Они падали сквозь пространство, и путь был бесконечно долог, потому что он вел в Вечность. Потом падение окончилось.

Они прибыли в пункт назначения, в удивительный незнакомый мир.

Во тьме пространства плавали разноцветные миры Вихря — изумруды, рубины, голубые и чисто-белые самоцветы. Медленно пульсировало золотое облако. И внутри него висел корабль-крепость «Сообщность».

Рассказ Карлы Снег не передавал его истинных размеров. Это был космический левиафан.

Бойс Ган увидел, что они не одни. Что-то темное метнулось в их сторону, замерло, радостно повизгивая. Светящийся красный нос ткнулся в руку Карлы.

— Белла! — Девушка радостно погладила темно-золотистый бархатный бок животного. — Это мой пространственник. Мы в ее воздушной капсуле. Без нее мы и секунды не выжили бы.

— Кончай с сантиментами, — проскрежетал генерал. — Может это животное отвезти нас на «Сообщность»?

— Мы уже направляемся туда, — сказала Карла. — Смотрите сами, генерал.

Они действительно приближались к кораблю. Его титанический силуэт рос прямо на глазах.

Корабль оказался еще более величественным, чем представлялось. Он превратился в уединенный планетоид из гладкого черного металла, висевший в пустоте между золотым облаком в центре Вихря и крохотными мирами, которые вращались вокруг него. Сделав круг, они увидели зев главного воздушного шлюза у кормы между выступами шести черных цилиндров — двигательных установок.

Похоже, все эти годы установки ни разу не приводили в действие. Вид у корабля был покинутый.

Пространственник сам, словно его манила невидимая сила, устремился прямо в люк шлюза.

Входные ворота «Сообщности» высотой не уступали трехэтажному дому. Когда пространственник вплыл в шлюз, кольца светильников на черных стенах вдруг озарили зал мягким сероватым светом. Огромные створки бесшумно затворились за ними.

Они были замкнуты в стальной пещере.

Повсюду на стенах были заметны вмятины и шрамы, словно когда-то здесь происходили грандиозные сражения. Но Ган знал, что боев здесь не было. Откуда же следы? Не оставили ли их метеориты — люк был открыт десятилетиями.

Генерал Вилер заметил озадаченное выражение на лице Гана и проскрипел сердито:

— Это пироподы изгрызли мой корабль. Клянусь Планом, уничтожу их всех до единого.

Генерал был прав. И не только прав, но и охвачен гневом. Это был его корабль, его копия Планирующей Машины. С ее помощью он намеревался сделать своими все миры Солнечной Системы.

Бойс Ган смутно сознавал, что на борту «Сообщности» есть вещи поопаснее пироподов. Он вдруг обратил внимание на свист насосов — шлюз наполнялся воздухом. Теперь они не нуждались в защитной капсуле пространственника. И животное поняло это раньше, чем люди.

— Белла! — строго приказала Карла, — веди себя прилично!

Но разыгравшийся пространственник проявил упрямство. Он заметался по залу, как пиропод. У дальней стены он обнаружил проход, щель, которой минуту назад еще не было. Возбужденно мяукая, пространственник протиснулся в нее и пропал из виду.

— Ага! — вскричал радостно генерал. — Наконец-то! Машина ждет меня!

И он пропал в проходе так же стремительно, как и Белла.

Остальные не спеша последовали за ним. Псевдогравитационное поле в одну десятую «же» позволяло спокойно идти, но избавляло от большей части усилий, которые понадобились бы на подъем по шахтам от шлюза в центральную часть корабля. Тем не менее Ган запыхался, стараясь не отстать от генерала.

Шахта уходила далеко вверх. Они миновали точку смены поляризации, и шахта обратилась бездной, по которой они летели, пока их вестибулярные аппараты не переориентировались и не восприняли шахту как горизонтальный коридор. По коридору гулял холодный ветер, воздух был сухим, пахнул пылью. От воздушного потока слабо вибрировали стенки.

Генерал куда-то пропал.

Ган замедлил бег, стараясь отдышаться. Воздух был разрежен — наверное, старые воздушные резервуары успели опустеть. Он посмотрел вокруг, обнаружил едва заметную надпись: «СТОЛОВАЯ З».

В темноту рядами уходили длинные столы. Здесь должны были питаться члены экипажа.

Ган подождал, пока с ним не поравняются девушки.

— Генерал убежал, — объяснил он. — Боюсь, он найдет пульт Машины. Что тогда произойдет — страшно подумать.

Он взглянул на Карлу, но тревога на ее лице была вызвана преимущественно судьбой пропавшей Беллы, а глаза Дельты, прикрытые тенью черного капюшона, вообще ничего не выражали.

— Если Машина корабля хоть наполовину так же могущественна, как та, на Земле, а я слышал, что их возможности равны, тогда Вилер вполне может с ее помощью завоевать всю Солнечную Систему.

— Что мы должны делать? — просто спросила Карла Снег.

— Нужно разделиться и найти генерала. Конечно, он вооружен. Не пытайтесь его задержать. Только крикните погромче, и я вас найду.

— Но и вы без оружия, майор Ган, — певучий голос Дельты был само благоразумие. — Вы так же не способны с ним справиться, как и мы.

— Это моя забота! Вы только его найдите… В чем дело?

— Ни в чем, майор Ган, — сказала Дельта. Лицо ее закрывала тень капюшона.

— Я не вам. Карла, что случилось?

— Это… не опасно, — грустно сказала Карла. — Не волнуйся, Бойс.

Ган хмыкнул. Уверенность Карлы его раздражала.

— Нет-нет, Бойс, я говорю правду. Мы оказались здесь не случайно. Меня послали за вами и… Если Дитя Звезд меня послал, он знает, как справиться с генералом.

— Но рисковать я не намерен, — мрачно ответил Ган. — Карла, ты отправляйся по этому коридору. Джули, следуй за ней и проверяй ответвления. Я осмотрюсь вокруг и пойду за вами.

Он успел пройти половину столовой, как вдруг вспомнил.

«Она не поправила меня, когда я назвал ее по имени, — подумал он. — Интересно почему?»

Столовые 1 и 2 оказались такими же стерильно пустыми, как и номер З. Больше на этом уровне ничего не было.

На следующем уровне помещались пустые каюты экипажа. Несомненно, Карла и Дельта успели их осмотреть. Ган поспешил выше, преодолевая головокружение от инверсии гравиполя. Дальний шум, который он услышал еще раньше, приблизился, но Ган никак не мог определить его источник.

Лишь оказавшись перед дверью с табличкой: «ТОЛЬКО ДЛЯ МАШИННОГО ПЕРСОНАЛА», он понял, что же это было.

За металлической дверью гудела и вибрировала та самая потерянная копия Планирующей Машины — и она продолжала работать! Или ее успели заново включить? Генерал добрался сюда и привел Машину-2 в действие? Что он задумал?

Ган замолотил в дверь кулаком.

— Эй, внутри! — взревел он. — Открывайте!

Ответом ему был лишь равномерный механический гул.

— Откройте! Генерал Вилер, вы здесь, я знаю!

В ушах его раздался тихий смех.

— Вовсе нет, майор Ган!

Голос Планирующего? Откуда он здесь?

Ган обернулся — никого.

— Двигай дальше, Ган, — участливо посоветовал голос кадета М’Баны. — Зря теряешь время.

Ган остолбенел. Ведь М’Бана мертв! И старый Планирующий тоже, его застрелил Вилер.

— Кто здесь? — крикнул он. — Что за фокусы?

Ему ответил пронзительный крик Карлы Снег.

— Бойс! Бойс! Где ты?

В отличие от фантомных голосов этот доносился откуда-то издалека.

Ган провел ладонью по вспотевшему лбу. Он задел кружок контактора и вспомнил о необыкновенном наслаждении, которое ему пришлось испытать.

Он отогнал от себя воспоминание, хотя это было нелегко. Что с ним творится? Он сходит с ума?

Он тупо смотрел на закрытую дверь. Столько труда, и ради чего? Зачем он забрался так далеко?

Он вспомнил слова Карлы, вспомнил бред полковника Зафара. «ЛОВУШКА СОЗНАНИЯ! БОЙТЕСЬ ТАЙНЫХ ЖЕЛАНИЙ!»

На борту «Сообщности» притаилось НЕЧТО, оно умело проникать в человеческое сознание, управлять им с такой же легкостью, с какой Карла управляла пространственником.

Он услышал быстро приближающиеся шаги. Кто-то к нему бежал.

— Бойс! — Это была Карла Снег. — Слава Небу, я нашла тебя! Генерал пытался меня убить!

Ган подхватил ее на руки. Девушка вся дрожала.

— По-моему, он сошел с ума. У него пистолет… чуть меня не застрелил.

— Я думал, он здесь, возле Машины, — пробормотал Ган.

— Нет, он на следующем уровне! В рубке огневого контроля. Там одни камеры и бронированные двери. Мы никогда его там не найдем. — Она глубоко вздохнула, осторожно высвободилась из его рук. — Нужно идти, Бойс. В рубку управления.

— Рубку?

Она кивнула.

— Я должна вас туда привести. Это в четырех уровнях над нами. Нужно войти в коридор с указателем «МОСТИК».

— Ты была здесь раньше?

— Нет! Просто я знаю. Пойдем, Бойс. Нужно торопиться.

Он пожал плечами, повернулся и… чуть не упал. Он легко восстановил равновесие, благо притяжение было слабое, затем посмотрел, обо что он споткнулся.

Перед стальной дверью лежали тональные четки. Четки сестры Дельты.

Теперь Ган знал, кто скрывается за бронированной дверью в отчаянной жажде вновь войти в сообщность с Планирующей Машиной.

Дверь с табличкой «МОСТИК» была широко распахнута, на пол падал слабый желтоватый свет.

— Входи, Бойс, — пригласила Карла. — Не бойся, он ждет тебя.

Ган вошел в распахнутую дверь, сжимая руку Карлы в своей. Он был готов ко всему.

За дверью располагалось обширное круглое помещение, бравшее в кольцо шахтовый коридор. Пол занимали серые шкафы, к ним с потолка тянулись сплетения разноцветных кабелей. Здесь находились посты наблюдения, технического контроля, кресла навигаторов и офицеров-артиллеристов. Все они пустовали много десятилетий. Кроме одного.

В рубке находился человек, и именно он был источником золотистого света.

— Гарри! — воскликнула Карла Снег.

— Гарри Хиксон, — эхом повторил Ган. — Вы и есть Дитя Звезд? Тот, кто послал Требование Освобождения?

Человек мельком взглянул на них, снова занялся работой. Он занимал кресло у пульта рядом с шахтой, склонился к светящимся экранам. Его крепкие пальцы прыгали по клавишам и кнопкам, перекидывали тумблеры. Тело излучало золотистый свет, будто кусочек Солнца.

Он выглядел теперь моложе, но борода была такой же косматой и светилась, будто раскаленная проволока. На лысой голове устроился старый знакомый — пироподыш. Красные глаза зверя злобно уставились на вошедших.

Наконец Хиксон оторвался от приборов, посмотрел на Гана и девушку.

— Я исполняю то, что мне было приказано, — сказал он как бы между прочим.

Глаза у него тоже светились, выражение лица было приветливым. Он поднял руку, согнул кисть в знаке Лебедя.

— Звезда дает мне приказы. Я исполняю ее волю, не свою.

Маленький пиропод зашипел, заерзал. Светящееся существо, которое когда-то было Гарри Хиксоном, ласково сняло животное с головы, погладило. Пироподыш успокоился.

— Это вы погасили Солнце и звезды? — громко спросил Ган. — Вы? Каким образом?

— Нет, не я. Это сделала Звезда. — Он снова сотворил знак Лебедя. — Десять лет Звезда составляла план действий для меня. Десять лет назад она послала первый сигнал на Землю, потом еще десяток сигналов, которые прибыли одновременно. Для Звезды нет ничего невозможного, и ты скоро это узнаешь.

Он протянул вперед руку. Как будто благословение, подумал Ган. Но это было нечто большее. От ладони старика отделилось золотистое облачко, сжалось в пульсирующую сферу, поплыло и нежно коснулось Бойса Гана.

Он испугался, отпрыгнул. Но ничего не почувствовал. Совсем ничего. Он хрипло сказал:

— Что вы делаете?

— Исполняю волю Звезды, — ответил Хиксон и снова склонился над пультом.

Светящиеся пальцы забегали по кнопкам и тумблерам.

— Сестра Дельта вошла в сообщность с Машиной-2,— тихо сказал он. — Теперь она может связаться со старой Машиной. Через тридцать часов сигнал достигнет Земли. Еще через тридцать вернется обратно.

— Но старая Машина сошла с ума! — воскликнул Ган. — Вы должны знать. Вы ведь сами это сделали!

Светящийся человек даже не поднял головы.

— А генерал Вилер? Где он? Он безумен, он рвется к власти. Как вы можете спокойно сидеть? Что он успеет натворить, пока мы теряем время?

— Что касается генерала, — произнес золотой человек, — то мы о нем скоро услышим.

Вслед за этим в рубке раздался хриплый смех Вилера.

— В самом деле, очень скоро! Теперь вы у меня в руках! Я управляю «Сообщностью», ее огневые системы подчиняются мне! И все миры принадлежат мне, все! Но сначала я разделаюсь с вами.

За этими словами последовал тихий скрип металла о металл.

В стенах рубки открылись потайные амбразуры, сквозь них выглянули блестящие тонкие стволы лазеров, нацелились точно на людей у пульта. На Бойса Гана, на золотого человека, на Карлу Снег. Генерал Вилер пробрался все-таки к системе управления вооружением корабля. Теперь их жизнь зависела от генерала, который держал палец на автоматическом спуске. Одним движением этот человек мог их всех уничтожить.