Софи зажала рот ладонями.

– Я… меня сейчас стошнит.

Лисса отвела ее подальше от духовки.

– Какой зверь полезет за пиццей в духовку? – спросила Марта, глядя на колючки.

– Смышленый, видимо, – заметила Лисса. – Такую духовку просто так не откроешь.

Марта снова скорчила рожу.

– Фу. Мы же не станем это есть, надеюсь?

– А вдруг зверь до сих пор в духовке? – воскликнула Софи, закрыв лицо руками.

Натянув другую пару рукавиц, мама вытащила испорченную пиццу и отнесла к мойке.

– Нет, – успокоила она Софи. – Зверя там нет. – Она свалила испорченный ужин в мусорное ведро. – Я закажу пиццу на дом. Это быстро.

Окно задребезжало от порывистого ветра. Я разглядела деревья, колыхавшиеся на фоне серого вечернего неба.

Я поняла, что так и держу в руке длинные черные колючки. Я отлепила их от прихватки и выбросила в ведро, затем сняла рукавицу и вымыла руки.

– Вдруг зверь все еще в доме? – не унималась Софи. – Вдруг он где-то прячется?

– Хочешь снова поискать? – спросила я. – Мы все тщательно осмотрели.

Мама уже звонила в пиццерию.

В коридоре послышался чей-то топот.

Софи ахнула:

– Кто это?

Арни ввалился на кухню.

– Это я. – Он принюхался. – Ммм, вкусно пахнет. Мне кусочек отложили?

Я со смехом открыла дверцу шкафчика, в котором стояло мусорное ведро.

– Забирай хоть целиком. Давай, не стесняйся.

Озадаченно наморщив лоб, Арни заглянул в ведро и повернулся к маме.

– А что случилось? Ты что, сожгла ее? Опять?

– Я никогда не сжигала пиццу, – отрезала мама. – Эми любит с румяной корочкой.

– Пицца испорчена, – вмешалась Марта.

По лицу Арни было видно, что его так и подмывает сказать в ответ какую-нибудь гадость. Но в кои-то веки он воздержался, пробормотав только:

– Странно.

– Я заказала пиццу на дом, – сообщила мама.

Он сощурил голубые глазенки.

– Не забыла заказать побольше пеперони? А то вечно жадничают.

– Извини, забыла. Но думаю, ты переживешь.

– Это моя вечеринка, – напомнила я. – Ты вообще сбоку припека.

Арни полез в мусорное ведро и вытащил кусок пиццы.

– Есть хочешь? Ну так кушай. Кушай-кушай! – И швырнул его мне в лицо.

– Ой, фу-у! – Горячий сыр обжег мне щеки, набился в нос. Взвыв, я принялась отдирать его обеими руками.

– Арни! – рявкнула мама.

Он с хохотом отвернулся и выбежал из кухни.

– Как он стал таким хамлом? – спросила Марта.

– Тренируется, – ответила я.

Я услышала шаги Арни в коридоре, а потом – грохот и громкий вскрик.

Он что, упал?

– Эми, я об него споткнулся! – заверещал Арни. – ТЪ чудище! Оно вернулось!