Глава 25, зажигательный сон Финнигана.

- Ты как выжатый лимон, Гарри. Диверсант совсем лютует, да? – участливо спросил Рон.

- Ага, все нервы измотал, - согласился Гарри, которому ой как не просто далась эмоциональная часть отработки, собственных духовных сил много ушло на противостояние демоническому давлению. После выхода из кабинета зельеварения он сдулся, как проколотое колесо.

- Ну, мы ему покажем! А ты представляешь, что Гермиона учудила? Она запомнила и записала все твои вопросы к Амбридж, а потом ещё и копии фальшивых учебников понаделала, чтобы в письма к родакам вложить. Ух, мама такой вопиллер пришлёт, что эта розовая жаба оглохнет и лопнет, - тараторил Уизли, гордясь своей матерью вместо того, чтобы стыдиться за её прошлые письма-кричалки, которые она посылала за провинности младшего сына.

- Завтра заценим. Эй, братаны, - вылавливая в потоке близнецов, - хотите половину прибыли с колдофото Хорька?

- Ещё спрашиваешь! – переглянувшись и хором отвечая, оторвавшись от впаривания длинных шариков-колбас розового цвета, скрученных «страхом Амбридж».

- Тогда держите, - отдавая кассету. – О, извини, Рон, - оставив приятеля и случайно отдавив кому-то ногу в толчее. – Луна, Луна, добрый вечер!

- Гарри, вечер добрый, - светло и добро улыбнулась Лавгуд.

- Я смотрю, Луна, у тебя новый оберег? – намекая на ожерелье из деревянной линейки, идеально порезанной на сантиметры, подпиленные с краев и обмотанные жёлтой нитью в каком-то одном Полумне известном нумерологическом порядке. В Тени оберег слегка светился духовной энергией, как и серьги-редиски.

- Ага, это от Кошмара Розы, - красуясь.

- Своевременно, - важно кивнул Поттер, игнорируя взгляды посторонних.

- А ты вроде из подземелий, Гарри? – юноша кивнул в ответ. - Как тебе задушевные друзья змеиного декана?

- Впечатляют, знаешь ли, - юноша передёрнул плечами. Свежи морды страшилищ.

- Мужайся, Гарри, от них спасают поцелуи.

Поттер застыл в Большом зале, как вкопанный. Лавгуд любезно остановилась рядом с ним в пяти шагах от распахнутых дверей.

Желание эксцентричной девушки – следует исполнить в подтверждение симпатий.

«Первый поцелуй Гарри Поттера и первый поцелуй Полумны Лавгуд случился за ужином четвёртого сентября тысяча девятьсот девяносто пятого года», - выдержка из чьих-то воспоминаний.

Кто-то присвистнул, кто-то возмущённо окликнул, кто-то окрикивал или тыкал пальцем, кто-то возмущался перегороженному проходу.

- Твоя правда, Луна, - лучезарно улыбнулся Гарри Дайлен, завершив застенчиво-сладкий поцелуй в губы, уж больно короткий на его вкус. Настроение улетело из ада в рай. И плевать на всех!

- Приятного аппетита, Гарри, - от исполнившейся мечты счастливо улыбнулась Полумна и, выпорхнув из робко-нежных объятий, вприпрыжку направилась к своему обычному месту за столом Ровенкло.

- Приятного аппетита, Луна, - направившись на своё место. – Завидуй молча, Рон, - пресекая наверняка дурной вопрос из рыжей башки.

- Гарри Поттер, поимей стыд! – хотела сделать выговор пунцовая Гермиона.

- Прости, Герми, но на язык так и просится - в какой позе посоветуешь?

Уизли закашлялся, подавившись воздухом. Грейнджер вспыхнула маковым цветом и отвернулась.

- Гарри, не обижай Гермиону, - вступилась Лаванда Браун.

- Камасутра, - одним словом Поттер добился смущающей тишины. – Парвати, это же искусство любви родом из Индии? У тебя есть учебники Камасутры? – безудержно краснея ушами, но продолжая и точно зная, что «учебники» кое-кем будут найдены и изучены от корки до корки.

- Поттер, ну не за столом же! – Патил тоже заалела от обращённого к ней вопроса, весьма громко заданного, отчего она стала центром пристального внимания солидной части стола Гриффиндора и некоторых соседей с Ровенкло.

- Знаешь, а на столе это было бы таким будоражащим… - краснощёкий Гарри мечтательно улыбнулся, вспомнив случай с Морриган.

- Пошляк! - Безстыдник! – Бабник!

- Возраст такой, пошлый и бунтарский.

Девчонки фыркнули, переглянулись меж собой и хитро усмехнулись.

- Ну, ты попал, приятель, - сочувственно произнёс раскрасневшийся Рон, неудобно скрестив ноги под столом.

- Эй, у тебя есть Тоби, не объедай нас!

- Точно. Тоби!..

Большой зал быстро наполнялся голодными детьми и подростками, со входа радующимися овощной запеканке под сыром и на десерт рисовому пудингу с изюмом. Тема сумасбродных поцелуев безумно храбрых и безумно странных не смогла полностью перебить другие новости. Снейпу стоило брать пример с Амбридж, пропустившей ужин. Каких только новых чудовищных слухов Ужас Подземелий о себе не услышал, став и Губителем Зельеваров, и Душителем Малфоев, и Тёмным Диверсантом. Розовую тоже склоняли, даже похлеще.

Отлучка Поттера после ужина не вызвала удивления, скорее ревность и зависть.

После посещения совятни с отправкой Букли к Слагхорну по поводу рецепта зелья для пропитки кожаных изделий под долговременность чар в качестве первого зелья на пробу заочного обучения и продолжив впитывать юридические сборники, Гарри после завершения листания скучных томов с большим интересом подошёл к стеллажам, посвящённым зельеварению, чтобы выполнить упражнение по Окклюменции, запомнив пару глав из разных книг по теме лунного камня. После чего так же из библиотеки под мантией-невидимкой скрылся в Тени. Закупившись стельками, подросток в книжном вынужденно применил Конфундус, чтобы обзавестись парочкой продающихся только взрослым экземпляров Камасутры, сомнительной оригинальности, но всё же. Ну, и да, журналы «Плейбой» тоже купил, сразу подборку за год, чего уж теперь и кого стесняться-то? Зато продажа копий в школе окупит траты, пусть и придётся делиться процентом с Уизли, как имеющими клиентуру и ради прикрытия.

- Мимбулус Мимблетония.

- А вот и герой-ловелас!..

- Скорее дёру, водолаз!..

Прикололись Фред и Джордж, за минуту до отбоя как раз расплачивавшиеся кнатами со смельчаками, на потеху гостиной пробовавшими Забастовочные завтраки из большого старого чемодана, забитого коробочками с эмблемой из двойной даббл-ви.

- Гарри Поттер, говорят ты всё лето… - взяла его под ручку слева Парвати.

- Тренировался в Камасутре, - зажала справа Лаванда.

- Нам хотя бы научиться поцелуям, - продолжила Парвати.

- Ты в этом спец. Научишь нас? – подхватила Лаванда.

- Да пожалуйста, девочки, - улыбнувшись до ушей. – Целуйтесь, а я погляжу и подправлю…

Сметливый юноша воспользовался своим весом для усиления толчка, отклоняясь назад и разворачивая наглых девиц друг напротив друга. Не ожидавшие такого выкрутаса Патил и Браун таки развернулись и сблизились, а Поттер ещё и руки распустил, облапив и жамкнув девчоночьи ягодицы. Девчонки взвизгнули и отпустили его.

- Спасибо, Гермиона! – задорно воскликнул хитро высвободившийся Гарри, не собиравшийся слыть распутником. – Твоя попка самая упругая.

Гордо вздёрнувшая носик Грейнджер умчалась в женскую половину. А старшие парни, да и помладше тоже, засмеялись; Фред и Джордж поддержали Гарри, юркнувшего за диван:

- Целуйтесь, Лаванда и Парвати!

- Целуйтесь, целуйтесь…

- Мы все подскажем…

- Кому как хочется…

- Чтобы вы целовались…

- И обнимались…

- И раздевались…

- Дураки! – невольно сцепившие руки, чтобы не столкнуться, девчонки, хотевшие приколоться над популярным парнем, а получившие немедленный разворот, тоже убежали в свою спальню, полыхая смущением на лицах.

Мужская часть гостиной Гриффиндора засмеялась, да и женская хихикала над неудавшимся представлением, зашушукавшись, кто с кем на самом деле сговорился и кто кого реально подставил.

Гарри же поспешил плюхнуться в освободившееся кресло у камина, вынул писчие принадлежности и учебники, сперва взявшись наискось читать Историю магии. Для мысленной диктовки летающему у пола прытко-пишущему перу требовалось освежить память с этими сказками, более-менее правдивыми и непротиворечивыми века так с семнадцатого. Правда пришлось прерваться и пояснить троим Уизли про самопишущие чары и даже заколдовать им их перья для примера, чтобы поняли, как трудно дисциплинировать мысли в голове, которые после кровной привязки и переводит на пергамент зачарованное перо. Близнецы даже устроили гам и возню, удерживая своего младшего брата, только чтобы его перо продолжало строчить отборный сумбур из каши в голове Рональда, чьи первые фразы были о мацаньи титек Браун, а потом смешные ругательные обороты касательно Фреда и Джорджа. И всё-таки Рон обладал зачатками ума, коими и воспользовался к своей победе:

- Тоби, сожги тот мой пергамент!

- Тоби с радостью послужит старосте Рональду Уизли! – щелчок пальцами уничтожил причину кутерьмы. - Тоби исполнил, староста Рональд Уизли! Что ещё угодно старосте Рональду Уизли?

- Кусок пудинга и томатный сок, - нашёлся повелитель домовиков.

- Рониус решил сообщаться…

- Половыми сосудами…

- С толстушкой Милли? – хором изумились Фред с Джорджем и заржали как кони.

- Отвалите нахрен, д!.. – явно проглотив словцо покрепче, за которые его уже крепко так намяли, понаставив синяков, кроме лица.

Поттер дописывал зелья уже в одиночестве, самостоятельно вспоминая учебники по зельеварению и наискось прочтённые пару часов назад главы, отчего получилось много черканья, как и предполагалось, потому и маггловский блокнот черновиком с чистовой переписью на кратно более дорогие листы пергамента.

В свой первый сон Гарри вновь учился управлять временем, решив всё на той же Тисовой разобрать схемы Люмос Магус и Люмос Магус Сателлит, которые построили ровенкловцы и которые помогли некоторым из старшекурсников их и других факультетов освоить эти заклинания, показанные за ужином, когда за робким огоньком первогодки и старшие запустили под потолок свои Волшебные огоньки, на этот раз никакой битвы не высветившие, только красивейшее плетение потолочных чар иллюзии. Будущему изобретателю волшебных ламп пришлось поднапрячь мозги и прийти к плачевному выводу о том, что он не догоняет, как и из чего старшекурсники вывели свои рабочие инструкции, хотя сам Поттер любил и знал предмет Чары.

Теневой маг, как и планировал, потратил половину ночи на модификацию двух важных заклинаний в своей ауре, потому оставшийся «свободным» сон он вместо посещения Таиз уговорил Духа Доблести в воспитательных целях побыть вместе с ним во сне Симуса Финнигана. Пусть и не такой светловолосый, как Алистер, но в чём-то на него похожий парень, по крайней мере, честный и прямолинейный, а не подловатый, как Рон. Стоило испытать его, прежде чем постепенно вовлекать в Теневые миссии, как Таиз. Один в поле не воин.

Ограниченный во времени Гарри решил не ждать окончания сновидения Симуса и вошёл к нему в домен, изменив свой облик на образ строгого Персиваля Уизли.

Большой зал. Яркие звёзды над пустыми ученическими столами, полная луна светит в высокие стрельчатые окна. Преподавательский стол заставлен тортами… Тортами в виде женских грудей с торчащими из сосцов и пламенеющими свечными фитилями. У золотого трона директора с задранной мантией и спущенными штанами Симус трахал разложенную на столе голую грудастую порноактрису из июньского номера «Плейбоя», стонущую очень возбуждающе.

- Так-так, мистер Финниган, да вы Большой романтик.

- Да блядь! Я ж теперь запер дверь, как ты вошёл?! – продолжая телодвижения.

- Я новый ключник школы, Симус. И весь Гриффиндор уже собрался на соревнования, а ты изволил филонить. И с кем?

- Иди в зад!

- Ай-яй-яй, Симус. С надувной куклой! – сдерживая улыбку, теневой маг постарался изменить часть чужого сна, подойдя к столу, сунув руку в волосы блондинки и вытащив из макушки пробку.

Девица с громким бздением сдулась.

- Охуеть, вот не мог подойти минутой позже, а, обломщик херов!

- Заправляйся быстро! И поторопимся к главному входу.

- Сволочь, ты Перси.

- Шевели булками, Симус.

Финниган покорился, последовав за Персивалем Поттером.

Соревнования вёл Дух Доблести в облике Римуса Люпина. Подсознание Финнигана само додумало образы Томаса, Поттера, Лонгботтома, Уизли, выстроившихся у черты перед Визжащей хижиной, стоящей на маленьких ножках сколопендры и невесть с чего вдруг перегородившей собой главную дорогу к Хогвартсу.

- Итак, пятикурсники. Ваша задача – спалить Визжащую хижину. Кто быстрее справится?

- Я сожгу Визжащую хижину за семь заклятий! – бодро выступил самый рыжий.

- Я сожгу Визжащую хижину за шесть заклятий, – исподлобья произнёс Невилл.

- Больше нет желающих, Гриффиндор? – мягко спросил уважаемый и любимый всей школой профессор Люпин.

- Я сожгу Визжащую хижину за пять заклятий! – торопливо решился Симус, поражённый мужеством Лонгботтома и не желавший уступать какому-то там ботанику.

- Вперёд, мистер Финниган. Покажите нам всё, на что вы способны.

Финниган с напускной бодростью вышел к огневому рубежу стрельбища.

- Магус Игнис! Инсендио! – крыша и порог загорелись синим и рыжим пламенем соответственно.

- Ви-и-и! – хижина завизжала и стала медленно приближаться, перебирая многочисленными маленькими ножками, подгибающимися под тяжестью кривоватого двухэтажного здания.

- Инфламаре! – из палочки Симуса вылетел шлейф огня, поджёгший фундамент и остановивший движение. – Инфламаре!

- Ты знаешь только три огненных заклятья, Симус? Это едва тянет на удовлетворительно, - своевременно встрял Персиваль Поттер, подначивая. Если уж и не знает жеста, то само латинское слово Финниган точно слышал. – Так не победишь в соревнованиях за отдельную спальню со щеколдой изнутри.

- Гр! Конфринго! – решился пойти ва-банк Финниган, тупо взмахнув палочкой с сильным желанием исполнить заклинание.

Сгусток огня сорвался с волшебной палочки и влетел в пламенный зёв горящего входа. Внутри что-то пыхнуло, зловеще высветив окна и вызвав истошный визг.