Застыв в узком промежутке между поездом и границей тоннеля, под лучами четырех фонариков, отбрасывавших в разные стороны на кирпичной кладке длинные черные тени, Эмилия походила на растерянную олениху на сельской грунтовке, не подозревавшую о том, что ее в любой момент мог сбить «Лэндровер». Джесс не сомневалась: до этой женщины наконец-то дошло, что даже пятиминутная ходьба по путям в кромешной тьме с одним телефонным фонариком грозила обернуться нелегкой прогулкой.

– Ой! – внезапно взвизгнула Эмилия и отскочила назад: две крысы величиной с чихуахуа перебежали ей дорогу, спасаясь от лучей света.

Эмилия передернулась и вскинула глаза на попутчиков, теперь столпившихся дугой у дверей. Ее взгляд упал сначала на Дженну, потом переметнулся на Джесс и снова вернулся к американке. Джесс решила, что они с Дженной – хотя бы в силу возраста – казались Эмилии самыми подходящими кандидатками в спутницы для подземного похода. Ей явно не хотелось оказаться в темном тоннеле наедине с незнакомым мужчиной, а Иса и подростки были еще слишком юными и наверняка напугались бы больше нее самой.

– Я… э-э-э… – промычала Иса уже без прежней уверенности. Она тоже оценила реалии «прогулки» по тоннелю. – Я пойду с вами.

Сол что-то обеспокоенно пробормотал, но девушка решительно кивнула:

– Да, но я тоже должна пойти…

Казалось, Иса убеждала не только других, но и саму себя: она способна на такое! Сделав глубокий вдох, девушка шагнула к дверному проему и, держась одной рукой за поручень, спустилась на землю. Эмилия, похоже, не особо обрадовалась такой компании. Джесс заметила, что ее молящий взгляд устремился к той части группы, где стояли рядышком они с Дженной.

– Я бы тоже пошел, – процедил злобным тоном Скотт, – только я не желаю быть потом обвиненным в изнасиловании одной или даже обеих бабенок.

– Тогда не насилуйте никого, – съязвила Иса.

– Как у вас все просто…

– Ладно, – выдавила Джесс; в ее голосе просквозила усталость.

– О господи, – протяжно выговорила Дженна. – Я больше не могу это выслушивать. Я пойду, – заявила американка, подняв ладони вверх в знак того, что сдалась. И Джесс заметила, как сразу же расслабилась Эмилия; ее плечи опустились, а на губах заиграла улыбка облегчения, адресованная Дженне. Но дожидаться, когда Дженна спустится из вагона, она не стала. Сразу сделала пару пробных шагов к голове поезда.

– К тому же… – тихо пробормотала американка Джесс, – я думаю, не стоит оставлять Ису наедине с Эмилией. Она уже раскисла донельзя. Скоро совсем скуксится, – безо всякого сочувствия к Эмилии закатила глаза Дженна. – И что будет делать девчонка, если у нее случится очередной срыв?

Слова американки были не лишены логики, хотя Джесс показалось жестоким укорять и принижать человека за его вполне понятную нервозность.

– А что вы будете делать? – поинтересовалась она.

– Велю ей взять себя в руки, – просто ответила Дженна, и Джесс подумала, что из них всех американка лучше всего подходила на роль суровой, но действенной «опекунши» Эмилии, способной при необходимости обойтись с ней жестоко (из милосердия).

Джесс понимала: она ничего не могла сделать, чтобы остановить этих людей. Они все были взрослыми и сознавали риски. Зато за отсутствием Дженны у нее снова появлялся шанс зайти в кабину машиниста и покопаться в мобильнике Мэтта. Только вот внутренний голос настырно твердил: они должны пойти все вместе. При воспоминании о том, что произошло, когда они в последний раз погрузились во тьму, Джесс ощутила пульсирующую боль в руке. Ей совершенно не хотелось брести по темному тоннелю и ждать очередного покушения с ножом. «Но будут ли мои шансы на выживание выше, если я останусь в вагоне с убийцей?» – задалась она вопросом.

Панические мысли замелькали в голове Джесс яркими вспышками – как разноцветные огни на сюрреалистичной фотографии городского пейзажа с длинной выдержкой. До сих пор убийце удавалось ничем не выдать себя. Если он решил остаться вместе с ней в вагоне, ей осталось только уповать на то, что он не решится напасть на нее второй раз – на виду у других людей, причем настороженных до предела. Джесс зависла в дверном проеме, наблюдая за спуском Дженны на рельсы. После секундного колебания она последовала за ней.

– Вы тоже идете? – дрожащим голосом спросила Хлоя, сверкнув глазами на Сола и Скотта.

Похоже, по сценарию Джесс предстояло заменить ей на время мать, хотя девушка и не была с ней честна на все сто процентов.

– Нет, – сказала Джесс, занеся ногу над порожком. – Я через минуту вернусь. Просто хочу посмотреть, что и как там у них.

Хлоя кивнула в знак понимания, но прикусила губу. И Джесс этот жест был очень знаком.

– Обещаю, – искренне заверила она девушку. – Я отлучусь всего на минутку.

Хлоя

Хлоя ощутила, как на губе вспучился пузырек крови – в том месте, где она прикусила ее слишком сильно. Ей не хотелось, чтобы Джесс уходила. Джесс была единственным человеком (кроме Лиама), в котором девушка была уверена: она не являлась маньячкой, вооруженной ножом и электромагнитной пушкой. Хлоя отступила на шаг от дверей, прислонилась к Лиаму, стоявшему сзади. Нащупала его руку и сунула свою кисть в потную ладонь парня. А когда она подняла на него глаза, Лиам слегка нахмурился и беззвучно поинтересовался: все ли нормально? Вместо ответа Хлоя двинулась к сиденьям, погруженным в чернильную темноту, плюхнулась на дно из них и притянула к себе бойфренда. Скотт с Солом повернулись в их сторону, но Хлоя, проигнорировав их, опустила голову. Ей хотелось оказаться как можно дальше от остальных спутников – чтобы у нее было время заметить чье-то приближение. Лиам откинулся на спинку своего сиденья и зевнул. Хлоя позавидовала другу. В отличие от него, она сидела прямо, почти вертикально, водя лучом фонарика по кругу – чтобы можно было вести наблюдение.

Она не собиралась снова оказаться уязвимой в небезопасной темноте.

– Малышка, ты в порядке? – тихо спросил Лиам сквозь зевок, заметив напряженную позу подруги, угнездившейся на самом краешке сиденья. Хлоя опять ничего не ответила, лишь кивнула быстро в его сторону.

– Ничего не бойся, – сказал парень с напускным спокойствием, уже хорошо ей знакомым. С таким же притворным спокойствием Лиам уговаривал ее не волноваться в ночь перед объявлением результатов их выпускных экзаменов. Хлоя чувствовала, что он тоже переживал за свои оценки, но виду парень не показывал и делал все, что мог, чтобы отвлечь ее и не позволить впасть в панику. – Тебя никто не хочет убить. – Лиам произнес эти слова с шутливой легкостью и положил руку ей на спину.

Хлоя поняла, что этот жест был призван успокоить ее. Но невольно отшатнулась от парня.

– Прости, – моргнула она. – Ты застал меня врасплох.

На лице Лиама промелькнула обида. Правда, он понимающе кивнул. Но руку с ее спины убрал и засунул себе под мышку.

Он не понял. Не желал понимать…

Убить хотели именно ее! Это она, а не Джесс, была намеченной жертвой того, кто схватился за нож.

С той минуты, как они снова включили фонарики и увидели рану на предплечье Джесс, Хлоя вновь и вновь прокручивала в голове каждый миг второго блэкаута, каждое движение и жест. И была уверена: она все точно запомнила, все верно восприняла; паника и замешательство не исказили ее воспоминаний. Они все жались друг к другу. Джесс стояла за ее плечом, хотя тогда Хлоя еще не знала что это она.

Потом кто-то бросился к ней, хотя в тот момент Хлоя подумала, что они попросту столкнулись в темноте. Она даже выкрикнула: «Эй, осторожней!» И отпрянула назад, упав на человека за спиной – по-видимому, на Джесс. Но фигура продолжала напирать, хотя Хлоя по наивности решила, что они стали падать. Почувствовав, что они могли завалиться на Джесс, и опасаясь ее раздавить, Хлоя отскочила в сторону. Несколько блаженных невинных мгновений она наслаждалась возможностью свободно дышать в новом месте, в сторонке от растерянной группы. Но, силясь нащупать свой телефон, чтобы хоть немного высветлить черноту, Хлоя услышала вскрик Джесс.

Именно в тот миг она поняла: мишенью убийцы была не Джесс. Метили в нее!

И Хлоя знала почему.