За мной пришла Фанни лично и, оглядев с головы до ног, осталась довольна.

– Вам очень идет платье, леди Арабелла. Хозяину точно понравится!

Я молча улыбалась, а сама думала, что какая вообще разница, что понравится Торнтону Мак-Колкахуну, а что нет? Я пришла сюда совершенно за другим, а не за его одобрением моего внешнего вида.

– Дождь немного утих, и ваш слуга решил отправиться в Гэлбрейт, – продолжала тем временем экономка. – Он волнуется из-за тетушек, которые наверняка места себе не находят. Я сказала ему, чтобы он передал им, что вы вернетесь сразу же, как только прекратится непогода.

– Но дождь еще не закончился, как же он поехал? – заволновалась я. – Бедняга Бронкс…

– Ничего с ним не случится, ему дали сухую одежду и отличный, плотный плащ! – успокоила меня Фанни. – Все будет хорошо, леди. А теперь пора спуститься вниз, слуги уже накрывают на стол.

Мы вышли из комнаты и, миновав длинный коридор, оказались у лестницы.

– Столовая справа от лестницы, леди, – Фанни кивнула на высокую дверь. – Милорд не любит есть в зале, как это обычно делают остальные замковладельцы. Ему это видится слишком уж грязным делом… И вы знаете, мне кажется, он прав. Как можно наслаждаться едой, когда вокруг тебя свора псов, гадящих прямо на пол…

Я не собиралась возражать, потому что была полностью солидарна с Торнтоном.

В холле было довольно шумно. Из кухни доносились разговоры и смех, кто-то отчитывал в служебном коридоре нерадивого слугу, а из-за закрытых дверей столовой слышался звон посуды.

– Мистрис Фанни, позвольте мне провести нашу гостью в столовую. Все-таки это моя обязанность, – в холле появился высокий мужчина с пушистыми седыми волосами, доходящими до плеч. Он с достоинством поклонился мне и представился: – Чарли Смит. Дворецкий.

Но никому из них не удалось это сделать. Не успела я ответить ему, как позади нас раздался знакомый до дрожи голос:

– Спасибо, Чарли. Мистрис Фанни, но я сам проведу леди Арабеллу.

– О-о… милорд… – Фанни присела, и я последовала ее примеру. – Да, конечно, как вам будет угодно.

Женщина спустилась вниз, и они с дворецким быстренько ретировались, оставив нас наедине.

– Удивительное стечение обстоятельств. Вы, в моем доме… – Торнтон окинул меня быстрым взглядом, в котором читалась заинтересованность.

– Благодарю вас за гостеприимство, – сказала я, чувствуя неловкость рядом с ним. – Если бы не буря…

– Не стоит меня благодарить за это. – Граф не дал мне договорить. – Неужели вы думаете, что я бы приказал выгнать вас на улицу? Пусть вы мне не особо приятны, но я – человек чести.

Он не сводил с меня взгляда, и я предательски краснела. Какой хам!

– Вы хорошо себя чувствуете? – Он, видимо, заметил мой неестественный румянец. – Леди Арабелла?

– Немного болит голова, – ответила я, начиная свою игру в болезнь. – Ничего страшного.

– Возвращайтесь обратно в комнату, мне кажется, у вас жар. – Торнтон вдруг прикоснулся к моей щеке прохладной ладонью. Его большой палец погладил пылающую кожу, вызывая во мне целую гамму чувств, осталось только замурлыкать. – Да вы горите, леди! Фанни! Фанни, где ты, черт бы тебя побрал?!

Граф повернул голову, раздраженно вглядываясь в темный коридор, а я млела, будто кошка от его прикосновений. Почему он так действует на меня? Несносный грубиян!

– Я здесь, милорд! – Экономка почти вбежала в холл. – Что случилось?!

– Наша гостья заболела. – Торнтон повернулся ко мне: – Леди Арабелла? Вы меня слышите?

Я же парила в своих фантазиях, совершенно потеряв связь с реальным миром. Только после того, как меня встряхнули, я пришла в себя и покраснела еще сильнее. Как стыдно…

– Я так и знала! – воскликнула экономка, поднимаясь по лестнице. – Я знала, милорд! У нее болела голова! О-о, моя милая… Пойдемте, сейчас Фанни все сделает!

– Если через час жар не спадет, пошлите за доктором, – сказал граф и пристально посмотрел на меня. – Я надеюсь, вы не собираетесь умереть в моем замке?

– Милорд! – экономка возмущенно уставилась на него. – Так говорить неприлично!

– Не дождетесь. – Я окинула его угрюмым взглядом и пошла наверх. Какой же язвительный, противный мужик!

– Не обращайте на хозяина внимания. – Фанни взяла меня под руку. – Он может грубо высказаться, но у него добрая душа. Уж поверьте мне, леди…

– Разве обязательно так вести себя? – раздраженно поинтересовалась я. – Тем более с женщиной?

– Милорд всегда вежлив с дамами, – экономка как-то странно улыбнулась. – Может, есть причина, из-за которой он позволяет себе быть с вами другим?

– Не вижу таких причин. – Я вспомнила, как отреагировала на его прикосновение, и теперь злилась еще больше. – Я ничего не сделала ему.

– Вы – нет. Но его отец был влюблен в вашу тетушку. Возможно, это и есть причина? – Фанни вздохнула. – Торнтон Мак-Колкахун боится любви и винит вас в том, что его матушка была несчастна.

Вроде бы она рассказывала все складно, но мне все равно было непонятно. Глупо винить того, кто к этому не имеет никакого отношения, да и бояться любви тоже глупо!

Мне не было его жалко. Тоже мне, носится со своей душевной раной, как с писаной торбой!

Мы вошли в комнату, и Фанни ловко раздела меня до сорочки.

– Ложитесь под одеяло, леди, а я сейчас принесу ивовый отвар. – Женщина на минутку присела рядом, когда я улеглась. – Будем надеяться, что это лишь легкое недомогание. Но я буду рядом с вами. Не приведи Господь, что-то случится!

– У вас есть обязанности, вы же не можете оставить их. Осла вполне справится… – попробовала я возразить, ведь мне казалось, что у молоденькой служанки узнать информацию будет легче.

– Ничего страшного не случится, если меня заменит моя помощница. – Фанни не дала мне ни единого шанса. – И вот еще что, леди… Вы девушка молодая, незамужняя, и это не очень хорошо, что вы находитесь в доме мужчины, где нет хозяйки. Даже несмотря на такую ситуацию… Мое присутствие рядом с вами не даст повода злым языкам, понимаете? Я имею вес в этом доме, поэтому стану вашей компаньонкой, пока вы не почувствуете себя лучше.

– Благодарю вас, мистрис Фанни, – ответила я, понимая, что теперь мне придется изгаляться самым невероятным образом, чтобы провести расследование. Кто знал, что здесь все так серьезно…

– Не за что, милая. – Женщина поднялась. – Я скоро вернусь.

Она ушла, а я откинулась на подушки и загрустила. Как-то быстро я все это затеяла, даже не продумав детали! Что теперь делать? Ладно… Главное узнать о похороненном необычным образом предке Торнтона, а потом я решу, как поступить.

Экономка вернулась не одна. Вместе с ней пришли слуги, неся обед, широкую скамью и соломенный тюфяк. Они поставили это импровизированное ложе напротив кровати, застелив его теплым покрывалом. Фанни положила туда же подушку и взялась готовить ивовый отвар.

– Вот теперь я буду рядом, леди, и никто не скажет о вас плохо… – Она протянула мне кружку с горячим питьем. – Пейте.

– Скажите, а это правда, что какого-то предка графа залили смолой в могиле? – решилась я задать вопрос, наблюдая за ней из-за края кружки. – Я слышала о нем страшные истории.

– Смерть бедного покойного графа обросла такими слухами, что и смолы не надо! – проворчала Фанни. – Не верьте вы этим россказням! Лежит он себе спокойно на кладбище у часовни, похороненный по всем обычаям!

Я молча слушала ее и думала, что, по крайней мере, теперь знаю, куда идти. К часовне.