Сестра с вызовом посмотрела на брата, лукаво улыбнувшегося.

- Поэтому я за провозглашение независимости. Работы для Пикси хватит у тех же хаттов, загадивших свой Ломоть и обходящих законы, что империи, что республики. Пусть мне глубоко неприятно иметь какие-либо дела с рабовладельцами, однако очистка загрязнённых планет улучшит жизненные условия миллиардов хаттских рабов. И если я правильно поняла про «Х-Мародёра», то параллельно мы будем брать заказы того же Джаббы на устранение его конкурентов, сокращая популяцию этих мразей.

- Лея, два нюанса. Республика тысячи лет справлялась с внешними врагами и пала от действий изнутри. Альянс повстанцев ещё трепыхается и стойко пятнает флаг сопротивления тираническому режиму. Ещё есть время поразмыслить.

Это сбило боевой настрой Леи, упустившей из виду сей крошечный нюанс. На самом деле можно много месяцев и даже лет тянуть с вопросом вассалитета, пока его не поставят ребром. На самом деле Альянс за восстановление республики опорочен и всё ещё удерживает систему Кореллия со станцией «Балансир», одну звезду уже взорвавшей и угрожающей взорвать ещё, давая повстанцам время окопаться на всех пяти обитаемых планетах, наглым образом в регионе Ядра готовя плацдарм для противостояния с Галактической Империей.

- Командир Люк, так получается, император отдал вам… нам Рилот, лишь бы Пикси остался во Внешнем Кольце, вдали от Кореллии и Корусанта? – смекнул Кливиан.

- И поэтому тоже, капитан Дерек. Пора перейти к Мимбану. Геммер, тебе слово.

- Да, командир Люк, - черноволосый молодой человек вышел из-за стола.

Соян за вчерашний вечер подготовил презентацию, консультируясь с Трипио.

- Вокруг Большого Циркапуса кружится четырнадцать планет, из которых три обитаемые, ещё по обитаемой луне есть у трёх газовых гигантов на шестой, седьмой, четырнадцатой позициях. На третьей орбите Пусбан, жаркий и сухой мир подмят Горнорудной Гильдией. Циркапус – четвёртая планета, административный и финансовый центр сектора. Мимбан на пятой позиции, диаметр семь тысяч сорок два километра. Это мир джунглей и болот. Не как на Кашиике, конечно, деревья всего до полутораста метров высотой, но опасных тварей тут тоже пруд пруди.

Картинки из космоса сменились на голофото.

- Местные жители – ковеи и мимбаниты, родственные друг другу гуманоиды, средний рост один метр и пятьдесят-шестьдесят сантиметров. Первые лишь слегка покрыты серым пушком и живут под землёй, вторые густо покрыты коротким зелёным мехом, с яркими красными ирокезами. Их численность грубо оценивают в один миллион с тремя четвертями за поверхностными мимбанитами. О вымершей расе треллов практически ничего неизвестно. Они оставили после себя огромное количество вертикальных шахт в Подземелья Мимбана. Говорят, многочисленные пирамиды Мимбана тоже они соорудили. Как такового планетарного правительства нет, колонизация признана невыгодной.

Геммер перешёл к заключительному этапу описания, сменив изображение на экране таблицами.

- Основной экспорт Мимбана – это доловит и болотный газ. До моего побега насчитывалось пять деревень, выросших вокруг пирамид, куда болотный газ по каким-то причинам не проникает. От семи до десяти тысяч жителей в каждой, подавляющее большинство люди с Циркапуса. Как сейчас там обстоят дела – никому неизвестно. Я жил в деревне Банан. Одноимённый фрукт растёт вокруг в изобилии и крайне ядовит. Мой отец добывал доловит, а я с матерью летал за болотным газом. В официальных источниках я не нашёл упоминаний о том, чтобы империя вела разработки доловита или собирала болотный газ на Мимбане. Это означает нелегальные разработки. Я думаю, что империя применяет запрещённые горнорудные технологии, потому что иначе рентабельность очень низкая.

Докладчик выключил презентацию, но речь на этом не закончил. Глянув на своего капитана, Геммер продолжил:

- В качестве мер противодействия я предлагаю устроить суперскоростной рост растений, чтобы джунгли в одночасье поглотили имперцев. А в шахтах устроим диверсию с подрывом техники и обрушением туннелей за выбегающими шахтёрами.

- Командир Люк, Тен вместе с дроидами-астромехами вчера спаял пояса невидимости. Двенадцать штук, - доложился Кливиан.

- Хорошо. Бладжер, выдай результаты своего сканирования, - распорядился Люк.

Голопроектор вновь заработал. Появилось оптически полученное изображение Банана. Среди растительности хорошо просматривалась пирамида, лишь немногим уступающая Великому храму массасси на уничтоженном Явине-4. Правильные ряды построек, дороги, провал шахты с подъёмной техникой, небольшой космодром с гипермаяком, чей сигнал обнаруживался только в среднем диапазоне орбит планеты. Бладжер успел зафиксировать как минимум одну электромагнитную аномалию, похожую на полотнище полярного сияния, только пёстрое, что подтверждало применение горнорудных технологий, запрещённых из-за их вредоносности для окружающей среды. Радиоэфир молчал – городская РЭБ исправно глушила.

- Всё подтвердилось, - констатировала Лея. – Мне нравится твой план, Геммер, за исключением диверсии в шахтах. Там тоже нужно устроить затуманивание с суперскоростным ростом каких-нибудь ядовитых грибов.

- У меня есть светящаяся ватная плесень, пожирающая металлы. Подземельями и пирамидой я сам займусь, за вами двухчасовая разведка и распределение семян или кусочков опасных растений Мимбана, которые я соберу перед общей высадкой. Я уже купил ранцевые электрогенераторы и зачаровал кайбер-кристаллы на работу только под напряжением. Начнём затуманивание одновременно.

- Я тоже пойду, - Лея изъявила желание хлебнуть приключений.

- В буквальной связке с Овальдом, - согласился Люк, выставив категоричное условие. Двойняшка молча согласилась с требованием, а поклявшийся служить верой и правдой цыкнул с досады. – Как раз четыре звена и вы двое в наименьшем из посёлков. Тен с Арту успеют собрать два пояса невидимости, - выкладывая ещё пару камешком стигия, - пока я ищу и собираю самую агрессивную флору Мимбана.

- Бип.

- Да, сэр.

- А мы обсудим порядок разведки, выбор и подготовку места начала атаки, - Дерек подхватил инициативу, уверенный в одобрении командира, по понятным соображениям, оставившего эту тему для разбора без него. – Трипио, выведи, пожалуйста, орбитальные снимки…

Дверь за Люком закрылась. Маг без спешки посетил свои апартаменты, чтобы надеть непривычные и увесистые доспехи, прежде чем через стыковочный шлюз покинуть Бладжер и сместиться в гиперпространство. Люк избирательно увеличил часть перстня со всё ещё не наложенными чарами магической голограммы и стал соотносить свои ощущения во время перемещения к поверхности с показаниями Компаса Силы, тем самым приобретая начальный опыт использования этого артефакта.

Северус как-то раз составил Люциусу компанию, когда Малфой возжаждал крови после новостей из Мунго о том, что у него с Нарциссой возможен лишь один ребёнок – только что родившийся Драко. Они тогда порт-ключом переместились в Бразилию, где посетили смертельно опасные магические джунгли. Ух, как они там колдовали! Едва не сдохли, улепётывая от ценных хищников, в итоге заваленных и разобранных на ингредиенты к редким зельям, затребованным лордом Волан-де-мортом. В общем, Люциус тогда знатно оторвался и сэкономил.

Люк от джунглей был не в восторге. Слишком сыро и зловонно, слишком густые заросли, слишком часто под ногами чавкает и булькает. Магия прекрасно справлялась со всеми этими трудностями, а также приставучими насекомыми. Молодой мужчина подумал, что его настроение катилось в пропасть из-за отсутствия хроноворота, с которым он мог бы уделить изучению Мимбана больше времени. Складывающийся темп чересчур быстр!

Перейдя изо дня в ночь, Скайуокер очутился рядом с, несомненно, волшебным растением, имевшим вид лозы, чьи плоды внешне напоминали физалис, а внутри походили на лёгочные мешки, которые днём раздувались от ядовитых газов, а ночью сморщивались, выдыхая из себя всю отраву, жизненно нужную слизням, оставляющим на пёстрых листьях лианы клейкий след, впитываемый растением для ускорения роста.

Следующее растение несло в своих жилах едкую щёлочь, ранящую тех, кто рвёт этот тонкий почвопокровный вьюнок, формой листиков напоминающий синелист. Отстреливающиеся шипы-семена с ядом – это классика жанра хоррор-флоры! Увы, куда большее разнообразие росло на Кашиике, так что пришлось собирать коллекцию обычных колючих кустарников и деревьев, при сверхбыстром росте способных переворачивать колёсный транспорт и разрушать фундаменты зданий.

Люк особо не затягивал сборы, но набивание четырнадцати расширенных котомок всё-таки заняло порядочно времени, чтобы основную миссию отложить на время после обеда.

Маг через Беллу, отправившую запрос справки в библиотеку на Пикси, узнал о том, что доловит после некоторой обработки приобретает красный цвет, становясь пригодным в качестве проводящего Силу металла для рукоятей световых мечей. Сам по себе металл чёрный.

На Мимбане доловит добывался затейливо. Сперва промышленные аналоги световых мечей буравили дыры, затем туда вставлялись электроды и производился мощный электромагнитный разряд, сравнимый с выстрелом из тяжёлого турболазера. Пласт очень твёрдой мимбанской породы разрывался на куски. Убирав отвал и бурами подровняв потрескавшуюся породу, махина с «Аузитак Спешл» габаритами продолжила проходку электромагнитными импульсами, вызывающими те самые аномалии в атмосфере. Остальная техника: пещерные экскаваторы роторного типа, бурильные машины со множеством сверл и прочие образчики, знакомые Люку по Татуину.

Самые тяжёлые и опасные работы вели преступники, собранные со всей Галактики. Как бы не каторга, даже есть кантина и бордель, но поди сбеги куда на этой необитаемой планете с опасными для жизни джунглями и болотами. Управляли зеками имперские служащие, в том числе военные.

Исподволь собрав свежедобытой руды доловита как определённо магического металла, телепат залез в голову начальнику смены, чтобы узнать о сопутствующих полезных ископаемых. Как оказалось, главная цель вовсе не доловит, а некие уникальные кристаллы Тайссена, внешне похожие на адуляры, известные как лунные камни. Очень редкие и очень ценные. Сегодняшняя смена на этом участке ещё не нашла ничего, но вчера один попался – угловатый кусочек размером с глазное яблоко. Для чего – мужчина не ведал.

По стандартному времени только третий час дня начинался, а над Бананом сумерки переходили в ночь. Местные сутки длились двадцать два часа, к слову. Вроде бы захолустье, но руководство секретного объекта жило по стандартному времени и потому торчало в пирамиде, имевшей правильную форму ступенчатого типа и построенную из чёрного ничем не зарастающего камня с высокой долей доловита. В сооружении имелись окна, обозначавшие уровни и помещения непонятного предназначения, приспособленные имперцами под свои нужды. Пустое нутро пирамиды очистили от лишнего и застроили собственными этажами, а не как повстанцы на Явине, удовлетворившиеся навесными потолками на втором и третьем ярусах, а могли бы разместить в разы больше личного состава.

Люк направился сразу к капитану-надзирателю Граммелю, командовавшему всеми разработками на Мимбане. Подтянутый мужик с усами подковой, квадратным подбородком и начинающим расти вторым подбородком. По натуре садист. Телепат решил действовать напролом, чтобы избежать грязных мыслей Граммеля. Банально взял под Империо, заставил отключить следящую аппаратуру и стереть последнюю минуту записи, после чего маг принудил его извлечь из сейфа один из кристаллов Тайссена и словесно допросил капитана-надзирателя.

Как сразу же выяснилось, эти магические кристаллы реагировали на чувствительных к Силе, светясь синим или красным в зависимости от склонности к Свету или Тьме. Обычно свет был достаточно тусклым, чтобы суметь разглядеть его в темноте, и реакция наступала примерно в дециметре от тела, а тут уже в метрах от мага да с яркостью кнопок на приборных панелях и вдобавок зелёного цвета. Империя успела сделать из добытых тайссенов две с лишним тысячи Детекторов Силы, в которых применялся и доловит, к слову.

Напоследок Граммель выдал удобоваримую причину отключения аппаратуры и стирания кусочка записанного – профилактика с размещением ловушки для чересчур буйных новичков. В стиле самого имперца сделав работёнку за кабинетного офицера, за время допроса три раза отвечавшего на звонки и пару раз общавшегося с посетителями, словно ничего необычного не происходит, Люк применил Обливиэйт и после него потренировал Обман Разума с полуправдивыми воспоминаниями.

Пока Люк занимался с Граммелем, его маленькие роботы-големы под магглоотталкивающими чарами усердно разбрасывали по углам да щелям семена местной тыквы с отвратительно-розовой в желтые разводы шкуркой и токсичной для людей фиолетовой мякотью.

Покинув кабинет и затем пирамиду, всё ещё хранившую в себе магию, мешавшую аппарации, Люк вернулся в шахты древней расы, опустившись глубже и дальше, чем имперцы. Своими заклинательными методами он добыл несколько килограммов этих магических кристаллов. Между прочим, во всех подземельях росло много простых кристаллов, в основном гипсовой группы, во влажной и жаркой среде достигавшей метров в длину.

Разумеется, маг поисковым заклинанием нашёл кайбер-кристаллы и проверенным образом из гиперпространства вытащил несколько образцов. Памятуя о кристаллах Тайссена и цепляясь за внешний вид, он не стал их сразу брать в руки. Во-первых, эти камни имели неестественную для природы огранку, характерную для ювелирных украшений, имевших спереди плоскость для любования переотражённым светом. Во-вторых, розовато-красный цвет живо напоминал бакту. В главных же, эти кристаллы даже на расстоянии будоражили его магию.

Люк вернулся в пустой Бладжер, барражировавший над шахтой около Банана, и в условиях защищённой лаборатории быстро выяснил, что дело в реакции на колдовство. И магический кристалл, и кайбер-кристалл – оба резонировали со структурами чар в большей мере, чем с Силой как таковой. Ещё одно открытие Люк совершил, просто держа образцы в разных руках, - магический кристалл являлся зародышем кайбер-кристалла. Соотнесение мест добычи с положением пирамиды ясно давало понять, что эти древние сооружения применялись для волшебного взращивания двух этих камней.