Дайлен в Денериме мышью навидался столько особняков купцов и дворян, ища достойные цели для краж от нужды в деньгах на лучшее снаряжение для всего отряда, что мало обращал внимание на меблировку и убранство комнат, чутка обнесённых Наземникусом Флетчером и Молли Уизли, пока ещё с осторожностью и оглядкой пользующихся дуростью хозяина, разбазаривающего фамильные ценности за здорово живешь: хватило считанных часов скрытного наблюдения за нынешними обитателями особняка для таких нелицеприятных выводов о, казалось бы, хороших людях.

Что ещё горше – не один день жившие в особняке Рон и Гермиона ничего не писали об этом Гарри, считавшемуся их лучшим другом, одним из Золотого Трио. Полная информационная изоляция. Не в первый раз, причём. Три изгоя общества, вынужденных тусоваться вместе…

Один из номеров «Ежедневного пророка» оказался достаточно давно в доме и достаточно много ему уделялось внимания, чтобы в Тени появилась достоверная копия. Дайлен лишь по необходимости влезал в чужие сны, такой суровой, как захват башни Круга Магов Ферелдена демоном Кошмара или отравление эрла Эамона Геррина. И ради подтверждения правдивости какой-то газетёнки начинать шастать не собирался – этот скользкий путь ведёт в одержимые. Вдобавок, он и без того за сегодня слишком долго путешествовал по Тени, чтобы выяснять подлинный текст статьи с фактически официально предъявляемым Гарри Поттеру обвинением от Министерства Магии во лжи о смерти Седрика Диггори и возрождении Тёмного Лорда Волан-де-Морта, ещё и поддержавшему его Дамблдору досталось клеймо старого маразматика.

И да, Гарри Дайлен из Тени подсмотрел за моющейся Джинни. Девчонка как девчонка, четырнадцать лет, ещё оформляется. Вот Гермиона – это да. Шестнадцать лет будет в сентябре, ладная фигурка при всех округлостях. Но… возбуждения нет. Пацанка, свою женственность не умеет показывать и привлекать ею. Другое дело Нимфадора Тонкс. Она перешла на седьмой курс, когда Гарри Поттер поступил на первый. И… обладает схожим с Морриган умением – метаморфизмом. Это просто жуть как востребовано в таком человейнике, каким является этот мир! Гарри Дайлен и без Духа Знаний хорошо запомнил, как в детстве упрямо отращивал подстригаемые волосы, так что для подката надо всего лишь показать упражнение от Морриган по созданию медвежьего волосяного покрова, и Нимфадора займётся его обучением…

Остался последний штрих перед полноценным сном во власти подсознания, чтобы наутро второй полной ночи в особняке Блэков проснуться полностью здоровым и бодрым.

- Дух, скажи, пожалуйста, оберег для заклинания Хранитель жизни влезет?..

- При внешней поддержке – да. Воспалённый шрам вновь разойдётся и будет долго и обильно кровоточить.

- Зато все успокоятся на счёт сохранности «материнской защиты», а то только о том и говорят, что поцелуй дементора выпил её или разрушил, что надо к Дурслям.

Библиотечное существо Тени промолчало.

- Возможно, у тебя есть на примете кто, с кем нам обоим будет комфортно?

- Есть, - слегка приободрился Дух Знаний. – Подойдёт дух книги из детских сказок на полке в спальне по соседству.

- Ясно, где дрыхнет Рон, - имея в виду угловую спальню на четвёртом этаже. Для самого больного Гарри уж расстарались и подготовили отдельную комнату, хотя изначально планировали поселить в одной с храпуном. – Видимо, мамуля позаботилась. Пора бы уже порнуху подкладывать, - невесело и горько хмыкнув.

С долей злорадства Гарри Дайлен изъял приятного духа книги, храброго и доброго, истинного рыцаря-гриффиндорца, оберегавшего сны. Да, такой типаж точно идеален в качестве нового Хранителя жизни. В определённой степени жаль опять сковывать и ограничивать магическое ядро подпиткой этого прожорливого плетения, но полный его функционал весьма соблазнителен и стоит таких затрат. Лучше это заклинание перевести в разряд пассивно действующих, чем после пробуждения обрести одно-два места под новьё, явно менее полезное и нужное, особенно в свете возродившегося Тёмного Лорда, невесть с чего алчущего убить Гарри Поттера.

Глава 3, Орден Феникса.

- Ты жив, Гарри, дорогой! С тобой всё в порядке, миленький? – закудахтала Молли, когда юноша спозаранку зашёл на кухню, где за одним и тем же длинным столом и готовили, и ели.

- Да, миссис Уизли. Рад видеть… - дежурно приветствуя, охнул обнятый подросток, успевший за год вытянуться и почти сравняться ростом с рыжеволосой тёткой, чтобы она его больше не могла тыкать лицом в свой выдающийся бюст, шестого размера как минимум.

Через плечо он видел, как нож взялся самостоятельно резать зелень в бадью, а поварская ложка как мешала сама утреннюю овсянку, так и продолжила крутиться в кастрюле, рядом с которой варился жирный свиной окорок.

- Мы так испугались за тебя, так переживали! Как ты, родненький? – вертя перед собой.

- Голоден, как собака, - полушутя ответил парень.

- Ах ты ж бедненький, конечно же ты будешь голоден, два дня пролежал на одном бульоне, - причитала дородная хозяйка, этот самый бульон и готовившая, хотя полночи не спала, квохча у постели болезного до тех пор, пока внезапный кризис не миновал, а примчавшийся Дамблдор не констатировал так всеми ожидаемое возобновление работы материнской защиты. - Сейчас, Гарри, сейчас сделаю тебе быстренько первый завтрак, уже почти готово. Чего так рано вскочил-то?

- Так голоден же, - легко соврал Гарри Дайлен.

Это в Башне Магов Круга Ферелдена он мог позволить себе разлёживаться, а в походах быстро привык вставать с рассветом, иначе времени ни на что не хватало. Зимой так лагерь затемно поднимался. И в этом мире Гарри с детства привык вставать рано из-за тёти Петуньи, как ответственной домохозяйки, спешившей приготовить завтрак для своих мужчин, в число коих подброшенный племянник никогда не входил. А вот Хогвартс разбаловал, да, изнежил. А сегодня Поттер выспался вполне нормально, для Дайлена. При помощи волшебной палочки спокойно припомнил заклинание трансфигурации, с третьего раза превращая стакан в ночной горшок, а потом заклинанием Экскуро со второго раза убирая за собой. Блюдце он превратил в чашу с первого раза, заклинание Агуаменти для умывания тоже только со второго раза удалось точно воспроизвести – ой не часто раньше Гарри утруждался повторением всех изучаемых заклинаний, вообще ни разу после экзаменов. Проверил и свой сундук… Пропаж нет, однако все вещи были сложены иначе. Магией. Как Ремус Люпин без слов делал - заклинание Пэк учат на Чарах пятикурсники. А вот Гарри Дайлен складывал вещи вручную, по-солдатски, как научил Алистер, чтобы влезало больше. Перетряхнули при транспортировке в дом, иначе бы Дух Знаний сообщил, кто.

- Давайте я помогу, миссис Уизли. В доме Дурслей я часто готовил, умею.

- Ну, что ты, Гарри, в самом деле, как не родной. Вот, салатик уже готов, поклюй пока, а там и кашка с маслицем подоспеет, и тосты с беконом и сыром.

- Спасибо, миссис Уизли, вы замечательная хозяйка, - комплимент легко сорвался с губ. Может она и гадина, но заботливая, пока всё идёт по прокладываемой ею колее к свадьбе бедной девочки и богатого наследника.

После первой же ложки Гарри Дайлену пришлось… давиться этим салатом, с тоской глядя на плиту. Раз, ну, два ещё можно кушать… вместе с мелкими теневыми паразитами, но никто же постоянно не питается гнилыми продуктами – токсикоз. Успели полежать в «проклятом» доме, нацеплять.

Ещё вчера Гарри Дайлен обратил внимание, но не придал значения, а зря.

Завеса в Тедасе чётко разграничивает бренный мир и Тень. Только во время сна существа попадают за Завесу в Тень. Здесь же нет Завесы, и фантом человека всегда в Тени. Потому у демонов особо и нет причин стремиться захватывать материальные тела, когда можно паразитировать на фантоме в тени. Как клещи, только нормальные насекомые напьются кровушки и отпадают, а демоны ненасытны. И с фантома их убрать не так-то просто! И местные проклятья, на самом-то деле, это последствия от теневых паразитов. И тёмные заклинания потому тёмные, что вместе с бренным телом повреждают его фантом в Тени, а там паразиты только того и ждут, чтобы прицепиться к ране до того, как разумный уснёт для пользования фантомом.

Собственно, вошедший на кухню Аластор Грюм был ярким примером паразитоза, даже его глазной артефакт и тот с мелким демоном Тени внутри.

Гарри Дайлен, к слову, был очень рад своим зелёным глазам, доставшимся от матери и обрётшими выразительную яркость после смерти во младенчестве. Это не Авада Кедавра отражается, отнюдь. Ещё на Тедасе он понял, почему чародеи посмеивались, когда никто не желал выбирать для начального изучения заклинание Волшебный огонёк. В его свете видна некоторая магия. На Глубинных Тропах только при помощи Волшебного огонька и ориентировались, высвечивая дварфские руны, обозначавшие направление и расстояние до тейгов, предупреждавшие об опасностях и прочем. Здесь же, будучи ещё в спальне, Гарри Дайлен убедился, что потусторонний зелёный свет этого заклинания высвечивает Тень, а именно то, как выглядит отражение помещения в Тени, собственный или чужой фантом. Так юноша обнаружил, во-первых, что вчера забыл деактивировать ставший привычным светляк, во-вторых, что светляк остался подпитываться по связи с домом Блэков через фантома, в-третьих, приближение светляка к лицу фантома наделяло глаза бренного тела способностью различать Тень невдалеке от себя, в области светимости примерно в два-три метра, в-четвёртых, что этот фартовый эффект совершенно не заметен, по крайней мере, когда Гарри Дайлен смотрит через очки. Осталось только придумать, как создавать и подпитывать это заклинание непосредственно в Тени, будучи в яви, а то волшебный дом Блэк стопроцентно не будет его подпитывать за пределами своих стен, быть может, даже при следующем его посещении тоже.

Тень бывает как великолепнее яви, так и омерзительнее. Если бы не дополняющий магические ощущения вид окружающей погани Тени, то настроение Гарри Дайлена было бы на высоте.

- Проснулся, парень. Что произошло под шоссе?! – с ходу потребовал отставной аврор.

- Аластор Грюм! – волком взвыла Молли Уизли, подскочив к кушавшему юноше и обняв его, прижав затылком к своему пышному бюсту. – Мальчик и так намучился, чуть не помер, а ты тут ещё ему допросы устраиваешь, чуть свет! Бедненький мой…

Мужчина насупился и сбавил обороты.

- Дементоры напали, когда мы переходили под шоссе. Перекрыли обе стороны… Я отбивался, как мог. Сумел отогнать от кузена, да на беду мисс Фигг, наша соседка, шла за поворотом коридора. На неё и вылетел отогнанный дементор. Я… Я не успел, не смог предотвратить… - натурально и вполне искренне коря себя. Старушка была с ним добра, пусть и кормила нелюбимыми пирогами с капустой и воняла кошками, тогда он думал, что кошками, пока не пережил жизнь повторно, признав низзлов, чистокровных, а не как полукровка Живоглот у Гермионы – лёгок на помине!

- Миленький мой, не кори себя, всё хорошо, ты старался, даже взрослый волшебник мог погибнуть, чего уж говорить о тебе, Гарри, - успокаивающе гладя по головке руками, даже о фартук не вытертыми.

- С чего ты взял, Гарри, что она была сквибом? – смягчив тон, спросил свой главный вопрос вояка.

Спонтанное решение оказалось верным, бюрократка Хмелкирк поступила по заветам чиновников, а ведь могла сжечь записку на тетрадном листе в клеточку. Гарри Дайлен перенял у Лелиан чуток актёрского лицедейства, много раз помогавшего разговорить людей или сбить цену у торговцев. Вот и применил прежние навыки для сокрытия правды:

- Э, так низзлы же, профессор Грюм, полный дом. И к нам постоянно шастали, спасу нет… Не было… Жаль старушку, пирогами в детстве угощала…

- Мр-ряу, - словно подтверждая, мяукнул Живоглот, полуниззл Гермионы, пришедший на кухню за своей порцией мяса и костей.

Аластор кивнул, типа отбрехался парень.

На самом деле Поттер только после работы Духа Знаний сообразил про сквибку, заподозренную в шпионаже на Дамблдора. При составлении письма в министерство он учитывал только то, что Дадли был магглом и совершенно не видел напавшего на него дементора, а вот старушка вскрикнула, значит, она видела дементора и бестия была ей знакома по колдофото, картинкам или описанию, а сама Фигг магией не обладала – по сожранной душе это было отчётливо видно. Кстати, Дадли смог тоже смутно увидеть демона, когда был наполнен остаточной магией заклинания Возрождения, и определённо принял скелетона за душу мисс Фигг, вот и заорал про убийцу.

- Тише, тише, поплачь, мальчик, легче станет, - поглаживая, ворковала Молли, а поварские приборы продолжали готовку завтрака на всю ораву.

Юноша для порядка хлюпнул носом, но сырость не развёл, решив «зажевать горе», захрустев так нелюбимой им капустой, да ещё и с теневыми слизняками, - в походах после Алистера у котелка и не такое ели.

Скоро стало ясно, для кого старалась. На кухню вошла Джинни. Слава архидемону Мерлину, приветствия обошлись без сюсюканий. Юноша домучил салат и отошёл к мужику, не став влезать в бабье дело сервировки.

- Профессор Грюм, скажите, а как ещё можно отогнать дементоров? Ну, когда Патронус один не справляется.

- Адское пламя.

- Аластор! – одёрнула Молли.

- Уизли! – огрызнулся ветеран. – Парень чуть не помер и хочет защититься, а маменькин сынок бы сдох, даже не вякнув!

- Научите, профессор? – встрял Гарри, состроив самую бычью рожу, какую смог.

- Уж лучше под моим присмотром выучишь, чем сам испепелишься. Молчать, женщина! Накрывай на стол и не влазь в мужские дела.

- Это кто тут и про какие мужские дела?..

- Крёстный!.. - радостно улыбнулся Гарри Дайлен, не выбиваясь из образа по причине смены отношения. Поспешные суждения, как доказал Дух Знаний, до добра не доводят. Не будь хозяин дома искренне озабочен здоровьем крестника, алтарь бы даже не дёрнулся подпитывать, он и самого Сириуса-то игнорирует, а гостя питает. Не важно, какой, если родич любящий! Для сироты это главное, прочее тлен.