Граф уже уехал, но позаботился о том, чтобы меня доставили домой с комфортом. В Гэлбрейт я приехала в его экипаже с гербом и под охраной, словно настоящая графиня.

Тетушки выбежали мне навстречу и принялись причитать в два голоса, разглядывая со всех сторон, не забывая при этом ощупывать.

– С тобой все в порядке? О, Белла… Мы чуть с ума не сошли! – Маири прижала меня к себе. – К тебе там хорошо относились?

– Более чем, – я подмигнула тетушкам. – Вы даже не представляете насколько!

– Прекрати пугать меня! – Эдана побледнела, а потом прошептала: – И что, теперь у нас, возможно, будет маленькая девочка?

– Нет! Я не об этом! – воскликнула, краснея. – Что вы такое говорите?!

– А я была бы не против… – вздохнула Маири, мечтательно закатив глаза. – Сладкая малышка Макнотен…

Мне, конечно, было приятно представлять графа отцом моих детей, но это было также реально, как перспектива стать королевой Шотландии.

– Хватит выдумывать! Лучше скажите, где антиквар? – понизив голос, спросила я. – Его точно нет рядом?

– Нет, он еще не выходил из своей комнаты, – тоже прошептала Маири и поинтересовалась: – А что случилось?

– Пойдемте в библиотеку, у меня есть для вас много новостей. – Я направилась к дверям, а тетки засеменили за мной, находясь в полном недоумении.

Когда я рассказала им все с самого начала, в комнате воцарилась гробовая тишина.

– Ты хочешь сказать, что сейчас твои панталоны полны драгоценных камней? – наконец, выдохнула Маири.

– Этот подлец написал графу?! – прошипела Эдана, сжимая подлокотники кресла.

– Отвечаю вам обеим – да. – Я засмеялась, чувствуя невероятный подъем. – Теперь нас ждет совершенно другая жизнь! Вы это понимаете?

– Оооо… – Маири растерянно улыбнулась, а потом схватилась за сердце. – У меня не хватает воздуха! Оооо…

– Сейчас у кое-кого этого воздуха станет тоже очень мало… – угрожающе прошипела Эдана, медленно поднимаясь. – Этот проклятый ювелир вылетит из замка, как камень из пращи!

– Занимайтесь этим сами, а у меня еще есть дела. – Мне ужасно хотелось снять панталоны с их содержимым, а еще нужно было поговорить с Бронксом.

Он и Джинни были на кухне и при виде меня служанка даже всплакнула.

– Мы так переживали, леди Арабелла! Места себе не находили!

– Хвала Господу, что с вами все в порядке. – Бронкс подвинул мне стул. – Я уж думал, точно сляжете с лихорадкой!

– Все обошлось. – Мне не терпелось начать наш разговор. – Скажи, когда вы собираетесь ехать в город?

– Да когда скажете! Хоть завтра! – Глаза Бронкса засияли, он моментально приободрился, но тут же в его взгляде мелькнуло беспокойство. – Или что-то изменилось, леди Арабелла?

– Конечно изменилось. – Я не могла скрыть улыбки. – У меня есть для тебя еще одно поручение. Ты должен купить в городе два экипажа и хороших лошадей.

– Два экипажа? – Его глаза стали увеличиваться в размерах. – Зачем?

– Ну, ты сам подумай, тебе придется часто ездить в город, общаться с торговцами. Как они отнесутся к тебе, когда увидят, что ты управляешь телегой? – Я вопросительно взглянула на него. – Ты должен выглядеть как уважаемый человек, Бронкс, с которым можно иметь дело. А второй экипаж нужен нам с тетушками. Если тебя не будет, мы не сможем отправиться по делам. И обязательно подбери в деревне серьезных мужчин и женщин для работы в замке. Нам нужны горничные, конюхи, дворовые слуги.

Джинни и Бронкс смотрели на меня, раскрыв рты. Я их прекрасно понимала, ведь наша жизнь менялась с такой скоростью, что даже я еле успевала за ее темпом.

Договорившись со слугой, что они с Йенсом завтра отправятся в город, покинула кухню, чуть ли не пританцовывая от радости. Камешки были надежно спрятаны в моей комнате, и осталось лишь найти способы их сбыта. Вряд ли у городских ростовщиков имеется такая сумма… Интересно, где в этом времени дворяне брали ссуду или кредиты?

Размышляя о предстоящих сделках, я вошла в холл и услышала доносящиеся из библиотеки голоса, среди которых можно было различить голос Кевина Друммонда. Разговор велся на повышенных тонах, и я направилась туда, желая посмотреть в глаза этому обманщику.

Ювелир стоял у камина, глядя на Эдану умоляющим взглядом, но тетка казалась неприступной каменной глыбой.

– Леди Арабелла! – воскликнул он, когда я вошла в библиотеку. – Позвольте мне хотя бы вам объяснить, что произошло недоразумение!

– Что тут объяснять?! – Эдана вышла из своего каменного состояния и злобно уставилась на него. – Вы обманули всех нас! Вы – бесчестный человек!

– Моя вина лишь в том, что я не рассказал вам о письме! Но я не собирался плести интриги за вашей спиной! – Ювелир бросился ко мне и быстро заговорил: – Леди Арабелла, я знал, что вы будете против этого, поэтому ничего не сказал!

– Естественно, я против, когда из моего дома выносится все, что должно сохраняться в тайне. – Я удивленно наблюдала за ним. – И мне непонятно, почему вы это не поняли.

– Я написал графу только для того, чтобы попасть в его замок! А вернее, в его библиотеку! Да, нам бы пришлось пожертвовать колье, но мы бы получили куда больше! – Кевин Друммонд замолчал, а его взгляд был прикован к моему лицу.

– Пожертвовать колье? – Я гневно сдвинула брови. – Да никогда! Ради чего?!

– Послушайте… Я бы поведал ему историю о колье, вернул бы «Колдовской вереск» семье Мак-Колкахун, чем заслужил бы расположение графа. Потом бы пробрался в библиотеку, где хранится карта его владений, и скопировал ее! – Кевин Друммонд что-то пытался мне объяснить, но я совершенно ничего не понимала.

– Зачем вам карта его владений? Вы знаете, где спрятаны сокровища? – спросила ювелира, и он возбужденно закивал:

– Да! Это полуразрушенное аббатство Гринроуз!

Я на секунду прикрыла глаза. Что происходит? О чем он говорит?! Этот человек точно дурачит меня! Ведь я прекрасно знала, где находятся сокровища! Но ему об этом не нужно было знать.

– И почему же вы решили, что сокровища в аббатстве?

– Это очень просто! – волнуясь, ювелир извлек из кармана бумажку и прочел:

– И? – мне был интересен ход его мыслей.

– Это монах! Вы понимаете?! Человек оставил мирскую жизнь! – неожиданно Кевин Друммонд схватил меня за руку и потащил к креслу. – Присядьте, леди! Дальше, еще интереснее!

– Вы что себе позволяете?! – возмутилась Эдана, но я остановила ее:

– Пусть он скажет, тетушка.

– Благодарю вас, леди Арабелла! – Ювелир уселся напротив и прочел следующие строки:

– Он водит нас за нос, Белла! – Эдана не могла успокоиться. – Не слушай его!

– Леди, я попрошу вас… – обиженно протянул ювелир и снова повернулся ко мне: – А вы знали о том факте, что один из предков графа стал монахом? Да-да, дорогая! Это младший брат Химиша Мак-Колкахуна, которому не досталось ни титула, ни наследства. Этот человек был таким же бессовестным пройдохой, как и его старший брат, но взялся за ум, понял всю суть бытия и ушел служить в аббатство Гринроуз! Говорят, он лично хоронил своего брата и читал над ним молитвы!

Вот тут-то я и призадумалась. Что? Брат?! Химиша?! А все-таки были ведь разговоры, что его хоронили священники… Не священники, а монахи! Одним из которых был его брат!

– А теперь самое главное! – Кевин Друммонд сунул мне мятый лист. – Прочтите последнее!

Я подняла на него глаза, ожидая какого-то откровения, и оно случилось:

– Эти слова были начертаны на его могильной плите, только там еще есть продолжение. «Отныне мне не даст утех ни беличий, ни куний мех. Мой графский горностай, прости! Тебя в могилу мне не унести. Зато я святость забираю, на милость Божью уповаю!» – ювелир замолчал, и в комнате воцарилась тишина.

Мне стало не по себе от догадки… А что если сокровища были разделены по могилам братьев?

– Карта владений графа позволит нам понять, где именно на территории аббатства находится кладбище и где могила монаха. Там давным-давно все заросло плющом и травой, надгробия разрушились, и без карты будет тяжело. – Кевин Друммонд повернулся к Эдане и гордо произнес: – Я не лжец, леди. И никогда им не был.