Выходя из кабинета Шеина, я уже собирал по рации своих ребят. В голове проносились мысли одна за другой — что-то в этой ситуации меня беспокоило, хотя я не мог понять, что именно. Словно собирал пазл, в котором не хватает нескольких ключевых деталей.

— Значит, теперь мы едем к месту крушения вертолёта, — резюмировал Серёга, выслушав моё изложение истории с контейнерами и мстительным идиотом. Он стоял, прислонившись к стене, скрестив руки на груди. — Искать исходники?

— Нет. Исходники вон, на складе вполне себе качественные есть. Нужны маркировки с контейнеров, тогда можно будет самим или через Филимонова влезть в остатки сети Меднанотеха и посмотреть, что с антивирусом. Разработка, даже с исходником… Потом производство… Я думаю, мы не успеем.

— Почему? — Серёга нахмурился, явно не понимая логики.

— Ну, я, конечно, не вирусолог, но если зараза в системе водоснабжения — то заражен весь город. Ну или большая часть. Пока Аня разберётся — тут будут сплошные груды трупов. Сколько там от первого заражения до смерти? Четыре-пять дней?

Я представил себе эту картину — тысячи мёртвых тел на улицах, разлагающихся на солнце. Запах. Невозможность даже похоронить всех. А потом — эпидемия пойдет дальше, не может не пойти, если это боевой вирус, их для этого и создают, в конце концов. Не готов я такое допустить. Пусть даже и придется заодно спасать жопу Шеина и его братвы.

— И что тогда? Зачем мы едем к этому вертолёту? — Серёга явно не понимал смысла моих действий, и раздражение в его голосе нарастало. Пришлось пояснить.

— Смотри. Меднанотех — перестраховщики. Создавая что-то опасное, они тут же ищут способы с ним бороться. Мы видели это в файлах, да и наш приятель, не из последних по рангу сотрудников, это подтверждает. А значит, антивирус уже наверняка есть, хотя бы в виде файлов разработок.

— Джей, а мы сами там не заразимся? Ведь совсем не факт, что в потерпевшем крушение вертолёте нет протекающего тюбика… или в чём там у них эта дрянь?

Я видел, как Серёга нервно потирает руки — классический признак тревоги. Понять его можно. У него дочка, о которой надо думать. Но и у меня есть люди, за которых я отвечаю.

— Костюмы нам на что? Ну и поаккуратнее надо быть.

— Не нарваться бы там на кого-нибудь… — Макс задумчиво перебирал пальцами корпус автомата. — Вот просто вся история такая… странная, уже прости, Джей. Как будто срежиссированная каким-нибудь студентом. Вирус этот, вертолёт.

— Да кем?

— Шеиным.

— Макс, я знаю причины и понимаю, почему у тебя Шеин враг всех и вся номер один, но… зачем ему это?

Макс взглянул на меня и внезапно усмехнулся.

— Чур, параноиком не называть.

— То есть у тебя есть теория?

— Угу. Но она такая… прямо скажу, реально параноидная. Даже для тебя, Джей, наверное, будет изрядным перебором подозрительности.

— Излагай.

— Короче. Шеин хочет себе МПЛ. Не может он её не хотеть. Вот только получить не может — ограничения на управление. Без тебя и Аньки это бесполезная железка, так?

— Ну так.

— А если ты умрёшь… скажем, от опасной заразы, и Аня не сможет тебя спасти. А с тобой умрёт ещё много народу… скажи, будет сложно манипулировать Анькой? На чувстве вины заставить её остаться тут, устранить последствия «неудавшейся» помощи?

— Ну… так-то нет, но для этого плана слишком уж много предположений, которые Шеин не может сделать, основываясь на поверхностном наблюдении. Он Аньку видел пару недель, и то не постоянно. Не думаю, что в процессе лечения врага она с ним откровенничала. Ты-то откуда вообще про её психологические проблемы знаешь? Мягко говоря, информация малоизвестная.

— А вы бы ещё громче об этом беседовали, сидя на кухне, — буркнул Макс. — Я даже специально не подслушивал, просто неподалёку был. Ты прав, у Шеина нет такой информации, но кое про кого ты забыл. Рядом с вами долго тусовался урод, обожающий знать всё и обо всём. Волохай. И этот запросто мог подслушать тебя с Аней. Не случайно, а вполне целенаправленно.

— Да хорош тебе. Хотя я-я-я…

— Понял, да? Никто не обращал на него внимания — ходит себе по посёлку или сидит у себя в рубке. Но при этом он всегда был в курсе вообще всего, хотя ни с кем дружбы особо и не водил.

Тут я крепко задумался. Про козлину Волохая со всеми этими событиями я как-то и позабыл. А ведь сам хотел, чтобы он с нами поработал, и у Шеина это требовал как одно из условий нашей помощи с эпидемией.

— Что, дошло? — Макс пытливо смотрел на меня, ожидая ответа.

— Может быть… подчеркну — может быть, ты и прав. Пора напомнить Шеину про эту обещалку. Как раз заодно и представитель заказчика, так сказать, с нами поедет. А если мне что-то не понравится, то там же «представитель» и останется. Инфаркт миокарда, понимаешь, вызванный заражением смертоносным вирусом.

— И что вы хотите от него услышать? — Серёга со скепсисом бросил эту фразу и уперся руками в бока. — Высказанные Максом идеи бредовы. И концепт вроде как стройный выходит, но он не на фактах, а на безумных подозрениях основывается…

— Вот и проверю. В глаза этому уродцу-предателю хочу посмотреть… для начала.

— Джей, а если вы не правы и никто не хочет нас подставить?

— То мы просто забудем про эту теорию.

— А этот Волохай?

— А этот Волохай, Серёга, в целом не твоё дело, — резко оборвал его Макс, повысив голос. — Это наши, старые, внутренние дела.

— Вот только тут сейчас не вы одни, возможно, ты этого не заметил? — Сергей тоже перешёл почти на крик. — А только из одних своих подозрений вы готовы подставить всю группу.

— Этот урод убил у нас четверых людей и помог сбежать второму, который прикончил моего брата и всех людей в моей коммуне! — Макс почти кричал. — Ты считаешь, что мы должны это просто проигнорировать, а? Или, может, просто забыть, только чтобы ты и твоя доченька случайно не оказались под угрозой?

— Слышь, сопляк, а ты не дофига на себя берёшь? — Серёга сделал шаг вперёд. — Родишь ребёнка, тогда и будешь вякать! Да, я беспокоюсь о безопасности, и в первую очередь вынужден думать о безопасности себя не от врагов, а от психов вроде тебя!

Я резко поднял руку, заставив обоих спорщиков, уже с покрасневшими лицами, заткнуться. Всё-таки авторитет — великая сила.

— Прежде чем вы продолжите. Серёг, я что-то забыл, а когда у нас демократия началась опять, а? Ты, помнится, уже один раз начинал подобную тему. Тогда я это спустил на тормозах. Второго раза не будет. Если ты сейчас вякнешь ещё что-то — наши пути разойдутся. Навсегда.

— Может, и к лучшему, — Серёга резко сбавил обороты, но взгляд у него был по-прежнему злобный. — Что, опять будешь угрожать, что отберёшь всё?

— Нет. Заберёте своё и уйдёте. Тут вроде как город, не пропадёте.

— Город заражён, ты сам сказал! — До него наконец дошло.

— Верно. Но это не моя проблема уже будет, не так ли?

— А если мы уже заразились?

— Тогда вы умрёте, с этим ничего не поделать. Но все умирают, рано или поздно.

Серёга покачал головой.

— Ну ты и гад…

Я ухмыльнулся.

— Серёга, я не гад. Я командир. Как командир — я принимаю здесь решения. Как командир — я отвечаю за своих людей. Всех своих людей. Но кто не с нами — те интересуют меня весьма условно. Тебе, видимо, показалось, что я добрый и хороший, только потому что я спас этих девчонок на заправке? Можешь считать, что это было моим секундным капризом.

Я сделал паузу. Он уже потупил взгляд и явно начал жалеть о своей вспышке. Ничего, пора добить.

— Я тебя предупреждаю последний раз, следующего просто не будет — демократии у нас нет. Я готов всех послушать, но решение принимаю я. И если оно тебе не нравится — ты запихиваешь своё мнение в жопу и делаешь так, как сказал я. Не хочешь так — вали. Мы помогли тебе, ты помог нам. Договор был достаточно расплывчатым, поэтому в целом никто ничего никому не должен. Остаёшься — значит, принимаешь эти правила.

Серёга поднял глаза от пола и внимательно уставился на меня. Интересно, что он ожидал увидеть? Что я в действительности так не думаю?

— Я понял, командир. Больше не повторится.

— Вот и хорошо. И да, кое-что ещё…

— Что?

— Перестань ты смотреть на окружающих свысока только оттого, что ты старше. Физический возраст и пережитые житейские невзгоды — это не мерило крутости. Тот же Макс за последние несколько месяцев пережил такое, что в прежнем мире редко кто из ветеранов войны переживал. И ничего, не зазнался.

Сергей молча кивнул. Я обернулся к Максу.

— А теперь с тобой. Макс, то что у тебя личный счёт к Шеину и ты жаждешь его смерти — не повод нарываться на разборки с членами отряда. Сергей имеет такое же право высказаться, как любой другой.

— Прости, Джей. И ты извини, Серёг. Я вспылил, — Макс отвёл взгляд.

Я кивнул и повернулся обратно. Пейн, всё это время молчавший, ухмыльнулся.

— Джей, а ты точно айтишником был до всей этой байды, а? Вообще не похоже.

— Жить захочешь — не такому научишься, — буркнул я, чувствуя, как напряжение в воздухе постепенно спадает. — К делу. Я пойду к Шеину, а вы трое идите за пикапом. С собой по полной программе — костюмы химзащиты, броню, боекомплект. Лучше будем живыми параноиками, чем мёртвыми оптимистами.

— Понял, — коротко бросил Серёга, всё ещё избегая смотреть в глаза Максу.

Макс лишь кивнул, сжав челюсти. Видно было, что внутри него всё ещё бурлит злость, но парень держал себя в руках.

Шеин, услышав, чего я от него хочу, с минуту молчал, сложив руки «пирамидкой» и перебирая пальцами. Его лицо оставалось непроницаемым, словно высеченным из камня.

— Жень, давай честно. Ты хочешь его замочить?

— Вероятно, — я не стал скрывать своих намерений. — Ты же знаешь, что при побеге он убил нескольких моих людей. При этом — трусливо зарезал двух стариков-охранников. Беззащитных стариков, Шеин. Которые даже сопротивляться не могли.

— Ну, ты убил куда больше моих людей, и тоже не лицом к лицу. Я же не держу зла, — его голос прозвучал почти миролюбиво, но в глазах мелькнула насмешка.

Я посмотрел на него взглядом «врёшь больше», но Шеин даже на миг не изменился в лице. Вот с кем бы я не сел играть в покер, так это с ним. Маска на маске и всё вранье.

— Так. Я вроде бы тебе озвучивал условия. Волохай в них входил. Что я с ним сделаю… да даже я сам пока не имею ни малейшего представления, что я с ним сделаю. Может, просто поговорю по душам. — Я выдержал паузу. — Ты хочешь изменить условия? Вот сейчас?

— А если и да? — Шеин нагло уставился на меня, словно проверяя, насколько далеко я готов зайти.

— Зря ты так… — я демонстративно достал из кармана рацию и медленно, чтобы он видел каждое моё движение, поднёс её ко рту. — Аня, отключай оборудование. Господин Шендеровский решил поменять условия договора.

Анька что-то пробубнила мне в ответ — судя по интонации, возмущённо, — но я даже спорить не собирался.

— Повторяю — шабаш. До моей команды ничего не делать. Компьютер! Если кто-то силой попытается проникнуть в МПЛ — подорви машину. Вне зависимости от того, кто внутри. Разрешённый доступ — члены нашей команды, которых ты уже видел. Приоритет высший.

— Исполняю, — раздался в рации механический голос, холодный и бесстрастный.

Шеин уставился на меня, и впервые за всё время разговора на его лице появилось нечто похожее на удивление.

— И чего ты сейчас добьёшься? — в его голосе прорезалось раздражение. — Я могу заставить твою Аню продолжить. Захвачу тебя и предъявлю ей. Поставлю перед выбором: либо она работает, либо ты умираешь. И никакой компьютер мне не помешает.

— Хочешь попробовать силовой метод? Ну давай, этого я ждал с нетерпением! — я демонстративно выдернул из верхнего кармана разгрузки модуль-инъектор, держа его так, чтобы Шеин видел каждую деталь. — Знаешь, что тут? Последний регенератор. Мне жаль тратить его столь бездарно, но я вколю его себе прямо сейчас. После чего… даже если меня и смогут убить, то тебе и огромному количеству твоих людей это не поможет уже ничем.

Я сдвинул колпачок и прижал инъектор к своему горлу, чувствуя холодный металл на коже.

— Решай, большой босс Чернопокупска. Начинаем танцы, или ты выполнишь уговор? — я усмехнулся, видя, как меняется его лицо. — Кстати, учитывая историю этого твоего «биотеррориста» — что-то мне подсказывает, что без нас вы все просто сдохнете, рано или поздно. Вода заражена не первый день, и все её пьют. Весь город уже болен, и это вопрос времени, когда начнётся массовая эпидемия. Недели, может, две. А может, и меньше.

Шеин побагровел. Ему явно хотелось отдать команду скрытой группе охраны, которая сидела где-то тут, рядом, чтобы в меня начали стрелять. Я видел, как напряглись его плечи, как дёрнулась правая рука. Но он понимал, что чёрта лысого у него выйдет. Я слишком быстр даже после первой дозы, которая до конца не рассосалась в моём организме. А после второй… я порву его охрану голыми руками, и его вместе с ней. Сыворотка Филимонова превратит меня на довольно продолжительное время в супер-солдата — куда быстрее, сильнее и живучее, чем любой обычный человек. И Шеин, как никто другой, это знал. Он сам принимал её же, просто раньше, чем я.

Он поднял ладони кверху и заговорил, тяжело роняя слова, словно каждое причиняло ему физическую боль:

— Ладно, ты победил… получишь ты своего Волохая. Но друзьями мы после такого точно не будем, так и знай. — В его голосе прозвучала неприкрытая угроза.

— Да я и не собирался с тобой дружить, — я убрал инъектор обратно в карман, но руку держал наготове. — Есть договор. Я его выполняю. Ты — нет. И теперь буду ещё думать, как обеспечить выполнение тобой остальных пунктов. Веры на слово между нами больше нет. Совсем.

Шеин сверлил меня злым взглядом, в котором читалась смесь ярости и… уважения? Похоже, я немного переборщил с давлением на него. Не привык «большой босс» к обломам. Ничего, переживёт. Зато мы наконец-то все точки расставили, а то мне на секунду показалось, что это какой-то другой Шеин, не тот что раньше.

— Я уже говорил тебе — никаких планов задержать вас здесь у меня нет. Я выполню обещание, — он говорил сквозь зубы, заметно сдерживаясь.

— Знаешь, как говорят? Соврал единожды — соврёшь и дальше. — Я скрестил руки на груди. — А сейчас — доставь Волохая мне к машине, нам уже давно пора выдвигаться. Времени нет.

— Да куда ты так торопишься-то? — в голосе Шеина прозвучало искреннее недоумение. — Что там может быть в этом вашем вертолёте? Образцы ты взял, сейчас твоя девочка разберётся и…

Я картинно возвёл глаза к потолку. И этот туда же… ладно, придётся ещё раз изложить все аргументы. Для особо одарённых.

Шеин слушал меня весьма внимательно, не перебивая. Похоже, с самоконтролем у него было очень хорошо, потому что к концу моего монолога он полностью переключился, даже не пытаясь на меня бычить. Деловая хватка взяла своё. И вдруг прервал меня, спокойным и сосредоточенным голосом выдав:

— Стой. Жень, это ловушка. Почти наверняка.

Я, честно говоря, не ожидал такого поворота. Либо это сложная игра, либо…

— С чего ты так решил? — я наклонился вперёд, вглядываясь в его лицо. — Подобную ловушку мог бы расставить ты. Но кто-то ещё?

— Ну, в отличие от тебя, я точно знаю свои планы, — он усмехнулся без тени юмора. — А ещё кое-кто слишком уж тороплив. Зря ты ушёл сразу, когда услышал про вертолёт. Надо было дослушать до конца.

— Что ты имеешь в виду?

— В общем, мы этого урода до того, как он сдох, более тщательно допросили. — Шеин откинулся в кресле. — И он признался, что про вертолёт и его жену ему напомнили. Вроде как тот самый мужик, с которым она говорила. Описать этого мужика он не смог — тот таскался в дурацкой маске, типа Гая Фокса. Знаешь такую, да? В каждом магазине приколов таких было десяток. Именно тот мужик придумал весь план с контейнерами. — Он выдержал паузу, давая мне время переварить информацию. — А теперь скажи мне, Джей, какова вероятность того, что там сейчас не сидит пара снайперов в засаде, а? И не ждёт тех, кто прискачет к вертолёту?

Я задумался, пытаясь взвесить все варианты. Верить Шеину… а если он и сейчас врёт, просто потому что его план раскрыт? Или не врёт. Всё равно ведь проверить надо. Нам, чёрт возьми, нужны эти данные. Если они вообще там есть……