Приведенные выше слова Сталина отражают мнение тех историков, кто считает, что его детство прошло в относительно привилегированных условиях. Несмотря на то что его родители родились крепостными и их семью нельзя отнести к богачам, они все же жили состоятельнее многих и имели связи, позволившие Сталину попасть в духовное училище в своем родном городе Гори и поступить затем в престижную столичную духовную семинарию в Тбилиси. Его отец был алкоголиком, и брак родителей развалился, но мальчик всегда оставался единственным сыном обожающей и строгой матери, которая мечтала, что он получит духовный сан. В детстве Сталин (Сосо, как его тогда называли) переболел оспой, следы которой навсегда остались на его лице. У него также была физическая деформация, ограничивавшая подвижность левой руки – следствие несчастного случая или врожденный дефект. К несчастьям Сосо добавился трагический инцидент, произошедший, когда ему было одиннадцать лет, – запряженная в повозку лошадь понесла и колесами проехалась по ногам мальчика, что привело к проблемам с ходьбой на всю жизнь.

Говорят, что Сталин был вожаком детской шайки в Гори, но, как отмечал Стивен Коткин, Сосо на самом деле был одним из самых прилежных учеников в городе. Сталин был вовсе не уличным хулиганом, а наоборот, «книжным червем» и самоучкой – черты характера, сохранившиеся в нем на всю жизнь[141]. Этот фундаментальный факт из жизни вождя был запечатлен в подобострастной картине грузинского художника Аполлона Кутателадзе[142] «Товарищ Сталин с матерью» (1930), на которой изображен хорошо одетый, прилежно читающий мальчик с вдохновляющей и поддерживающей его матерью.

Сталин родился в 1878 году и в 1888-м поступил в духовное училище Гори, с отличием сдав вступительный экзамен. По словам его матери, Кеке, Сосо был хорошим мальчиком, который много учился, вечно читал и обсуждал прочитанное, пытаясь разобраться во всем на свете[143]. Он прекрасно пел и среди учителей получил прозвище «Соловей». Кеке и ее сын были очень набожными людьми. По воспоминаниям одного из одноклассников, Сталин «был крайне верующим и тщательно посещал все церковные службы». Он же отмечал, что Сталин и «…книги были неразлучными друзьями, он не расставался с ними даже за обеденным столом»[144].

За заслуги в учебе Сталин был переведен на бесплатное обучение, получал от семинарии учебники и стипендию в три рубля в месяц. Его также наградили томиком псалмов на грузинском с дарственной надписью, в которой отмечались его интеллект и школьные успехи. Сосо получил аттестат в мае 1894 года, и на основании его успехов он рекомендовался к поступлению в семинарию. Его оценки, по пятибалльной системе:

Поведение: 5

Священная история и катехизис: 5

Изъяснение богослужений с церковным уставом: 5

Русский, церковнославянский и грузинский языки: 5

Греческий язык и арифметика: 4

География и чистописание: 5

Церковное пение: 5[145]

В том же году Сталин сделал первый шаг на пути революционера, посетив недавно открывшийся в Гори магазин, где распространялась подпольная литература. В читальной комнатке при магазине он познакомился с книгами, резко отличавшимися от предписанных школьной программой, в первую очередь с русской и грузинской классикой.

В пятнадцать лет Сталин отправился в столицу Грузии поступать в духовную семинарию. В Тбилиси тех лет семинарий было две – грузинская и армянская, обе занимались подготовкой способных юношей к духовной службе. Сталин прекрасно сдал вступительные экзамены, отличившись в знании Библии, церковнославянского языка, русского и грузинского языков, катехизиса, географии и правописания (скромнее были результаты по арифметике) и получил государственную стипендию. Как отмечает Роберт Сервис[146], биографы Сталина зачастую недооценивают уровень образования, полученный Сталиным в стенах семинарии[147].

Тбилисская семинария в то время восстанавливала работу после того, как была закрыта на год из-за студенческих протестов против условий обучения и наказаний. К моменту поступления Сталина в семинарии уже сложилась крепкая традиция студенческих протестов и вольнодумия. Особое возмущение студентов вызывала политика «русификации» со стороны руководства учебного заведения – все занятия проходили на русском языке, а изучение грузинского языка и истории всячески подавлялось.

В классе Сосо было много ребят, которые пропустили год учебы из-за закрытия семинарии, а также девять человек из его школы в Гори. Сталин хорошо учился, в основном на пятерки и четверки, несмотря на то что занятия велись на русском – неродном ему языке, в котором он еще не полностью освоился. Среди нерелигиозных предметов в семинарии проходили русскую историю и литературу, логику, психологию, физику, геометрию и алгебру. Прилежный и покорный ученик, Сталин тем не менее находил время и вдохновение на написание патриотических стихотворений на грузинском, которые он посылал в национальную газету «Иверия».

Пять его стихотворений были опубликованы в 1895 году под псевдонимом «Сосело». В самом большом из них, «Луне», юный Сталин писал:

Поэтическая карьера вождя оказалась недолгой. Еще одно стихотворение было опубликовано в 1896 году в прогрессивной грузинской газете, но на этом все[149]. В советские времена все стихотворения Сталина были тайно переведены на русский язык, но и речи об их включении в собрание сочинений никогда не шло – чересчур националистически окрашены. Для Сталина литература всегда была в первую очередь политическим инструментом, а публикация его стихотворений не несла никакой пользы и лишь наводила бы тень на и так непростую историю его жизни. А может быть, он более не считал их достойной поэзией или же сомневался, что перевод на русский язык достаточно хорош.

В 1896–1897 годах Сталин присоединяется к тайной студенческой организации, руководимой старшекурсником Сеидом Девдариани[150]. По задумке Девдариани, группа должна была заниматься изучением естественных наук, социологии, грузинской, русской и европейской литературы, а также трудов Маркса и Энгельса. Участие в тайном сообществе сказалось на успехах Сталина в учебе – он скатился до двоек и троек[151].

Одним из источников получения запрещенной литературы была основанная Литературным обществом Грузии «Дешевая библиотека», работавшая под руководством Ильи Чавчавадзе[152], основателя и редактора газеты «Иверия». В ноябре 1896 года семинарский инспектор записал в журнале поведения: «Оказывается, у Джугашвили имеется читательский билет „Дешевой библиотеки“, где он добывает книги. Сегодня я конфисковал „Труженики моря“ Виктора Гюго, в которой я и обнаружил вышеупомянутый билет». В наказание директор семинарии отправил Сталина в карцер на «продолжительное время», отметив при этом, что ранее уже предупреждал о недопустимости хранения литературы Гюго, когда конфисковывал у семинариста книгу «Год девяносто третий» о Французской революции. Другая запись в журнале поведения, датируемая мартом 1897 года, гласит:

В 11 вечера я изъял у Джугашвили книгу Летурно «Литературная эволюция народов», которую он взял из «Дешевой библиотеки»… Джугашвили был пойман мною за чтением вышеназванной книги на лестнице часовни. Это тринадцатый раз, когда я застаю этого студента за чтением книг из «Дешевой библиотеки»[153].

Одним из любимых авторов Сосо и его товарищей-семинаристов был грузинский писатель Александр Казбеги, создавший образ Кобы – героя-освободителя и бунтаря, сражающегося против российского владычества. У этого персонажа Сталин позаимствовал имя для псевдонима, под которым он впервые примкнул к революционному подполью. Лишь в 1913 году Коба изменит псевдоним на более большевистски звучащее «Сталин» – человек из стали.

Как указывает советская краткая биография Сталина 1939 года, он руководил марксистскими кружками на третьем и четвертом курсе семинарии, и именно эта подпольная деятельность привела его в РСДРП в 1898 году и стала причиной его отчисления из семинарии в мае того же года. Тем не менее, как отмечает Альфред Рибер[154], семинарская документация говорит о том, что Сосо был плохим студентом, а не радикальным активистом[155]. Причиной его исключения стала не его политическая деятельность, а неявка на экзамены[156]. При отчислении Сосо был выдан документ, подтверждающий его хорошее поведение на всех четырех курсах. Осенью 1898 года руководство семинарии, по просьбе Сосо, выдало ему свидетельство об окончании четырех классов, показывающее, что он значительно исправил свои оценки к концу обучения[157]:

По изъяснению Св. Писания (4)

Библейской истории (4)

Церковной истории (3)

Богословию (3)

Гомилетике (3)

Литургике (4)

Русской словесности (4)

Истории русской литературы (4)

Всеобщей гражданской истории (4)

Русской гражданской истории (4)

Алгебре (4)

Геометрии (4)

Пасхалии (4)

Физике (4)

Логике (5)

Психологии (4)

Церковно-грузинским предметам (4)

Греческому языку (4)

Славянскому (5) и грузинскому (4) церковному пению

Поскольку Сталин не окончил семинарию, ему закрывалась дорога как в священники, так и к университетскому образованию. Его квалификация позволяла преподавать в духовных училищах, но вместо этого он устроился вычислителем-наблюдателем в Тифлисскую физическую обсерваторию[158], в помещениях которой он жил и проводил регистрацию данных метеооборудования. Это была первая и единственная обыкновенная работа в его жизни.

Сталин продолжал изучение радикальной литературы и все активнее занимался политической деятельностью. Большое влияние оказало на него знакомство с Ладо Кецховели, чей младший брат Вано работал со Сталиным в обсерватории. Уроженец Гори, Ладо был исключен из Тифлисской семинарии за организацию студенческой забастовки в 1893 году. В 1896 году его исключили из Киевской семинарии, и годом позже он вернулся в Тбилиси, где присоединился к кружку грузинских марксистов, в котором произошло его знакомство со Сталиным и другими семинаристами. Ладо стал наставником юного Сталина, а также связующим звеном для него как с революционным подпольем, так и с читательскими кружками в среде рабочих. Интеллектуал и активист, Ладо стал первым образцом подражания для Сталина.