Алекс ударил по рулю машины.

- Блядь-блядь-блядь! Ублюдки! Грязные ублюдки! Блядь! - oн не только потерял сердце, но и был занесен в черный список отелей. Он опустил голову на руль. - Мудаки, - прошептал он.

Зазвонил телефон.

Он посмотрел на номер. Блядь. Дагмар. Он нажал на экран.

- Коул, - oн любил отвечать на звонки клиентов, называя только свою фамилию.

 Думал, что это делает его круче.

Но это не так.

- Мистер Коул. Вы получили товар? Мистер Гетц сказал, что вы его получили. Я думал, вы уже позвоните, чтобы договориться о доставке.

- Мне нужно было... сдать кое-что еще... пока я был здесь. Теперь все готово.

Он почесал пах. Когда его выгнали, ему не дали помыться. Он чесался. Кожа была в корках.

- Хорошо.

- Да, я позвоню, когда вернусь на юг. Долго не задержусь.

Он закончил разговор. Черт. Ему нужно было подумать. Он должен был либо вернуть сердце, либо заменить его. Он порылся в костюме и вытащил визитку этой суки. Только имя и номер. Никакой помощи. Что там сказал Гетц? Сердце тридцатилетнего девственника. От близнецов. Пара сердец, жаждущих друг друга? Что-то в этом роде. Это не имело смысла. Несчастные любовники. Вот оно. Они должны быть близнецами или любовниками? К черту. Кто вообще сможет отличить одно сердце от другого?

Сердце тридцатилетнего. Подрезанное. Без проблем. Алекс смотрел в окно машины. Надвигалась непогода. Он был голоден. Хотел чашку чая.

Сосредоточься.

Алекс включил зажигание. Выехал. Ехал. Смотрел на людей на улице. Если он собирался это сделать, то нужно было действовать быстро.

* * *

Хакни. Там же постоянно пропадают люди, да? Алекс недавно читал в газете про какого-то сумасшедшего, у которого в квартире было семнадцать голов, и ни одна из них не была заявлена в розыск. Их нашел парень из телекомпании, который приходил за лицензией. Все они были насажены на колья, как в чертовом дворе короля Артура - не цитируйте его, он не знает, были ли у короля Артура головы на кольях - в гостиной. Чувак даже не думал, что делает что-то плохое.

Хакни. Легкое место, чтобы скрыть тридцатилетнего парня. Гетц сказал, что это был парень. Алекс не знал, бывает ли у женщин сердце другого размера или что-то в этом роде, поэтому решил не рисковать. Замена сердца, то же самое. Он сидел в машине рядом с парком. Погода не была подходящей для прогулок. Людей было немного, но игровой зал еще был открыт. Он мог вытащить оттуда кого-нибудь. Лучше было бы сделать это ночью, но он не хотел ждать так долго.

Он посмотрел на сумку B&Q на сиденье рядом с ним. Он взял с собой необходимые инструменты. Ему нужен был слабак. Простак. Кто-то, кого можно было легко одурачить. Его взгляд упал на парня, управляющего аттракционами в парке. На улице было чертовски холодно. И все же аттракционы работали. Там даже был ребенок с матерью. Она была хорошенькая. Черт. Он все еще был возбужден. Дарла так хорошо проработала его простату, что он не смог кончить.

Может, поэтому ему так трудно сосредоточиться? Может, у него начинается деменция? Он выехал из парка и поехал вдоль главной улицы. Кто-то должен был быть.

Хер с ним. Он припарковался на небольшой площади возле здания муниципалитета и взял сумку. Он спустился в пешеходную зону и поднялся между двумя зданиями на крошечную парковку. Он посмотрел на общественные туалеты. Они находились в причудливом отдельно стоящем кирпичном здании на краю парковки. Он вошел.

Хреново воняет.

- Херня, блядь...

Алекс открыл первую кабинку и вошел, прижимая дверь локтем. Там пахло еще хуже, чем снаружи. Блядь. Он поднял сиденье унитаза носком ботинка. Внутри было так, будто семьсот человек с семисот концертов трэш-метала навалились туда после приема семисот слабительных. И все они насрали друг на друга. Потом кто-то блеванул. У Алекса закрутился желудок, но он не думал, что будет снова блевать. Он опустил сиденье и попытался ногами спустить воду. Раздался слабый лязг. Вода не пошла. По крайней мере, это объясняло ситуацию. Он положил сумку с инструментами на пол и сел на закрытый унитаз.

Стал ждать.

Через минут десять вошел мужчина. Пописал в писсуар. Алекс приоткрыл дверь кабинки. Старик с седыми волосами. Нехорошо. Снова стал ждать.

Тридцать минут.

Сорок.

Шаги. Кто-то вошел. Алекс наблюдал за ним. Это был молодой парень. На вид лет тридцать. Может быть. Он мыл руки. Еще не писал. Может, он ждал, чтобы воспользоваться кабиной, в которой был Алекс? Он встал, схватил сумку с инструментами и открыл дверь. Парень обернулся, посмотрел на него. Он выглядел удивленным. Они оба неловко кивнули друг другу. Он, должно быть, выглядел как извращенец, потому что молодой парень оглядел его с ног до головы, и Алекс подумал, что тот может попытаться сбежать.

Поэтому он бросил сумку с инструментами на пол и схватил парня.

Тот, казалось, был удивлен и пытался вырваться. Это не принесло ему никакой пользы. На этот раз Алексу не нужно было слишком беспокоиться о том, чтобы не повредить товар или не сломать что-нибудь, поэтому он поднял колено и ударил парня по яйцам. Тот пошатнулся, и Алекс схватил его за рубашку одной рукой, а другой за волосы. Он повернул его, как будто выгуливал собаку, и прижал к раковине. Фарфоровой. Раздался глухой звон, когда кость ударилась о чашу, и из парня хлынула кровь, как из водяного пистолета. Он не обмяк, но и сопротивляться, похоже, не собирался, поэтому Алекс подвел его к кабине, в которой только что был, и снова приподнял крышку унитаза. Он засунул лицо парня в болото из дерьма, держа его ниже... линии дерьма. Тот начал барахтаться. Махал руками, как будто боялся, что рана на голове инфицируется. Но у него не было опоры. Алекс просто держал его там.

Вскоре он перестал махать руками.

Алекс вытащил его из дыры с дерьмом и бросил на пол рядом с унитазом. Его лицо было обмазано фекалиями. Алекс задыхался. Он взял инструменты и закрыл дверь кабинки ногой. Закрыл крышку унитаза и высыпал содержимое сумки на нее. Он взял молоток и долото. Пощупал вес молотка. Хорошо. Он перевернул труп и посмотрел на парня. Поднял его футболку. Не годится. Доступа нет. Он перевернул его снова, лицом вперед. Снял с него кожаную куртку. Хорошо. Дорогая. Алекс быстро проверил карманы. Он нашел два довольно больших пакета с белым порошком. Несколько коричневых кусочков - гашиш - и несколько зеленых. Качественная трава. Хорошая добыча, но он не собирался убивать дилера. Миру нужны предприниматели. Он спрятал наркотики в карман на потом. Положил куртку на бачок. Снял футболку дилера и вытащил ее через голову. Грязь была повсюду. Алекс испачкал руки.

Мерзость.

Он вытер руки о футболку и бросил ее в угол, за унитаз. Перевернул парня. Еще раз. Хорошо. Полный доступ. Он оседлал его, перекинув ноги через его пах, и вертикально приставил долото к центру грудины. Совершенно новое. Наверняка острое. Хорошо, должен быть чистый разрез. Алекс поднял молоток. Не знал, как сильно бить. Он поднял его над головой. Ударил сильно. Сильно. Долото раскололо грудную кость и вошло в плоть под ней. Алекс выпустил из себя вздох. Он быстро вытащил инструмент из отверстия. Черт. Надеюсь, онo не проткнулo парню сердце. Он понял, каким дерьмовым охотником на вампиров он будет. Хм. В любом случае, кровь не хлестала, так как сердце не билось.

Алекс учился. Резать их после смерти. Он ухмыльнулся. Бросил долото и молоток в сторону. Кровь собралась в отверстии, заполнив его, а затем вытекла наружу, как вода из ванны. Неважно. Алекс засунул пальцы в трещину на груди. Он тянул эту чертову штуку со всей силы, чтобы разорвать ее.

Кость треснула, и ему удалось раздвинуть грудь на пару сантиметров. Этого было достаточно. Алекс схватил тиски с унитаза. Он видел это в фильме. Он засунул тиски в щель и начал качать рукоятку. Это раздвинуло грудную клетку парня. Треск стал громче. Сильнее. Он чувствовал, как тело под ним дергается, когда кости ломаются под натиском тисков.

Алекс сложил ладони и начал вычерпывать кровь из отверстия, как будто этот парень был тонущим кораблем, брызгая ее на холодную твердую плитку пола.

Он мог видеть сердце парня.

Алекс достал из унитаза кусачки и начал отрезать все, что соединяло сердце с трупом. Сухожилия. Ниткообразные штуки. Мышцы... может быть? Черт-черт-черт! Алекс вытащил сердце и отчистил его о брючину, как мяч для крикета или яблоко. Он не беспокоился о том, как выглядит. Он и так успел обмазаться кровью, делая все это. Он слез с парня и сел на закрытый унитаз. Мужчина все еще смотрел на него, глаза открыты, но замазаны и почернели от дерьма. Он посмотрел на сердце. Повесил его на руку. Оно выглядело так же. Но Алекс покачал головой.

- Что я, блядь, делаю?

Он бросил сердце в воздух и поймал. Оно оказалось удивительно прочным.

- У меня нет коробки. Блядь. Глупо.

Он бросил сердце обратно в грудную полость дилера и открыл кабинку. Подошел к раковинам и начал вытирать себя. Ему было все равно, если он выглядел грязным. Просто не хотел выглядеть как жертва убийства. Или подозреваемый, как он предполагал. Это тоже.

Посмотрев на себя, он кивнул. Подойдет. В любом случае, достаточно, чтобы вернуться в машину. Он повернулся, чтобы уйти, остановился и вернулся в кабинку.

- Извини за все, - сказал он, глядя на тело. - Я передумал, - oн наклонился и схватил кожаный ремень. Нельзя тратить впустую. - Спасибо за перхоть дьявола, - oн подмигнул трупу и закрыл дверь кабинки.

Никто не найдет его какое-то время. Вряд ли его почувствуют по запаху. Не там.

Алекс вышел из здания. Немного стесняясь своего вида, он поспешил обратно к машине.