- Ну, как-то так, уважаемые, - сконфужено произнёс Гарри, подлетев к зрителям, столпившимся шагах в двадцати от зеленоватого тумана, отчётливо сгущающегося в глубине области воздействия. – Почтенный Дегхельм, так вышло, что ваше детище слегка позеленело, так что сапоги по праву ваши, - возвращая инструмент в нетерпеливые руки.

Компаньон в шраме сфокусировал всё своё влияние на Дегхельме, провоцируя рождение нового знания.

- Ох ё!.. – старик вцепился обеими руками в свой посох и застыл в шоке.

- Дегхельм. Дегхельм! Всё в порядке? – тревожащийся староста потрепал за плечо своего помощника.

- А? Да-да, в полном порядке! – счастливо воскликнул старик, погладив свой рунный посох как стан жены в первую брачную ночь.

- Мистер Малфой, думаю, я вырастил вам три тонны. Про их сбор уговора не было, хи-хи, - не сдержал нервного хихиканья юноша.

Люциус сглотнул, не сыскав слов и уверившись в том, что у Гарри Поттера появилась легендарная бузинная палочка, ибо ни одна другая не способна концентрировать и вкладывать в заклинания столь огромадные объёмы магии.

- Да, лорд, запрошенный вами урожай… Хм, мистер Поттер, а сколько ещё будет длиться взращивание? – осведомился староста Теодбальд, старательно держащий лицо, но синие глаза светились бурей эмоций и еле сдерживаемой магии.

- Цветение лотосов продлится полтора часа, староста Теодбальд, а усиление роста с получас, - доложил Гарри Дайлен. - Эм, думаю, что устраивать мою практику с посохом Дарлин лучше где-нибудь в другом месте, подальше от дорог, - виновато почесав затылок. Густеющие заросли поглотили наезженную дорогу.

Теодбальд не сомневался, что жадный Малфой так или иначе соберёт весь урожай, но гигантские кусты и лозы останутся – жалко будет пускать их на удобрения. Староста Слэйда давно не ощущал такого азарта и жажды деятельности, как сейчас, но замшел и терялся, с чего начать и как подступить. О прекращении развлечения речи нет – когда ещё представится такой занимательный случай показать детишкам и внукам, почём фунт лиха?! Происшествие стряхивает пыль, а общая борьба сплачивает – погрязшему в благополучии Слэйду позарез требуется то и другое. И тут как по заказу такое, что хоть стой, хоть падай.

- Одного раза вполне достаточно, вполне, да, на сегодня, - изрёк староста, которому ещё предстоит после заварушки с магическими растениями разбираться с тем, где теперь играть детям так, чтобы их магические выбросы приносили пользу.

- Не-не-не! Как же моя Дарлин без… без чудесного зелёного окраса?! Не-не-не, Теодбальд, уговор есть уговор! Ты сам сказал, что два раза. Было? Было! – суетливо настаивал Дегхельм, хотевший и для своей второй половинки такой чудесный посох, с которым мужик ощущал окружающую природу несравненно чётче и дальше.

- Тц… Идите в баню, а!!! Я придумаю что-нибудь, - тоже почесав затылок, охренев от вида того, как в создавшейся тесноте магические растения начали натуральную драку за место, грозясь всмятку и вдребезги раздолбать все плоды.

Какой-то лопух попытался навалиться на фасоль, да та начала острыми стручками, словно палашами, шинковать громадные листья как заправский шеф-повар о восьми руках с ножами. Выпрыгнувшая из земли морковь проткнула собой брюкву, с треском разломав на части, а потом её саму с треском раздавили. Стреловидный лук обломал об патиссон свои зелёные копья и решил сменить тактику, став ветвиться своими копьевидными стрелами, в какой-то момент успешно проколовшими лозу, отчего бронированная тарельчатая тыква под собственным весом оторвалась и рухнула, задавив смекалистую луковицу. Куст смородины тужился и рвал вьюнок, но прилипчивый сорняк умудрялся срастаться обратно, причем не всегда в том же месте, что и стало залогом его успеха на пути к солнцу и цветению.

- Мобилискутум! – поверивший в чудо Дегхельм ударил посохом о дорожное полотно, опытно задействовав руны трансформации, направив магию и образ через посох, как постоянно делал при рыбалке своим методом или при выбивании руд. Всё же было очевидно и ясно, как божий день, стоило только пощекотать нервишки!

Народ испуганно вскрикнул, зашатавшись: очередная часть дороги оказалась напрочь испорчена, превратившись в громадный дубовый щит метров двенадцати в длину. Впавший в детство старик весело рассмеялся, звучно поцеловал верхушку своего рунного посоха и резко пошатал свой грузовой транспорт, приноравливаясь к массе и габаритам. Староста закатил глаза к небу, вопросив о том, почему всё в его смену и почему правнуки медлят с родами.

- Блядь! – после очередного виляния вознегодовал староста в белом и пушистом, ударяя своим посохом по платформе, тут же осыпавшейся вниз, отчего все пассажиры жёстко приземлились на рыхлую землю, сумев не упасть. – Дегхельм, не зли меня! Вали пешим, чай не обломишься.

- Завтра же стану третьим советником и на всех правах тресну тебя по лбу, Теодбальд, так и знай, - притворно обиделся один старик на другого, с которым век разменял.

Вместо ответа староста перехватил свой рунный посох двумя руками, хитро ими крутанул и превратил древко в длинную трубу, чей низкий рёв разнёсся по всей долине, созывая стар и млад на борьбу за урожай.

- Эдулф, баня! Нотмунд, семена и обед! – раздавая поручения советникам и глядя сквозь пальцы на странно щёлкающую и вспыхивающую коробочку, которую мистер Поттер с азартом извлёк из кармана и запустил летать в небо.

- И чего так орать при всём честном народе? – проворчал первый.

- Довели старика до ручки, медовухи на вас не напасёшься, - вторил второй, который тоже желал поучаствовать в усмирении растительного бунта, а его прочь спроваживали.

– Дегхельм, а ты куда?! Твоё детище учинило это, гм, свинство! – махнув рукой на разгорающийся конфликт магических растений, созерцание чего приводило мистера Малфоя в кромешный ужас, а мистера Лавгуда в блаженный восторг, дети вторили отцам.

- Так мне в баню или на фронт, а? А то маразм крепчает, - ехидно поддел весёлый старикан, тем не менее, выдвигаясь к туманной завесе, ибо страсть как хотелось опробовать ядрёно изменившийся рунный посох. Рутина скучного дня в кои-то веки обернулась мозголомной задачкой, ради которой охота тряхнуть стариной.

- Гости дорогие, двигайтесь к бане, пожалуйста, а то здесь многие рискуют стать обедом, - вежливо поторопил староста, косясь на распушенный ствол рябины, стоявшей ближе к берегу и не попавшей в затуманенную область, но пострадавшей из-за набирающей там обороты войны: вишнёвая кость прошила невинное деревце насквозь и плюхнулась в воду у самой кромки, где сразу же проклюнулась.

Поттеру хотелось поучаствовать в военной кампании «Люди против Растений», да банные мероприятия важнее, к тому же, после зрелища безкультурно колбасящих друг друга культур - парилке с хлёсткими вениками добавится перчинки.

- Простите, Эдулф, а ничего, что некоторые оторвутся от коллектива и будут париться в бане, пока всё село парится в саду? – улыбчиво и обезпокоенно уточнил староста Дастина у союзного старосты Слэйда.

- Каждому своя доля, - философски ответил жилистый мужик с обильной проседью в некогда каштановых волосах, мелкими волнами ниспадающих до лопаток из пучка на затылке.

- Наверное, стоило прекратить Цветение лотосов, - заметил Поттер, волнуясь из-за живого воображения, представившего, как шальная вишнёвая косточка попадает кому-то в лоб. Все «чужестранцы» с его подачи шли пешком, уважая местных.

- Зачем кому-то портить веселье? – в том же тоне спросил Эдулф.

- Кхм! – Малфой-старший слегка подавился воздухом.

- Мда, никогда бы не подумал, что магическая агрономия может стать не менее опасной, чем магическая зоология. Гарри, ты ведь поделишься колдофото, да? – попросил Ксенофилиус, панибратски приобняв Поттера за плечи.

- Куда я денусь с подводной лодки… - усмехнулся Поттер, процитировав одну из фраз своего компаньона в ответ на очередную просьбу.

- Мистер Поттер, скажите, а зачем вы хотели покупать еду, когда сами умеете выращивать её лучше всех? – полюбопытствовал Милдбург.

- Это вышло случайно, сэр. Я думал, эффекты сложатся, а они умножились, - смущённо почесав затылок. – Я пока учусь…

- Кхм! – Малфой-младший слегка подавился воздухом.

Полумна хихикнула. Остальная молодёжь молча обтекала потом, да, потом, который сейчас будут смывать в бане. Но тут Леофстан обернулся и споткнулся, упав, если бы его не подхватил приятель помладше, и оба они встали, раскрыв рты.

- Матерь божья… - выдохнул Эдулф, увидев… царя Растений.

В самую середину области, на придавленное место, сумел пробраться магический одуванчик, размахиванием своими листьями-пилами успешно подрезавший вокруг всех конкурентов и быстро заращивающий прорехи. Вот гигантский бутон с жёлтым пучком на макушке попытался раскрыться, но какой-то вьюнок выстрелил усиками и пригнул вниз, в итоге сломав стебель. Вместо трёх потерянных бутонов магический одуванчик прямо на глазах отрастил шесть бутонов, на сей раз вытянувшихся метров на десять вместо семи. Но тут в сумасшедшую битву Растений, дерущихся все против всех, в битве за самое жирное место, - зримо вмешались Люди, выпустившие из рунных посохов кто молнию, кто огненный сгусток, кто голубой всполох чистой магии, от старосты метко полетела громадная сосулька, а потом вверх взметнулся гигантский щит и, словно гигантский совок, срубил гигантский одуванчик под корень.

- Кажется, на совете бабы в эфирные масла добавили макового молочка, - произнёс впечатлённый Милдбург.

- Вот сейчас и выпарим. Идёмте, гости дорогие, идёмте, - поторопил Эдулф, - пока в лендлорды не выбился репейник.

Полумна прикрыла ротик ладошкой, её отец тоже. До Малфоев тоже дошёл незамысловатый посыл, но оба гордо вздёрнули носы.

- Как бы в угаре не побили весь мой урожай, - выразил тревогу Люциус, грациозно вышагивая королевской походкой.

- Не волнуйтесь, мистер Малфой, тыквы точно уцелеют. Такими темпами роста вы заберёте экземпляры по двадцать-тридцать тонн, - успокоил провожатый.

- Хех, заголовок «Ежедневного Пророка» - «Тыквы зарплатой на Хэллоуин». Заголовок НВМ – «Английский патиссон-рекордсмен обвалил мировые цены на тыквы», - захихикал Гарри Дайлен.

Юмор вызвал улыбку у Драко, не говоря уже об идущей вприпрыжку Луне, чьё настроение пребывало в небесах и грозилось вылететь в открытый космос.

- Боюсь представить заголовок «Придиры», - натянуто улыбнулся Люциус, реально прикидывавший в уме, кому и как сбыть столько тыквы по сегодняшней стоимости галлеон за килограмм.

- Я тоже, ха-ха-ха, - рассмеялся издатель и главный редактор в одном лице.

- Однако, мистер Поттер, вы попали пальцем в небо. Частичная выдача зарплат магической едой вместо галлеонов – суровая реальность Министерства Магии. Мы только вчера обсуждали идею введения талонов на магическую еду, в созданных Сириусом Блэком обстоятельствах эта мера неизбежна уже с понедельника. Поэтому я здесь, - снизошёл новоиспечённый глава одного из департаментов, надеясь через слив слуха детям получить родительский отклик на идею, вдруг реально прокатит?!

Обсудить слив горячей новости не вышло.

- Советник Эдулф, это же пырей растет, да? – вдруг спросила самая младшая девчушка, указав на считающуюся сорной траву, пробившуюся в щелях между плотно прилегающими булыжниками.

Старик побледнел, огляделся вокруг, отметил чрезмерное озеленение дороги и превратил посох в трубу, чтобы подозвать к себе смотрителя на гиппогрифе и объяснить всю плачевность складывающейся ситуации. Затем он начал идти, громко стуча посохом, на котором зажигалось и гасло несколько рунных цепочек. С первым ударом в десятке с лишним метров вокруг указанная трава чахла и ссыхалась, каждый следующий раз Эдулф наклонял посох, посылая вдаль направленные волны против пырея, чья корневая система грозилась заполонить всю долину.

- Кто ходит в гости по утрам, тот поступает мудро. Пришедших днём гоните в шею, - нескладно сыронизировал Поттер о себе, заслужив взлохмачивание рукой Ксенофилиуса.

Оба сельских советника улыбнулись. Так и дошли до банного комплекса, где их ждали шестеро мужчин и женщин неопределённого возраста, по внешнему виду не дать выше сорока. Сперва Эдулф провёл экскурсию.

На улице привлекал внимание стоящий чуть поодаль к югу облагороженный фонтан с ключевой водой. Паровой механизм крутил ленту, приводящую в движение черпаки, поднимающую ледяную воду для самотёка в здания бань. Выложенное поделочными камнями русло через несколько шагов доставляло воду в просторную проточную диабазовую купель, в которую можно прыгать или спускаться. От холодного бассейна деревянные резные мостки поверх брусчатки вели к двум горячим ёмкостям, представлявшим собой разной величины приподнятые каменные чаши, изрисованные рунами и облицованные глиной с обеих сторон. Под стоящими на каменных тумбах чашами весело горели костерки и ползали саламандры, чей жар подогревал воду, итоговую температуру которой регулировали рунные вязи.

Все четыре здания с окнами имели цокольный этаж под технологические нужды типа печной топки, системы воздуховодов и трубопроводов. Все оснащались кружными террасами и соединялись широкими мостиками с резными перилами.

Сперва гостей попросили разуться и показали небольшое здание с баней по-чёрному, когда печка в самой парилке и к пару примешивается просачивающийся из топки дымок. Во втором здании они задержались: в совмещённой с кухней столовой высился длинный стол для взрослых и два стола втрое короче и разной высоты для удобства детей и подростков. Здесь прабабушка Ухтлуфе в мастерски вышитом цветами халате угостила всех потрясающим ягодно-травяным киселём, вроде бы не обжигающим рот, а проваливающимся приятно горячей волной, - это для утоления лёгкого голода и подготовки организма к парной с вениками. Для желающих утолить жажду тут на столах красовалась расписная глиняная посуда с вечно горячими котелками с настоями разных трав.

Третье здание с большой раздевалкой и мойней, где имелся тёплый душ от речных вод, краны от бака с кипятком и от трубы с ледяной водой. Тут же была парная человек на десять и просторная сауна, где температура невысокая, чисто для первичного согрева и быстрой сушки перед одеванием. Эдулф особо отметил, что мочиться только в туалете, потому что мыльные воды текут в озеро и отгоняют мелких паразитов для безопасного купания, и что к буйкам близко не подплывать, потому что там растянуты сети для ловли рыб, желающих согреться в печке.