Всё ещё цепко держа сонник Рональда, Трелони заметалась по классу, пока не устроила себе из подушек гнездо с букетом благовоний и стеклянным шаром.

- Итак, сны символичны. Первый встречающийся символ – перегороженная дорога. Будущее перекрыто до преодоления препятствия. Страница двадцать один. Визжащая хижина – символ врага. Визжащая хижина – это страх. Враг не человек, значит, не знаком и не ведом, но внушительный и пугающий, неизбежный. Страница тридцать восемь. Защиту организует профессор Люпин. Пока только соревнования – это битва понарошку. Репетиция. Подготовка. Профессор Люпин – это абстрактный образ того, кто будет руководить обороной. Знакомый, в чьей компетенции нет сомнений. Страница сорок четыре. Числа семь, шесть, пять – это курсы. Апофеоз случится на седьмом! Он грядёт!.. На седьмом Хогвартс атакуют полчища Тьмы!.. Ох… Шесть в пролёте. Пять… что-то боевое случится на пятом, страшный бой с врагами, неведомыми Симусу. Страница сто пятьдесят девять. Сексуальная ведьма на метле-члене, вылетающая из Визжащей хижины. Это абстрактный образ женщины. Она далеко. Симус ещё не знает, какие ему нравятся. Женщины странные и вызывают страх, но они желанны, для подростка это нормально. Страница девяносто один. Женщину он оголяет в три подхода: сперва помпон хвостика, потом верх и низ. Цифра три. Окружение – школа. Значит, три года. Через три года Симус познает женщину в доме или квартире с номером убиенных хижин… Страницы семьдесят пять и сто шестьдесят два. В конце мистер Финниган побеждает не ведьму, а огонь. Огонь, которого боится. Боялся! И после победы заслуженная награда – огненная поллюция поджигает кровать! Да! О, да! Мистер Финниган стал пиромантом, что ему с детства было уготовано матерью…

Трелони сдулась, откинувшись на подушки от переставшего светиться хрустального шара.

- Ах, дети, вот видите, как тесно связаны явь и сны? Все же элементарно просто. Кажется, профессор Макгонагалл в учительской что-то такое говорила про пламенеющее Эванеско у мистера Финнигана. Порадуемся за него… Ах, какой шикарный сон, какой сон, уах…

И зевнувшая профессор Трелони свалилась на бок, уснув с блаженной улыбкой.

Глава 31, новые веяния в досуге.

Не успел звонок прозвенеть, как Рон красно-рыжей бомбой сверзился из класса Прорицаний и повторил «исторический» манёвр Поттера. Будет ему урок того, как бывает опасно выезжать за чужой счёт.

Сам Гарри, подхватив выпавший из профессорских рук сонник друга, поспешил следом, но в другую сторону. Поттер был внутренне рад сложившимся самим собой обстоятельствам, когда его близкие друзья вместо вопросов о том, куда их друг пропадает по вечерам, под давлением общественного мнения начнут обращать больше внимания на окружающих и подыскивать романтический интерес.

- Эй, Симус! Постой!

- Гарри? Чего тебе?

- Читай, - всучивая «стенограмму» Прорицаний. Копию, конечно.

После чтения первых же реплик лист в руках Финнигана вспыхнул и опал пеплом. Поттер молча протянул второй, зло выхваченный из рук. Поттер своевременно применил заклинание Боевая магия, прежде чем на последних строках подначить:

- Надежда есть, что кровать Рона уберём?

- Гр, Поттер! Это всё из-за тебя. Вот нахуя ты его взял на слабо?!

Прыткий ловец снитчей стартовал с места не хуже гоночного болида.

- Вам листочков набрать фиговых или дубовых?

- Заткнись, - процедил Симус, не став гнаться.

- Да ладно, тебе, Симус, осваивай зажигательный юмор.

- Ух, я ему освою по харе, чтоб ещё только раз!..

- Правильно, сразу иди к Трелони. Я тоже думал, что она шарлатанка, а оказалось сам дурак. Над толкователем снов зря смеялся, - дождавшись на месте, когда не ставший понапрасну махать кулаками на доброхота приятель дойдёт, и зашагав рядом с ним к Большому залу.

- Угу.

- Слушай, давай, всё же, огонь в уборной через окно выпустишь? А то ещё со злости испепелишь Рониуса.

- Сам виноват.

- Лучше не держать в себе. В начале по-простецки, а на выходных наковальню себе заведёшь.

- Нахуя мне наковальня?!

- Плавить. Разгневаешься – расплавишь. Остынешь. Выльешь в новую форму молота. Наскучит молот, есть: клевец, топор, алебарда, куча видов мечей, щитов, лат. Узорчики там рунные. Глядишь, выпустишься кузнецом. Будешь ковать чугунные оградки на могилы своих врагов.

- Гы, ладно, идём.

Не обращая внимание на аншлаг в уборной близ Большого зала, Поттер отпер окно заклинанием.

- Инфламаре! – выкрикнул Финниган, попадая струёй пламени точно в окно.

- Э, не, без заклинаний надо. Тут вороньё недавно изобрело «палочковые выбросы». Вроде так, кажется, - Гарри тупо взмахнул палочкой, словно удочку закидывал. С кончика сорвался синеватый сгусток. – Попробуй открыть шлюз огненной магии, по идее струя сама иссякнет, когда исчерпает гнев.

- Хм.

- Это я изобрёл! Я! – воскликнул пацанёнок с синими цветами на галстуке.

- Молодец, пацан. Покажи дяде Симусу, а то у него своих мозгов не хватает.

- Вот как надо! – мелкий, забыв заправиться, подбежал к Финнигану, ожёгшему Поттера гневным взглядом, и показал пример. – И раз! И раз!

- Гр!

Рыкнув под смешки ребят, Симус со всей дури размахнулся волшебной палочкой, словно собирался зашвырнуть её куда подальше. Под конец движения с кончика палочки с оглушительным рёвом сорвалась здоровенная струя огня, никак не меньше метра в диаметре и раза в четыре толще Инфламаре до этого. Дольше десяти секунд лился поток, превратив мужской туалет в сухую сауну. Благо стрельчатые окна были гораздо шире, а Поттер знал чары заморозки для защиты деревянных рам от возгорания.

- Кру-у-уто! – раскрыл рот воронёнок.

- Смываемся, - коротко бросил Поттер.

- Ага, - улыбнулся Финигган, ошалелый и довольный.

На повороте они уже почти влились в общий поток детей в Большой зал, когда кое-кого окликнул женский голос:

- Гарри, вы из уборной? Оттуда огонь бил метров на сто. Там всё в порядке?

- О Мерлин, Таиз, не мешай соревнованиям по поджиганию газов, - не моргнув и глазом выдавая враньё, чего раньше за Гарри обычно не водилось.

- Каких ещё газов?! – испугалась завхоз. Школьники начали замедляться – новая сенсация назревает!

- Метана, конечно. Все мы пердим метаном. Вот кто протяжнее пёрднет, кто громче, а для измерения длины пука его поджигают. У меня кузен Дадли был чемпионом младшей школы по всем трём видам. Эх, если бы я раньше додумался пукать и сикать с магией, то сам был бы чемпионом, - протараторил Гарри, заведя глаза к потолку.

- Гарри Поттер! – не находя слов, цензурных.

- Что? Ты же в школе волшебства, Таиз, чему ты удивляешься? Эх, если бы только мистер Снейп согласился-таки организовать в этом году чемпионат, кто больше нассыт в котёл на ста метрах, я б теперь наверняка победил.

- Несносный мальчишка! Я серьёзно тебя спрашиваю!

- Будь серьёзное, сказал бы. Хотя, если тебя интересуют такие серьёзнейшие для школьников вещи, как оптовые скидки на продукцию «Уизли-анд-Уизли»…

- Нет, - буркнула негодующая девушка, разворачиваясь обратно.

- А я бы тоже поучаствовал, - нашёлся смелый третьекурсник.

- А что, Снейп раньше организовывал чемпионат, э, ссыкунов?

- А ты думаешь, парень, почему Слизерин ходит таким чопорным? У них есть соревнование, которого больше ни у кого нет, - на голубом глазу заявил Поттер и даже не соврал. Интриги – это тоже своего рода соревнование.

- Реально, ха-ха, зажигательно, - сквозь сдавленный смех выдавил Симус.

- Ага, крёстный обзавидуется шутке над Нюниусом.

Так, смеющимися, они ввалились в Большой зал, гудящий школьниками, по большей части пока ещё продолжающими обсуждать помешавшуюся на котятах Амбридж, отсутствующую на обеде, и гоблинов с квиддичем.

Рон опасливо и набычено поглядывал на Симуса, севшего по другую руку от Гарри, но Финниган странно ухмылялся и не обращал внимания на Уизли, что того пугало. У занявшего место напротив Дина глаза как маятник, тик-так, тик-так. Невилл не отрывал взгляда от глубокой тарелки, торопясь выхлебать до дна, пока в супнице ещё что-то оставалось для добавки. Девчонки шушукались, хихикая.

- Слушай, Дин, ты же у нас разбирающийся художник, так? – Поттер решил приставить Томаса к делу, всё равно впереди зелья с повторением варки Умиротворяющего бальзама и всё равно скоро все будут зырить в котёл с зелёной подсветкой, как это вовсю делают в тепличном Клубе Зельеварения.

- Ну, есть чуток, - поскромничал Томас. – Нарисовать что-то надо? – с усмешкой кивая головой назад, в сторону стола Ровенкло.

- Не, посмотреть, как идёт рисование и подсказать что по профилю, - напустил туману Гарри.

- Хорошо. Кто, где, когда?

- Минутку.

Поттер взял салфетку со стола, трансфигурировал её в очки без диоптрий, сверху наложил собственные экспериментальные чары, подхватив витавший над собой Волшебный огонёк и внедрив в линзу, отчего там с внутренней стороны начала светиться зелёным, отображая Тень.

- Вот, Дин, глянь на приготовление зелья, пожалуйста, как на рисование. В магическом свете очень красиво всё смешивается в котле, но я не врубаюсь, подчиняется ли это каким-нибудь законам живописи и как это можно использовать.

- Хм, - принимая очки.

- Гарри, ты собираешь новую команду? – миленьким голосом спросила Браун.

- Расширяю сферу общения, Лаванда. Надоело быть замкнутым очкариком, знаешь ли.

- Ну-ну.

- Что «ну-ну»? Ты бы знала, Лаванда, как мой отец с крёстным прикалывались во время учёбы. Все меня с отцом сравнивают. Вот, досравнивались, - проказливо улыбнулся Поттер.

После трапезы грифоны гурьбой двинулись в подземелья. Сдав свиток с заданием, Гарри набрал ингредиентов и приступил к варке зелья, исподволь наблюдая за Дином. По прошлым годам у Поттера сложилось впечатление, что Томасу не интересны зелья, вот парень и отвлекается, заваливая готовку.

Новый вид на котёл заворожил художника, чьи таланты раскрылись в Хогвартсе. Как магия от корня валерианы расползается в котле зелёным всполохом. Как магия из крошек толчёных игл дикобраза растекается подобно каплям чернил в жидкости и как потом создаются вокруг крошек иголки из магии, которые переливчато меняют цвет после добавления толчёного рога единорога. Как помешивания завивают иголки в спиральки. Как порошок лунного камня растворяет всё, а образующиеся при медленной варке пузырьки перемешивают состав магии до однородного состояния. Как две капли сиропа черемицы взрывным образом растворяются в воде, а их магия наоборот порождает сжимание энергии в котле. Лишняя жидкость словно бы отжимается из зелья, как из губки, но не в виде пара, а её впитывают толчёные ингредиенты. Если измельчено правильно и концентрация взвешенных частиц нужная, то те вместо выпадения в осадок разбухают и магическим образом лопаются в ещё более мелкую взвесь, делающую раствор мутноватым равномерно.

Стоило подростка заинтересовать, как он хорошо справился с варкой, достигнув результата «выше ожидаемого», как у Грейнджер в первый раз. Снейп то и дело косился на очки Томаса со светящейся изнутри линзой, вопросы оставил при себе.

- Мистер Поттер, вы забыли, что надо подписать флакон и сдать мне на стол?

- Мистер Снейп, я по другому вопросу. Проведите на этих выходных, пожалуйста, соревнование с Агуаменти: кто дальше, у кого толще, кто за десять секунд больше наберёт в котёл воды на дистанциях в пятьдесят и сто метров. Я против того, чтобы вся эта слава досталась Таиз или Габриэлю, - смело заявил Поттер, не робея, как подросток.

- Мистер Поттер, вы находитесь в классе зельеварения, а не на манеже цирка. Сдавайте свою работу на проверку и выметайтесь, - процедил Снейп, за всю пару так и не нашедший, к чему по делу придраться у ненавистного очкарика.

Дальше нарываться Поттер не стал. Гарри понял, что Таиз в пику ему обернёт его шутку против него же, таки устроив вышеозначенный чемпионат, но тогда она станет популярной, а это… ревность, да. Увы, Снейп не захотел подправить собственную репутацию за счёт оплошности взревновавшего Поттера, а жаль.

Дальше были предметы из дополнительных, а у Гарри было только УзМС и Прорицания, которых в неделю по одной паре, и они уже прошли. Оставшееся окно Поттер провёл в библиотеке, закрывая все самостоятельные задания. Там его и застал самолётик от Амбридж, отменившей его отработку полностью, как позже выяснилось, из-за подготовки к интервью для «Ведьмополитена» в номер на уикенд.

Ух, профессор Спраут развернулась с заказом, не жалея денег добровольно вызвавшегося «спонсора». Стоит отдать должное декану факультета Хаффлпафф - около трети наименований относилось к съедобным культурам на трапезные столы Хогвартса и не являлось чем-то запрещённым для ввоза в Англию или Магическую Британию. Поттер без особых проблем заполучил у Спраут пропуск в Запретную Секцию Библиотеки – ознакомиться с литературой по шипастым плющам и морозостойким кактусам-сторожам от могикан. Такой себе подкуп. До ужина Поттера эксплуатировали в теплицах.

Ужин прошёл более-менее спокойно, а после него Поттер и Грейнджер приводили в порядок книжный стенд в гостиной Гриффиндора, практикуясь в новых чарах. В тишине и спокойствии. Почему? Близнецы Уизли заинтересовались «газовыми» соревнованиями настолько, что даже стали их активно продвигать своей «допинговой» продукцией. Не приходилось сомневаться, что мальчишки самоорганизуются под новую идею, когда не только можно, а нужно, забавно подражая драконам. Ну, первые подгоревшие задницы уже ночевали у мадам Помфри.

На ночь Гарри Дайлен изучил несколько толкователей снов, устраняя позорный пробел в образовании своего, можно сказать, профильного занятия. Отрабатывал до сна и во сне метаморф-магию, решив отдохнуть от гуляний по Тени.

Глава 32, хотя бы во сне уже пора.

В плане расписания пятница для пятого курса оказывалась не самой удачной – ночью стояла Астрономия. Поутру пара Трансфигурации, пара ЗоТИ, после обеда Чары и дополнительные предметы. Джонс назначила выборы вратаря в сборную на пять часов, зарезервировав поле до ужина. Погода была пасмурная и ветреная с прогнозом прояснения на выходных.