Растус тяжело вздохнул и отложил документ в сторону. Работа не клеилась — он перечитал один и тот же абзац трижды, но так и не понял его смысла. Яркое весеннее солнце призывно заглядывало в его кабинет, чем очень раздражало. Он встал и рывком задернул тёмные шторы. Комната погрузилась в холодный полумрак, идентичный его настроению.

Он снова хотел вернуться к работе, но в дверь постучали, а потом сразу вошли. В Дракадриате подобный трюк могли себе позволить только четверо драконов — Рен, Ролемина, их с Реном мать Родриэна и отец Рабрион. Последнего Растус ожидал увидеть меньше всего. Он думал, что родители уедут из Дракадриата лет на десять точно, а с момента передачи ему короны прошло всего три года. Видимо, его удивление слишком явно отразилось на лице, потому что отец усмехнулся.

— И я рад тебя видеть. Как идут дела? — спросил он, подходя к столу и рассматривая стопку документов.

Растус поспешил встать и освободить ему место. Пусть сейчас он и являлся королём, но у отца опыт правления был куда больше. Рабрион как ни в чём не бывало сел и взял несколько листов в руки. Растус заметил, что лицо отца успело покрыться морщинами за то время, пока они не виделись.

— Всё прекрасно. Сейчас занимаюсь модернизацией финансовой системы. За год успели с Мисти разработать и внедрить реформы в целительство и доработать проекты водопроводной сети. Вскоре надо будет заняться подготовкой к празднику солнцестояния…

— Я не об этом, — спокойно, но твёрдо прервал его Рабрион.

Растус замолчал и опустил голову, словно пристыженный мальчишка. Он точно знал, о чём сейчас пойдёт речь, но говорить об этом не хотел.

— Если бы я считал, что ты не справишься с управлением королевством, то не отдал бы тебе корону. Меня, как и всех здесь, беспокоит твоё самочувствие. Уже почти год прошёл, а ты…

— А я буду искать её до тех пор, пока жив, — резко и упрямо договорил Растус. — Ты бы сделал то же самое ради матери.

Рабрион тяжело вздохнул и посмотрел на него такими же глубокими, как и у него, карими глазами. Он вообще очень походил на отца — и формой лица, и даже цветом волос. Наверное, даже будет выглядеть так же, когда доживёт до его лет.

— Ты, конечно, прав, но это не означает, что тебе нужно теперь похоронить себя заживо, — взвешивая каждое слово, сказал Рабрион. — В последний раз драконы тебя видели ещё на свадьбе нынешнего герцога Шакрата. И то ты покинул праздник так быстро, что многие засомневались в хороших отношениях между тобой и герцогством.

Настала очередь Растуса вздохнуть. Он знал, что ведёт себя недостойно, но ничего не мог с собой поделать. Вид счастливых существ разрывал его на кусочки. После третьего исчезновения Адель он прошёл через все круги ада. Сначала разозлился настолько, что провёл в облике Дракона почти неделю. Затем пришли страх и жгучее чувство одиночества. Они длились около полугода. Последним на него нахлынуло опустошение. Он полностью осознал и принял тот факт, что не станет без неё цельным. Жизнь утратила краски, и если бы не его долг, то он вполне мог бы покончить с этой мукой. Впрочем, слабую надежду ещё давал заметно потускневший, но не исчезнувший с запястья знак.

Отец встал и положил руку ему на плечо.

— Я знаю, что тебе очень тяжело. Однако твоим приближённым тоже сложно наблюдать за твоими страданиями. Если бы только я узнал обо всём раньше, то давно бы приехал.

Растус хмыкнул.

— Братец ещё долго продержался, раз только недавно рассказал вам обо всём произошедшем.

Лицо Рабриона посуровело.

— Значит так, у Ролемины день рождения скоро. Мы с матерью тоже приедем. Будь добр, явись с улыбкой на лице. Надо прекратить волнения драконов и успокоить Родриэну. Скажи спасибо, что я уговорил её воздержаться от разговора с тобой до праздника. У неё бы сердце от твоего кислого лица остановилось. Ты меня понял? — с королевской интонацией распорядился отец.

Ему не осталось ничего другого, кроме как кивнуть. На этом отец попрощался и ушёл. Пустота внутри захолодила внутренности. Растус лёг на диван. Срочной работы у него не было, так что он мог позволить себе отдых. Глаза слипались, но он старался держать их открытыми, чтобы вновь не погружаться в кошмары. В итоге усталость взяла своё, и он заснул.

Ему опять снилась она. Адель шла по цветочному полю, а он пытался догнать её изо всех сил, но ничего не получалось. В итоге он проснулся с тяжёлым дыханием посреди ночи. Кто-то из слуг, а если конкретнее, то, скорее всего, Гаррет, заботливо укрыл его. Он скинул одеяло на пол и попытался отдышаться. Шторка за спиной колыхалась от ветра. Кто-то услужливый ещё и окно открыл? На него опустилась настороженность. Он заметил движение у стола и подскочил на ноги.

— А я думала, что меня уже и не заметят, пока сама ничего не скажу, — спокойно произнесла фигура в плаще.

— Кто ты? — прорычал Растус, покрываясь чешуёй.

— Ты лучше прекрати всё это, иначе я уйду, и ты уже никогда не сможешь увидеть Адель.

Слова девушки окатили его ледяной водой. Чешуя вмиг исчезла. Растус с отвращением понял, что готов даже опуститься на колени, лишь бы узнать хоть что-то о возлюбленной. Вместо этого он заставил себя гордо вскинуть подбородок.

— Это не отменяет моего вопроса, — произнёс он.

— Пусть мы и разговариваем впервые, но голос мог бы и узнать, — обиженно ответила девушка и сняла капюшон.

Её пшеничные волосы упали на тёмную одежду, и он узнал в ней сестру Адель. Вернее сказать, опаснейшую тень мира. Напряжение усилилось.

— Брось. У меня больше нет связи с тенями, поэтому тебе не имеет смысла осторожничать. Возможно, я даже своё бессмертие потеряла, но уточнять эту информацию не хочу, — устало произнесла Снежана.

— Это Адель сделала? — не скрывая волнения и любопытства, спросил Растус.

От Феликса он узнал о том, что портал и угроза вторжения людей исчезли, но никаких других следов магии Адель обнаружить не удалось.

— Она сделала мне новую судьбу, не связанную с ней, и из-за этого исчезла. Сначала я разозлилась, а потом попробовала понять. Я долго путешествовала и осознала, что этот мир не так уж и плох. Прямо как она и говорила. Впрочем, смириться с её исчезновением я, как и ты, не смогла, поэтому тоже искала зацепки. — Снежана испытующе посмотрела на него, следя за реакцией.

— Ты прекрасно знаешь, что я готов сделать что угодно ради неё. Если у тебя есть предположение о её местонахождении…

— Я точно знаю, где она, — прервала его Снежана.

Внутри него всё дрогнуло, а в душе расцвела надежда.

— Тогда почему ты всё ещё здесь?! — с жаром рявкнул он.

Девушка нахмурилась.

— Потому что если бы я смогла вернуть её так просто, то не разговаривала бы сейчас с тобой, — ответила она. — Я не знаю, изменит ли что-то твоё присутствие или нет, но…

Её голос дрогнул и оборвался. Растус прекрасно понимал её чувства, поэтому не стал давить.

— Веди, — коротко распорядился он, распрямляя крылья.

— Мы же не…

Он подхватил Снежану на руки и выпрыгнул в окно, расправляя крылья. Она взвизгнула и сказала несколько неизвестных ему слов на человеческом, а потом указала направление. Через несколько часов они приземлились около пещеры в герцогстве Шакрат. Снежана раздвинула кусты и указала вниз на лестницу.

— Она там, — коротко известила она.

Растус кивнул и заспешил спуститься, но Снежана схватила его за локоть. В её глазах он прочитал отчаянную надежду и понял, что она перепробовала уже всё, что могла.

— Найди и верни её, — тихо попросила она.

Он кивнул. Девушка отпустила его, позволив войти в холодную и тёмную пещеру. Сначала он подумал, что будет долго плутать по коридорам, но пещера оказалась небольшой. Она быстро привела его к горячему источнику. Он осмотрелся, но ничего не увидел. Тогда попробовал нырнуть и ощупать дно. Вода обожгла, но это его не остановило. Увы, но он и там ничего не нашёл. В итоге разозлённый и разочарованный он сел у кромки воды и задумался. Уверенность Снежаны не выглядела поддельной, значит, Адель действительно здесь. Но где находится это «здесь»?

Он закрыл глаза и начал прислушиваться к ощущениям. С потолка где-то капала вода, с поверхности через лестницу скользил ветер, холод проникал из основной части пещеры к горячему озеру, но быстро растворялся, а ещё кто-то определённо наблюдал за ним из пустоты. Присутствие ощущалось так слабо, что он бы ни за что его не заметил без Снежаны.

— Я знаю, что ты здесь, — медленно произнёс он и встал.

Зрение начало мешать, поэтому он закрыл глаза. Окружающее пространство начало исчезать. Он оказался в полной и бесконечной темноте. Все звуки исчезли. Он пошёл вперёд, полагаясь исключительно на свою интуицию.

Сделав несколько шагов, он резко остановился и повернулся вправо. Затем он вытянул левую руку чуть в сторону и схватил тонкое женское запястье.

— Нашёл, — коротко сказал он и потянул её на себя.

Холодное тело Адель уткнулось ему в грудь. Он обнял её, провёл руками по отросшим и ставшим длинными волосам и вдохнул такой знакомый и любимый запах. Открыть глаза он пока не мог решиться. Вдруг всё это окажется иллюзией или очередным сном? Он прижал её к себе ещё ближе.

— Теперь-то уж точно больше никогда не отпущу тебя, — дрожащим голосом произнёс он.

— Куда я могу уйти, если хочу быть только рядом с тобой? — хрипло и тихо спросила Адель.

От неожиданности Растус открыл глаза. Драконье зрение тут же выловило её родное лицо из темноты.

— Это правда ты? — спросил он, мягко проводя пальцами по её скуле.

— Да, — ответила Адель, положила свою руку на его и заплакала. — Там было так ужасно. Я думала, что останусь в темноте навечно. Как ты нашёл меня? Снежка не смогла.

— Я напророчил себе быть всегда рядом с тобой, так что просто доверился судьбе. — Растус продемонстрировал ей свой знак фатума. — Прости, что пришлось так долго ждать.

Адель замотала головой и улыбнулась сквозь слёзы.

— Спасибо, что не отказался от меня даже несмотря на то, что я успела натворить. У меня очень сложный характер.

— Вынужден согласиться, но, к счастью, я люблю трудности, — ответил он.

Воцарилась тишина. Растус рассматривал каждую черту Адель, находя её самым прекрасным созданием из всех, кого он когда-либо видел, и никак не мог налюбоваться.

— И что будет теперь? — нервно спросила она.

— Для начала мы вернёмся в Дракадриат, потом посетим день рождения Мины, чтобы мои родственники и подданные, наконец, успокоились, затем я сделаю тебе предложение, мы поженимся и заведём несколько очаровательных детишек, — расписал Растус.

— Не слишком ли подробный план? — Адель скривилась.

— Но он хорош, верно? — с провокацией спросил он.

Адель закатила глаза.

— Я больше не хочу идти по дорожке судеб и предназначений, так что тебе придётся убедить меня в необходимости всего этого, — приняла она вызов.

— О, тогда мне стоит начать создавать свою линию судьбы прямо сейчас.

Больше не говоря ни слова, Растус наклонился и поцеловал её. Адель ответила, осознавая, что поддастся его желаниям уже после второго поцелуя. Судьба это, предназначение, упорная работа или же случай, — но теперь они, наконец, вместе, и она тоже ни за что и никогда его больше не отпустит и не покинет.