Босх так крепко спал, что первый стук в дверь едва пробился сквозь его сон о туннелях. Он бесконечно двигался по темному и тесному пространству без начала и конца.

После второго стука он открыл глаза. Он лежал на кровати в незнакомой комнате. Было темно, шторы задернуты, свет проникал только из ванной. Он услышал щелчок входной двери. Он сел.

—Не стреляйте!—крикнул он.—Не стреляйте!

Они открыли дверь, вошли и прошли по коридору в комнату. Он увидел, что это была Бэллард, а с ней мужчина в костюме и двое полицейских в форме.

—Гарри, —сказала она.—С тобой все в порядке?

—Рене,—сказал он.—Как ты… ты прилетела.

Она не ответила ему. Она повернулась к мужчинам, стоявшим позади нее, и подняла руки, призывая держаться подальше.

—С ним все в порядке, —сказала она.—Ложная тревога. Все в порядке. Вы все можете…

—Вы уверены, мэм?—спросил человек в костюме. —Он выглядит растерянным.

—Вы меня разбудили,—сказал Босх.— Да, я в замешательстве.

Он проверил свои руки и одежду на наличие крови, но все было чистым. Он заснул в одежде. Его волосы были еще слегка влажными после душа после долгой ночной уборки.

Старший из двух полицейских протиснулся мимо Бэллард и вошел в спальню. Он включил лампу на прикроватном столике и посмотрел на Босха, который теперь сидел на краю кровати. Босх был босиком, в чистой рубашке с длинными рукавами и брюках. Он не взял с собой ничего, в чем можно было бы спать.

—Сэр, с вами все в порядке?—спросил офицер.

—Я в порядке,—сказал Босх. —Я просто не привык, чтобы люди врывались в мой номер посреди ночи.

—Сэр, уже почти полдень. Вы употребляли какие-нибудь наркотики или алкоголь?

—Нет, ничего. Я в порядке. Я просто… устал. Засиделся допоздна.

—Вам нужна медицинская помощь?

—Нет, мне не нужна медицинская помощь.

—Вы планируете причинить вред себе или другим?

Босх выдавил из себя смешок и покачал головой.

—Вы что, шутите? Нет, я не собираюсь "вредить" кому бы то ни было, включая самого себя.

—Хорошо, сэр, мы оставим вас с вашим коллегой. Это нормально?

—Все в порядке. Это сделало бы меня счастливым.

—Ладно, сэр, хорошего вам дня.

—Спасибо. Извините, что причинил беспокойство. Наверное, я просто слишком крепко сплю.

Офицер повернулся и направился к двери, сопровождаемый своим напарником. На плече у него висел радиомикрофон. Он повернулся к нему и доложил диспетчеру, что они прочесывают место происшествия без происшествий. Мужчина в костюме последовал за полицейскими.

—Спасибо, ребята,—крикнула им вслед Бэллард.—Извините за ложную тревогу.

Босх услышал, как хлопнула дверь. Он подождал, пока Бэллард заговорит первой.

—Гарри, какого хрена?

—Что? Что ты здесь делаешь?

—Я просто люблю убеждаться, что с тобой все в порядке.

—Ты пролетела через всю страну, чтобы убедиться, что со мной все в порядке?

—Я думаю, ты хотел, чтобы я это сделала. Разговор с Шейлой Уолш. Звонок Мэдди. Ты оставлял хлебные крошки.

—Если ты так говоришь…

—Говорю.

Босх встал и огляделся в поисках своих носков и ботинок. Они лежали на полу рядом со стулом в углу. Он подошел, сел и начал их надевать.

—Ты нашел МакШейна, не так ли?

Босх не ответил. Он сосредоточился на том, чтобы завязать шнурки на ботинках. Затем встал и отдернул занавеску. Он прищурился от резкого солнечного света, который, словно бриллианты, отражался от воды и бил ему в глаза.

—Где записка, которую ты мне оставил? —спросила Бэллард.

Босх оглянулся на нее. Она все еще стояла у двери из прихожей, словно не хотела заходить в его комнату.

—Какая записка?—спросил он.

—Это была не первая проверка, что с тобой всё в порядке, Гарри. Они пришли вчера вечером. Тебя не было, но твой бумажник лежал в ящике стола, а на столе лежал конверт с моим именем. Хлебные крошки.

—Я не понимаю, о чем ты говоришь.

—Конечно, понимаешь.

—Письма нет, Рене.

Она замолчала, и Босх понял, что она обо всем догадалась.

—Тогда, я полагаю, это означает, что ты все-таки нашел его. Что случилось?

Босх снова посмотрел на воду.

—Давай просто скажем, что дело закрыто, —сказал он. —И оставим все как есть.

—Гарри, —сказал Бэллард.—Что ты сделал?

—Дело закрыто. Это всё, что тебе нужно знать. Иногда…

—Что иногда?

—Иногда ты поступаешь неправильно по правильной причине. И это было именно и то время, и тот самый случай.

—О, Гарри…

Босх прочел ее разочарование и боль в том, как она произнесла его имя. Он все еще не мог повернуться к ней лицом.

—Тебе станет легче, если ты узнаешь, что у меня не было выбора? — спросил он.

—Нет, не совсем, —сказала Бэллард.—Что бы ни случилось и как бы это ни случилось, ты включил это в игру.

Босх кивнул. Он знал, что это правда.

—Мы можем поговорить о чем-нибудь другом? —спросил он.

—Например, о чем?—спросила Бэллард.—Например, о твоих маленьких голубых таблетках?

—О чем ты говоришь?

—О контрафактном фентаниле, который я нашла в ящике стола у тебя дома. Который также нашла твоя дочь.

Босх отвернулся от окна и посмотрел на нее.

—Ты была в моем доме?

—Ты пропал без вести. Я волновалась. Мэдди тоже. Она нашла таблетки и записку, которую ты ей оставил.

—Черт, она была там очень давно. Месяцы.

—Ну, она прочитала её и, понятно, расстроилась. Добавь сюда таблетки, и у нас—прощальная записка. Что с тобой происходит, Гарри?

—Я поговорю с Мэдди. Предполагалось, что она не найдет эту записку по крайней мере несколько месяцев.

—Что это значит?

Босх подошел и присел на край кровати.

—Твоя эмпат, Коллин? Она была права.

—О чем ты говоришь?

—Когда она подумала, что темная аура исходит от меня.

—Скажи мне, что это значит.

—Я рассказывал тебе о том деле, которое у меня было, когда я нашел пропавший цезий.

—Да.

—Ну что ж, все вернулось на круги своя. Таблетки, которые они мне давали, только отсрочили развитие болезни. Сейчас это уже в костном мозге.

Последовала долгая пауза, прежде чем Бэллард отреагировал.

—Прости, Гарри. Они все еще тебя лечат?

—Да, я прошел курс облучения.

—Каков прогноз? Сколько пройдет времени до…

—Я не спрашивал, потому что не хочу знать. Я держу эти таблетки в ящике стола на случай окончания своего дозора[45].

—Гарри, ты не можешь этого сделать. Мэдди ничего об этом не знает?

—Нет, и я не хотел, чтобы она знала.

Босх посмотрел на нее через плечо.

—Хорошо,—сказала Бэллард. —Но ты должен ей сказать. На самом деле, нам нужно позвонить ей прямо сейчас и сказать, что я нашла тебя и с тобой все в порядке.

—Мы можем позвонить ей, но ей не обязательно знать обо всем остальном,—сказал Босх.—У нее начинается новая жизнь, и она не должна беспокоиться обо мне.

—Это действительно чертовски отстойно.

—Что есть, то есть. Я достаю эти таблетки из ящика каждое утро. А потом кладу их обратно в конце дня. Когда придет время,я сделаю это.

—Ты не можешь этого сделать, Гарри.

—Если я этого не сделаю, все пойдет прахом. Я этого не хочу. Я хочу, чтобы у Мэдди был дом и жизнь без привидений.

—Но это будет именно то, что ты ей оставишь. Привидение.

—Я действительно не хочу больше говорить об этом, Рене. Я поговорю с Мэдди, когда вернусь в Лос-Анджелес. А сейчас мне нужно позвонить.

—Кому позвонить?

—Сестре Стивена Галлахера в Ирландии.

—Что ты ей скажешь?

—Ничего особенного. Просто хочу сказать, что справедливость восторжествовала, и я на этом остановлюсь. Думаю, у нас разница пять часов. Я не хочу ждать слишком долго. Когда я позвоню, у нее уже должно быть еще засветло.

—Что потом?

—Тогда я собираюсь вернуться в Майами и попытаться сесть на самолет домой.

—Ты можешь хотя бы написать своей дочери и сказать, что с тобой все в порядке?

—У меня нет телефона. Почему бы тебе не написать ей и не сказать, что я поговорю с ней завтра. Мне нужно подумать, что сказать.

—Хорошо, Гарри. Я так и сделаю.

—Спасибо. Что насчет тебя? Ты только что приехала. Хочешь вернуться со мной?

Бэллард посмотрела мимо него на воду.

—Я думала задержаться здесь, чтобы полюбоваться закатом, —сказала она.—Говорят,здесь должно быть потрясающе.

Босх кивнул.

—Это то, что я слышал, —сказал он.

—Скажи мне одну вещь, —попросила Бэллард.—Не для протокола или как тебе будет угодно.

—Я постараюсь.

—Ты прибыл сюда, чтобы убить его?

Босх долго молчал, прежде чем ответить.

—Нет,—наконец сказал он.—Это совсем не планировалось.