Теперь скорость крейсера многократно превышала сотню световых. Было заметно, как они продвигались сквозь огромный звёздный рой. Курт Ньютон, сменивший Грэга за штурвалом, жадно искал глазами белый маяк Денеба.

— Если эти эфирометры не врут, мы приближаемся к опасным течениям, — прогудел робот, уступив место. — Хотел бы я, чтобы у нас были навигационные приборы «Кометы».

Взгляд Курта Ньютона скользнул по приборам. Они установили в «Молнии» импровизированные навигационные приборы, но они были далеко не так точны и надёжны, как те, что стояли на их собственном корабле.

— Я буду следить, Грэг, — кивнул капитан Фьючер. Вглядевшись вперёд, он добавил: — Мы обойдём стороной те два звёздных скопления впереди. Всегда нарываешься на дьявольские течения, если пытаешься пройти между двумя близкими скоплениями.

Денеб по-прежнему притягивал его взгляд. Крейсер мчался вперёд, неуклонно наращивая скорость. Курт Ньютон ощутил горькую иронию при виде этой звезды. Он давно мечтал совершить путешествие к далёкому, таинственному Денебу, но не думал, что это произойдёт вот так — на неприспособленном, наспех собранном корабле, когда от успеха или провала их экспедиции зависит, удастся ли избежать катастрофы.

Нос стремительно разгоняющегося крейсера начал хаотично отклоняться от курса на Денеб. Капитану Фьючеру не нужны были эфирометры, чтобы понять, что они входят в эфирные течения, эти мощные потоки светоносного эфира, бич и ужас межзвёздных путешественников.

Он резко вернул «Молнию» на курс, отклонив её за счёт высвобождения движущих вибраций лишь половиной кольца привода. Но стрелки эфиромеров всё ещё бешено дёргались. И мгновение спустя крейсер сильно качнулся, закружился волчком, а затем начал кувыркаться, одновременно смещаясь влево.

— Прыгающие дьяволы Юпитера! — завопил Ото, врываясь в рубку управления вслед за остальными. — Что происходит?

— Эфирные течения, и очень опасные, — бросил Курт Ньютон через плечо, не поворачивая головы. Его руки вцепились в двойные рычаги управления вибрационным приводом — он выжидал момента, чтобы мощным рывком высвободить корабль из ловушки. — Держитесь крепче!

Нос кувыркающейся «Молнии» на миг вновь оказался направленным на Денеб. Капитан Фьючер мгновенно до отказа открыл дроссель.

Трах — бах! Крейсер задрожал и зашатался, как раненая птица, и на мгновение Курт подумал, что корпус просто развалится.

— Отключай двигатель! — донёсся дикий крик Эзры с кормы. Силовые распорки смялись!

Курт Ньютон резко закрыл дроссель. Лишившись тяги, «Молния» беспомощно поплыла, как щепка в бурном потоке, — эфирные течения захватили судно и повлекли его неведомо куда.

Капитан Фьючер бросился назад, в циклотронный отсек. Зрелище, открывшееся его глазам, повергло его в полное отчаяние. От чудовищного толчка внезапно возросшей тяги, опорные стойки, несмотря на их усиление, смялись, словно были сделаны из тонкой жести.

— Проклятье, я знал, что так и случится! — взревел Грэг. — Этот корабль не рассчитан на ту мощность, что мы использовали!

— Это моя вина, — тихо произнёс Курт. — Я дал слишком много тяги, пытаясь вырваться из течений.

Переговариваясь, они были вынуждены держаться за стойки, потому что «Молния» не прекращала кувыркаться, пока эфирные течения несли её сквозь космическую пустоту к неведомой цели. Корпус покалеченного крейсера трещал и гудел под ударами мелких частиц вещества, бомбардировавших его.

Мозг, заглянув в боковой иллюминатор, вдруг воскликнул:

— Всё хуже, чем я думал. Нас затягивает в большой водоворот эфирных течений. О корпус бьются метеоритные осколки и другой космический мусор.

Команда Фьючера мрачно переглянулась. Все осознавали опасность этих огромных космических водоворотов, хоть и редко встречающихся, но являющихся подлинным ужасом межзвёздного пространства. Течения, впадающие в эти водовороты, приносили обломки со всей Галактики, где те перемешивались и истирались в пыль.

— Мы не продержимся долго, если нас затянет в самое сердце эфирного водоворота, — заявил Курт Ньютон. — Но если мы попытаемся включить двигатели, чтобы вырваться из этих течений, корпус просто разорвёт от нагрузки.

— А мы никак не сможем восстановить и укрепить эти силовые стойки? — с беспокойством спросил Ото.

— Каким образом? — с раздражением спросил Капитан Фьючер. — Чтобы соорудить новые стойки, способные выдержать нагрузку, нужны массивные балки. И где, по-твоему, мы их возьмём?

Они молчали, чувствуя полную беспомощность. С каждой секундой повреждённую «Молнию» всё стремительнее затягивало в пучину могучего водоворота эфирных течений, из которого им уже никогда не вырваться.

Тем временем далеко впереди, на стремительно летящей «Комете», Джоан Рэндалл медленно пришла в себя. Её мучила ужасная головная боль; она ощущала головокружение и такую слабость, какую едва ли испытывала прежде. Сознание словно заволокло туманом, и прошло немало времени, прежде чем она смогла разглядеть что-либо вокруг. Однако она смутно различала низкий, мощный гул, показавшийся ей отдалённо знакомым.

Девушка заставила себя открыть глаза. Когда зрение с трудом сфокусировалось, она поняла, что лежит на матрасе в тесном металлическом отсеке, освещённом единственным крошечным окошком, больше похожим на амбразуру. Пол под ней слегка вибрировал в такт ритмичному гулу, первым достигшему её сознания.

Джоан Рэндалл внезапно опознала эти знакомые звуки. Это гудели мощные генераторы двигателя «Кометы». А тесное помещение, где она находилась, было одним из кормовых складских отсеков корабля Фьючерменов. Она слишком часто бывала на судне капитана Фьючера, чтобы ошибиться. Но как она здесь оказалась? Последнее, что она помнила, — это джунгли спутника Урана и взрыв, внезапно прогремевший в руинах как раз в момент возвращения Коула Нортона на «Молнии».

«Коул Нортон!» — ахнула Джоан Рэндалл, всё осознав. — «Он и доктор Уинтерс, и те трое, что Нортон привёз с собой… Они должны быть ответственны за всё это».

Теперь она вспомнила всё. Ярость от этого воспоминания окончательно прояснила её сознание.

Когда капитан Фьючер и все остальные поспешили к месту таинственного взрыва у руин, она осталась в лагере. Так приказал Курт Ньютон по настоятельной просьбе Филипа Уинтерса, ссылавшегося на грозящую ей опасность.

Мгновение спустя приземлилась «Молния». Из неё вышел Коул Нортон, а за ним — трое мужчин, которых он привёз с собой с Урана: грузный землянин зверского вида, костлявый красный марсианин и жирный, желтокожий уранианин с глазами-бусинками.

Джоан Рэндалл уже поворачивалась, чтобы сообщить Нортону потрясающую новость, когда что-то в жёстком, безжалостном лице белокурого физика остановило её.

— Быстрее, это наш шанс, — крикнул Нортон Филиппу Уинтерсу. — В «Комету», живо! Вурис, ты и Ча Хар — хватайте девушку. Кул Кан, достань инжекторы из двигателей «Молнии». Живей!

Ошеломляющий шок от внезапного предательства настолько потряс Джоан Рэндалл, что она помедлила роковую секунду, прежде чем попыталась выхватить атомный пистолет.

Но было уже поздно. Вурис, грузный землянин, и Ча Хар, жирный уранианин, схватили её, вырвали из рук пистолет и потащили к «Комете».

Джоан Рэндалл издала яростный крик — и тут же чья-то ладонь плотно зажала ей рот. Филип Уинтерс, с мертвенно-бледным лицом, уже метнулся внутрь «Кометы», а Нортон и марсианин побежали следом.

Оказавшись внутри корабля, Джоан Рэндалл отбивалась, словно дикая кошка. Чья-то рука прижала к её ноздрям белый шаровидный цветок. Она узнала в нём знаменитый венерианский «цветок сна» и попыталась отвернуться, но уже успела вдохнуть приторный аромат цветка, содержащий одурманивающее вещество.

Затем, погружаясь в беспамятство, она смутно слышала, как захлопнулась дверь «Кометы» и раздался рёв двигателей — корабль рванулся в космос. Да, теперь она всё поняла.

— Они украли «Комету» и похитили меня вместе с ней! — в ярости воскликнула Джоан, когда воспоминания полностью вернулись к ней. — Нортон и Филип Уинтерс!

Девушка поднялась на ноги и с ужасом обнаружила, что едва может стоять. Это натолкнуло на мысль, что её, должно быть, продержали одурманенной несколько дней.

Когда она попыталась открыть дверь маленького грузового отсека, оказалось, что та заперта снаружи. Джоан беспомощно оглядела тесное помещение.

Обычно здесь у команды Фьючера были размещены шкафы с инструментами и аппаратурой. Но все они оказались вынесены.

Джоан Рэндалл подошла к крошечному иллюминатору и выглянула наружу. Она уже поняла по вибрации, что они в космосе. Но она была совершенно не готова к ошеломляющему зрелищу, открывшемуся её глазам.

Теперь «Комета» с огромной скоростью летела сквозь глубины галактики. Одного взгляда хватило ошеломлённой девушке, чтобы понять, что они находятся на расстоянии немыслимых световых лет от её родной Солнечной системы.

Корабль окружали многочисленные солнца. Безбрежная чёрная пустота межзвёздной бездны кишела пылающими звёздами, чьи оттенки варьировались от ослепительно-белого до бледно-голубого, эфирно-фиолетового, изумрудно-зелёного, золотисто-жёлтого и мрачного дымчато-красного.

Когда стремительно мчащийся корабль слегка покачнулся, пересекая эфирные потоки, потрясённая девушка на мгновение увидела яркую белую звезду, находящуюся далеко впереди. Она тут же опознала искажённое созвездие, частью которого была эта звезда.

— Денеб! — воскликнула она в изумлении. — Значит, Нортон и Уинтерс держат курс на Денеб.

Причина внезапного предательства этих двоих мгновенно стала ей ясна. Она вспомнила, как отчаянно Филип Уинтерс уговаривал капитана Фьючера отправиться к далёкой звезде за древним денебским секретом искусственной эволюции — добраться туда могла лишь «Комета».

«Курт отказался, и тогда они задумали украсть «Комету» и отправиться сами», — подумала Джоан Рэндалл. Затем она поняла ещё кое-что. — «А меня они взяли, потому что я знаю подсказку из надписи».

Её карие глаза сверкнули, а маленький подбородок упрямо выпятился. «Гнусные предатели! Они ещё узнают, насколько им помогло моё похищение!»

Джоан Рэндалл мало пугали грозящие ей опасности и странность её положения. Она слишком много лет пробыла секретным агентом дальнего Планетарного Патруля, чтобы страшиться каких-либо опасностей.

Правда, ни одна из прежних передряг не шла в сравнение с нынешним положением — похищением в неизведанные глубины Галактики. Но ей придавала сил непоколебимая уверенность: если её собственные попытки не увенчаются успехом, Курт Ньютон и команда Фьючера непременно найдут и освободят её.

В этот момент она услышала, как отпирают дверь её тюрьмы. Вошёл Филип Уинтерс.

Несмотря на кипящую в ней ярость, девушка едва сдержала смех при виде биолога. Уинтерс опоясал свою талию тяжёлым атомным пистолетом. Оружие нелепо контрастировало с его тщедушной, хрупкой фигурой и встревоженным лицом в очках.

— Рад видеть, что вы очнулись, мисс Рэндалл, — нервно произнёс он. — Сожалею, что нам пришлось так долго держать вас одурманенной.

Джоан Рэндалл спокойно посмотрела на него, стараясь не выдать охватившего её негодования. Она надеялась сыграть на принципиальной порядочности Уинтерса.

— Полагаю, нет смысла спрашивать, что всё это значит? — спокойно сказала она. — Вы летите на Денеб за секретом эволюции?

— Именно так, — смущённо проговорил Уинтерс. — Мне жаль, что пришлось взять вас с собой. Но вы знаете ключ к Залу Жизни — к тайне. Нам необходим этот ключ, когда мы доберёмся до Денеба.

— Вы наверняка понимаете, что ваша безумная затея обречена на провал, доктор Уинтерс, — холодно произнесла Джоан Рэндалл. — Похитив «Комету», вы нажили непримиримых врагов — Фьючерменов. Они выследят вас, в какой бы части Галактики вы ни находились.

Она увидела в нервно бегающих глазах Уинтерса проблеск гнетущего беспокойства и усилила нажим:

— Ваш единственный шанс — отказаться от этой безумной затеи и немедленно вернуться в Систему. В противном случае вас ждёт смерть.

К её удивлению, Филип Уинтерс с вызывающим видом поднял голову.

— Даже если бы это грозило мне тысячей смертей, я бы всё равно продолжил полёт, — воскликнул маленький биолог. — Что значила бы моя смерть по сравнению с той колоссальной научной мощью, которую мы собираемся дать народам Системы?

Теперь Джоан начала понимать: Уинтерс — фанатик. И его следующие слова лишь послужили подтверждением этого.

— Разве вы не понимаете, какое чудесное будущее сулит нашим народам древний секрет искусственной эволюции? — горячо произнёс он. — Денебиане в далёком прошлом достигли с его помощью уровня сверхчеловеческой цивилизации. Они покорили всю Галактику. Наши народы смогут сделать то же самое. Управляемая, направленная эволюция способна ускорить наш неспешный прогресс в тысячу раз.

— Доктор, я верю, что вы искренни, — сказала ему девушка. — Но я также уверена, что вы ошибаетесь. Для нашей расы будет катастрофой вмешиваться в естественный ход эволюции.

— Да ладно! Вы же просто повторяете слова капитана Фьючера! — сердито воскликнул Уинтерс. — Этот человек — блестящий искатель приключений и техник, но у него нет души настоящего учёного. Иначе он не пытался бы скрыть секрет, обладающий столь невероятным потенциалом.

— Он повидал во Вселенной больше, чем любой другой ныне живущий человек, и лучше других знает, какие бедствия могут обрушиться на народы, — возразила Джоан Рэндалл.

Уинтерс фыркнул.

— Вы так влюблены в Фьючера, что верите каждому его слову. Вижу, с вами спорить бесполезно. Суть в том, что мы скоро приблизимся к Денебу, а значит, вам придётся сообщить нам ключ к обнаружению Зала Жизни. Если вы этого не сделаете, Коул Нортон пригрозил применить жёсткие меры — предупреждаю, он не остановится ни перед чем.

Джоан Рэндалл вызывающе вздёрнула подбородок.

— Я не боюсь ни Коула Нортона, ни его прихвостней! — воскликнула она. — Я не скажу вам ничего — слышите? Ничего! И это моё окончательное решение!