- Упс, - пристыженно произнёс рыжий подросток. – Фините Инкантатем! – своевременно начав отменять собственные заклинания.

Уизли ещё несколько раз повторил отмену, пока все его щиты не обрушились вниз булыжниками, накрывая вылезших на крышу гоблинов подкрепления, ещё шевелившихся после того, как каменные птицы Римуса и Сириуса устремились на них в пике, разгоняясь для увеличения кинетической силы удара, который рунные панцири и шлемы кое-как выдержали, чего нельзя сказать о вывернутых под неестественными углами руках и ногах коротышек.

Второй рой ос накрыл сразу и Косую аллею, и Лютный переулок, потому вместо потока золотых саламандр в Лютный переулок над домами магического квартала раскрыл крылья величавый венгерский хвосторог, размерами с самку, «выступавшую» на прошлогоднем турнире. Дракон пламенел алым с голубыми кончиками язычков, его глаза светились сочно синим цветом магии. С оглушающим рёвом огненный гигант сорвался с места рождения, первым делом резко набрав высоту и своим жаром испарив рваный клок тучи, где прятался отряд гоблинов-невидимок, подбиравшихся для внезапной атаки сверху, где свободно от прикрытия каменными птицами и щитами. Пламенный зверь раскрыл пасть и схарчил первого, через пару мгновений вылетевшего из-под хвоста лавовой какашкой с пепельным следом выгоревшего дотла гоблина.

Финниган и не пытался отделять зёрна от плевел, он накладывал на камни с трофейным металлом чары левитации, пока Поттер «драконьим хвостом» дирижировал своим шедевром, изгибающим шею как угодно и даже вытягивающим её, чтобы дотянуться до следующей жертвы, чьи потуги удрать оказались обречены на провал. Пятёрка уцелевших гоблинов здраво решила смыться порт-ключами. Девятеро гоблинов-летунов, выживших в сражении с любителями квиддича, поступили точно так же, ретировавшись с поля боя порт-ключами. Настигнутые многочисленными огненными осами гоблины на земле точно так же предпочитали драпать, спасая свои шкуры.

Сражение за магический квартал Лондона, по сути, завершилось, осталась зачистка и расчистка.

«Предлагаю слетать на улицу Мерлина. Рон и Герми чарами левитируют раненных на улицу, собирая по десятку в группе. Я буду массово лечить их Репаривитаэ, чтобы дотянули до хирургов. Симус лучше всех справится с гашением очагов возгорания. Римус создаст верёвочные порт-ключи в Мунго. Сириус на прикрытии, его големы собирают наши трофеи».

«Внизу действуют антипортационная и антиаппарационная защиты», - написалось в чате аккуратным почерком профессора.

«Вместительный Мобилискутум Максима подымет ввысь сразу десяток», - разъяснил Гарри.

«Рон, Гермиона, вам задача понятна?» - уточнил Люпин.

«Да», - лаконично ответила Гермиона, ещё и кивая.

«Вперёд!» - отдал приказ номинальный командир в старинном сюртуке рода Блэк.

«Рон, Герми, и не тратьте время на разговоры со спасёнными – нужно скорее собирать других нуждающихся», - добавил Гарри от себя, заранее предупреждая из опыта Дайлена Амелла.

Три бронечаши полетели вперёд – огненная рептилия осталась царствовать в небе, величаво и грозно кружа над магическим кварталом. По пути Финниган слепил из трофеев один большой ком, который Поттер остудил и уменьшил.

- Симус, для тушения применяй Акцио Пламя или Акцио Огонь, что лучше сработает, - инструктируя на снижении. Эта идея пришла ему уже в бою.

- О! Понял, Гарри, сделаю!

- А, да, и напиши ещё салютом «Эвакуация раненных группами с улиц».

- Длинно слишком. В два заклинания, - сам сообразил Симус и дважды применил заклинание фейерверка. В магическом квартале умели праздновать, потому сокрытие от простецов доходило до облаков.

«Здорово придумано, парни!» - одобрил Сириус в чате.

Гермиона и Рон собирали только тех, кто оказался застигнут войной на улице и кто виднелся сквозь разрушения стен или окон зданий. Гарри от духов Сострадания знал обо всех, на них и накладывал чары для воздушного перемещения раненных, складывая отдельно теми же десятками.

- Акцио Пламя! Акцио Огонь! Акцио Пламя! – выкрикивал пиромант, к которому со всех сторон стали стекаться пламенные и огненные всполохи, гася возгорания.

- Маджикус Экстремус Гоменум Ревелио Максима! Маджикус Экстремус Мобиликорпус Максима! – дублируя знания палочковым заклинанием и применяя транспортировку. - Маджикус Экстремус Репаривитаэ Максима Максима! – внятно и громко произнёс Поттер, используя модификатор Максима и как количественный, и как качественный. Это была прекрасная маскировка для Группового Исцеления, изливавшегося столбами света на успевших дожить до этого мига страдальцев, получающих мгновенное облегчение, а у некоторых даже выпадали осколки стекла, камня, черепиц и прочего, разлетевшегося от взрывов, а не из гоблинских гранат. – Маджикус Экстремус Мобиликорпус Максима! Рон! Следующий тупик, - привлекая внимание и жестом показывая перелетать дальше. Бронечаши находились всего в пятнадцати-двадцати метрах друг от друга, чтобы обойтись без чата.

- Понял, Гарри! Меняем позицию, Герми, тут Гарри справится.

- Ах!.. - Спасибо! – Спасибо вам! – доносились возгласы благодарностей, много чего говоривших и спрашивавших, но отвечали им уже Сириус или Римус.

- Мобилискутум Максима Триа, - одним махом палочки создавая три щита, начавших подниматься в сторону бронечаши с Римусом, который передавал порт-ключи в Мунго, и дальше платформы с символом Гриффиндора подымались выше трёхсот метров, выходя за пределы действия гоблинских устройств, опустевая и падая камнями брусчатки на банковское здание.

Менее чем за десять минут вся улица Мерлина была обработана - менее двухсот раненных отправилось в Мунго. Могло быть и больше, но десятки человек оказались в ошейниках, успевших перенести их в логово к гоблинам. Десяткам же хватило уже оказанной лечебной помощи. С Косой Аллеи всего восемнадцать человек переместилось в Мунго – магических существ в зоомагазине и почтовых сов было жалко оставлять без помощи. Лютный переулок тоже подвергся пожаротушению и эвакуации – здесь оказалось более восьмидесяти пострадавших и гораздо больше разрушений.

Напоследок огненный дракон Гарри схарчил с многострадальной крыши банковского здания все собранные Сириусом трофеи, чтобы лопнуть от натуги, но всё же размягчить и смять гоблинскую сталь, разрушая рунные вязи. Люпин с Блэком со своей долей раскалённых сокровищ остались в магическом квартале Лондона объясняться с другими участниками сражения и собирать рейд внутрь банка Гринготтс, а школьники вернулись в Уэльс – по уши довольный внезапным приключением Финниган за обещанный получас перенёсся обратно в Грецию.

Глава 85, газетные взгляды.

Экстренный выпуск «Придиры» имел саркастичный заголовок со смыслом:

«СПИЧКА ВОЙНЫ

или как злые гоблины пытались помешать

Гарри Поттеру подружиться с драконами»

Ксенофилиус, пользовавшийся колдокамерой в шапке-невидимке, поведал о том, как школьники готовили насесты для драконов, как создавались антиогненноструйные ступы для безопасных полётов рядом с играющимся молодняком драконов. Автор статьи очень расстроился, что такие прекрасные платформы из слюдяного гранита пришлось использовать в качестве гоблинобоек. После колдофото сходящей лавины, вызванной тремя ранее упомянутыми плитами, Ксенофилиус вешал на гоблинов ответственность за испорченный ландшафт и порушенную инфраструктуру драконьего заповедника, демонстрируя колдофото того, как подвергшиеся драконьим галлюцинациям гоблины сперва реденько летят в три образующихся на площади кратера, а потом как они массово таранят собой ни в чём не повинные камни. Никакого пламени в кадрах.

Дальше в статье говорилось про добровольную уборку мусора и расчистку завалов силами участников устроенной школьниками экскурсии. К сожалению, выражаемому в статье, гоблины атаковали всеми любимую Косую аллею, стараясь отвлечь изобретателей заклинания финансовой истории от драконьего заповедника. Пришлось Гарри Поттеру вызывать подмогу в лице друга-пироманта, отдыхавшего с родителями в Греции. Симус Финниган, походя применив форму святого ифрита, помог друзьям усмирить гоблинов и поспешил вернуться к родителям, взявшим отпуск.

Следующий лист посвящался состоявшемуся-таки посещению драконьего заповедника Гарри Поттером и его друзьями. Напечатанные колдофото показывали: счастливого Рубеуса Хагрида, обнявшего зелёного детёныша так любяще, что дракончик стыдливо закашлялся и перехотел изрыгать пламя; восторженных Гарри Поттера и Полумну Лавгуд, по обе стороны чмокнувших в уши улыбающуюся голову молодой матери малышей, признавших папку в школьном профессоре УзМС; выпученные глаза Рональда Уизли, взявшего на руки старое и тяжёлое яйцо с зародышем, впавшим в глубокую кому из-за смерти матери в прошлое восстание гоблинов; задумчиво жующую сочный и румяный шашлык из драконьего мяса Гермиону Грейнджер, сидящую на деревянной скамье у чаши каменного очага на берегу горного озерца; недовольную физиономию Римуса Люпина посреди вечернего озера и радостно плескавшегося вокруг Сириуса Блэка; общее колдофото экскурсии в освещённой колдозвёздами пещере у бока полусонного валлийского зелёного дракона-самца с характерными рожками – четыре школьника и четыре взрослых искренне и устало улыбались на камеру. Финальная часть статьи напоминала репортаж, популяризирующий отдых на природе, который тогда удачен, когда продуман.

«Ежедневный Пророк» с первой страницы являл скорбное лицо Пийя Толстоватого. Министр Магии выражал соболезнования семьям погибших волшебников и ведьм, обещая им всем раздать талоны годового питания. В своей пространной речи министр объявлял о выдвижении к награждению орденом Мерлина первой степени Кингсли Бруствера и орденом Мерлина третьей степени всех авроров, участвовавших в сражении с гоблинами Гринготтса, подавляющее большинство из них посмертно. Пий Толстоватый также объявлял о национализации банка Гринготтс и его переименовании в Банк Магической Британии, обещал сохранить все вклады и сейфы. Лорд Гринграсс назначался главой новообразования с прямым подчинением Министру Магии, ранг нового чиновника соответствовал главе департамента. Остальные страницы газеты посвящались всё ещё уточняемым спискам погибших, а также кратким некрологам погибших сотрудников редакции, базирующейся в здании номер один по улице Мерлина.

«Новости Волшебного Мира» в качестве заглавия передовицы разместили колдофото пасмурно-дождливого дня над магическим кварталом Лондона, запечатлев момент с профессионально подобранного ракурса: под созданной фейерверками надписью о гоблинах три летающих объекта с парами пассажиров, колдующих связки заклинаний, самое зрелищное из которых от фигуры огненного человека обрушивалось пламенно-алым потоком саламандр на белое перекошенное здание банка Гринготтс.

Военные репортёры международного издательства отличились тем, что помимо съёмок боевых действий добыли образцы гоблинских генераторов помех, выглядящих гравированными рунами кубами из слегка голубовато-серебристого металла. Вместо освещения сражения НВМ на первой странице делилось сенсацией о возможностях гоблинских устройств блокировать узлы каминной сети на территории, а также создании таких помех для портации, через которые сами гоблины свободно перемещаются порт-ключами и пользуются рунным призывом.

В цвете напечатали и колдофото выложенного на белую скатерть новейшего вооружения гоблинов: игольник в собранном и разобранном виде с примерами игл, револьвер в собранном и разобранном виде с примерами рунных пуль разных свойств, гранатомёт и сами гранаты в собранном и разобранном виде, короб с летающим веником. Все подробно описывалось с приведением чёрно-белых колдофото последствий применения на английских аврорах и дементорах у лондонского здания банка Гринготтс. В примечании некий эксперт пояснял, что внешний перекос зданий вызван чрезмерным обилием пространственных чар, в частности, оставшимися без хранителей чарами Доверия и безграмотным нагромождением чар незримого расширения.

И только в следующей статье воскресного утреннего (для европейцев) номера газета вещала о недееспособности британских власть имущих, которые во время атаки в сердце государства без всякого толка заседали в Визенгамоте – этот высший орган власти по итогам субботнего заседания не принял никакого решения.

Умело скрывающиеся военные корреспонденты зафиксировали фиаско Аврората, тяжело раненного в первые же мгновения боя, когда у здания гоблинского банка полегли пятнадцать сотрудников этого силового ведомства. До установления гоблинами тотальной транспортной блокады магического квартала Лондона успели прибыть ещё шесть аврорских звёзд, две из которых тут же пали от взрывов гранат, а третью расстреляли из игольников, шустро надели ошейники и порт-ключом отправили на продовольственный склад. Оставшиеся сумели выжить и скооперироваться между собой: две группы оборонялись, третья реквизировала из лавки летающие мётлы для начала воздушного противостояния, где у людей имелись шансы сражаться. К аврорам присоединились гражданские ведьмы и волшебники на собственном транспорте. Однако даже так летающих гоблинов оказалось кратно больше летающих людей.

Сражение в небе происходило на фоне тотального поражения на земле, где гоблинские отряды выкашивали всех своими гранатами с гоблинской сталью, которые щедро раскидывали по улицам и забрасывали в дома. Вопрос времени, когда бы гоблины подавили все очаги гражданского сопротивления внизу и сосредоточили огонь на целях в небе. В примечании некий эксперт оценил порядок стоимости одного такого боеприпаса в сотни галлеонов.

На следующей странице НВМ приводила в ряд три цветных колдофото, сделанных аппаратом с телескопическим объективом, в оптическом приближении запечатлевшим три бронированных летательных чаши, внутри которых активно колдовали узнаваемые лица: Сириус Блэк и Римус Люпин, Гермиона Грейнджер и Рональд Уизли, Гарри Поттер и Симус Финниган. В кадры размазанными помехами попали наколдованные птицы и щиты с грифоньей символикой. Автор статьи ошеломлённо поражался тому, что пятнадцатилетний пиромант всего за полтора месяца достиг не только формы огненного человека, но показал и алое Адское Пламя, и легендарный золотой Святой Огонь, о котором вот уже более двух веков никто ничего не слышал. Так же ранее считалось невозможным трансфигурировать Адское Пламя, но Гарри Поттер свободно превращал его в осиные рои и дракона, а Симус Финниган придавал огню форму саламандр по примеру своего, несомненно, фамильяра – огненной саламандры по имени Салиг. И эти огненные конструкты вопреки своей природе никаких пожаров не устроили! Палили исключительно гоблинов, которых сжигали дотла. Приводилось колдофото объятого осами гоблинского латника, сгорающего заживо на паркете.