Обнаружив, что корабль вышел из течения, капитан Фьючер прикрыл дроссель — и как раз вовремя: Ото поспешил сообщить ему, что новые стойки тоже начали прогибаться.

— Тогда нам придётся держать ускорение, не превышая пределов их прочности, — сказал капитан Фьючер, озабоченно нахмурившись. — Возьми управление, Ото, а я пойду назад — вычислю, какую нагрузку они смогут выдержать.

Теперь «Молния» мчалась с заново набранной скоростью по направлению к далёкому Денебу. Двигаясь со скоростью, в десятки раз превышающей световую, повреждённый крейсер уже заметно удалился от двух ближайших звёздных скоплений — именно их гигантское гравитационное воздействие отчасти породило эфирный водоворот, едва не ставший для них смертельной ловушкой.

Денеб всё ещё находился на расстоянии многих световых лет от них, в самом сердце роя солнц, сквозь который они прокладывали свой путь. Яркую белую звезду, загадку древности, едва можно было различить среди сверкающих звёздных скоплений и обширных, далеко простирающихся светящихся туманностей, раскинувшихся перед ними.

— Проложи курс так, чтобы обогнуть ближайшую туманность, и ежесекундно следи за показаниями метеорометров, — предупредил андроида Курт Ньютон. — В этом регионе можно ожидать появления множества тёмных звёзд и «бродячих планет».

Он прошёл на корму и тщательно осмотрел массивные балки, слегка деформированные из-за колоссальных нагрузок, вызванных работой двигателя.

— Они не выдержат сильного ускорения и давления, — пробормотал Курт Ньютон и сжал кулаки. — Всё словно нарочно складывается так, чтобы задержать нас, а ведь нам жизненно важно догнать «Комету».

Эзра Гурни пессимистично покачал головой:

— Не знаю, как нам удастся догнать «Комету» раньше, чем мы доберёмся до Денеба. Но там-то мы их точно поймаем.

Мозг сосредоточенно изучал множество предметов, которые он забрал для исследования с потерпевшего крушение денебианского корабля.

Он показал капитану Фьючеру два золотых шлема:

— Посмотри на эти шлемы. Они сделаны из совершенно неизвестного человечеству вида металла — упругого, как резина. Люди, населявшие древний Денеб, определённо были великими учёными.

Курт Ньютон прикоснулся к одному из шлемов.

— Они были задуманы как противоударные шлемы. Вероятно, денебиане на том корабле надели их, когда поняли, что столкновение с метеоритом неизбежно.

Затем Саймон Райт показал ему пачку тонких металлических листов, покрытых денебианскими письменами и уложенных в необычный футляр-стойку.

— Похоже, это бортовой журнал того брошенного корабля, Курт. Я уже расшифровал большую часть. Судя по всему, судно покинуло Денеб в тот период, когда галактическая империя денебиан только начинала рушиться.

— Как и денебиане, построившие сооружение, руины которого мы нашли на спутнике Урана, — заметил капитан Фьючер.

— Да, похоже, в то время произошёл массовый исход с Денеба — люди искали спасения от какой-то ужасной катастрофы, случившейся у родной звезды, — пояснил Мозг.

— Что это была за катастрофа, Саймон? — быстро спросил Курт Ньютон. — Ты нашёл ответ на эту загадку?

— Пока нет, — признался Мозг. — В записях лишь туманно упоминается череда страшных событий на Денебе. Что это была за катастрофа, мы не узнаем, пока не достигнем звезды.

Потом озадаченно добавил:

— Здесь есть ещё одно место, которое я не могу понять — отчаянное воззвание к «нашим отцам из Тьмы». Как ты думаешь, что это может означать?

Но капитану Фьючеру было не до этого, и он не мог разделить интеллектуального восторга Саймона по поводу этих недавно открывшихся тайн древней истории человечества. Его мысли целиком поглощала Джоан Рэндалл, томящаяся в руках похитителей, оказавшихся где-то далеко впереди.

В последующие часы Курту Ньютону казалось, что «Молния» с невыносимой медлительностью ползёт по Галактике. Хотя скорость корабля превысила двести световых и продолжала неуклонно расти, ему всё равно казалось, что ускорение происходит медленно и тягостно.

Проносясь мимо пылающих окраин огромных туманностей, уклоняясь от опасных гравитационных полей и метеоритных сетей гигантских звёздных скоплений, преодолевая жестокое излучение чудовищных двойных солнц и уворачиваясь от невидимых тёмных звёзд и «бродячих планет», крейсер прокладывал путь сквозь Галактику. Часы сливались в дни. Курт Ньютон спал, наблюдал, снова спал и снова наблюдал — и постепенно Денеб становился всё ярче.

Несколько дней спустя он сидел за панелью управления, наблюдая за таинственной звездой, превратившейся в крошечный сверкающий белый диск на усыпанном звёздными блёстками небе впереди. Эзра Гурни, взглянув на Денеб, а затем на приборы, забеспокоился.

— Пора начинать снижать нашу огромную скорость, — заявил он. — На торможение уйдёт немало времени.

Курт Ньютон покачал головой, не отрывая мрачного взгляда от цели:

— Мы потеряем слишком много времени, если начнём тормозить так рано. Ещё есть запас.

— Был бы, если бы этот корабль был в хорошем состоянии, но он ослаблен и изношен, и может просто сложиться, как карточный домик, если ты слишком резко начнёшь тормозить, капитан Фьючер, — возразил старый ветеран.

Но капитан Фьючер снова покачал головой, оставаясь непреклонным. Смирившись, Эзра Гурни, не переставая беспокоиться, вернулся в главный отсек.

Ото спал на своей койке в углу каюты. Мозг был погружён в бесконечное изучение денебианских записей. Именно с ним Эзра и поделился своими опасениями.

— Он слишком долго медлит с началом торможения, — закончил старый ветеран. — Никогда не видел капитана Фьючера таким безрассудным.

Мозг задумчиво повернул свои глаза-линзы к говорящему.

— Он беспокоится о Джоан, Эзра. Бесполезно его уговаривать.

Примерно через двадцать четыре часа беспокойство Эзры Гурни по поводу их скорости стало таким сильным, что он убедил Мозга поговорить с капитаном Фьючером, снова оказавшимся у штурвала.

— Мы уже опасно близко к Денебу, а на замедление потребуется немало времени, — сказал Мозг Курту Ньютону. — Если ты ещё задержишь начало торможения, ты поставишь под угрозу всю нашу миссию.

Этот довод возымел действие. С явной неохотой Ньютон приступил к медленному процессу снижения скорости — перенаправив невидимые волны тяги приводного кольца вперёд.

— Ладно, хотя мне и не хочется тормозить так рано, — пробормотал он. — Нортон и Уинтерс, должно быть, уже достигли Денеба на «Комете».

Он жадно смотрел на растущий белый диск звезды, словно хотел ринуться туда с быстротой мысли.

— Если только не разбили «Комету» по пути, — осторожно заметил Эзра. — Они могли погубить себя, не зная межзвёздного пространства так, как знаешь его ты, — и мы могли пролететь мимо них, даже не подозревая об этом.

Гримаса боли исказила измождённое лицо Курта Ньютона.

— Я в это не верю, — пробормотал он. — Они должны быть на Денебе, с Джоан.

— И как мы их там отыщем, когда, наконец, доберёмся? — с сомнением спросил старый ветеран.

— Они ищут Зал Жизни — место, где хранится секрет искусственного эволюционного преобразования, — напомнил Капитан Фьючер. — Если Джоан пришлось рассказать им о ключе к его местонахождению, мы найдём их там… если успеем.

— Значит, нам надо сразу отправляться на поиски этого Зала Жизни? — задумчиво произнёс Эзра Гурни. — Давай-ка вспомним… что там было в надписи, указывающей его местоположение? Я уже половину позабыл.

Курт Ньютон повторил древнюю денебианскую надпись, которую они обнаружили на каменной плите, найденной на спутнике Урана.

— Под Призматическим Пиком, в Хрустальных Горах, что лежат за Чёрным Морем севера, находится Зал Жизни, где были созданы новые человеческие расы. Не стоит искать его ради развлечения: он охраняется бессмертными, и в нём сокрыты семена погибели.

— Довольно загадочное указание, — хмыкнул Эзра. — Хрустальные Горы… Призматический Пик… Наверное, это чертовски странный мир.

— Великая древняя раса Денеба, должно быть, всё ещё существует в том мире, — задумчиво проговорил Мозг. — Раса, ставшая прародительницей нашего человеческого рода. Наука их могущественной цивилизации, наконец, даст нам ответы на величайшие загадки истории Галактики.

Напряжение, постепенно достигшее апогея, изматывало нервы людей Фьючера, с неуклонно уменьшающейся скоростью приближавшихся к огромной белой звезде. Это был конец путешествия, величайшего из всех, когда-либо совершённого ими, самого долгой и опасной из всех их экспедиций.

Даже Курт Ньютон, более всего беспокоившийся из-за безопасности любимой девушки и тайны, раскрытия которой он опасался, не мог полностью избавиться от мучительного чувства ожидания.

Какие чудеса сверхчеловеческой цивилизации откроются им у этого древнего солнца, где когда-то зародилась человеческая раса? Какие странные ответы на загадки космической истории ждут их у этой таинственной звезды Галактики?

Восемь вахт спустя они оказались настолько близко к Денебу, что его сверкающая белая сфера, казалось, заполнила половину пространства впереди. Даже сквозь защищённые от лучей иллюминаторы его свет почти полностью ослеплял нервничающую группу, собравшуюся в маленькой рубке управления.

Курт Ньютон отказался сменяться за штурвалом в течение последних двух вахт. Он неуклонно снижал скорость, используя максимально возможное замедление в пределах, допускаемых ослабленной конструкцией их корабля. Но на его осунувшемся, измождённом лице всё явственнее читалась тревога: он то и дело бросал взгляды на приборы, фиксирующие скорость.

— Мы всё ещё движемся слишком быстро, — бормотал он. — Слишком быстро.

Грэг вглядывался вперёд через окуляр одного из солнечных телескопов, встроенных в иллюминатор рубки управления.

— У Денеба, насколько я смог обнаружить, только одна планета, шеф, — сообщил робот.

— Этого я и ожидал, — заметил Мозг. — Во всех изученных мною денебианских записях упоминается лишь один мир — Аар.

— Так вот, этот мир Аар, как ты его называешь, вращается по орбите примерно в двухстах миллионах миль от звезды, — продолжил Грэг. — Это планета средних размеров с двумя небольшими лунами.

Ослепительная сфера колоссального белого солнца продолжала расти в размерах. Эзра Гурни с беспокойством взглянул на указатель космической скорости.

— А мы не можем замедляться сильнее? — спросил он капитана Фьючера.

— Не хочу даже пробовать, — натянуто ответил Курт Ньютон. — Эти самодельные балки и так нагружены до предела.

Прошло ещё два часа, атмосфера тревожности на борту судна всё сгущалась: они отчётливо понимали, что приближаются к Денебу на скорости, при которой посадка будет равносильна самоубийству.

— Похоже, придётся увеличить интенсивность торможения, хоть это и рискованно, — наконец признал Курт Ньютон. — Надо было начинать снижать скорость раньше.

Они находились уже так близко к Денебу, что его планету можно было разглядеть невооружённым глазом — крошечный зеленоватый шарик, практически скрытый ослепительным сиянием звезды, вокруг которой он вращался.

Рука капитана Фьючера сдвинула дроссель ещё на одно деление, затем — ещё. Мощный генератор в циклотронном отсеке мгновенно загудел громче. Даже находясь в амортизирующем стазисном поле, все ощутили возросшие перегрузки при торможении.

До их ушей донёсся хорошо знакомый, зловещий скрежет напряжённого металла: уже ослабленные опорные стойки протестовали против дополнительной нагрузки. Курт Ньютон с тревогой наблюдал, как стрелка перемещается по отрицательной зоне акселерометра.

— Всё ещё недостаточно, — пробормотал он. На его лбу выступили капли пота. Он стиснул зубы. — Ещё одно деление — и хватит. Может, выдержит…

Он передвинул дроссель ещё на одно деление. На миг они почувствовали мгновенное увеличение перегрузок, вызванное усилившимся замедлением.

Мощный удар заставил «Молнию» вздрогнуть всеми своими балками. Они услышали визг рвущегося металла, их бросило вперёд, а с кормы донеслись громоподобный грохот и звон. За этим последовала мёртвая тишина, нарушаемая только шипением утекающего воздуха.

— Он не выдержал… он разваливается! — выкрикнул Ото, подобно кошке вскочив на ноги, и ринулся в хвостовую часть корабля.

Курт Ньютон почувствовал, как ледяная рука страха сжала его сердце, и он прыгнул вслед за андроидом. Управление стало бесполезным — энергия исчезла.

Его ужас достиг апогея, когда он ворвался в главный отсек. Перед ним предстала картина кошмарных разрушений: массивные опорные стойки переломились пополам, вся кормовая часть корпуса деформировалась от перегрузки, а через трещины в обшивке воздух улетучивался в космос.

— Надеть скафандры! — скомандовал капитан Фьючер. — Грэг, достань ремонтный комплект!

Пока он, Ото и Эзра Гурни влезали в скафандры, Грэг поспешно принёс набор, используемый для экстренного ремонта. Он состоял из самоприваривающихся металлических заплат, которые быстро наложили на трещины.

Когда последняя трещина была залатана, а кислородные генераторы восстановили воздух, они смогли снять скафандры. Сердце Курта Ньютона болезненно сжалось, когда он оценил масштабы повреждений.

Сломавшиеся опорные балки полностью вывели из строя генераторы вибрационного привода и разрушили все циклотроны, кроме двух. Покорёженные стенки корпуса изгибались и скрипели, словно были готовы развалиться от малейшего напряжения.

И всё же «Молния», хоть и замедлившаяся благодаря последней катастрофической попытке торможения, продолжала нестись к единственной планете в системе Денеба!