© Перевод В. Лопатки.
— Не нравится мне это, — заявил майор Криспин Эллер, хмуро глядя в иллюминатор. — На астероиде полно воды, климат умеренный, кислородно-азотная атмосфера как на Терре…
— …а жизни нет, — подхватил Гаррисон Блейк, его заместитель. Он подошел сзади, и теперь оба внимательно смотрели наружу. — Вообще никакой жизни, хотя условия идеальные. Воздух, вода, температура — в самый раз. Почему?
Они переглянулись. Во все стороны от корабля Х-43У тянулась ровная, голая поверхность астероида. Экспедиция забралась далеко — до дома отсюда полгалактики. В борьбе с триумвиратом Марса, Венеры и Юпитера терране обследовали каждый булыжник в глубинах космоса, чтобы позднее заявить свои права на его недра. Х-43У водружал бело-голубой флаг на далеких планетах уже без малого год, и трое астронавтов вполне заслужили отдых и каникулы на Терре, где можно потратить заработанное. Жизнь на крошечных кораблях-разведчиках опасна: приходится шнырять по пыльным закоулкам Галактики, где путешественникам грозят метеоритные потоки, полчища бактерий, которые питаются корабельной обшивкой, космические пираты и карликовые империи на безвестных искусственных планетоидах.
— Ты только погляди! — Эллер раздраженно стукнул по иллюминатору. — Идеальные условия для жизни — а кругом голый камень.
— Может, просто случайность, — пожал плечами Блейк.
— Бактерии разносит повсюду. Раз на астероиде нет жизни — должна быть какая-то причина. Тут что-то не так.
— И что делать будем? — невесело улыбнулся Блейк. — Ты капитан. По инструкции нам полагается совершать посадку на всех обнаруженных астероидах, до класса D включительно, и осуществлять съемку местности. Это — класс С. Будем выходить и рисовать карту?
Эллер все еще сомневался.
— Не нравится мне это. Тут, в космосе, убить может что угодно — поди угадай. Вдруг…
— Слушай, тебе ведь просто не терпится вернуться на Терру? Так там никто не узнает, что мы пропустили один-единственный булыжник. Уж я-то, поверь, не разболтаю.
— Не в том дело! Я просто не уверен, что здесь безопасно, — вот и все. Это ты постоянно подзуживаешь лететь на Терру. — Эллер опять посмотрел наружу. — Знать бы наверняка…
— Давай выпустим зверушек и посмотрим, что будет. Они побегают маленько — а мы за это время хоть что-то разузнаем.
— Я уже жалею, что мы решили тут сесть.
Блейк недоверчиво прищурился.
— Ты просто осторожничаешь, потому что мы летим домой.
Эллер угрюмо смотрел на серые скалы и тихую, спокойную реку. Вода, камень, чуть облаков и стабильная температура — идеальное место для жизни. А жизни нет. Камни ровные, гладкие, совершенно стерильные — ни кустика. Вообще ни следа растительности. На спектроскопе тоже ничего: ни простейших в воде, ни даже бурого лишайника, который встречается на таких астероидах по всей Галактике.
— Ладно, — наконец решился Эллер, — открываем шлюз. Пусть Сильвия выпускает свинок.
Он вызвал лабораторию — там, в недрах корабля, среди реторт и анализаторов, трудилась Сильвия Симмонс. Эллер щелкнул выключателем и позвал:
— Сильвия!
На экране появилось лицо девушки.
— Да?
— Выпусти зверушек на полчасика. В ошейниках и на поводках, само собой. Не нравится мне этот астероид. Может, здесь какие-то токсичные вещества или очаги радиации. Потом, когда вернешь свинок, сделай все анализы по самой полной программе.
— Хорошо, Крис, — улыбнулась Сильвия. — Может, удастся и нам выбраться ноги размять.
— Шли результаты, как только анализы будут готовы. — Эллер дал отбой и повернулся к Блейку. — Доволен? Сейчас выпустим морских свинок.
Блейк слабо ухмыльнулся.
— Я буду доволен, когда вернусь на Терру. Почти год с таким капитаном… с меня хватит.
Эллер кивнул.
— Вот удивительно: ты тринадцать лет в космическом флоте — а сдерживаться так и не научился. Все не можешь простить, что тебе не дали капитанских лычек.
— Послушай, Эллер, я на десять лет старше. Ты пешком под стол ходил, а я уже летал. Так вот, ты как был прыщавым выскочкой — так и остался. В следующий раз…
— Крис!
Эллер резко обернулся к вспыхнувшему экрану. Лицо Сильвии исказила гримаса ужаса.
— Что? — Он схватил передатчик. — Что случилось?
— Крис, я проверила клетки. Все свинки будто оцепенели. Лежат, не шевелятся, мышцы напряжены. Боюсь, с ними что-то…
— Блейк, взлетай.
— Что? — удивленно пробурчал Блейк. — Мы разве…
— Подымай корабль, живо! — Эллер бросился к пульту управления. — Нужно скорее выбираться!
Подошел Блейк.
— Что-то…
Он осекся. Глаза вдруг потухли, нижняя челюсть отвисла. Блейк медленно осел на гладкий металлический пол, словно мешок с мукой. Эллер пораженно следил за напарником, внезапно опомнился и потянулся к пульту, но тут у него в мозгу будто что-то полыхнуло и разлетелось осколками внутри головы. Тысячи ярких лучей хлынули в глаза откуда-то изнутри, и Эллер ослеп. Шатаясь, он нащупывал нужный выключатель и, теряя сознание, все же ухватился за рукоятку автоматического взлета.
Падая, Эллер потянул ее и окончательно провалился в темноту. Он не почувствовал, как рухнул на пол.
Корабль несся вверх, в космос, яростно щелкая автоматическими реле. Внутри никто даже не шевельнулся.
Эллер открыл глаза. В голове пульсировала тупая боль. Держась за поручень, он с трудом поднялся на ноги. Напарник тоже очнулся и стонал, пытаясь встать. Его загорелое лицо приобрело болезненно-желтый оттенок, глаза налились кровью, а на губах выступила пена. Блейк уставился на Эллера и дрожащей рукой вытер пот со лба.
— Ну-ка, возьми себя в руки.
Эллер помог ему подняться и усадил в кресло у пульта.
— Спасибо. — Блейк потряс головой. — Что… Что случилось?
— Не знаю. Пойду в лабораторию, посмотрю, как там Сильвия.
— Без меня справишься?
— Да, сиди тут. Избегай нагрузки на сердце. Понял меня? Постарайся вообще не шевелиться.
Блейк кивнул. Эллер, пошатываясь, пересек рубку управления и вышел в коридор.
Он спустился на скоростном лифте и через мгновение уже был в лаборатории. Девушка лежала ничком на рабочем столе и не шевелилась.
— Сильвия! — Эллер подбежал и потряс ее за плечо. Рука была жесткой и холодной На ощупь. — Сильвия!
Она едва заметно шелохнулась.
— Очнись!
Эллер выхватил из шкафчика ампулу со стимулятором, отломил головку и поднес препарат к лицу девушки. Сильвия застонала. Он снова потряс ее.
— Крис? — еле слышно шепнула она. — Это ты? Что… что произошло? Все в порядке? — Она подняла голову и неуверенно заморгала. — Я говорила с тобой по видеосвязи, потом подошла к столу, и вдруг…
— Все хорошо, — Эллер задумчиво нахмурился, приобняв ее за плечи. — Но что это было? Вспышка какого-то излучения? — Он глянул на часы. — Боже правый!
— Что-то не так? — Сильвия села и откинула волосы со лба.
— Мы провалялись без сознания целых два дня, — медленно проговорил Эллер, не сводя глаз с циферблата, и потер подбородок. — Ну да, теперь понятно. — Он провел рукой по густой щетине.
— Но сейчас-то все в порядке? — Сильвия указала на клетки с морскими свинками у дальней стены. — Смотри, они тоже очнулись.
— Пойдем, — Эллер взял ее за руку. — Нужно втроем собраться наверху и все обсудить. Проверим каждый датчик, все показатели до одного. Я должен разобраться, что случилось.
Блейк насупился.
— Да, признаю, я был не прав. Не стоило там садиться.
— Очевидно, излучение исходило из самого центра астероида, — Эллер провел на карте линию. — Вот здесь мы зафиксировали волну: ее амплитуда стремительно росла, а потом так же быстро сошла на нет. Какой-то импульс, который испускает ядро астероида.
— Не стартуй мы, попали бы и под вторую волну, — заметила Сильвия.
— Приборы зарегистрировали повторный импульс примерно через четырнадцать часов. Вероятно, в недрах планеты имеются залежи какого-то минерала, который выбрасывает пучки излучения с определенным интервалом. Обратите внимание, какая высокая частота — напоминает космические лучи.
— Напоминать-то напоминает, но наши экраны ему нипочем.
— Это верно. Нам досталось по полной программе, — Эллер откинулся на спинку. — Теперь понятно, почему там нет жизни. Первая же волна прикончит любые бактерии. Такое невозможно выдержать.
— Крис, — обратилась к нему Сильвия.
— Да.
— Как думаешь, эти лучи могли как-то на нас повлиять? Что нам грозит? Или…
— Точно не знаю. Вот, взгляни. — Он протянул девушке листок металлизированной бумаги с вычерченной красной линией графика. — Обрати внимание, что, хотя васкулярная система полностью восстановилась, реакции нейронов слегка не те. Что-то изменилось.
— В какой сфере?
— Не знаю, я не невролог. Вижу только разницу в графиках со стандартными реакциями — мы записывали их пару месяцев назад. А вот что эта разница означает — понятия не имею.
— Думаешь, что-то серьезное?
— Время покажет. Десять часов подряд наши организмы подвергались интенсивному воздействию неустановленного излучения. Не знаю, остались ли необратимые последствия. Я себя чувствую нормально. А ты?
— Тоже ничего, — отозвалась Сильвия и глянула в иллюминатор, за которым простиралась черная бездна космоса с бесчисленным множеством неподвижных пятнышек света. — Так или иначе, мы наконец-то летим на Терру. Здорово будет вернуться домой. Нужно, чтобы нас сразу осмотрели.
— Во всяком случае, наши сердца перенесли удар без последствий. Ни тромбов, ни отмирания клеток — этого я больше всего боялся. Как правило, обычное проникающее излучение…
— Сколько еще до Солнечной системы? — спросил Блейк.
— Неделя.
Он поджал губы.
— Долго. Надеюсь, долетим живыми.
— Советую избегать физических нагрузок, — сказал Эллер. — Остаток пути будем беречь себя и надеяться, что каковы бы ни были последствия облучения, на Терре их сумеют исправить.
— По-моему, мы еще легко отделались, — вставила Сильвия и зевнула. — Господи, как спать-то хочется. — Она неспешно поднялась на ноги, и кресло отъехало назад. — Пойду прилягу. Не возражаете?
— Конечно иди, — отозвался Эллер. — Слушай, Блейк, может, в карты сыграем? Нужно расслабиться. Давай в блек-джек.
— Идет, — согласился Блейк. — Почему бы и не сыграть? — Он достал из кармана колоду. — Убьем немного времени. Тяни.
— Хорошо.
Эллер взял колоду и вытащил семерку пик. Блейку достался червовый валет — значит, первым сдавать ему.
Игра шла вяловато, не увлекала. Блейк угрюмо молчал — все еще злился, что Эллер оказался прав. Сам же капитан устал и чувствовал себя как-то неловко. Голова все еще ныла, хоть он и принял болеутоляющее. Эллер снял шлем и почесал лоб.
— Ну, давай, — пробормотал Блейк.
Двигатели урчали внизу, с каждым мгновением приближая корабль к Терре. Еще неделя — и они войдут в пределы Солнечной системы. Эллер не видел Терру больше года. Интересно, как она. Все та же? Гигантский зеленый шар с необъятными океанами и крошечными островками? Они сядут на Нью-Йоркском космодроме, и он отправится в Сан-Франциско. Все будет замечательно. Кругом — знакомые с детства толпы терран, немного распущенных и бесчувственных, и плевать им на весь белый свет. Эллер улыбнулся партнеру, но тут же нахмурился.
Голова Блейка упала на грудь, а глаза слипались. Еще чуть-чуть, и он заснет.
— Эй, не спи, — позвал Эллер. — Что с тобой?
Блейк что-то промычал и сел прямо. Он сдал карты и опять начал клевать носом.
— Извини, — пробормотал он и потянулся за выигрышем.
Эллер порылся в кармане и выудил еще несколько кредиток. Начал что-то говорить, но оказалось, что Блейк крепко спит.
— Черт! — Эллер вскочил на ноги. — Странно все это.
Грудь Блейка мерно вздымалась и опускалась, массивное тело расслабилось, и он слегка посапывал. Эллер приглушил свет и вышел. Что же случилось с Блейком? Он никогда не вырубался посреди игры.
Эллер двинулся по коридору к своей каюте. Он устал и хотел спать. Расстегнув воротничок, направился в ванную, снял куртку и включил теплую воду. Как здорово будет растянуться на постели и выбросить из головы этот кошмар: внезапный поток излучения, мучительное пробуждение и гнетущий страх. Эллер плеснул водой в лицо. Боже, как болит голова! Он на автомате подставил руки под струю воды.
Эллер уже почти закончил умываться и только тогда заметил… Он долго стоял и молча смотрел вниз, а вода все струилась по ладоням.
На пальцах не было ногтей.
Тяжело дыша, он поднял взгляд в зеркало и вдруг дернул себя за волосы. Светло-русые локоны лезли целыми горстями. Ногти, волосы…
Эллер содрогнулся, но попробовал взять себя в руки. Излучение. Конечно же, волосы и ногти повыпадали от радиации. Он снова посмотрел на руки.
Ногти исчезли бесследно. Он вертел ладонями так и этак, разглядывая гладкие и приплюснутые кончики пальцев. Эллер поборол охвативший его было страх и нетвердыми шагами двинулся прочь от зеркала.
Тут капитана пронзила жуткая мысль: он же не один! Сильвия!
Эллер снова натянул куртку. Лишившиеся ногтей пальцы вдруг оказались очень проворными и гибкими. Интересно, это все? Нужно подготовиться тщательнее. Он еще раз глянул в зеркало.
Глянул — и чуть не грохнулся в обморок.
Что с головой? Он прижал ладони к вискам. Го-ло-ва. С ней что-то явно не так. Эллер, выпучив глаза, разглядывал свое отражение. Он почти полностью облысел, на плечах и груди красовались хлопья выпавших волос. Голая кожа черепа так и сияла омерзительным розовым цветом. Но это еще не все…
Голова стала больше. Она распухла и теперь напоминала шар. А уши — уши словно усохли, да и нос вместе с ними. Стенки ноздрей истончились, теперь они были совсем прозрачные. Его тело менялось, трансформировалось — все быстрее и быстрее с каждой минутой.
Дрожащей рукой Эллер ощупал рот. Зубы шатались. Он дернул и без труда вырвал сразу несколько. Что тут творится? Он что, умирает? Один или остальные — тоже?