Варвара

Кажется, я начинала подпадать под обаяние Дамира-ботаника. Разумеется, профессорского обаяния, как мужчина он мне вот вообще не нравился, даже если этого одеть в одежду другого. Или его же переодеть…

Мне в тот день было так хорошо, что я решила больше не думать о нем ни в каком контексте и просто ехала домой окрыленная.

Мне так это нравилось — расследования, поиски, разгадки. Даже искать кабачки, представляя себя мисс Марпл, не меньше, мне тоже понравилось, и это добавило много плюсиков в карму Дамира-ботаника.

Когда автобус остановился на моей остановке, я раздумывала: пойти ли заниматься к дяде Боре, позвонить Серафиме или просто лечь спать.

Чаша весов качнулась в сторону дяди Бори, уж очень интересно мне с ним было! Решено: возьму Каса и пойду заниматься.

На полпути у меня зазвонил телефон. Я достала трубку из кармана и улыбнулась. Мне по видеосвязи звонила моя любимая бабуля Марта Марковна.

Наши с Лешей родители работали геологами и много времени проводили в командировках, а нас с братом воспитывала бабуля, которая два года назад перебралась из города в деревню, завела там огромное хозяйство и каждое лето звала нас в гости пить парное молоко из-под ее любимой дрессированной Буренки.

— Привет, бабуль, — пропела я, отвечая на звонок.

Бабушка смотрела на меня совершенно чистым, сканирующим взглядом, затянулась папиросой и, выделяя каждое слово, отчеканила:

— Как дела?

— Ты снова куришь, — попеняла я.

— И что? Могу себе позволить, я совершеннолетняя, — с ироничной ухмылкой ответила она. — Ты почему пропала? Не звонишь.

— Учебы много, по дому дел полно, я же с Лешей сейчас живу, пока родители ремонт делают.

— Твой брат там с бывшей не сошелся? — с нотками раздражения уточнила ба.

Бывшую жену Алексея мы с ней недолюбливали.

— Нет, ба, он влюбился, — сдала я.

— В кого? В очередную профурсетку? — фыркнула бабуля.

— Нет, она хорошая, мы подружились. Зовут Серафима, у нее рыжие волосы и она по уши влюблена в Лешку. А он в нее.

— Неужели? — выдыхая вонючий дым, изумилась ба.

Мне казалось, что я на расстоянии этот запах чувствовала.

— Да! А еще Серафима помогла мне найти репетитора. Вообще-то, он бомж и живет в нашем парке, но такой умный — ты себе не представляешь!.. Я сейчас Каса возьму и пойду к нему на занятия.

Бабуля приподняла одну бровь, затем вторую, глубокомысленно затянулась папиросой и резюмировала:

— Нормально.

— Я к тебе на эти выходные в гости приеду, ладно? — широко улыбнулась я. — А ты бросай курить.

— И помереть здоровой? Не дождетесь! — отрезала бабуля. — Жду в выходные.

— Пока, бабуль, — я послала ей воздушный поцелуй и завершила вызов.

Ба всегда была такой: грубоватой, жесткой, никогда не стеснялась в выражениях и могла переспорить даже сантехника с глубокого перепоя. Я лично наблюдала эпичный момент, когда сантехник пытался собрать глаза в кучу и быстренько запомнить все выражения, которыми наградила его бабуля за неправильную починку трубы.

Нас с Лешей она не баловала. На любой вопрос, нравится ли бабуле мое новое платье, банты или сапожки, она презрительно отвечала «фигня», что в переводе с ее личного языка означало «отличная вещь».

Но мы с братом и родителями всегда знали, что наша бабушка — гранитная, несгибаемая скала и к ней всегда можно прийти за помощью и за советом. Не факт, конечно, что совет не окажется матерным, а нам не насуют в панамку, потому что «головой надо думать, а не другим местом». Но она помогала всегда. И всегда была рядом.

Улыбаясь, я дошла до дома, взяла Каскадера и отправилась заниматься со своим новым бомжеватым другом.

Дядя Боря так обрадовался моему приходу, словно мы были знакомы уже лет двадцать и вместе когда-то прятали тело от правосудия, не меньше. Мы заняли одну из свободных беседок, и я приготовилась слушать, иногда отвлекаясь на Каскадера, которому слушать было неинтересно, и он так и норовил куда-то сбежать и что-то украсть.

Я нашла для пса огромное бревно, долго пыталась его отжать, чтобы доберман сильнее прочувствовал вкус победы, и расслабилась, когда пес увлеченно начал его грызть и перестал коситься на дворника с метлой. Точнее, на саму метлу. И на листья, которые разлетались по сторонам и которые так весело ловить в воздухе.

Домой я возвращалась уже на закате, вдохновленная и наполненная новыми знаниями.

А во дворе Каскадер напрягся и встал в охранную стойку, когда заметил, что из окна первого этажа вылетают чьи-то вещи.

Я присмотрелась и поняла чьи. Невысокий лысый мужичок бегал по кругу и пытался поймать их на подлете, игнорируя нелестные высказывания, которые летели в комплекте с вещами из окна.

— Фу, Кас! — Я чуть потянула поводок на себя, боясь, что Кас побежит помогать мужику ловить рубашки.

Были у нашего добермана вороватые наклонности!

На шоу стали собираться соседи, вставая чуть в стороне, чтобы не поймать случайно что-то себе на макушку.

— Так мне эта суета нравится, — услышала я вкрадчивый голос над ухом.

Подпрыгнула, схватилась за сердце и резко обернулась, встречаясь взглядом с насмешливыми глазами соседа. Того Дамира, который блудник.

— Привет, ушастый, — подмигнул он обалдевшему Касу. — Как дела?

— Р-р-р, — Каскадер вспомнил, что он не только вороватый, но еще и немного охранник.

— Ой, у меня сердце от страха щиплет, — сделал вид, что испугался Дамир. — Хабиби, скажи собаке, что я невкусный.

— Хаби… кто? — не поняла я.

— Джаным, не вредничай. Укусит — я потом совсем мертвый буду, да? Болеть буду, хромать буду.

— Какой я тебе джаным? — окончательно окосела я.

— Варя-джан, персик моей души, успокой собаку и расскажи, что за суета творится, — улыбнулся он.

— Ты нерусский, что ли? — сузила я глаза.

— Русский, мамой клянусь, — приложил он ладонь к груди и спрятал улыбку.

А я подозрительно косилась на него и мысленно играла в игру «найди десять отличий от препода».

— Кас, фу! — дала я команду. — Укусишь брата Самира Муратовича, и все, не видать нам зачета, как тебе — твоих ушей. Обидится за порчу второй половины, и все, пиши пропало!

— Ты откуда Самика знаешь? — нахмурился Дамир.

— Он сегодня на паре по криминалистике рассказывал нам, как прятать крупногабаритные трупы, — очаровательно улыбнулась я и со значением посмотрела на Дамира.

— Ты на юриста учишься? На каком курсе? — с живым любопытством спросил Дамир.

— На первом.

— Так ты еще мелкая. Понял, когда на свидание поедем, куплю детское кресло!

— Кто тебе сказал, что я пойду с тобой на свидание? — приподняла я бровь.

— Хабиби, — снисходительно начал он.

— Прекрати обзываться! — потребовала я.

— Учи арабский, джан, — подмигнул он. — Так что у нас тут за суета? Кто, кого, кому куда напихал? О, смотри, утюг летит!

Утюг действительно летел под задорное «Кобель!» Я проследила взглядом за полетом и попыталась придумать способ снова заглянуть ему в паспорт, чтобы выяснить фамилию этого самоуверенного парнокопытного кентавра!

Не спрашивать же в лоб… Хотя…

Нет, пока не буду! Может, собрать женсовет из моих новых подруг и устроить мозговой штурм? Играть в игры с Дамиром-преподом было чревато, а вот с соседом почему-то было не страшно. Даже азарт нездоровый в груди зажегся.

В конце концов, он начал первый!

— Жаль, что мимо! — мстительно прошипела я, думая о макушке Дамира в тот момент.

— Это ж уголовка, — охнул сосед.

— А вот почему измену до сих пор не приравняли к уголовно наказуемому деянию? Значит, изменять можно, а по морде чайником за такое — сразу хулиганка! Несправедливо!

— Мир вообще несправедлив, но у тебя есть шанс все изменить, — миролюбиво подмигнул он мне. — Ты домой?

— Да, пойду прятать Геннадия, — улыбнулась я.

— Кто такой Геннадий? — округлил глаза Дамир, на что я загадочно улыбнулась.

— Он хоть живой? — продолжал интересоваться сосед, но ответом ему снова была лишь улыбка.

— Кас, пойдем, — мягко позвала я пса, оставляя соседа на улице теряться в догадках.