожалуйста. Разбирайся сама, пока в это время он разбирается с Бланкой, – кивнул он через плечо.

– Тебе не получится нас рассорить. Даже не надейся. И своими высказываниями ты напоминаешь ревнивца.

– Новенькая, не огорчайся, но ты не в моем вкусе. Я не люблю грубых. Мне нравятся спокойные и покладистые девушки. Но ты как раз во вкусе Андреса. Он у нас любит все диковинное. О чем это я, он любит весь женский пол, который может уложить в горизонтальном положении. Так что, если у тебя еще есть желание биться за его внимание, поторопись, пока его не схватила очередная фанатка.

Мануэль отошел, и я увидела, что Андрес уже стоит в окружении парней, смеясь и выпивая. Я хотела возразить Мануэлю, но тот схватил свою кожаную куртку, и мне осталось лишь слушать шаги его отдаляющихся грубых ботинок.

У выхода Мануэль чуть не столкнулся с Карлой. Она замерла, увидев его.

– Прости… я…

Но Мануэль лишь молча вышел, не обращая на нее внимания. Проводив его взглядом, Карла размашистым шагом подошла ко мне.

– В уборную вломились пьяные парни и начали блевать, и мне пришлось выскочить оттуда, – ответила она на мой немой вопрос. – Матео сказал, ты на втором этаже.

– Пошла искать Андреса и…

Слова застряли в горле, и я замолкла, все еще борясь с раздражением.

– Да, я видела его с Бланкой, – виновато сказала она. – Не нужно переживать, это его бывшая девушка. Насколько я слышала, она хочет возобновить отношения с ним.

Я усмехнулась:

– А кто здесь не его бывшая?

– Ну я, например, – серьезно произнесла Карла и пожала плечами.

Я хохотнула. Карла подхватила мой смех, и мы уже начали смеяться вместе.

– И я, – сказала я. – Список, достойный награды. – Коря себя за любопытство, я все же спросила: – А что Андрес… Он тоже хочет с ней сойтись?

– Не знаю. Но то, что она сейчас сидит в углу со своими подругами, а не с ним, думаю, говорит о многом.

Верно, это может говорить о чем угодно. Но желание Карлы поддержать меня было приятно. Не я одна считаю, что давать надежду девушке, с который ты только познакомился, имея при этом планы сойтись с бывшей, – одна из глупейших затей.

– А о чем вы говорили с Мануэлем? – спросила Карла.

– Решил поиздеваться надо мной, увидев Андреса с другой.

– Да, он может быть злюкой, но у него есть и другая сторона. Я уверена, он лишь хочет казаться отстраненным, выпуская вокруг себя шипы.

Странная нотка мечтательности в голосе Карлы заставила меня взглянуть на нее по-новому. Ее неловкое поведение, когда она каждый раз встречалась с Мануэлем. Эти робкие взгляды в его сторону и то, как она заливалась румянцем при виде его каждый раз… И теперь, когда я услышала, как она его защищает, все стало на свои места.

– Ты влюблена в Мануэля, верно?

Карла вздрогнула и, тут же прикрыв мне рот рукой, начала озираться по сторонам.

– Ты бы еще на перила залезла и в мегафон об этом прокричала!

Я вырвалась из ее хватки.

– Так вот оно что. И давно?

– Вовсе это не так. Нет ничего…

– Карла? – выгнула я бровь.

Она выдохнула, заломила пальцы и начала кусать губу. Вероятно, размышляя, стоит ли мне доверять эту тайну или нет. Карла долго думала, а я не мешала ей.

– С шестого класса, – выдавила она наконец.

– Смею предположить, тогда он был гораздо приятнее.

– Нет, на самом деле он всегда был немного грубым.

Теперь понятно, почему он меня не выносит. Конечно же, мы никогда не любим людей, похожих на нас.

– Он может быть другим, – продолжила Карла. – Когда я была в шестом классе, у мамы случился очередной срыв. Она напала на отца, а затем в приступе хотела изрезать себя ножом.

Я вздрогнула, услышав это внезапное откровение. Карла опустила глаза на свои дрожащие ладони. Я взяла ее за руку и крепко сжала.

– Все в порядке, – улыбнулась она мне, – я уже не первый год живу с этим. Просто… в первый раз рассказываю кому-то о том случае. Маму в очередной раз поместили в стационар, и все в школе узнали об этом. Они называли мою маму сумасшедшей. Однажды одноклассники застали меня одну за школой и начали, как обычно, дурачиться, обзывать меня и маму. Они зажали меня в угол и не давали пройти. Внезапно появился Мануэль. Братьям Паласио не нужно влезать в драку, чтобы показать свою силу. Все боялись и сторонились их еще с детства. Мануэль тогда просто спросил ребят: «Вам что, нечем заняться?» Все тут же разбежались врассыпную. Мануэль тогда ушел, не проронив больше ни слова. Но с тех пор никто на меня косо не смотрит. После этого я поняла, что у него есть сердце и душа. И он вовсе не такой, как о нем все говорят.

Понятно, почему Карла смотрит на Мануэля сквозь розовые очки – считает его не таким, как все. Когда хочет, человек находит светлое даже в темноте. Даже если его там нет. Всегда легче приписать человеку, который нам нравится, положительные черты, чем признать, что любим мы их такими ужасными, какие они есть на самом деле. Вот и Карла грезит о плохом парне, который однажды спас ее, думая, что с ней он будет не таким, как с другими. Но, к сожалению, реальность не так сказочна. Если для Карлы тот момент из детства был судьбоносным, для Мануэля он в тот же миг выветрился из головы.

– Вы разговаривали после этого? – решила я уточнить, заранее зная ответ.

– Нет. Но я… – Карла начала ломать пальцы. – Я не осмеливалась подойти к нему и заговорить. Сказать спасибо за то, что он в тот день для меня сделал. И я решила выразить свою благодарность в виде подарка. Я знала, что Мануэль никогда не закрывает свой шкафчик на ключ, потому что девочки постоянно клали ему туда свою домашку, чтобы он переписал. Однажды я решила положить ему туда чуррос. Когда на следующий день его там не оказалось, я стала дарить ему чуррос, как только подворачивалась возможность.

Я не смогла сдержаться, чтобы не выкатить глаза.

– Что ты делала?! Я правильно поняла, что ты все эти годы тайно кормила его сладостями?

– Да… до момента, пока у Мануэля не появилась девушка и она демонстративно не выкинула мой подарок в мусорную корзину.

Из всей несуразной истории Карлы я смогла зацепиться лишь за один момент.

– У Мануэля была девушка? И у них все было серьезно?

– Ее звали Мария. Это была единственная девушка Мануэля за все время, сколько я его знаю.

– Они расстались?

– Да. Говорят, из-за того, что ее семья переехала. Прошел уже год, а Мануэль все еще один. С момента их расставания он стал еще более угрюмым.

И одиночество Мануэля вновь дало надежду Карле. Я вспомнила реакцию Мануэля, когда в шоколатерии Карла предложила ему чуррос. Он знал, что все это время десерт ему подкладывала именно Карла, но все равно не удосужился ни разу сказать спасибо.

– Я знаю, о чем ты сейчас думаешь, – произнесла Карла. – Что я вела себя как дура все эти годы.

– Я так не думаю. Любовь иногда толкает на бездумные поступки. Вот, например, Педро I Кастильский[20], которого не просто так прозвали Жестоким, расправился с семьей своей жены и ее сторонниками, а ее саму сначала заточил в замке, а потом убил, из-за того, что безумно любил другую. Тоже Марию, кстати. Что за проклятое имя, которое носят одни разлучницы…

– Эстела…

– Извини-извини, я просто хочу сказать, что то, как ты себя вела, это нормально, особенно если сравнивать с Педро Жестоким. Поэтому не нужно винить себя. Но, пожалуйста, – я положила руку на ее хрупкое плечо и произнесла уже тише: – Больше так не делай.

Карла тихо рассмеялась и прикрыла раскрасневшееся лицо ладонями. Я уловила в ней ту самую скромную и податливую девушку, которые нравились Мануэлю. Нельзя было по рассказу о бывшей девушке Мануэля сделать вывод, что она была именно такой. Но, возможно, сейчас он говорил о Карле?

– Лучше расскажи, что удалось узнать у Лукаса, – сменила тему Карла, прежде чем сгорела от стыда.

– После экскурсии на Руины смерти Даниэла начала чего-то бояться. И все время до исчезновения ей мерещилось, что за ней следят. Лукас нашел отличный повод, чтобы бросить ее, и после этого они больше не общались.

– Но эта информация не стоила того, чтобы ты флиртовала с ним целый вечер, – донеслось со стороны.

– Я хотя бы маскировала флиртом расследование, а не забыла о том, что мы на задании, и наслаждалась вечером в обществе поклонников, – сказала я, поворачиваясь к наглецу, который осмеливался еще обвинять меня.

Андрес стоял, прислонившись плечом к дверному проему. Джинсовая куртка и рубашка нараспашку, беспорядочно разметавшиеся волосы, которые так и хочется поправить… Но которых только что касалась Бланка.

Словно читая мои мысли, он улыбнулся:

– Я же сказал, что разговаривал с ним. Сначала нужно было пообщаться с Пепитой. Лукас в наши планы не входил.

– Карла взяла на себя Пепиту, а я Лукаса. Мои планы перестроились ровно в тот момент, когда ты совсем забыл о них.

Я сложила руки на груди и вызывающе приподняла бровь. Андресу совсем необязательно знать, что я давно планировала поговорить с Лукасом. И этот разговор удачно совпал с моментом, когда я увидела Андреса с другой. И я была довольна собой. Не ты один умеешь вызывать ревность, Андрес.

– Даниэла ходила на художественную секцию вместе с Бланкой. Было бы странно упускать такой случай и не расспросить ее, – выдал Андрес совершенно несостоятельное оправдание.

– Невероятный стратег, – похлопала я в ладоши. – Следуя твоей тактике, предлагаю тогда опросить завтра весь город. Учителей, которые контактировали с Даниэлой, подругу, с которой она сидела за одной партой в седьмом классе, курьера, который доставляет ей почту, и соседскую собаку. Уверена, что-нибудь да выясним.

Обычно я начинала язвить, когда меня что-то сильно задевало. И мне совсем не нравилось, что я не могла себя сейчас контролировать.

Искры в изучающих меня глазах Андреса блестели по-особенному ярко. Ненавижу его красоту. А еще то, что не могу не замечать ее.

Но я не потеряла рассудок настолько, чтобы красота Андреса смогла затмить его поведение.

– Думаю, нам пора домой, – сказал Андрес спокойным голосом. – Я отвезу вас. Карла, – произнес он, не сводя с меня взгляда, – пойдешь первой?

– Да… буду ждать вас на улице.

Карла быстро выскочила с веранды. Я не собиралась оставаться наедине с Андресом, поэтому направилась вслед за подругой, но внезапно сомкнувшиеся на моем запястье пальцы Андреса заставили меня остановиться.

– Что-то случилось? – спросил он с той самой холодной сдержанностью, которая была так ему свойственна.

Случилось наше резко сократившееся расстояние, случилась твоя притягательность, которой я не могу противиться, и случилась ревность, которая сжигает мое сердце каждый раз, когда я вспоминаю о брюнетке рядом с тобой.

– Нет. С чего ты взял? – улыбнулась я, высвобождаясь из его хватки.

Андрес всмотрелся в глубь гостиной и сделал глоток из стаканчика. Линии его квадратной челюсти еще больше заострились. Встретившись со мной взглядом, он наклонился ко мне.

– Знаешь, я тоже это ненавижу, – произнес он.

– Что именно?

– Когда внезапно появившиеся чувства выбивают тебя из колеи.

Андрес был сейчас так близко, что наши дыхания слились воедино. Одно движение, которое сотрет границы между нами, одно движение, которое сделает нас еще ближе. Одно движение, которое принесет мне еще больше боли.

Не верь никому из нас.

Сглотнув, я отстранилась. Легкие вновь вспомнили, как дышать.

– Прости, но я все еще не понимаю, о чем ты, – сказала я и сделала шаг назад. – Обсудим все остальное завтра в школе.

Я буду общаться с Андресом, пока мы не выясним причину появления бруксы. Пока не найдется Даниэла. Мы будем держаться чисто дружеских отношений. А потом я вычеркну его из своего сердца.