- Ётунская шваль!

- Спасите! Умоляю, помогите! Я не знаю…

- Молчать, сука! Отойди от священного Молота Тора, падаль!

- О’Нил, это из-за лечения Кендры! – выкрикнул Скаара, став оббегать толпу. Но его слова потонули в общем гвалте.

Полковник выстрелил из пистолета в небо. Громкий звук припугнул и угомонил линчевателей. О’Нил через Дэниэла принялся наводить справки, разбираясь в ситуации, подстроенной Бродягой, стоявшим за кустами в сотне метров дальше к реке, куда сам переместился из столицы Гордарики, а пёс-голем в это время безмятежно чесал лапой за ухом.

Джексон подтвердил подозрения Калле и слова Тилка. О’Нил ещё раз пальнул в воздух и предложил компромиссное решение изгнать двух женщин. Арнгейр отказался, апеллируя к тому, что они сведут с ума другие деревни. Из-за срочности Джеку пришлось соглашаться на предложенную Дэниэлом отправку на южный материк к варварам, но не с пустыми руками, а что способны унести на себе.

Пока ходили за Кендрой, вместо слёз ставшей грозно проклинать от имени Тора, пока вели под конвоем к звёздным вратам, оставив её оружие при ней как средство выживания на новой земле, где та может окультуривать варваров как душе угодно, - пришло время обеда.

Сириус эти три с лишним часа занимался тем, что пытался ощутить оставленный вождём Торстейном клад, открывшись миру внутри дома и тем самым распространив свою ауру. Ключиком стал золотой медальон с руной «радость» и чёрточкой руны «путь», похожей и второстепенной. Золото и руны по-особенному реагировали на магию, позволяя вычленить их местонахождение. Имелись в Асвальде и другие клады, менее богатые. А земли долины и городищ вообще полнились монетарным золотом и огранёнными волшебными кристаллами. Блэк повременил с раскрытием этих кладов.

Всем мужским составом и большинством женщин – викинга Арнгейра избрали новым вождём, объявившим об отмене праздничного пира из-за скудности запасов на зиму. Новый вождь и ЗВ-1 вместе отобедали в освобождённом от приживал доме убитого вождя и его только что изгнанной жены, строившей из себя хозяйку Ансвальда, тогда как ею самой манипулировала Кендра. Новые переговоры о беженцах увенчались успехом: Арнгейр согласился принять всех беженцев с условием, если каждый придёт со своим одеялом и ведром крупы, муки, сухофруктов. Пару лампадок и пару примусов новый вождь обменял на пару полных телег овощей. Нужное количество одеял и спальников уже было выдано для проживания на базе, а съестных запасов хватало на складах в горе Шайенн, так что в шестом часу вечера спасённые из Чулака со слезами счастья на глазах оглядывали свой новый мир проживания – люди радовались небу и уходу с подгорной базы. Всех их временно разместили в освободившемся двухэтажном доме. Тилк с женой и сыном занял одну из комнат – возражать никто не посмел.

Вечер прошёл в хлопотах временного обустройства и обучения готовке незнакомых круп и овощей. Команда ЗВ-1 ночевала там же.

Сириус же вечером отправился в Гордарику, где наступило утро. Здешние города походили друг на друга и в то же время отличались. Землянину из Англии, где культура викингов оставила свой исторический отпечаток, было интересно и увлекательно гулять по улочкам окраин, где вместо высоких домов стояли коттеджи от одного до трёх этажей, заметно отличающиеся оформлением и типом, но лишь поначалу: внимательный Сириус насчитал двадцать пять вариантов, межующихся друг с другом для предотвращения унылой повторяемости. Красиво и самобытно, замысловато построено и оформлено. Зелено. Светло. Просторно.

Привычные для Блэка листовые стеклянные окна украшались занавесями, на подоконниках и в специальных корзинках снаружи росли декоративные растения, прежде Сириусом не виданные, но похожие на фиалки, петунии, лилии и прочие женские отрады, в том числе кактусы с неожиданно яркими и магически переливающимися цветами. Одомашненные птицы и пушистые зверьки встречались столь же часто, как кошки и собаки в Лондоне. Голуби, воробьи, вороны оказались вездесущими.

В выходной день народ праздно гулял, посещая всевозможные магазины и закусочные, лакомясь на улице мороженным или леденцами на палочке, читая на ходу цветные газеты, афиши театров, музеев, кабаре, картинных галерей, цирков, цветочных экспозиций. Некоторые фасоны одежд очень напоминали привычный Сириусу консервативный английский стиль, в Гордарике – последний писк моды. Горожане в большинстве попадались общительные и вежливые, лица здоровые и улыбчивые. Столица с её древними памятниками и разнообразием зданий всех эпох полнилась туристами из пограничных городов, связанных разветвлённой железнодорожной сетью.

Некоторые горожане могли себе позволить гедонистический образ жизни, в основном престарелые, в свои пенсионные семьдесят лет выглядящие на земные пятьдесят. Нравы не сказать, что пуританские или распущенные, но целомудрие и верность принято хранить. Соотношение полов почти пополам, а сквиб тоже каждый восьмой. Численность населения перевалила за пятьдесят миллионов человек, которым для комфортной и беззаботной жизни вполне хватало нынешней территории. Здесь высоко ценились искусства и ремёсла.

Франт и бабник легко сошёл за своего, приезжего из другого города. Зайдя в ломбард, Сириус обменял несколько аляповатых ювелирных украшений викингов Ингвальда на весьма приличную для местных людей сумму в золотых и серебряных монетах, отметив, что монетарный сплав из серебра остаётся светлым даже при хождении по сотням рук. Сириус вполне легально купил интересные и очень тонко изготовленные броши и заколки для Юноны и так затарился, для подарков в других мирах. Ещё Блэк зашёл в музыкальный магазин за чудной волынкой и аккордеоном.

Сириус так бы и прошёл мимо уличного художника, не зацепись слегка расширенной аурой за его палитру с красками, содержавшими толику магии. Пронаблюдав из-за спины, как молодой портретист рисует даму с карманной обезьянкой, Блэк оставил умельцу мелкую золотую монету за подсказку и отправился в магазин для художников, где закупился волшебными красками, а также кисточками из шерсти волшебного зверька и самыми дорогими холстами, которые делались из волшебного дерева и потому сохранялись веками без особого ухода.

Идея сама пришла в голову бабника. Спиральный браслет под рукавом помог отыскать избалованную дочку, оставшуюся дома одной до самого вечера из-за своего увлечения чтением очередного романа популярного женского автора. Младший ребёнок в семье, два её старших брата уже завели собственных детей. Подготовка к соблазнению студентки отняла чуть более десяти минут.

- Добрый день, красавица, - улыбнулся Сириус, поправив альбом под мышкой и чуть наклонив голову, покрытую чёрным беретом на платиновых волосах, как у Люциуса Малфоя, по которому на седьмом курсе едва ли не все школьницы сохли.

- Здравствуйте. Отца сейчас нет дома, - торопливо и неприветливо ответила девушка лет девятнадцати, уже отдавшая девственность сладкоречивому скальду и втихомолку встречавшаяся с бардом на параллельном курсе.

- А я к вам, любезная, - ставя этюдник так, чтобы край залезал за порог двери в пентхаус. – Вам чудом выпал шанс оценить мой альбом с дивными портретами, - открывая первую страницу и суя в руки девушки.

О, бабник видел много женщин в постели. По свежим воспоминаниям он изобразил Эмили, игриво водящую пальчиком по губам и сексуально полуприкрытую шёлковой простынёй, бликующей в свете луны, выделявшей центральную часть постели, стоявшей у большого окна. Одна из грудей эротично выглядывала, вторая очерчивалась так, чтобы тенью подчеркнуть выпирающий сосок. Волшебные краски и заклинание позволяли воспроизвести любой образ из памяти. Не живой портрет, разумеется, но качество фотографическое, которое в Магической Британии ценилось меньше искусной работы кистью именно из-за своей относительной простоты, хотя представить чёткий образ не всякий способен, но аврор обязан.

У принявшей альбом девушки сбилось дыхание, зрачки расширились. Одетая в лёгкий халат поверх блузы, она сама перевернула страницу, увидев обнажённую брюнетку с бронзовым загаром, сидевшую на песчаном берегу лазурного озера и поджавшую левую ногу, а ближнюю к зрителю вытянувшую. Спиральный браслет помог переделать пейзаж с долины Садов на заведомо фэнтезийный из-за пикси в роли добрых фей, рассыпающих разноцветные искорки волшебной пыльцы. А следующей – картина женской душевой базы Шайенн, только обилие пены и радужно переливающихся мыльных пузырей как в ванной старост Хогвартса; моющаяся Саманта Картер на переднем плане, остальные молодые женщины фоном.

- Обсудим ваш изысканный портрет, обворожительная? – обаятельный мужчина улыбнулся, кружа голову молодке.

- Да-а, проходите, - одновременно смущённо, стыдливо, заинтересовано.

Художника провели в женский будуар, а там и спальня рядом – этюдник быстро встал у широкой постели. С каждым новым эскизом девушка лишалась элемента одежды, пока не осталась лежать в неглиже руной «солнце», похожей на зигзаг молнии и наклонённую букву «z». Лежавшая сверху рука просунута между ног: вроде кисть прикрывает кудрявый треугольничек, но видно сгиб пальцев вовнутрь. Вторая рука согнута в локте, «целомудренно» прикрывающим женские груди. Сириус облапал мило смущающуюся Ингрид всюду, пока подбирал эту эротичную позу.

На холсте интерьер спальни изображался в гротескном стиле общежития факультета Слизерин.

За пятнадцать минут мазюканья девушка сама себя довела до готовности. Чутко ловивший момент Сириус отошёл к окну, чтобы положить лист «сохнуть» на солнце, а на самом деле чтобы выйти из поля зрения девушки, часто дышащей. Стремительно оголившись, ловелас подошёл к этюднику с наконец-то выпущенным на волю пенисом, приковавшим к себе распалённое страстью девичье внимание, пока эротичный рисовальщик промывал кисточки, наклонялся за упавшим карандашом, доставал новый лист… Не вытерпевшая истомы Ингрид сама вскочила с постели и повисла на шее Сириуса, прижимаясь к нему и жадно, но неумело целуя в губы. Виртуозные движения бёдрами – твёрдый член проник во влажное и горячее лоно…

Сексуальный художник нарисовал ещё три портрета в стиле «раскрепощённое ню», запечатлевая Ингрид в разных позах на той же постели. На последнем холсте рисовальщик изобразил счастливо измождённую сексом девушку с разбросанными по подушке локонами и белесыми пятнами на животе и сиське, интерьеры комнаты на сей раз изображались в слащаво-розовом стиле кафе мадам Паддифут в Хогсмиде. Оставив оплаченные натурой рисунки на столе в гостиной комнате, чтобы «распутную» девицу наверняка выдали замуж в ускоренном темпе, довольный жизнью Блэк отбыл по лестнице, этажом ниже провожаемый сердобольной соседкой, слышавшей стоны и крики не сдерживавшей себя девки. Подмигнув чьей-то домоправительнице в фартуке и заткнув готовые сорваться слова медовым поцелуем до потери дыхания, сексапильный мужчина резво спустился по лестнице подъезда элитного дома и затерялся на улицах мегаполиса. Счастливый и усталый забыл впопыхах забрать свой альбом…

Глава 27, могущество.

- Скаара, ты пропустил зарядку, - заметил Джек за завтраком. Команда поздно легла и сегодня кушала после всех, разошедшихся изучать деревню и её окрестности.

- Ты тоже, О’Нил, - зыркнул юноша, кушавший кукурузную кашу.

- Я уже набрал форму, а ты ещё растёшь. Отстанешь от друзей, вечный хвостик, - поддел мужчина.

- Я догоню.

- Скаара, без тебя всех красивых девушек разберут, у них-то зеркалец нет, - полковник зашёл с другой стороны. Остальные взрослые помалкивали да поглядывали.

- Угу…

- И это ещё не самая длинная миссия, Скаара. Ты уверен, что тебе лучше тут, а не там строить жизнь? – О’Нил подводил к отказу от дальнейших миссий.

- Не знаю… Я и там хочу быть, и с тобой тоже. Как мне быть, О’Нил?

- Лучше жить в коллективе сверстников. Звёздные врата никуда не убегут, успеете вырасти и побывать в интересных местах.

- Мгм, - понурился юноша, понимая и принимая доводы.

- Тилк, а ты как думаешь жить дальше? – на ломаном имперском поинтересовался О’Нил и откусил сытный хлебец.

- Сражаться с гоаулдами за свободу джаффа, - без тени сомнений ответил бывший джаффа, сохранивший золотой символ рабства на лбу.

- Капитан Картер, вы готовы ходить по кустикам с пошлым псом-телепатом? – с серьёзным выражением лица интересуясь на английском языке.

- По служебным делам готова, сэр, - слегка смущённо ответила женщина.

- Вы не сразу приступили к исполнению служебных обязанностей, - заметил полковник и доел хлебец.

- Виновата, сэр. Исправлюсь, - искренне произнесла Саманта, стыдясь ранее проявленной безалаберности, давшей генералу повод считать её некомпетентной.

- Прочтите и ответьте мне – согласны ли принести их, - О’Нил раздал листы с клятвами, теми самыми, что сам приносил. Самоотверженность Дэниэла позволяла написать их на гоаулдском для понимания Тилком.

Джек отметил вчерашние старания астрофизика и её вклад в дело. Учёный профиль Картер полезен для команды. И да, блондинка была во вкусе О’Нила, не одобрявшего постельные отношения на службе. Дилемма решалась в пользу профессиональных качеств. Скаара догадался, к чему вёл О’Нил, он одобрял выбор. Дэниэл ещё утром при умывании дал добро на принятие в команду двух новых лиц, когда Бродяга поставил вопрос ребром.

- Согласен, - с ещё пущей набыченностью изрёк Тилк.

- Это противоречит уставу, полковник, - хмуро комментируя написанное.

- Вам выбирать, капитан. Здесь и сейчас, второго предложения не будет.

Картер бросила взгляд на Дэниэла и Скаару, внимательно на неё смотревшим. Умная женщина произнесла правильные слова:

- Я не понимаю, сэр, зачем это нужно.

- При соблюдении некоторых секретных условий во время принесения клятвы она защитит от гоаулда и технологий работы с памятью. Лично мне это помогло не только сохранять себя, но и противостоять давлению паразита, - авторитетно пояснил Джексон за О’Нила. – Вы сами видели разницу между мной со зрелым гоаулдом внутри и Кавальски всего лишь с личинкой.