Пять пар глаз уставились на каменную статую за кровавым кругом, в котором еще недавно лежали три жертвы для демонов.

Скульптура на невысоком постаменте достигала не меньше чжана в высоту. Местами была разбита и крошилась, ее покрывал толстый слой пыли, но это не умаляло величия и красоты. Она изображала мужчину с алебардой в руке – высокого, стройного и крепкого. Прекрасное лицо с большими глазами и острыми мужскими чертами хранило выражение холодной решимости. Его гладкие темные волосы, собранные в хвост, украшала заколка-корона. На наплечниках и нагруднике, надетых поверх светлых одежд, виднелись металлические вставки с узорами, и они же повторялись на наручах. Уходящее в пол одеяние скрывало ноги. От мужчины веяло силой и властью, чего не было ни у кого в этом зале.

Циян был совершенно уверен, что статую сотворил талантливый мастер, который с любовью и верностью передал чужой величественный облик, но…

Она совсем на него не похожа!

– Где ты меня увидел? – ворчливо спросил он, обернувшись на Гу Юна.

– Э-э… ну…

– Что-то есть, – послышался голос Фэй, вставшей с пола. – Учитель, вам так не кажется? – обратилась она к Му Шу, пряча меч в ножны.

Циян бросил взгляд в сторону и увидел, как его друг коротко кивнул, продолжая созерцать статую.

«Что?!»

Ему не верилось, что все сочли этого незнакомого мужчину с воинственным лицом похожим на него – изнеженного, облаченного в изящные одежды бессмертного и выглядевшего как тот, кто никогда не занимался тяжелым трудом.

«Система?»

[Я удивлена, что эти статуи еще сохранились. Между вами и впрямь много общего.]

«А?»

Циян взглянул на Ло Хэяна в надежде, что хоть тот считает иначе, но глава пика Мечей даже не обратил на него внимания – продолжал изучать статую. Взгляд его черных глаз торопливо скользил по каменным изгибам, словно у него было мало времени на то, чтобы все хорошо рассмотреть и отложить в памяти.

Ю Циян поморщился и спросил:

– Кто-нибудь знает, кого почитают в этом храме? – Он посмотрел на Му Шу, но тот покачал головой и перевел взгляд на Ло Хэяна.

– Если верить записям, это должен быть храм Гуань-ди[20], – сухо ответил мечник.

– Бога Войны? – в недоумении спросила Фэй, покосившись на Ло Хэяна. – Разве ему еще кто-то поклоняется?

Ло Хэян кивнул.

Циян удивился:

«Система, а Фэй что, в своей книге уничтожила культ Бога Войны? Серьезно?»

[Она этого не прописывала, но как видите…]

Циян ахнул. В реальном мире Гуань-ди был популярным божеством, которому насчет чего только ни молились, и он выглядел совсем не так, как его изображали здесь. Благодаря Гуань Яну, чья семья почитала этого бога и носила его фамилию, Циян запомнил его как мужчину с бородой и красным лицом.

«А с ним-то что?» – растерянно подумал он, заметив, какой мрак окутал Ло Хэяна. Казалось, тот смотрел не на статую, а на почившего родственника.

[Подозреваю, его реакция связана с тем, что, согласно легенде, Бог Войны покровительствовал первому главе пика Мечей и все свои навыки владения оружием нынешние воспитанники получили именно от него. Поэтому на пике до сих пор стоит храм со статуей Гуань-ди, но она другая, совсем не похожа на эту; возле нее всегда горят благовония, а на столе для подношений лежат дары. Пик Мечей не признает исчезновение культа этого божества.]

«А как так вышло, что культ исчез?»

[Бог перестал исполнять молитвы.]

«Почему?»

[Запрашиваемые данные недоступны. Повторите попытку позже.]

«Да ла-адно? – в отчаянии протянул Циян в своих мыслях и еще раз посмотрел на статую. – Только не говори, что я, этот Бог и тот демон из моей головы окажутся связаны!»

– Уходим отсюда, – приказал Му Шу, вынудив всех встрепенуться. – Нужно возвращаться в деревню, глава пика Мечей сильно ранен, – сказал он Цияну.

«А я-то тут при чем? – подумал тот с нервным смешком. – Я ему ничем не помогу».

[Вы же лекарь…]

«Ты меня вообще видела? Какой из меня лекарь?!»

Пол в храме был залит кровью, повсюду валялись трупы, но Циян был готов остаться здесь, лишь бы не возвращаться в деревню. Он покосился на Ло Хэяна, но тот уже развернулся и направился к выходу. Его рука безвольно висела, а из-под наруча по ладони стекала тонкая струйка крови, каплями срывающаяся с кончиков пальцев.

«Боги, только не говорите, что у него открытый перелом…»

[Хорошо, не буду.]

От столь бездушного ответа системы у Цияна на лбу выступил холодный пот.

Он покинул храм последним.

Снаружи стояла непроглядная тьма, и ночная прохлада окутывала бамбуковый лес. Если раньше возле храма все молчало, то сейчас, пока Му Шу запечатывал талисманами вход, чтобы никто не забрел внутрь и не вышел, слышался шелест листьев.

– Нужно отослать письмо в школу, – пробормотал Циян, остановившись рядом с другом. – Пусть глава пришлет тех, кто объяснит все местным…

– Не стоит, – невозмутимо ответил Му Шу, закончив с талисманами. – Я сам сегодня же поговорю со старостой, а ты осмотри учеников и главу пика Мечей.

Он махнул рукой и, развернувшись, шагнул к лесу, на окраине которого уже ждали остальные.

– Но ты ведь тоже ранен. – Циян поспешил поравняться с ним, тревожась то ли за свое будущее, то ли за его.

Му Шу невольно коснулся пальцами затылка, где волосы слегка слиплись.

– Все в порядке. Я уже остановил кровотечение, восстановлюсь и без твоей помощи. – Он развязал поясной мешочек и, достав пару пилюль, закинул в рот. – Лучше позаботься о тех, кто слабее.

Ло Хэян, идущий перед ними, громко цокнул языком, а ученики поежились.

«Знать бы еще, как о них заботиться!»

Циян мысленно закатил глаза. Он посмотрел в спину Гу Юна и Фэй, которые хоть и не получили ран, но наверняка заработали пару ушибов, требующих обработки. Потом он подумал о своем главном кошмаре – Ло Хэяне, и в голове начали роиться мысли.

На обратном пути Циян пытался вспомнить все, что знал о лечении переломов, их видах и последствиях. Однако информация, полученная на занятиях по спортивной медицине и при подготовке к экзамену по вождению, была слишком скудна. Он знал, что есть закрытый перелом и открытый – когда кость буквально торчит из тела. Есть те, при которых достаточно только наложить гипс и ждать выздоровления, а есть и другие, когда кости нужно собирать по осколкам, ставить штифты и прочее. Но ни в одном случае Циян не представлял, как лечить травму собственными руками, без медицинского образования, да еще и в мире, где не было привычных лечебных средств. Единственное, что он мог сделать, – это привязать к руке Ло Хэяна доску и велеть не двигаться.

Из леса они выбрались неведомо в каком часу, когда даже духи спали, а не заплутали в непроглядной тьме только благодаря светящимся талисманам, которые зажег Му Шу.

В деревне стояла тишина – все люди давно разошлись по домам и заперли двери. На опустевших улицах было темно, и лишь яркая серебристая луна да окружающие ее звезды освещали округу.

– Где ты остановился? – спросил Му Шу, оглянувшись на Ло Хэяна.

Их процессия замерла посреди улицы, пока глава пика Мечей то ли пытался понять вопрос, то ли вспоминал, где снял комнату – и сделал ли это вообще.

– На постоялом дворе неподалеку от той закусочной, – ответил Ло Хэян и обошел всех, чтобы повести в нужном направлении. – Зная, что прибудет глава пика Зелени, я как раз снял две комнаты.

– Хорошо, сможем расселиться, – сухо сказал Му Шу, в своих светлых одеждах напоминая мрачного призрака.

Ворота на постоялый двор оказались закрыты. Циян предложил постучать, но Му Шу сделал проще. Оттолкнувшись от земли, он перепрыгнул через забор и открыл двери с другой стороны. Его поступок вызвал недоумение на лицах учеников, и Ю Цияна в том числе.

– Сами никогда так не делайте, – строго наказал Му Шу, заметив чужую реакцию.

С губ Ло Хэяна сорвался сухой смешок. Он последним прошел через ворота, дыша Цияну в затылок.

Миновав небольшой передний двор, который во тьме показался пустым, заклинатели поднялись на тихо поскрипывающую веранду и вошли в одноэтажный бамбуковый дом. Двери были распахнуты, видимо, чтобы впустить ночную прохладу. Окна отсутствовали – лишь раздвижные двери, что имелись в каждой комнате.

Острый заклинательский слух сразу уловил людское сопение. Каждый из них старался передвигаться так тихо, как только мог, опасаясь разбудить жителей. Вслед за Ло Хэяном они все вошли в одну из комнат, где он сразу зажег фонари. Огни ярко озарили две узкие кровати, ширму и низкий столик в углу.

– Другая комната больше, думаю, там смогут разместиться трое, – произнес Ло Хэян и, сняв обувь, сел на покрывало прямо в запылившихся темно-синих одеждах.

Ученики повторили за ним, заняв вторую кровать. Они даже не задумались, что потом на этом спальном месте будет кто-то отдыхать. Стоять остались только Циян и Му Шу.

– Пойду разыщу старосту, – сказал Му Шу, – а ты пока осмотри всех.

– Может, поговоришь с ним утром? Сейчас глубокая ночь, есть ли смысл будить человека?

– Да, мы должны покинуть это место с рассветом, чтобы вовремя вернуться в школу, – отрезал Му Шу.

От его интонации на лицах некоторых отразилось недоумение.

Циян не понимал, к чему такая спешка, почему Му Шу подгоняет их с самого начала, но возражать не стал, и глава пика Благородства безмолвно вышел из комнаты.

– У вас что-нибудь болит? – спросил Циян у учеников, тихо сидящих напротив Ло Хэяна, и помолился услышать ответ «нет».

– Я чувствую, что потянул плечо, – признался Гу Юн, жалобно глядя на учителя.

Циян фыркнул и раскрыл веер.

– Ты мой главный ученик, так что вылечишься сам, – отрезал он, а потом бросил вопросительный взгляд на Фэй.

«Божечки, подруга, только не подставляй. Если у тебя что-то болит, давай лечиться не здесь, пожалуйста».

– Я в порядке.

«Фу-ух. Благослови тебя Нефритовый император!»

Циян прикрыл веером нижнюю половину лица, чтобы не показывать отразившуюся на нем радость, но облегчение, которое он испытал в этот момент, оказалось мимолетным. Впереди его ждало худшее – помощь Ло Хэяну.

«Проклятье».

Циян переглянулся с ним. И в бездонных черных глазах, похожих на два мрачных колодца, он увидел такие же неприязненные чувства, какие, Циян был уверен, отражались в его собственных.

– Главе пика Мечей нужна моя помощь? – спросил он с натянутой улыбкой.

Ло Хэян так долго молчал, глядя ему в лицо, что Циян подумал, что тот откажется как-либо взаимодействовать с ненавистным лекарем.

Однако глава пика Мечей любил идти наперекор врагу.

– Да, – усмехнувшись, сказал он и начал одной рукой развязывать пояс на одеждах.

Циян на мгновение впал в ступор.

«Что делать? – подумал он, но тут взгляд его упал на Гу Юна, роющегося в поясном мешочке. – Придумал».

Захлопнув веер, Циян повесил его на пояс, лениво подошел к Ло Хэяну и со спокойным видом помог ему снять верхнее одеяние. На лице мечника промелькнуло легкое недоверие. Циян аккуратно подцепил пальцами грязную одежду, стараясь касаться сухих мест, чтобы не испачкаться кровью. Развязав шнуровку на правом кожаном наруче, он увидел дыры в двух местах и раны на запястье и понял, откуда по ладони Ло Хэяна стекала кровь.

– Ты что, от прямого удара защищался наручами? Ты знаешь, что так не делают? – проворчал Циян, вешая вещи на край ширмы.

– Знаю, но времени на манипуляции в тот момент не было, – ответил Ло Хэян беззаботным тоном, что вызвало у Цияна раздражение.

– Янь Фэй, не смотри, – приказал он, помогая главе пика Мечей снимать черную рубаху. – А лучше выйди.

– Учитель, я одна в коридоре не останусь!

– Давай я пойду с тобой? – предложил Гу Юн, а потом закинул в рот пилюлю, которую достал из поясного мешочка.

– Нет, ты будешь помогать мне, – пресек его идею Циян и отступил, открывая взору обнаженный крепкий торс лучшего воина Срединного царства. – Скажи, что с ним и как будем лечить. – Голос его звучал строго, прямо как у наставника, принимающего экзамен.

Гу Юн растерянно пробормотал:

– У-учитель… разве сейчас уместно…

Но договорить ему не дали. Циян одарил его не терпящим возражений взглядом, и тот послушно захлопнул рот.

Нахмурившись, Гу Юн внимательно осмотрел Ло Хэяна. Мазнув взглядом по больному плечу, он встал и подошел ближе, чтобы ощупать руку.

– Серьезно? – прорычал Ло Хэян, покосившись на стоящего рядом Цияна. – Позволишь ученику это сделать?

– Главному ученику. – Циян снял веер и, раскрыв его, начал обмахиваться. – Возможно, однажды он займет мое место и обучаться должен соответствующим образом.

На словах «займет мое место» Гу Юн поперхнулся, и кончики его ушей покраснели.

– Что ты такое говоришь? – с раздражением процедил Ло Хэян и нахмурился, глядя в глаза Цияна так, словно станет первым человеком, который выскажется против его отречения от титула главы. – Куда ты, айщ! – Он зыркнул на Гу Юна, и ученик отшатнулся.

– В-вот здесь б-больно? – неловко спросил Гу Юн. Уголки его губ нервно дернулись, а пальцы замерли, касаясь гладкой светлой кожи на плече.

Ло Хэян фыркнул и отвернулся.

– Видимо, да, – сказал Циян, с трудом сдерживая ехидный смешок. – У него перелом ключицы.

Он понял это, исходя из того, как возмущенно отреагировал глава пика Мечей, когда Гу Юн коснулся опухшей и посиневшей кожи в районе ключицы. А учитывая, что перелом Ло Хэян получил при падении, то пострадала, скорее всего, именно она. Возможно, еще и плечевой сустав, но там, судя по виду, был всего лишь ушиб – уж в этом Циян разбирался благодаря постоянным тренировкам.

– Гу Юн, у тебя есть ткань и мазь, чтобы наложить повязки?

Ученик закивал и открыл поясной мешочек.

Ло Хэян фыркнул:

– Ты меня грязным перевязывать будешь? – Он уставился на Цияна: – Может, оботрешь для начала?

– Оботрешься дома завтра. Сам, – ядовито ответил Циян. – Нечего было ломать руку.

[Очень профессионально с вашей стороны!]

«Замолчи».

– Нечего было кидаться на меня и сшибать с ног.

– Ах! – Циян с шумом захлопнул веер. – Хочешь сказать, что лучше бы тебя пришибло фонарями?

– Я бы разрубил их на лету.

– Ты так завороженно ими любовался, что вряд ли бы успел.

Ло Хэян поджал губы добела и уставился в его сверкающие глаза цвета залитой солнцем травы, которую только что окропила роса. Они сверлили друг друга взглядами, не моргая и размеренно дыша, словно два готовых к бою хищника.

В силу своей упертости они могли бы делать это вечность, но Гу Юн начал перевязку. Ло Хэян зашипел и резко отвернулся, видимо пряча скривившееся от боли лицо.

Циян вновь раскрыл веер и спрятал за ним победоносную ухмылку и подергивающийся от нервов уголок губ.

Он внимательно наблюдал за работой ученика, толком не помня, как должна выглядеть перевязка при переломе ключицы. Знал лишь, что руку нужно согнуть в локте и прижать к животу, что Гу Юн и сделал, попросив Ло Хэяна не шевелиться.

– Молодец, – с важностью сказал Циян, и уши ученика вновь покраснели.

Кончики пальцев Гу Юна слегка дрожали, а брови были сведены к переносице, пока он перевязывал верхнюю часть тела Ло Хэяна, чтобы зафиксировать руку в сгибе. Он выглядел сосредоточенным и обеспокоенным и постоянно спрашивал у больного: «Не туго ли?», «Нормально ли?».

Ло Хэян отвечал бесстрастно. Сменив гнев на смирение, он не пытался мешать мальчишке, который правильно оказывал ему помощь.

На губах Ю Цияна заиграла усмешка. Вид подчиняющегося и притихшего дикого тигра ему даже понравился, хотя в другое время он бы вообще не стал смотреть на этого зверя.

– Учитель, я все верно сделал? – обернувшись, спросил Гу Юн, после того как завязал последний узел.

Циян притворился, что изучает чужое тело, вполовину перекрытое бинтами. Ему так и хотелось подойти ближе, потрогать повязку и надавить на рану, чтобы заставить несносного главу пика Мечей снова зашипеть, но он сдержал этот неблагородный злодейский порыв и просто коротко кивнул.

«Нужно поскорее прогнать его отсюда, пусть идет спать в другую комнату».

Циян покосился на Фэй, которая все это время сидела, зажав ладони между сведенными бедрами, и разглядывала пустые стены. Зная подругу, та не специально отвела взгляд от полуголого мужчины, как ей и велели. Скорее всего, Фэй размышляла над случившимся, и мысли у нее в голове роились не добрые. Беспокойные. Ему очень хотелось остаться с ней наедине и поговорить.

[Выполнено задание найти Ло Хэяна в деревне Цинь Янь и помочь с ночной охотой. Вам начислено 100 баллов. Общий счет: 585 баллов. Получено новое задание: вернуться в школу Нефритовой печати в течение суток – за выполнение будет начислено 70 баллов.]

«В течение суток? Мы что, даже не отдохнем? Почему ты так торопишь нас? Заразилась от Му Шу?»

[Завтра у вас встреча с Му Исином, на которой вы будете обсуждать ежегодный обмен учениками.]

«Какой еще обмен учениками? Мне никто об этом не говорил».

Циян растерялся и почти полностью закрыл лицо веером.

[Это ежегодное мероприятие, которое проводится вот уже пятьдесят лет в одну и ту же дату. Конечно, вам никто не говорил, вы должны о таком помнить. Обмен учениками – это программа, придуманная Му Исином, чтобы подружить воспитанников с разных пиков и натаскать в тех областях, в которых они слабы. Обмен длится не больше месяца; за это время ученики не закрепляют новые знания, но в полной мере успевают осознать свои слабости, которые отрабатывают потом на родном пике.]

«А, теперь понятно, почему Му Шу так торопил нас… Так и с кем я буду осуществлять обмен?»

[Неизвестно. Это решит глава школы.]

Циян поджал губы.

«Что-то у меня дурное предчувствие».

Раздался стук в дверь, и все резко обернулись. Мысли покинули голову Цияна.

Получив разрешение, Му Шу вошел и скользнул взглядом по перевязанному Ло Хэяну.

– Я поговорил со старостой, – сказал он. – Завтра утром они заберут тела и похоронят.

– Как он отреагировал? – В голосе Цияна прозвучала тревога, а веер по-прежнему закрывал половину его лица.

– Нехорошо, – ответил Му Шу. – Надеюсь, жена сможет его утешить. – И хотя он говорил как человек, безразличный к чувствам людей, Циян не верил, что это на самом деле так. – Уже решили, как будем расселяться? – Му Шу посмотрел на учеников, а потом перевел внимание на учителей. – Думаю, детей можно оставить здесь, а мы трое перейдем в соседнюю комнату.

– У-учитель! – встрепенулась Янь Фэй. – Я-я не хочу ночевать с Гу Юном.

Гу Юн, стоявший между двумя спальными местами, ахнул и потрясенно уставился на Янь Фэй. У него на лице читалось полнейшее недоумение, ведь он, казалось, ничего не сделал, чтобы от него вдруг отвернулась прекрасная девушка.

– А я не хочу ночевать с главой пика Благородства, – подхватил Ло Хэян.

Му Шу неприязненно ему улыбнулся и спросил:

– И с кем тогда вы желаете ночевать? С учеником пика Зелени?

– Нет, с его главой.

Теперь уже ахнул Ю Циян.

– С ума сошел? – спросил он сквозь стиснутые зубы.

– А что не так? – Ло Хэян с искренним непониманием посмотрел на него. – Я ранен. Вдруг мне ночью станет плохо и понадобится помощь?

– Мой ученик ее окажет.

– Неужели главу пика Зелени настолько не волнует мое здоровье? Ваш ученик, конечно, способный, но все еще ученик. Глава школы послал вас приглядывать за мной, вот и приглядывайте. – Ло Хэян улыбнулся так, что Цияну захотелось треснуть сложенным веером ему по губам.

Му Шу вздохнул:

– Значит, я и ученики отправимся в соседнюю комнату.

«Что? Почему ты так быстро сдался? Ты всерьез думаешь, что он прав?»

Циян бросил взгляд на друга, но тот, казалось, не собирался менять своего решения. Его мозг начал лихорадочно соображать, как выкрутиться из ситуации, потому что оставаться наедине с Ло Хэяном ему совершенно не хотелось.

– Э-э нет. Давайте вы с Янь Фэй остановитесь здесь, а мы втроем перейдем в соседнюю комнату. Ло Хэян прав, ему может стать хуже, и будет лучше, если рядом с ним будет двое лекарей.

Циян думал, что человеку вроде Му Шу будет все равно, как они расселятся, и количество учеников в комнате не сыграет роли, вот только вместо согласия он выразил явное недовольство.

– Вообще-то я тоже ранен, – нахмурившись, подметил Му Шу. – И подле меня тоже должен остаться лекарь.

У Цияна чуть челюсть на пол не упала. Му Шу впервые смотрел на него своими льдисто-голубыми глазами так, что те обжигали подобно льду.

«Система?..»

[По-моему, он обиделся. Все-таки господин Му ранен, хоть и менее серьезно, чем господин Ло, а о нем вы толком не беспокоитесь.]

«А-а?» – растерянно протянул Циян в своих мыслях. Он совсем не подумал, что его сильному и независимому другу тоже требовалось внимание неумелого лекаря. Но даже если бы он и задумался об этом, то все равно сохранил бы равнодушие. Никакой он не лекарь! И надеяться на него нет смысла.

– Ну, раз мы все решили, предлагаю разойтись, – сказал Ло Хэян, укладываясь на покрывало. – День был насыщенным, а завтра еще обратно ехать. – Он красноречиво посмотрел на Му Шу: – Вам следует покинуть комнату.

Глава пика Благородства поджал губы, глядя на этого невыносимого смутьяна.

«Ах ты змеюка подколодная, – подумал Циян, бросив взгляд на расслабленного тигра с пика Мечей. – Думаешь, отбил у противника лучшего лекаря? Да с таким лекарем ты быстрее в гроб ляжешь!»

Циян с шумом захлопнул веер, но все присутствующие восприняли его жест неправильно и, пожелав доброй ночи, поспешно вышли за дверь. Первым комнату покинул Му Шу, за ним последовали растерянный Гу Юн и помрачневшая Фэй – ее-то просьбу все успешно проигнорировали.

Стоило дверям закрыться, как Циян шумно выдохнул и повесил веер на пояс. Не стесняясь Ло Хэяна, снял со своего лица маску спокойствия и в раздражении подошел к чайному столику, на котором находилось свернутое маленькое полотенце, миска и кувшин с водой. Ополоснув руки и лицо под пристальным взглядом главы пика Мечей, он обтер их и начал снимать верхние одежды. В отличие от Ло Хэяна, который явно не собирался укрываться, Циян желал укутаться в одеяло с головой, лишь бы этой ночью никого не видеть и не слышать. Завернуться в него, как в кокон, защищающий от бед – или от одной конкретной беды, оставшейся с ним в комнате.

«Надо было рассказать Му Шу о нашем конфликте, тогда он не позволил бы нам ночевать вместе».

[Вау, до вас дошло! Жаль, вы опять все упустили.]

– Что ты делаешь? – спросил Ло Хэян, наблюдая, как Циян вешает на ширму верхние одежды, оставшись в почти не запятнанных нижних белых рубахе и штанах, и берет с собой меч.

– Собираюсь спать, – ответил он, положив оружие возле стены.

– С мечом?

– А подле тебя иначе никак, – огрызнулся Циян, бросив на него через плечо обжигающий взгляд.

Ло Хэян не сдержал смешка.

– Боишься? – В его голосе слышалось рычание.

Ю Циян фыркнул:

– Много чести. Ты ранен и слаб, а в округе водятся демоны. Если они решат отомстить за изгнанных сородичей, ты меня точно не защитишь. – Слова лились с его мягких уст как чистейшая правда без капельки лжи.

Ло Хэян прыснул в ответ.

– Тогда позаботьтесь обо мне, глава Ю, – промурлыкал он, скользнув взглядом по фигуре, устроившейся на соседней койке. Если кто-то мурлыкал как мартовский кот, игриво и соблазнительно, то Ло Хэян звучал как зверь, довольно слизывающий мясо с костей своей жертвы.

Стоит ли говорить, что от его слов Цияну стало настолько не по себе, что он лег не рядом с мечом, а в обнимку с ним? Когда Ло Хэян нападет, возможно, он не успеет выхватить оружие, но хотя бы уснет с чувством мнимой безопасности.

Холодные ножны успокаивающе касались щеки, а скопившаяся за день усталость вместе с грузом от впечатлений буквально вдавила его в кровать. Тело обессилело после долгой дороги, проведенной в седле, пешей прогулки, боя и частично голода. Вспомнив, что он так и не поел, Циян свернулся калачиком, обняв себя за живот. Несмотря на одолевающие его беспокойства, он все же уснул, вот только в мире грез его тоже поджидала опасность.