И в час, когда мне сон глаза смыкает,

И в час, когда зовёт меня восход,

Мне кажется, чего-то не хватает,

Чего-то остро мне недостаёт.

Есть руки, ноги – всё как будто цело,

Есть у меня и тело, и душа.

И только нет свободы! Вот в чём дело!

Мне тяжко жить, неволею дыша.

Когда в темнице речь твоя немеет,

Нет жизни в теле – отняли её,

Какое там значение имеет

Небытие твоё иль бытие?

Что мне с того, что не без ног я вроде:

Они – что есть, что нету у меня,

Ведь не ступить мне шагу на свободе,

Раскованными песнями звеня.

Я вырос без родителей, и всё же

Не чувствовал себя я сиротой.

Но то, что для меня стократ дороже,

Я потерял: отчизну, край родной!

В стране врагов я раб тут, я невольник,

Без родины, без воли – сирота.

Но для врагов я всё равно – крамольник,

И жизнь моя в бетоне заперта.

Моя свобода, воля золотая,

Ты птицей улетела навсегда.

Взяла б меня с собою, улетая,

Зачем я сразу не погиб тогда?

Не передать, не высказать всей боли,

Свобода невозвратная моя.

Я разве знал на воле цену воле!

Узнал в неволе цену воли я!

Но коль судьба разрушит эти своды

И здесь найдёт меня ещё в живых, —

Святой борьбе за волю, за свободу

Я посвящу остаток дней своих.