Время спустя– Иди. Иди ко мне, принцесса. Иди ко мне, – это Артур зовёт нашу королевишну, недавно научившуюся ходить, к себе.Он опускается на одно колено и, раскрыв объятья, ждёт, когда дочка в них вбежит.Едва это происходит, он подхватывает Олю, кружит и целует в сладкую щёчку.Олечка смеётся так заливисто, что я невольно к ней присоединяюсь.Мы отмечаем годик нашей дочери в моём детском центре, вокруг только свои. Близкие и любимые. Друзья и родные.Я смотрю, как Олечка с восторгом шагает по мягкому коврику, её смех раздается в воздухе, как музыка. Каждый её шаг – это маленькое чудо, и я не могу сдержать улыбку, глядя на неё.Она родилась довольно крупной. Я как мать-паникёрша отслеживала по календарю, когда ребёнок должен перевернуться, сесть, встать, пойти и… очень волновалась, когда Оля всё это делала с опозданием.Невролог сказала: отстаньте от ребёнка, просто она у вас лежебока.Но стоило этой лежебоке попробовать на вкус ходьбу, как она побежала. И теперь мы с Артуром за ней едва поспеваем.Артур подходит, обнимает меня за плечи и целует в висок. Мы наблюдаем за нашей дочерью и вместе смеёмся, когда Олечка пытается поймать мыльные пузыри, которые летают вокруг. Она так счастлива, и я чувствую, что и мы тоже счастливы.Отношения с Крыловым совсем не похожи на мой брак с Пеговым. Тут у меня будто второе дыхание открылось. Может, это потому что у нас появилась Оля, я не знаю точно. Но времени сидеть и смотреть друг на друга у нас нет. Мы оба растворяемся в ребёнке, когда есть возможность. И друг в друге.Он любит меня. Я люблю его. Так глубоко и так крепко, что я бы никогда не подумала, что такое возможно в нашем возрасте.Чувства бьют фонтаном, когда тебе восемнадцать. Гормоны скачут.Но оказывается, если рядом правильный мужчина, в сорок они скачут не менее прытко.Со мной всё в порядке, гинеколог сказала, что при желании мы можем запланировать ещё одного ребёнка. Я немного в шоке от информации и сердцем кричу да, но хватил ли сил? Материнство, оказывается, не такая простая штука, хотя Крылов нам и няню через знакомых нашёл, и сам ночью к Олечке вставал и дом загородом купил, чтобы лето, после её рождения, мы все провели на свежем чистом воздухе.Гриша недавно открыл фирму. Пытается восстановить позиции, и это у него надо сказать получается. У него очередная молоденькая марамойка появилась. Как сказала Галя: «У-у-у… ну это теперь надолго… пока краник работает, так и будет скакать по меркантильным малолеткам, готовым дать за последнюю модель телефона».А я желаю ему счастья. Пусть он его найдёт. Желательно подальше от меня.До декрета я всё-таки вернулась к управлению «Глоуб консалтом», а сейчас всё на Лёше. Мы на связи, но года два ещё, как минимум, ничего не поменяется. А если мы решимся ещё на одного, то… наверное, я уже и не вернусь. Мне и детского центра достаточно.– Какая она у нас умница! – говорит Артур, сжимая мои плечи. Я чувствую тепло его руки и понимаю, как сильно мы привязаны друг к другу. – Вся в мать.– А если нам ещё мальчика родить, чтоб весь в отца? – аккуратно трогаю эту тему.Крылов бросает на меня взгляд, приподнимает бровь.А я, сжавшись в комочек, жду… то ли согласия, то ли отрицания.Первый ребёнок появился незапланированно. А второй, если будет, родится в любви.– Знаешь, Марианна, свет очей моих, я то не против, но после ЗАГСА.– Зачем ЗАГС? Мне и так хорошо.– А мне нет! – смеётся он. – Поэтому подумай. ЗАГС. Роддом. И смотри не перепутай.Он щёлкает меня по носу, а затем, видя возмущение на моём лице, целуем мягко, но настойчиво.– Ты же знаешь, я тебя и так люблю. Без всяких бумажек.– И я тебя люблю без всяких бумажек, – повторяет он. – Но хочу, чтоб ты тоже стала Крыловой. Тогда я буду спокоен.– Ой, а сейчас ты очень волнуешься.– Волнуюсь, – серьёзно отвечает. – И за тебя волнуюсь, и за Олю. Вы моя семья. И я хочу, чтоб всё было официально. Я сейчас не буду описывать случаи, когда свидетельство о браке играет решающую роль, но думаю, ты и сама это понимаешь.Я задумываюсь над его словами.С такой стороны я почему-то даже и не смотрела на этот вопрос.В конце концов, почему я упираюсь.Любимый мужчина делает мне предложение. Почему сопротивляюсь.– Мапа… Мапа… – шагает к нам Олечка.Артур подхватывает её на руки, а я тянусь поправить бантик на розовом платьице.– В мае, – говорю я.– Что в мае?– В мае распишемся. Мы в мае познакомились и в мае поженимся. Что думаешь?Взгляд Артура вспыхивает.– Думаю, что сегодня ты сделала меня ещё более счастливым, чем это могло быть.Мы с Артуром улыбаемся друг другу, и в этот момент я понимаю, что, возможно, прошлое не перепишешь, но начать жизнь в сорок с чистого листа – было самым лучшим решением.Пришлось правда, достигнуть дна, чтобы от него оттолкнуться.Но я жива, счастлива и вполне себе наплаву.Спасибо небесам за всё. За мою малышку. И чудесного мужчину, который очень скоро станет моим мужем.-–Дорогие друзья, спасибо, что читали историю. Уверена, вам запала в душу непростая история Марианны и Артура.Приглашаю вас в ещё одну историю про сильную героинюИзмена в 45. Я болею тобой, Татьяна Тэя– Твой муж тебе изменяет, – раздаётся за моей спиной.Я резко оборачиваюсь и смотрю на девушку на пороге моего кабинета.– Простите? – переспрашиваю, думая, что ослышалась.– А вы ничего. Я вас другой представляла.– Что простите? Вы о чём? Кто вы?– Со слов Дениса вы чуть ли не при смерти. Ещё пара месяцев и он станет счастливым вдовцом.Она говорит что-то очень странное, вроде и слова в предложения складываются, но смысл их ускользает, потому что его нет! То, что я слышу – бессмысленно.– Кто вы? – говорю холодно.– Любовница вашего мужа. Неожиданно, да, Маргарита?