- Интересно, обратится ли Министерство Магии Магической Британии к гоблинам Гринготтса для разрушения проклятья на всём госоргане?

Смешная мысль, коварная. Прямо-таки злодейский план созрел у Поттера, вроде бы начавшего с благовидных намерений избавиться от воровства в школе, а пришедший к проклинанию всего Министерства Магии, оболгавшего лично его, Гарри Поттера.

Стоит ли мараться? Теневой маг имел возможность поюлить: Дух Знаний получит знания о жизни Наземникуса Флетчера за счет его же ментальных сил и сможет потом в сутки спокойно усваивать по четыре волшебные книги, а наргл получит весь эмоциональный окрас с магией и разжиреет до босса. Сам теневой маг, впервые убивая живого из Тени, по канонам магии крови тоже кое-что заполучит, по логике это развитие ветки Энтропии: за Дезориентацией как раз следует вселение Ужаса, а дальше интересные массовые заклинания Усыпления и Кошмара наяву, когда враги на поле боя становятся союзниками или парализуются страхом. Морриган любила внушать кошмары наяву, когда освоилась с этой магией, очень помогшей в разборках с приспешниками магов крови во время сражения в их столичном убежище. Впрочем, куда лучше подходит продолжение другой ветки от той же Энтропии: Вытягивание жизни, Магия смерти, Смертельное проклятье, Облако смерти. Морриган вообще любила и развивала магию Энтропии, Амелл, как её любовник, имел представление о ней.

Чтобы гарантированно заполучить и заклинание Ужаса, и заклинание Смертельного проклятья, нужно воплоти явиться к жертве и при контакте с кровью после выжимания досуха в Тени применить Вытягивание сути, усиливаясь за счёт убиваемого. Правда, сам этот способ накладывает свой отпечаток, поскольку будить жертву Поттер совершенно не собирался, значит, и запечатлеть внушение Ужаса не выйдет, зато вместе с Вытягиванием сути на последнем издыхании легко обрести Магическую мощь. Авернус бы ни капли не сомневался, да он и без того так поступал с другими Серыми Стражами в Пике Солдата. В преддверии войны с Тёмным Лордом стоит обзавестись в ауре двумя этими заклинаниями – идеальны для применения в сражениях с пособниками. Ну, как очкастый шкет в модной рубашке может внушать ужас? А вот обладать Магической мощью и Смертельно проклинать – другой разговор.

Здесь кроется ещё один выбор: либо эти заклинания с неучастием в «духовном пиршестве», либо знания о жулье и навыки в Легилименции до уровня чтения поверхностных мыслей, как умеет Снейп. В первом варианте Дух Знаний может дать потом подсказку по впитанным им знаниям от жулика, но делиться всем узнанным не будет однозначно - таков с ним уговор; точно так же, как дневники Блэков и сны Сириуса остались для Поттера неведомыми, как и жизнь самого Поттера потом не окажется подаренной-проданной Духом Знаний кому-либо, - всё честно.

Трудный выбор. Как просто решиться на изуверское убийство, так и выбрать сам способ расправы. Аластор бы однозначно выбрал знания.

- А почему бы и нет?

Догадается Грюм развить навыки Легилименции – хорошо. Нет – и ладно, всё равно будет присутствовать при том, как Наземникус крадёт у Магической Британии весь Лютный переулок, включая брусчатку. Зато Гарри Дайлен будет спокоен, что знания Флетчера о подпольном мире даром не пропадут, хотя бы частично доставшись Грюму, которому не впервой возиться в подобной грязи, и Ордену Феникса будет полезно, всё же у них изначально хорошие намерения – бороться против тирании.

Определившись, теневой маг спустился на первый этаж дома Дурслей и открыл входную дверь, выходя в мальчишескую спальню пятого курса Гриффиндора, её отражение в Тени. Хоть Поттер и явил себя да обозначил свою позицию для местных обитателей Тени на прошедшем ужине, он пока только присматривался к обстановке и диспозиции сторон, не спеша, как в особняке Блэков, остро нуждавшимся в экстренном спасении. Вот и сейчас он, избегая встреч, обернулся птицей и вылетел, ориентируясь по карте Духа Знаний, созданной им на основе памяти Гарри Поттера. Второй этаж. Окно в туалет Плаксы Миртл нашлось в предполагаемом месте. Зачем ломиться в замурованный проход, когда можно войти через стекло?

- Уй! – больно ударившись затылком о стену и ощутив резкую боль в коленях. Зато успел вовремя приклеить стопы у окна. Лечение на себя.

Ворча на собственную никудышную физическую подготовку, теневой маг кое-как подтянулся к окну и вновь прибёг к помощи Духа Знаний, чтобы воспроизвести свой детский магический выброс, убравший стекло к боа-констриктору в зоопарке, посещённом на день рождения Дадли летом тысяча девятьсот девяносто первого года.

- Ступефай. Конфундус, - и ещё спустив с ауры на привидение Плаксы Миртл заклинание Дезориентации. – Тебя вызывает к себе профессор Бинс на отработку.

- Ой, я же опаздываю на отработку к профессору Бинсу! Ну надо же так засидеться в туалете! – воскликнула подросток и смылась, в прямом смысле этого слова скрывшись из Тени в Явь через унитаз.

Освободив себе помещение, Поттер потренировался во вновь теперь ему доступном парселтанге, открывая и закрывая среди раковин лаз василиска.

- Акцио метла!

Вложенная магия выдернула оную откуда-то – влетела через окно в руку. Юноша осторожно направился вниз, окружив себя слоёной защитой против той омерзительной склизкой жизни, что в Тени бурлила на стенках и полу канализации. Проделать большую дыру в устроенном Локхартом завале труда не составило. Увы, лаз в Запретный Лес был дальше. Может быть через него Дамблдор и проник в Тайную Комнату, а может его туда доставил феникс, в самый ответственный момент боя с хоркруксом в дневнике принёсший Распределяющую шляпу со спрятанным у неё внутри мечом Годрика Грифиндора, без которого не стоило и мечтать завалить гигантского василиска. Увы, туша отсутствовала, а ведь это десятки, если не сотни тысяч галлеонов за ингредиенты, уникальные своим возрастом и насыщенностью магией. И где эти деньги? Оставался мизерный шанс, что это разумные акромантулы сожрали змеиный труп, о котором директор забыл, а когда вспомнил, то было уже поздно. Однако их гнездовье пока подождёт.

Сова вылетела из лаза и поднялась над ночным Запретным лесом, едва увернувшись от выдернувшей перо из хвоста зазубренной иглы и потеряв маховое перо из крыла из-за кислотного плевка с другой стороны. Кто и зачем атаковал – загадка, оставшаяся во тьме ночной. Сторонясь других летунов, птица направилась к теплицам и оранжереям замка, проникнув вовнутрь тем же способом убирания стекла.

Ох, внутри царили поистине смертоносные заросли всего вперемешку, хотя Помона Спраут трепетно относилась к своевременной прополке, стрижке, аккуратности грядок и расстановки горшков. И проламывать теперь не вариант – сам же раздал детям инструмент наблюдения за Тенью. Пришлось Поттеру повнимательнее осмотреться, заглянув через окна во все помещения, подбирая, где бы приземлиться и собрать подходящий набор «теневого татуировщика».

Шипастые лианы, пузырящиеся чашелистики, острые лезвия лепестков, висящий «смог» из спор и пыльцы, стрекала с иглами наготове, плюющиеся вулканчики гнойников, клыкастые челюсти шляпками грибов, на стволах похожие на трутовики сомкнутые жабьи рты с явно далеко и резко выстреливающими языками, на стеклах ползали улитки, с которых вниз капала едкая слизь зеленовато светящейся протоэктоплазмы. Гусеницы с пастями-капканами, стрекозы с мечевидными крыльями и лохмами стрекал медузы под брюхом, оперённые кальмары с саблезубыми присосками.

Метла выручила. С воздуха собрав по верхушкам всякого в трансфигурированный ящик из-под гаражных инструментов, Поттер отправился в башню Ровенкло, где была самая большая община нарглов, как это ни странно, а может быть и закономерно. Дополненные заклинанием направления способности почтовой совы помогли найти самого матёрого наргла. Скормив тому девятнадцать виспов за каждого ученика, что проворовался в прошлом году и за ещё шестерых рецидивистов в этом, теневой маг сделал последний штрих, пользуясь пластичностью Тени для того, чтобы при помощи метаморф-магии подрасти, принимая облик директора. Став походить на Альбуса Дамблдора в белой мантии, разукрашенной чёрными черепами и костями, как втюхиваемая продавцом «самая мальчишеская» пижама, теневой маг принялся за неприятную работу: Ледяной хваткой фиксировал фантом, удостоверялся в наличии эпизодов воровства при помощи отрабатываемого Легилименс; сочащимся ядом хвостом дёргающейся в руке сколопендры, чьим-то ядовитым клыком, жалом или клешнёй процарапывал надпись заглавными буквами газетного шрифта «ВОР»; замазывал рану какой-нибудь дрянью, тоже соизмеряя пакостность с ценностью сворованного; дожидался разморозки и проникновенно так через очки-половинки просил:

- Пожалуйста, Лайза Турпин, хватит воровать.

- Пожалуйста, Мэнди Броклехерст, хватит воровать.

- Пожалуйста, Мариэтта Эджком, хватит воровать.

- Пожалуйста, Блейз Забини, хватит воровать.

- Пожалуйста, Лианна Минкс, хватит воровать.

- Пожалуйста, Лаванда Браун, хватит воровать.

И далее по списку. После каждого раза применял заклинание усыпления, не забыв засунуть эбонитовую палочку с жилой фестрала в узловатый чехол из бузины. Не всех подверг экзекуции. Тот же Дин Томас и Рон Уизли только на первом курсе промышляли по мелочи, потом завязали, если не считать вкусностей и шуток с возвратом, а не как у Полумны, чьи вещи потом кидаются где похуже или позорней.

Трудней всего – отыскать Грюма. Зелья сна без сновидений да соответствующая защита на спальне – вот гарантия от встречи с теневым магом. Единственная уязвимость у Грозного Глаза – это сам Грозный Глаз, артефакт с теневой сущностью. Вот на неё, эту сущность в искусственном глазе, и настроился Поттер из Тени в облике почтовой совы. Защита на убежище Грюма действовала, сбивая чуйку почтовым совам из плоти и крови, теневая почтовая сова долетела до самой границы чар.

По иронии Грозный Глаз был найден при помощи заклинания волшебного теневого глаза. Понадобилось с десяток попыток, чтобы модифицированный по ходу дела конструкт проник в сновиденческий домен Аластора Грюма. Дальше уже было дело техники – свести его с не использующим такой параноидальной защиты Наземникусом Флетчером. Оставив соглядатая в качестве маячка, Поттер покинул Тень.

Привычно проснувшись около полуночи, Гарри Дайлен переоделся и воспользовался мантией-невидимкой, исчезнув из мира Яви и сместившись в мир Нави, открыл окно, обернулся почтовой совой и вылетел в ночь. Он не смог себе отказать подурачиться, наслаждаясь полётом, пока не поймал себя на мысли, что намеренно оттягивает мерзкое дело.

Набравшись мужества, Поттер сиганул в Лютный переулок, где Флетчер снимал комнатёнку и сейчас дрых с бутылкой, запивая горе от своего антиворовского проклятья, когда всё валится из рук, даже стакан с водкой и тот разбился. Как ни цинично и аморально, вскоре этот живой ресурс перестанет быть живым по собственной вине. И он уже сам дошёл до кондиции, когда в насилии нет смысла.

Теневой маг присел над упившимся телом, призывая-открывая домен для выбранного в боссы наргла и отпуская туда Духа Знаний с поводком к маяку до Аластора Грюма, чтобы чары порт-ключа перенесли его в жизненный кошмар Наземникуса Флетчера, который из-за доброго характера Духа Знаний не будет страдать, а исповедуется перед ним как перед духовником от лика самой Смерти, духовно очистившись от воровского греха перед следующим воплощением. Так и самому нарглу больше достанется из-за добровольности «пожертвования».

Да… теперь Гарри Дайлен хорошо понимал магов крови Тедаса, получавших болезненное удовольствие, пуская кровь себе и другим, особенно другим. Наземникус не мучился, он тихо умер во сне со счастливой улыбкой, напоследок подгадив блаженством, которое теперь будет всегда грызть и развращать душу Поттера, соблазняя на новые жертвы магии крови…

Юноша с трудом вернул сосредоточение и «сверил часы» с поумневшим и разжиревшим Нарглом. Если обычный наргл был по колено, матёрый достигал пояса, то босс вымахал до роста самого Флетчера, пусть и низенького, но не лилипута. Наргл-босс обязался по времени Яви забирать из Хогвартса к себе завёдшихся там сущностей старше месяца, провоцирующих воровство или грабежи. А прямо сейчас «вор в законе» забирал наличествующих, всей их общиной переселяясь из Хогвартса на вакантное место в департаменте магического правопорядка Министерства Магии, зная расположение по памяти часто там бывавшего Флетчера и не страшась столкнуться с противодействием - ушла Амелия Боунс, столп законности и порядка.

На этом ночные приключения Поттера завершились. Получив своё и ни на что в каморке не позарившись, он благополучно вернулся в Хогвартс и лёг спать, банально спать, морально отдыхая от проделанной работы.

Глава 22, второй день в Хогвартсе.

Поутру Гарри Дайлен проснулся хмурым и безрадостным. Он понял, что ночью угодил под тлетворное влияние Демона Гордыни, раздув школьную проблему воровства до страновой, в итоге всё равно переложив её решение на чужие плечи. Как бы к следующему учебному году на Косой аллее не осталось ни одного магазина.

- Привет, Гарри, - вошла в помещение бассейна девушка в спортивном трико и блузке.

- Привет, Анджелина, - делая первый подход к гантелям в упражнении толкания вверх от плеча, будучи в спортивных шортах в клеточку и футболке с мопедом.

- Классная идея с этим инвентарём и правильное стремление привести себя в форму перед соревнованиями, - одобрила капитан, начав разминаться с наклонов.

- Спасибо.

- Ты очень изменился за лето, Гарри, - завершив растяжку, ничуть не смущаясь, что парень пялится на её подтянутую попку.

- Я видел возрождение мертвеца, меня самого чуть не угрохали на том кладбище. А ещё мне повезло почти месяц жить в волшебном доме, уча и колдуя, что захочется, - пояснил парень и принялся кривляться на турнике, выжимая из себя семь подтягиваний.

- Отличная мотивация, согласна. Не хотела бы я оказаться на твоём месте, - крутя тазом.