Вечер опустился на Гэлбрейт вместе с моросящим дождем, который тихо шуршал по крыше, навевая на всех животных дрему. К ужину было все готово, и я даже немного волновалась, представляя реакцию своего жениха. Тетушки ходили возле запертых дверей кухни, принюхиваясь к ароматам, несущимся оттуда.

– Не иначе как наша Белла воспользовалась колдовством! – проворчала Маири. – По-другому это не объяснить!

– Никаким колдовством я не пользовалась. – Мне было смешно наблюдать за их постоянно двигающимися носами. – Обычная смекалка и желание экспериментировать.

– Главное не экспериментируй больше с зельями, а с едой можно! – Эдана оглянулась по сторонам, а потом прошептала: – Сегодня ночью, Кевин Друммонд сделал мне предложение.

– Что?! – Брови Маири взлетели вверх. – Надеюсь, ты не приняла его?!

– Успокойся, не приняла, – фыркнула тетушка. – Тем более это всего лишь действие моего зелья, а не настоящее чувство.

– Слава Господу, что ты это понимаешь. – Маири окинула ее насмешливым взглядом. – Просто, глядя на тебя, можно подумать, будто ты влюбленная девица на выданье!

Тетушки, как всегда, закусились, но их перепалка тут же закончилась, потому что прибыл граф.

Итак, а теперь мой выход…

Торнтон Мак-Колкахун приехал не с пустыми руками. Он привез полную корзину жареных перепелов, баранью ногу и свиную вырезку под каким-то там соусом. Ага… Вот же противный мужчина! Он решил ткнуть меня носом в еду, которая, по его мнению, не могла сравниться с «вареной и печеной рыбой».

Он прошел в столовую с таким видом, будто уже заставил меня краснеть. Я же распорядилась отнести корзину на кухню и убрать все продукты в подпол, чтобы они не испортились. Граф будет есть только мою рыбу, а не свои запасы.

Первой подали уху с пирогами, начиненными форелью, а также пироги с яйцом и луком.

Торнтон, нахмурившись, смотрел на тарелку, потом поднес ложку ко рту.

– Что это?

– Это называется «уха», – ответила я. – Рыбная похлебка.

Вот это слово – «похлебка» – мне совершенно не нравилось, и я решила никогда не использовать его в своей таверне.

Граф проглотил пару ложек, взял с блюда кусок пирога и принялся жевать его, глядя на меня прищуренными глазами. Я тоже в упор смотрела на него, давая понять, что меня не напугать грозными взглядами.

– Это все? – наконец произнес он.

– Нет. – Я мило улыбнулась ему. Тарелка графа была пуста. – Это только начало.

Рыбные котлетки с тушеными овощами и рыба в кляре произвели на Мак-Колкахуна впечатление. Он внимательно рассмотрел разрезанную котлету и спросил:

– Что вы сделали с рыбой?

– Очень мелко порубила, добавила специи, слепила котлеты и обваляла их в сухарях, – пояснила ему. – Ничего сложного.

– Котлеты… – протянул он, смешно выговаривая это слово. – Вы сами придумали?

– Можно и так сказать. – Я решила не вдаваться в подробности. Какая разница, кто и когда назовет котлеты котлетами.

– Мне не терпится узнать, что вы еще приготовили для меня. – Графу было трудно изображать равнодушие. – Признаю, что удивлен.

Еще бы ты не признавал!

Жареная рыба с луком на удивление понравилась ему больше, чем запеченная в сметанно-горчичном маринаде. Он даже несколько раз прикрывал глаза, что говорило о многом.

После ужина, попивая вино, Торнтон долго молчал, а я не лезла к нему с расспросами.

– Если вы мне объясните, как станете управлять таверной, чтобы никто не догадался, что ее хозяйка графиня Мак-Колкахун, я позволю вам играть в эти игры.

Я сначала не поняла смысл его слов, а потом чуть не подпрыгнула от радости. Ура! У меня будет таверна!

– Моим рыбным хозяйством управляет слуга Бронкс. По крайней мере, так думают те, кто имеет с ним дело, – спокойно начала объяснять графу. – Мне нет нужды выпячивать свою персону, достаточно того, что я все держу в своих руках, находясь в тени. В таверну можно поставить управляющей Джинни – супругу Бронкса.

– Мне будет интересно наблюдать за развитием этого дела. Поэтому прошу вас рассказывать обо всех нововведениях. – Граф внимательно выслушал меня прежде, чем сказать эти слова. – Надеюсь, вы прислушаетесь к моей просьбе.

– Мне не составит труда рассказывать вам о делах таверны. – Это было такой мелочью по сравнению с тем, что он согласился. – Я стану делиться своими размышлениями с вами, а, возможно, вы даже посоветуете что-то.

– Отлично, – он медленно кивнул. – И вот еще что, леди Арабелла… Я решил, что наша свадьба должна состояться как можно скорее. Пусть это будет следующее воскресенье.

– Но ведь это через семь дней! – воскликнула я, чувствуя себя совершенно не готовой.

– Какая разница? – Он пожал плечами. – Рано или поздно это все равно случится. И мне хочется, чтобы вы уже к Рождеству носили моего ребенка.

Я вспыхнула от такого заявления, и он усмехнулся, заметив это:

– Не краснейте, Белла, в моем желании нет ничего предосудительного или постыдного. Этого хочет каждый мужчина.

С этим трудно было поспорить, но мне от этого было не легче. Тяжело представить себя в постели с человеком, который женится на тебе исключительно из-за земель. Но делать все равно нечего, поэтому нужно просто смириться. Я ведь не наивная девственница, трясущаяся при виде обнаженного мужчины. Нет, я, конечно, девственница, но, слава богу, только физически.

Граф отбыл, пообещав в следующий раз привезти разрешение на строительство таверны на своей земле, а я помчалась к тетушкам, чтобы поделиться отличной новостью. А еще известием о свадьбе в следующее воскресенье.

На следующий день я поехала в деревню, чтобы обрадовать мужчин относительно таверны, но меня ждала неприятная новость – кто-то пытался поджечь сараи с уловом и снастями. Но пошел дождь и тряпки, пропитанные маслом, тут же потухли, лишь немного подпортив стены некрасивыми черными подпалинами.

– Это проделки мельника! – Йенс пребывал в бешенстве. – Только ему мешает наше дело!

– Но где была охрана? – Я начинала злиться и на мельника, и на безответственных рыбаков. – Был ведь договор, что каждую ночь кто-то из мужчин станет охранять постройки!

– Похоже, он кого-то нанял, леди! Эти бандиты напали на Шона и Марви! Бедняги до сих пор не приходят в себя! У Марви голова пробита насквозь, может, он не доживет до следующего утра… – Йенс тяжело вздохнул. – Теперь начнутся неспокойные времена… Нам не дадут работать!

– Это мы еще посмотрим, – зло произнесла я. – Где живут наши раненые?

– Дом Шона возле мясной лавки, а Маири живет рядом с мельницей, – ответил Йенс и вдруг взмолился: – Прошу вас, леди, помогите им!

– Сделаю все, что в моих силах. – Я решительно направилась к деревне. В этот раз мельник не отвертится и уж точно не избежит наказания!

Войдя в заросли орешника, через который пролегала кривая тропка, быстро пошла вперед, не заметив, как возле глянцевого остролиста мелькнул чей-то силуэт. Сильная мужская рука схватила меня за руку чуть выше локтя и дернула в кусты.

– Пришла пора поговорить, леди-ведьма. – Над моим ухом раздался шипящий голос Сидха. – Хватит прятаться от меня!

Я выдернула руку и отскочила в сторону, испытывая все оттенки ужаса.

– Никто от тебя не прячется! – Я скрывала свой страх, как могла, но видела в его глазах всепоглощающую ненависть, и моя решимость таяла на глазах. – И даже думать о тебе забыла.

– Ну что ж, придется напомнить о себе. – Сидх бросился на меня, сминая своим телом. – Ты убила мою мать, тварь! Или ты думала, что я не узнаю об этом?

Больно ударившись спиной о землю, я почувствовала, как спирает дыхание, превратившись в груди в болезненный ком. Перед глазами поплыли звездочки, но я не собиралась сдаваться. Пальцы Сидха успели лишь коснуться моей шеи, когда я закричала, выплескивая все свои эмоции:

– Прочь от меня! Убирайся!

Оттолкнув колдуна от себя, вдруг поняла, что он практически летит над землей. Расставив руки, будто пытаясь замедлить свой полет, Сидх ударился о дерево, и громко выдохнув воздух, засипев, затих.

Вскочив на ноги, я помчалась прочь, не став ждать, пока он придет в себя. Что только что произошло? Неужели сила Тристы проявила себя таким образом? Похоже, что да… Я чувствовала опустошение после мощного всплеска энергии, но самым страшным было то, что сила только набирала обороты…