Эмоции выжгли сами себя, и Монгол уже просто сидел, уставившись в одну точку, когда туман словно сгустился. Появилось тёмное пятно, приближающееся с каждой секундой, мутное марево закрутилось жёлтыми вихрями, и из него вырвалась орудийная платформа. Следом локомотив. Потом вагон. Потом следующий… Дальше разглядывать капитан не стал — состав пёр прямо на него. Монгол воткнул заднюю передачу и ударил по газам. Куда ехал, он не смотрел, а свернуть не догадался — всё внимание было приковано к бронепоезду. Тот гусеницей выползал из тумана, с единственным отличием, что делал это быстрее. Гораздо быстрее. Осталось чуть-чуть. Вот уже выскочил последний вагон, показался второй локомотив… В грязно-жёлтой мгле будто стекло сверкнуло. Только что вымытое. По границе кластера пробежали блики прозрачной стены и туман стал рассеиваться. Понемногу, едва заметно, но было однозначно понятно, что перезагрука закончилась. Прежний кластер ушёл в никуда вместе с атомитами Раджи, задней платформой и доброй половиной локомотива. Оставшаяся его часть сработала якорем, и бронепоезд замедлился, но всё ещё пёр вперёд, отмечая пройденный путь полосой перепаханной целины. Зашипела пневматика тормозов, и состав остановился. Остановился и Монгол, ошарашенно разглядывая мощный протектор огромных колёс по всей длине бронепоезда. Откуда? Из-за «Шилки» высунулись Канюк и Цикля, но ничего объяснить не смогли. Они охренели от происходящего не меньше капитана. Лязгнул запор, открылась дверь локомотива, и по трапу на дрожащих ногах спустился Механик. Сделал несколько неуверенных шагов и сел на траву, смотря перед собой блуждающим взглядом. На его лице появилась глупая улыбка. Твою мать, главное, чтоб с ума не сошёл, хрен его знает, как перезагрузка подействовала. Монгол дёрнул ручник, вывернулся из машины и побежал к нему. — Механ, ты как⁈ Тот поднял голову, взгляд приобрёл осмысленное выражение. — Пиздец, капитан, думал, не выберемся… — на выдохе ответил зампотех. — Думал он. Все так думали, — Монгол с облегчением улыбнулся. — Давай, приходи в себя. Капитан похлопал его по плечу и полез в рубку машиниста. Там его встретила скульптурная композиция. Путёвый с остекленевшими глазами вцепился в рычаги управления, ему в плечи впился Антон. Оба белее гипсовых повязок молодого «Ангела». — Как выкрутились-то? — усмехнулся Монгол. — В-в-вот… — только и смог выдавить железнодорожник, ткнув пальцем в какой-то тумблер на панели. «Альтернативная система передвижения», — прочитал Монгол. Тумблер стоял в положении ВКЛ. Остальное как мог объяснил Антон. Он аккуратно прислонил Путёвого к стенке, придержал, чтобы тот не упал, и повернулся к капитану: — Мы заметили, что пути поворачивают, когда вы через них перепрыгнули. Вот я с перепугу и активировал альтернативный режим. Автоматика выпустила пневмокатки, колёсные пары втянулись… — Как догадался? — Так в инструкции написано. — А раньше чего не сказал? Мы бы уже давно отсюда убрались. — Так боялся, — виновато понурился атомит. — Да и времени не было. Мы же с Механиком вооружение осваивали. Монгол покачал головой, но ругать Антона не стал. Смысл? Понервничать, правда, пришлось, но лучше так. Всё хорошо, что хорошо заканчивается. — Молодец, всё правильно сделал, — похвалил капитан атомита. — А сейчас потащили рулевого в лазарет. Хватай. * * * В медблоке всё шло своим чередом. Похоже, здесь даже не знали, что произошло — окон-то нет. Выяснилось, что Таната с Незамаем не поехала — остались при раненых, а сейчас хлопотала над Воротом в операционной. Перевязывала. Капитан дёрнул ручку, дверь лазарета шумно отъехала в сторону. С верхней полки свесился заспанный Кипа. — Уже приехали? — разлепил он глаза и сладко потянулся. Монгол от негодования чуть Путёвого на пол не уронил, но вовремя опомнился. Аккуратно уложил его на нижнюю полку, устроил поудобнее, накрыл одеялом. — Отдыхай, парень, ты хорошо поработал, — сказал он и повернулся к атомиту. — Антон, да? Тот кивнул. — Говоришь, от корки до корки прочитал? Тот кивнул снова. — Тогда тебе ответственное поручение. Пробеги по составу, проверь всё и повыключай, что сейчас нам не нужно. Справишься? Тот кивнул в третий раз. — Вперёд. Антон просиял и убежал, довольный оказанным доверием, а Монгол пристально посмотрел на Кипу. — Чего? — захлопал ресницами лейтенант. — Ты дрых, что ли, недоделок? — Я же раненый, — «недоделок» в доказательство показал руку в лонгете. На самом деле уже выздоравливающий. Сколько дней прошло? Шесть? Щека лейтенанта затянулась извилистым шрамом, судя по активности, бок тоже не сильно его беспокоит. А с лонгетом — это Таната перестраховывается, кости, скорее всего, уже срослись. Капитан не эксперт, но Улей иммунных сам лечит, так что Кипа больше придуривается, чем болеет. — Девочкам иди помоги, раненый, блять! — не сдержал злости Монгол. — Откуда вы такие берётесь⁉ Смысла продолжать не было, Кипе хоть кол на голове теши. Капитан махнул на него рукой и вышел из купе, с силой захлопнув за собою дверь. — Ты чего буянишь, дружище? — раздался насмешливый бас в коридоре. Бекон, похоже, тоже не в курсе дел. — Да есть отчего, — не стал вдаваться в подробности Монгол. — Ты наружу выглядывал? — В бойницы только. Видел, как туман проскочили. Или что-то не так? — Иди сам посмотри. Заинтригованный Бекон вышел в ближайшую дверь. — Ни хрена себе! — послышался снаружи его удивлённый возглас. — Не хило, правда? — Монгол спустился по трапу и присоединился к товарищу. Но обсудить новые возможности техники они не успели — от хвоста бронепоезда к ним вприпрыжку бежал Антон. — Товарищ капитан, товарищ капитан! — кричал атомит, размахивая руками. — Там локомотив перезагрузкой отрезало. — Я видел. Ничего страшного, отцепим, — успокоил его Монгол. — Так реактор там… — Етишь твою мать! Монгол с Беконом выругались в один голос и даже слегка присели от таких новостей. Тоже вдвоём. Да оно и понятно, не в каждой реальности паровозы на ядерном топливе делают. — Валим? — пытливо посмотрел на него Бекон. — И побыстрее, — согласился Монгол и уже собрался первым дать дёру, но его остановил Антон. — Может, для начала фон замерим? — неуверенно предложил атомит. — Я посмотрел, есть вероятность, что реактор и не зацепило вовсе. Сейчас я только за прибором сбегаю. Антон убежал, а Монгол посмотрел ему вслед. Парень-то сообразительным оказался. И полезным. Но сам капитан с трудом заставлял себя оставаться на месте. Если котёл всё-таки зацепило, тут сейчас такое творится… Бекон тоже притоптывал от нетерпения, хоть и старался делать это незаметно. Послышался шум моторов. Монгол обернулся. Подъехали поселяне и броневик рейдеров. А вот их до прояснения ситуации неплохо бы притормозить. — Займись, — кивнул Ангелу капитан. — Я здесь сам справлюсь. — Уверен? А то я с тобой. — Иди уже. — Ну смотри. — Бекон убежал, стараясь не выдавать облегчение. Вернулся Антон, на ходу настраивая прибор. Послышались характерные щелчки, и атомит пошёл вдоль вагонов. Монгол, осторожно ступая, — следом. Страх радиации давил на плечи, каждый шаг давался с ощутимым трудом. До конца бронепоезда добирались целую вечность. По крайней мере, так ему показалось. — Что там? — с нетерпением спросил капитан. Хотелось поскорее узнать, выхватил он смертельную дозу или нет. Антон с минуту молчал, обнюхивая зондом остатки локомотива, и наконец оторвал взгляд от прибора: — Нормально всё. Показатели в пределах допустимой нормы. Реакторный отсек остался там, — Антон мотнул головой в сторону быстрого кластера. С плеч капитана словно бетонный блок свалился, такое пришло облегчение. Он выдохнул и уже гораздо увереннее обошёл обрубок вагона. Тот словно гильотиной разрубили. Промышленной. Ровные срезы массивных бронелистов блестели не окисленной сталью с радужными разводами температурного воздействия. Капитан не удержался, потыкал пальцем в металл и тут же порезался об острую кромку. Но это уже сущие мелочи по сравнению с тем, чего они избежали. * * * Спор возник в рубке машиниста, где зампотех и Антон разбирались с альтернативным управлением, а Монгол с Беконом обсуждали предстоящее спасение Халка. — Я предлагаю часть вагонов оставить! — настаивал Монгол. — В огневой мощи потеряем, — не соглашался с ним Механик. — У нас людей и на вагон твоей огневой мощи недостаточно. И потом нет смысла эту дуру целиком тащить через кластеры. Если она застрянет, мы её хрен выдернем, — привёл новый аргумент капитан. — Ты её и так хрен выдернешь, — логично парировал зампотех, — а реактору всё равно, один вагон тащить или десять, там мощи хватает. — Погодите, — выступил миротворцем Бекон, — нам по-любому здесь технику бросать. Она почти вся строительная и нам вряд ли понадобится. Правильно я говорю, Механ? Зампотех неохотно кивнул. — Ну вот. Тогда сделаем так. — «Ангел» принялся загибать пальцы: — Берём один пушечно-пулемётный вагон и один ракетный, остальное не нужно. — Ты хочешь и лазарет отцепить? — с сомнением в голосе уточнил капитан. — Ну да, — посмотрел на него непонимающим взглядом Бекон. — Раненых нам для чего с собой тащить? Не на прогулку собираемся. — А ничего, что медблок без энергии превратится в стальную коробку? Ворот до сих пор плохой, ему уход нужен. Смысл тогда всего этого? — Монгол покрутил в воздухе пальцами, подразумевая недавние события. — Ну да, я чёт не подумал, — озадаченно почесал бороду Бекон, но быстро нашёл выход из ситуации. — Тогда и лазарет берём, делов-то. — А если украдут? — Ты сам-то понял, что сказал? Украдут… — улыбнулся Бекон. — «Уазиком» утащат? — Ну да, бред, конечно, — смутился Механик. — А чтобы не украли, мы охрану оставим. Незамая, к примеру. И Кипу ему в усиление, — добавил капитан. Из лейтенанта усиление сомнительное, но Монгол его уже видеть не мог, а так всё при деле будет. И под присмотром. У Ефимыча не забалуешь. — Незамая… — фыркнул зампотех, но было видно, что он уже сдался. — Только платформу с «Шилкой» тоже возьмём. На том и порешили. Обрубок локомотива оставили где лежал, а сам состав перегнали подальше. Перезагрузка привлекает заражённых, а приключений без того выше крыши. Тем более что не самых умелых бойцов здесь оставляют. Лишние вагоны отцепили, выстроили в ряд, к ним подогнали машины. Орудийную платформу переставили в хвост бронехода, и Механик уехал осваивать управление. А Монгол остался говорить с Ефимычем. — Незамай, тут такое дело. Хочу тебя попросить технику нашу поохранять. Капитан приготовился спорить, но Ефимыч неожиданно легко согласился. — Нужное дело, — важно кивнул он. — Столько добрища. Как без присмотра? Никак. Ты, служивый, не переживай, сделаю как надо. Как оставил, так и заберёшь, до последнего винтика. — Только ты имей в виду, что света у тебя не будет. — А зачем мне? Я ить привычный, и с костерком могу. Да и недолго вы, можно совсем без света. Так ведь? — Ефимыч пытливо посмотрел на собеседника. Монгол отвёл взгляд. Насчёт недолго — это как карта ляжет, в Улье загадывать наперёд нельзя. И он посчитал правильным об этом сказать. — Давай так договоримся: ждёшь трое суток, потом уезжаешь в Перевалок. Кипа дорогу знает, покажет и поможет там устроиться. — Эк ты чего удумал, ты этого балбеса мне оставляешь? И на кой? — Для усиления. Капитан не смог сдержать улыбку, и Ефимыч погрозил ему пальцем, но спорить не стал. — Пойду позицию готовить, — степенно проговорил он и вдруг встрепенулся. — Смотри, смотри! Что вытворяет! Бронеход разворачивался. Но не вагон за вагоном, как обычно маневрируют поезда, а всем бортом. Все колёса оказались поворотными. Это увеличивало манёвренность, но один чёрт штука неуклюжая. Впрочем, имеем что имеем, всяко лучше, чем на «Каймане» элеватор штурмовать. Броневик, кстати, решили взять с собой. Мало ли как обернётся, а передовые дозоры и разведку никто не отменял, да и как мобильную точку можно использовать — плотность огня у него будь здоров. Тем временем бронеход вернулся обратно, пыхнул пневматикой и остановился рядом с Монголом. Дверь локомотива распахнулась, из неё высунулся довольный зампотех. — Пиздец бандура, — выдал он, утирая пот с раскрасневшегося лица. — Освоил? — улыбнулся Монгол. — Да ничего сложного. Только медленная она, как тюлень, и такая же неповоротливая. Где Бекон? Сколько нам до места ехать? И куда вообще? — Механик спрыгнул на землю и побежал искать ответы на свои вопросы. За всеми заботами время прошло незаметно, наступил вечер. А пока собрались, так и вовсе стемнело. Но до утра решили не ждать, и так времени много потеряли. Это они будут отдыхать, а товарищ в темнице томится. Окончательный расклад был такой: остались все дяловские, кроме Танаты и Кипа. Пархатого тоже им оставили, чтобы не отвлекал. Остальные отправились спасать Халка. * * * Далеко впереди мелькали габаритные огни «Каймана». Мощные прожектора локомотива сжигали ночь, то и дело выхватывая силуэт броневика из темноты. В кабине машиниста было тепло и уютно. Механик рулил, атомит притих в уголке. Монгол следил за дорогой и тихонечко напевал один и тот же куплет: — Наш паровоз, вперёд лети! В Коммуне остановка, Иного нет у нас пути, В руках у нас винтовка. Назойливый мотивчик разгонял сон, а других слов из песни капитан просто не помнил. Вдобавок первая строфа была горячим пожеланием этому клятому тихоходу… …на хрена они с ним вообще связались! Лети, сука, лети! Ты же, мать твою, атомный! Ёшкин кот! Рельсы было бы быстрее положить и по ним доехать! Лети! Давай! Двигай!.. Но бронеход как пилил свои двадцать пять в час, так и пилил, начихав на все хотелки Монгола. Механик не ошибся, бандура оказалась не просто медленная, а о-о-о-очень медленная. Через самую протяжную и долгую «о». У такого транспорта один плюс — заправляться не надо. Ну и внезапно атаковать никто не сможет. Хотя капитан сейчас не возражал бы против неожиданного нападения кого бы то ни было. Всё занятие. Уже два часа как рассвело, когда из-за горизонта высунулась центральная башня элеватора. Механик её первый углядел, проехал ещё немного и остановил бронепоезд. — Не рано? — усомнился Монгол. — Нормально. — Зампотех достал из кармана блокнот и стал что-то подсчитывать, делая пометки карандашом. — Приехали? — В рубку ввалился Бекон. — Ты не помнишь, что у них там стоит? — вопросом на вопрос ответил Механик. — В смысле? — не понял тот. — Вооружение, говорю, какое? — пояснил зампотех и приготовился записывать. — А-а-а… — протянул рейдер и начал вспоминать: — Пулемёты на крыше видел, из гранатомёта по нам прилетело… — С какого расстояния? — С километра где-то… чуть меньше, может, метров с восьмисот. Бэтээры у них ещё. Два точно есть. — Какие? — Зелёные… Нашёл что спросить. — А, ну да… Значит, стены… минимум «Корды», но рассчитываем на КПВ, возможно, автоматические пушки… Сорок вторая или тринадцатая, это от двадцать третьего до тридцатого… — бормотал зампотех, чиркая в блокноте. — БТРы… если не повезёт, то семидесятая «ашка»… и ПТУРы… АГС в учёт можно не брать… — Ты колдуешь там, что ли, Механ? — Бекон наклонился и с интересом заглянул ему в лицо. — Погоди!.. — отмахнулся тот. — Не видишь? Считаю. Ангел недоумённо посмотрел на Монгола: — Ты что-нибудь понимаешь? — Дистанцию эффективного огня он высчитывает, — улыбнулся капитан. — Не мешай, сейчас сам всё расскажет. — Так, — оторвался от записей Механик. — Прицельная дальность у них до четырёх километров, максимальная — шесть с половиной. Будем из этого исходить. И лучше нам не прозевать их броню… — А здесь сколько? — Монгол кивнул в сторону предполагаемого противника. — Километров двадцать, чуть больше. Можем прямо отсюда лупить… План был простой: долбить главным калибром, пока не сдадутся. Потом забрать Халка и валить. Оставался нюанс — каким образом не прибить его во время обстрела. — Я до сих пор не понимаю, как нам определить его местонахождение? — озвучил свои сомнения Монгол. — За это не переживай, — успокоил его Бекон. Выглянул в окно, пока ещё не прикрытое бронещитами, и уверенно ткнул пальцем в один из бункеров. — Халк там. — Уверен? — Более чем. Второе зернохранилище справа. Они держат его там. — Может, всё-таки попробуем поговорить с ними для начала? — осторожно спросил зампотех. — В прошлый раз наговорились, — решительно оборвал его «Ангел». — Теперь только с позиции силы. Пошли к орудиям. В кабине остался один Антон. Атомит уже настолько влился в команду, что ему доверили управление бронеходом. Впрочем, больше и некому было. * * * Механик с одним из своих занял место у первой орудийной шахты, Бекон с Мямлей — у второй, остальные встали у пулемётов, кроме Голого с Пузом, те сейчас находились в «Каймане». Монгол остался в пультовой — запускать боевой режим. «Ангел» незаметно перетянул командование на себя, но капитан не возражал. Вот если бы пришлось штурмовать, тогда другое дело, а в артиллерии он не силён. Кроме того, Бекон всё это затеял, ему и рулить. Монгол защёлкал тумблерами, переводя их в положение ВКЛ. Загудели вентиляторы вытяжки, с натужным стоном начали выдвигаться опоры. Вагон переходил в боевой режим. — Главный калибр, заряд двадцать пять, — раздался бас Бекона с орудийной палубы и тут же эхом отозвался в динамике рации: — Голый, начинаем, повнимательнее там. — Понял, — коротко ответил тот. — Выстрел! — рыкнул Бекон. Команда Механика потонула в грохоте залпа.