Энди посадил флаер перед куполом контроля движения у станции трансфлекса и процедил сквозь зубы:

— Контроль движения! Соедините меня с Главным Штабом Товарищества Звезды! Альмалик-3.

— Ваши уполномочия, сэр? — вежливо поинтересовался купол.

— Полностью уполномочен! Высшая первоочередность!

— Одну минуту, сэр, — с сомнением сказал купол и секунду спустя сообщил: — Ищу ваш контур. Мы работаем с опозданием в двести секунд. Вы можете обождать?

— А что мне остается? — проворчал Энди и мрачно погрузился в объятия кресла. — Воинственные звезды, грубияны рифники — с кем только не приходится иметь дело!

Ответа не требовалось. Если это нужно, чтобы спасти Молли, он готов смириться.

На другом конце площади показалась маленькая бегущая фигурка. Подошвы взметали фонтанчики пыли, и когда мальчик достиг флаера, он совсем запыхался:

— Проповедник! — выдохнул Руф. — Где же мисс Залдивар?

— Все еще в пещере, — коротко ответил Энди. — Я так думаю. Потому что я ее не видел.

— Тогда… что вы будете делать?

— Ждать.

Но ждать долго не пришлось. Загудел громкоговоритель, и голос, принадлежавший явно не человеку, пропел:

— Товарищество Звезды. Говорит главнокомандующий отдела мониторов. Чем могу быть полезен?

— Можете послужить наилучшим образом, — воинственно заявил Энди, — если пришлете сюда аварийную бригаду. Говорит монитор Андрэ Квамодиан. Прошу… нет, отбой… Требую немедленных чрезвычайных мер!

Голос ответил с некоторой печалью:

— Ах, это вы, монитор Квамодиан! Мы уже приняли к сведению ваши сообщения.

— Ха! Еще бы! — рявкнул Энди. — На свободу вырвался искусственный разум в форме блуждающей звезды. Я потребовал у местных властей применить силу. Несколько человек и других живых существ уже пострадали в результате преступного эксперимента. Все это в моем рапорте. И вы его проигнорировали.

— К сожалению, монитор, мы не увидели причин к действию.

— Думаете, я ошибся?

— Не «ошиблись», монитор, а просто необходимость жестких мер мы оцениваем намного ниже, чем вы.

— Понятно, — фыркнул Энди. — Тогда взгляните с другой стороны. Монитор Товарищества Звезды страдает параноидальным психозом. Он уверен, что на него и его друзей напали чудовища. В безумии он способен на акты насилия. Это повлечет дискредитацию статуса мониторов Товарищества. Ваша оценка необходимости жестких мер?

— Монитор, это просто ужасно! Мы немедленно высылаем аварийную бригаду! Кто же этот психически пострадавший монитор?

— Я, — отрезал Энди и отключил связь.

Флаер они оставили посреди площади перед воротам трансфлекса. Флаер тихо ворчал:

— Какая глупость! Вас выставят из мониторов как пить дать. Что я тогда буду делать? Возить каких-нибудь туристов…

Дом Руфа был в нескольких минутах ходьбы. Там Энди принял душ, поел, жадно выпил холодного густого молока, которым его угостила кухонная машина. Он решил использовать время до прибытия аварийной бригады, чтобы собраться с мыслями.

— Еще долго, проповедник? — нетерпеливо спросил Руф. — Они скоро будут здесь?

Квамодиан мысленно прикинул.

— Минут двадцать на обдумывание, полчаса на сбор бригады. Десять минут — на получение первоочередности и несколько секунд на транзит. Через час, думаю, прибудут.

— У-ух! Осталось двадцать минут! И я увижу этих трехголовых созданий, жуков с зелеными панцирями и…

— У нас не принято делать замечания насчет внешности, запомни, — строго оборвал мальчика Квамодиан. — Тебя родители этому не научили?

— Гм… учили, — признался мальчик.

— Кстати, — вспомнил Энди, — а где же они? Их опять нет дома?

Мальчик переступил с ноги на ногу.

— Дома, конечно. Просто… они заняты.

— Руф, что за вздор! Ты что-то скрываешь. Давай рассказывай!

— Это все чепуха, проповедник. Понимаете… они странно себя вели. Улетели на флаере в Нуово Йорк.

— Нуово Йорк! Ого, две тысячи миль.

— Немного больше. Я так думаю, в оба конца уйдет по два дня пути.

— Но зачем?

— Это-то и странно. То есть… с родителями все в порядке. Они нормальные, совершенно. Просто они говорили то же самое, что говорите вы. Насчет искусственного разума, который вырвался на свободу, а робот-инспектор их не слушает, и что у них нет права прямого контакта с Альмаликом. Поэтому они решили слетать в Нуово Йорк и сообщить тамошним властям. Может, они заинтересуются.

Квамодиан был настороже.

— И все-таки ты что-то скрываешь, Руф, — сказал он, пристально глядя на мальчика. — Почему же ты сразу не рассказал? Чего стыдился? Ведь звезда в самом деле существует.

— Конечно, проповедник, только…

— Только — что?

Мальчик всхлипнул.

— Они о ней заговорили два дня назад. Когда улетели.

— Не может быть! Тогда она еще не родилась. А, я понял!

Мальчик кивнул с несчастным видом.

— Да, вот это-то меня и пугает слегка, проповедник. Они думали, что звезда уже существует, а на самом деле ее еще не было.

Они подошли к кубу трансфлекса, в запасе оставалось еще несколько минут, но бригада прибыла раньше времени. Времени аварийщики зря не теряли. Купол контроля приказал через радио флаера:

— Всем в сторону! Дорогу прибывшим с Альмалика-3!

— Ух ты! — прошептал Руф.

Глаза его сейчас напоминали кольца Сатурна, и тревога о родителях временно вылетела из головы.

— Где же они? Они должны выйти? Почему они не выходят? О!!!

Из куба станции вылетело полдюжины зеленых пружинок. Они вращались друг вокруг друга, издавая тонкий свист.

— Что это? — спросил пораженный Руф.

— Глазеть невежливо, — напомнил мальчику Квамодиан. — Не могу припомнить название… какой-то многочленный гражданин.

— А там? У-ух ты! Поглядите вон на того!

— Не волнуйся. Все это вселенские граждане.

Но даже Квамодиан задержал дыхание, когда из-за розового пузыря, почти прозрачного, показались узкие, как щели, глазницы и акульи зубы гражданина явно хищного происхождения. Остальная часть этого члена бригады оказалась не лучше: он прыгал на мощных когтистых лапах, как кенгуру, и имел две пары верхних конечностей, совершенно бескостных, как хоботы у слона. Каждый хобот оканчивался ярко-голубым органом, очень похожим на рыло крота.

Четвертый член бригады был человеком, причем настолько знакомым, что Энди вытаращил глаза. На ней было одеяние галактогражданина с утонченным вкусом, косметика изменила лицо до неузнаваемости, темные волосы вздымались ароматической башней. Но переменить костюм и грим, надеть на нее простое платье Молли — вместо этих ртутно-зеркальных обтягивающих брюк, пушистого корсажа и наплечников, убрать нарисованные на коже бриллианты, соскрести двухдюймовые ломаные брови, ярко-голубые тени с глаз и румяна со щек, — и будет точная копия Молли Залдивар.

Широкими шагами она направилась к Энди и вдруг замерла. Глаза широко раскрылись, как у испуганной куклы, на лице проступил настоящий румянец. Яркие губы раскрылись, словно она собиралась изумленно вздохнуть. Но девушка не произнесла ни слова. Она лишь качнула головой и подошла к Квамодиану.

— Монитор Квамодиан… — голос ее чуть заметно дрогнул. — Вы меня не узнаете? Я старший монитор Клотильда Квай-Квич. Наверное, вы хотели бы узнать, как нам удалось вернуться в штаб-квартиру…

Энди проглотил комок в горле, вытер ладонь о куртку и протянул ее для рукопожатия.

— Очень рад, что вы выбрались. Я пытался узнать, что с вами, но никто не мог мне объяснить.

— Чепуха, перейдем к делу, — энергично сказала Клотильда. — Пожалуйста, будьте кратки, помните об ответственности. Ваши идиотские действия вынудили меня оставить очень интересную работу. Мне поручили разобраться, что вы здесь наворотили. И что, черт побери, собираетесь теперь делать.

— Но я не вмешиваюсь в… — ощетинился Квамодиан.

— Инспекторы безопасности движения считают иначе. Если вам нужно объяснять на пальцах, то извольте: блуждающая звезда, с которой давно вступил в контакт Клиф Ястреб, старалась не допустить вашего вмешательства в судьбу новорожденной звезды. Вот почему она послала доктора Скотта на перехват. Вот почему она посадила вас в ловушку. И она будет вынуждена предпринять новые действия, если вы не остановитесь.

Времени поинтересоваться, каковы эти возможные действия, Клотильда ему не дала.

— У меня и членов бригады мало времени. Мы намерены использовать наше пребывание здесь более чем эффективно. Начнем с осмотра места происшествия — нелепого и ненужного, которое случилось только из-за вашей глупости.

— Но я ни при чем! — вспыхнул Энди и опустил руку, которую так и не пожали. — Да я из города не мог выбраться даже…

— Мы теряем время! — отрезала Клотильда, не обращая внимания на слабый протест Энди. — Мои товарищи передвигаются сами, а мне нужна машина.

— Да, конечно. — Он беспомощно пожал плечами. — Вот мой флаер.

Без лишних слов благодарности старший монитор величественно проследовала мимо и забралась в кабину. Энди, как громом пораженный, последовал за ней. Мальчик поймал его за руку.

— Проповедник, что это на вас нашло?

— Не знаю, — грустно тряхнул головой Энди. — Просто не знаю.

Секунду спустя он сидел в кабине рядом с Клотильдой.