Пятью другими корветами серии «Х-Мародёр» занимался Пикси и дроиды с Вал-Арноса. Ночью толпой финализировали сборку, а утром принялись наводить марафет - отделывать согласно индивидуальным дизайнерским проектам, обошедшемся в миллион имперских кредитов каждый. Услуга стоила уплаченных авансом денег, большой коллектив разработчиков в сжатые сроки учёл все детали и ручался за качество.
Пикси прибыл в систему Тату ровно в полдень по стандартному времени, у первой планеты всплыв из гиперпространства в маскировке чёрной дыры как инверсии звёздного света. Над соляными равнинами Великого Чотта царила полночь. Температура успела опуститься с сорока стандартных градусов до семнадцати и продолжала медленно снижаться. Большинство населения благополучно спало.
Кое-какие заводные малышки вовсю зевали, но стойко держались, кутаясь в пледы и высматривая среди звёздного неба появление нового огонька с папулей внутри, но они ещё были слишком малы, чтобы почувствовать отца на дальней орбите планеты. Оттого для них и окружающих их взрослых стал внезапностью яркий зелёный луч, ударивший вертикально из неприметного участка неба, который Кен успел заметить по сокрытию звёзд, но сообщить опоздал. На соседних фермах тоже ждали обещанного события и наблюдали за небом, выдавшимся чистым, что случалось в большую часть ночей. И там следили внимательнее Ларсов да подготовленнее.
Способный взорвать планету поток светящейся энергии столбом обрушился на соляную равнину Великого Чотта. На мгновения ночная темень сменилась светлыми сумерками в причудливых зелёных тонах. Ни дрожи, ни ветра, но ощутимая волна в Силе. В восторженных глазах детей ещё высился космический столб света, когда со всех сторон возникла густая пелена тумана, за секунды промочившего зрителей до нитки и вселившего страх из-за темени, которую лишь мощные прожекторы прогнали, да и то на маленьком участочке рядом с куполом главного спуска в дом Ларсов.
Всю пустынно-песчаную планету заволокла километровая толща плотного тумана, кое-где сразу же продырявленная осаждением грязью из-за песчаной бури или снегом из-за ночного холода в высокогорьях. Влажность миновала закрытые помещения невеликих городков органиков, а потому многие жители заколдованной планеты остались в неведении о произошедшем счастье, которое могло бы стать всеобщим, случись туман во время дневного зноя. Тем не менее все спящие в эту ночь видели сновидения с их мечтами про изобилие воды и растений. А Пикси после колдовства по Татуину инвертировал маскировку под чёрную дыру обратно на звезду.
- А вот и я! – радостно известил Люк, аппарировавший на ферму и слабой телекинетической Волной Силы прогнавший туман в радиусе десятка метров. – Здравствуйте, - высушивая родственников без световой палочки, жестов, слов.
- Папуля! – Нэми и Лэми обрадованно завизжали и опрометью подбежали, обронив тёплые пледы из шерсти банты.
Начались обнимания и приветствия, словно год не виделись. Чтобы угомонить детей и выдавить из них последние капли бодрости, маг воспользовался случаем потренировать двух девочек и мальчика во владении стихией воды и влиянии на рост растений.
Ох, сколько выдержки потребовалось Люку, чтобы сперва уложить детей, а потом уже наброситься на любимый с детства сладкий пирог авторства Беру с синими плодами пика, похожими на округлый синий инжир с кулак размером и инжирным привкусом, и слепленными Деру с Нэми и Лэми пирожки с похожими на финики плодами деб-деб из немногочисленных оазисов Татуина. Обе женщины умилялись тому, как их мужчина уплетает лакомство за обе щёки. Серьёзные разговоры отложили на завтра.
Покинув сонное царство Ларсов, маг размялся в кометообразном заклинании Полёта, переместившись на километр от фермы в южную сторону. Тут он, подготовив территорию, нагло разместил один из клонов ракатанской установки, дабы её деятельность нагнетала в округе мощный магический фон. И приделал к ней подлинный голокрон, который нельзя скопировать, как и живые портреты, при тиражировании которых получалась мёртвая картина, куда слепки с других живых портретов даже войти не способны.
Пряча на виду, так сказать, маг вокруг клона ракатанского компьютера соорудил из волшебных металлов купольный павильон тридцати четырёх метров диаметром на трёхстах семидесяти семи опорах. Развесил «умные» гирлянды с широким спектром свечения и богатыми настройками. Вырыл канаву под землю и уложил в ней шланги капельного полива. Сажая по четыре косточки в залитый в канаву торфяной субстрат из очищенных им топей Нал-Хатты, Люк периодически направлял растущие из них сорта винограда, девяносто четыре вида которого рассаживал по периметру павильона в соответствии с палитрой цвета ягод. Последнюю опору и перекрестия выше оплела им самим прямо здесь и сейчас выведенная лоза из лекарственного кустарника элеутерококк с гроздьями чёрных ягод. Плодородный слой почвы вокруг павильона укрыли десятки целебных трав, образовав дизайнерскую клумбу.
Вокруг рва и внутри павильона Люк, следуя технологии, выложил брусчатку из поделочных пород камней и окаймил высоким бордюром, провёл пешую дорожку к ферме и залил диабазом место вокруг жилья, окультуривая. Через заросший травой ров протянул дугообразные мостики, внутри и снаружи расставил фигурные скамьи из износостойкой искусственной древесины. Разумеется, внутреннюю область с ракатанским компьютером укрыл под множеством чар, включая блуждание по кругу.
Уже собираясь уходить, Люк смекнул ещё одну гениальную идею маскировки: развесил по кругу наверху павильона театральные голопроекторы и настроил систему для проецирования посередь павильона огромных цветных голограмм. За концертной акустической системой пришлось сгонять на Нар-Шаддаа, применив гипер-порт-ключ и под прикрытием за наличку приобрести подержанный вариант, заодно ещё кое-что.
Раскочегарившийся маг принялся за подземные работы и соорудил кольцо под широкой дорожкой вокруг павильона. Винный погреб вблизи Источника Магии, коим будет выступать ракатанский компьютер, придаст элитному алкоголю особый привкус, не как Огденское огневиски, но что-то забористое точно. Оборудовал домашнюю винокурню и цех обработки синелиста, дабы Оуэн не утруждался с переориентацией влагодобывающей фермы, оборудование которой всё равно продолжит осушать воздух, добывая воду для орошения плантаций. Учитывая увлечения Хаффа Дарклайтера, Люк был уверен в эксплуатации погребка и винокурни. Среди деревянных бочек разной величины маг спрятал ту, в которой разместил портал на Пикси.
Пока Люк вдохновенно занимался садовым павильоном для хозяйства и семейного отдыха, его магические конструкты засеяли все площади фермы почвопокровным кустарником синелиста, отличающегося съедобностью с пряным ароматом, а его эфирные масла стимулируют восприятие, в том числе чувствительность к Силе.
Завершив с фермой, аппарировал к горной проплешине северного полюса Татуина. Укрыв территорию от посторонних глаз и техники слежения, Люк сосредоточенно попрактиковал трансфигурацию крупных масс каменной породы, создавая грот под размещение второго клона ракатанского компьютера терраформирования. Кстати, разведывательный дроид на третьей луне безымянного газового гиганта через сутки от включения доложил о завершении загрузки ракатанского компьютера, выдавшего на терминал анимацию начала сканирования новой планеты, не соответствующей сохранившимся параметрам Кашиика. Через час отработала вся очередность заданий – клонированное оборудование принялось за терраформиование. Чуть с запозданием доложились и два других разведчика: клоны под их присмотром показали анимацию с двумя точками определивших друг друга компьютеров и завершили сканирование вдвое быстрее одиночного устройства на соседней луне. Исходя из этих данных Люк пометил место установки, проконтролировал телепортацию и запустил клоны ракатанского компьютера терраформирования на Татуине, а потом на Гомрассене.
Вернувшись на супер-станцию, маг с энтузиазмом принялся за модернизацию защитной орбитальной платформы класса «Голан-3». Махина длинной в два километра шестьсот метров и шириной километр двести метров впечатляла размерами. Внизу длинный якорный шпиль и две орудийные башни по четыре батареи на каждой, наверху по центру башня с массивами проекторов дефлекторных и тепловых щитов да по бокам от неё две массивные и высокие башни с шестью наклонёнными вверх клыками с площадками турболазерных батарей и пусковыми установками протонных торпед. Вроде бы всего пятьдесят турболазерных батарей на всю эту махину, однако каждая представляла собой счетверённый тяжёлый скорострельный турболазер. Платформа служила прикрытием для корветов, катеров, истребителей, потому тут отсутствовало лёгкое вооружение как таковое.
Поскольку хатты раньше Пикси заключили с вуки договор касательно совместного использования станции «Аватар», Люку потребовался аналог, чтобы прописать на этой базе свою транспортную компанию. «Голан-3» подходил на эту роль, оставалось модифицировать, масштабно применяя магию, облегчающую и ускоряющую процесс.
Подобно изменению у «Х-Мародёра», инженер-кораблестроитель выдвинул боковые ангары, нарушая стиль в угоду выпрямления боков и создания причалов для барж под километр и длиннее. Ангары расширились, появилось много дополнительного места под склады, пассажирские залы ожиданий с сидячими местами и отсек с торговыми точками: магазины, ломбард, мастерские и прочее атрибуты городской среды.
Платформа обладала огромной площадью плоской поверхности корпуса. Люк сверху нарастил ещё одну палубу на пару десятков метров высотой для складирования контейнеров при сохранении доступа к технологическим отсекам. Дальше он добавил рёберные конструкции со своей грузовой модификации «Х-Мародёра», только выпрямил и увеличил их до сотни с лишним метров для выравнивания с уровнем трапециевидных оснований башен. Размещением этих ферм разбил всю плоскую площадь «крыши» на участки «наружных» ангаров и складов сортировочного центра, потребовавшего ещё десятки проекторов притягивающих лучей, чтобы быстро управляться с тысячами контейнеров. К днищу тоже пристройка да сразу на сто метров - под крытую стоянку звездолётов лёгкого класса.
Поскольку платформа теряла статус орбитальной и становилась космической Люк на кончик шпиля с репульсорными стабилизаторами приделал носы четырёх корветов CR90, применив подвижное крепление как у крыльев «Х-Мародёра». Такой тяги достаточно для ползков по системе и удержания космической позиции. От оригинального вида кореллианских корветов мало что осталось: Люк расширил-изменил корпус корветов под размещение топливных цистерн и заправочного оборудования.
У батарей на башнях Люк улучшил сами пушки и у каждого похожего на клык выступа навесил снизу и по бокам одиночные турели с взрыв-ионными пушками. У десяти батарей с правого борта и у стольких же с левого заменил прожорливые и крупногабаритные турболазеры на две счетверённые взрыв-ионные пушки и две счетверённые тяжёлые лазерные пушки с режимами синхронного и независимого огня.
На освободившихся от тяжёлых турболазеров местах Люк при помощи Пикси разместил двадцать кантин на разные вкусы разношёрстной клиентуры. Поскольку экипаж заменялся дроидами, а канониры заменялись системой наведения и стрельбы с патрульного крейсера, блоки жилых помещений внутри платформы переделывались под физкультурный комплекс и рекреацию по шаблонам «Х-Мародёра», причём сразу в полном размере, дабы обойтись без волшебного расширения пространства. Под вероятный живой экипаж Люк всё-таки оставил жилой блок на сто персон у самого пункта управления перепрофилированной станцией двойного назначения.
Название всему этому так и хотелось дать «Норы» - Люк эксцентрично потворствовал себе (давать имя во множественном числе обычно не принято).
В это время Пикси отлетел к соседней планете, где занялся колдовством и начал приём хаттских танкеров и транспортников, как для отгрузки товара, так и для ремонта. На второй орбите вокруг звёздной пары Тату находился газовый гигант. Каждые десять минут Пикси засеивал его атмосферу Губрайтовыми источниками тибанна и клоузона-36.
К девяти вечера по стандартному времени суток над обжитым регионом Татуина разгоралось утро. Ночной туман конденсировался в точке росы, разбудив или вымочив капелью, омывшей здания и образовавшей грязь с лужами, с которыми коренные татуинцы ранее никогда не встречались, как дивились они тому, что на улицах проросла пыльца от комнатных растений и многих пустынных трав, встречавшихся в округе. На горизонте по-прежнему оставались видны песчаные дюны, с которых мокрый песок просто сполз в низины, спрятавшие мутную воду и свежую поросль. Событие все обсуждали! Особенно бурно в старейшем татуинском городе Анкорхед, нежданно-негаданно обзавёдшемся в окрестностях с юга прибыльной достопримечательностью с постоянно клубящимся туманом, похожим на приземлившуюся тучку и постепенно озеленяющим пустынную область вокруг себя.
Поздно лёгшие и поздно вставшие обитатели фермы Ларсов к этому времени готовились к обычному завтраку, поражаясь урожаю в специально открывавшихся теплицах и полным бакам воды, добытой из стопроцентно влажного воздуха вместо привычных для пустыни пяти процентов с четырьмя десятыми. Детишки всполошились и засуетились, а взрослые без удивления отнеслись к сообщению Грозного Глаза о летящем к ферме шаттле, в котором, судя по поведению девочек, находился их отец.
- Здравствуйте, я ваша тётя, - умилившаяся Лея улыбнулась двум девочкам, поджидавшим отца, спрятавшись за влагодыбвающим агрегатом в центре внутреннего дворика, и не ожидавшим кого-то ещё.
- Прошу любить и жаловать – моя сестра-двойняшка Лея Органа-Скайуокер, - Люк представил свою спутницу обитателям фермы, вышедшим на встречу.
Лупающие глазками девчонки не ощущали ничего опасного и потому тут же выбежали с криками:
- Та самая принцесса?!
- Настоящая принцесса?!
- Тяф-тяф?! – мука переметнулась от девчонок к мальчику.
- Здравствуйте! – хором приветствуя и протягивая ручки потрогать двуслойное платье тёмно-синего цвета у шёлковой основы до пят и золотыми кружевными узорами у тонкой верхней юбки и подобной ей жилетки. А ещё привлекал внимание наборный пояс с галочкой спереди и чудесной висюлькой-палочкой.