Дракадриат представлял собой большое, роскошное и изящное королевство. Дома даже у самых бедных здесь выглядели добротно, улицы переполняли похожие на людей драконы, а другие расы постоянно привозили что-то на продажу. Драконы владели множеством драгоценных залежей, а ещё обладали самой сильной магией в этом мире, поэтому предпочитали просто покупать всё необходимое, лишь изредка создавая что-то своими силами. Они считались эксцентричной расой, но не обижали слабых, если те специально не нарывались. В общем, вооружённые конфликты здесь происходили редко. Драконы наслаждались спокойствием и стабильностью, как и большинство рас.

Тут и там слышался смех и шум их обычного дня. Кто-то что-то строил, другие спешили на работу в магазины и крупные государственные учреждения, дети посещали школы и академии. Дракадриат не сильно уступал в организованности человеческим странам.

Больше всего в этом городе Адель любила наблюдать с балкона самой высокой башни. Драконы не считались маленькими существами и строили здания себе под стать — огромные, величественные и богатые. Вот и замок представлял собой гигантское произведение искусства с миллионом комнат, фонтанов, цветов, а также множеством стражи и слуг.

Она облокотилась на вырезанные из чёрного мрамора перила и вздохнула. Картинка перед ней красивая, но совсем нереальная. Шизофрению ей поставили ещё в глубоком детстве. Тогда Адель, не стесняясь, рассказывала всем о своих снах. Возможно, поэтому настоящие родители от неё отказались и отдали в детский дом.

Это было их самое лучшее решение, ведь таким образом она смогла найти людей, которые полюбили её. Адель забрали к себе очень добрые и богатые люди. Жаль, что счастье длилось недолго. Они обанкротились. Отец семейства слег от стресса и вскоре скончался. Мать прожила немногим дольше. Адель вмиг осталась в одиночестве, что больно ударило по ней. Из-за предательства родных сестра быстро перестала доверять людям. Даже много лет спустя у неё так и не появилось ни одного друга.

Адель же было не привыкать к жизненным трудностям, поэтому она взяла всё на себя — бросила школу и начала работать, чтобы поднять сестрёнку на ноги. Поначалу получалось с переменным успехом, но сейчас она нашла высокооплачиваемую работу и даже подумывала раскошелиться на таблетки, чтобы, наконец, начать нормально спать.

Она оторвалась от перил. Смотреть на город ей окончательно надоело. Может, спуститься в сад? Она кивнула самой себе и пошла к двери. Когда взялась за ручку, кто-то резко потянул её на себя. Адель вылетела в коридор, прошла сквозь Хайрона и выругалась.

— Кто так двери открывает? — раздражённо произнесла она.

Мужчина средних лет её не услышал. Он зашёл в комнату, глянул в зеркало, поправил свои прилизанные чёрные волосы и начал убираться. Адель фыркнула. Как личность Хайрон ей не нравился. У него была привычка всех поучать. Зато работал он превосходно. Ни одна пылинка не ускользала от его зоркого взгляда.

Адель развернулась и направилась в сад. У основания лестницы она заметила растрёпанную Дилару. Эта молоденькая светловолосая девушка пыталась отмыть что-то с лестницы. На глазах у неё уже выступили слёзы от отчаяния. Адель подошла поближе и заметила тёмное пятно.

— Карен опять издевается над тобой, да? Давно бы уже врезала ей, — возмущённо сказала Адель.

Дилара остановилась. Адель посмотрела на неё с любопытством. Неужели служанка её услышала? Девушка сделала два судорожных вдоха. По щеке у неё скатилась слеза. Она быстро стёрла её рукавом и с остервенением продолжила тереть пятно. Нет, не услышала.

— Спокойно. Не убьют же тебя из-за него, в самом-то деле, — попыталась она себя утешить.

— Не факт. Шериза больше на Цербера похожа, чем на благородного дракона. — Адель поморщилась, вспомнив главную пухлую и уже полностью седую горничную.

Дилара кинула тряпку в ведро, взяла его и куда-то заспешила. Адель немного подумала и вышла из замка на яркое солнышко, оставив служанку разбираться с ситуацией самостоятельно. Всё равно она ничем не могла ей помочь.

Солнце совсем не грело, но всё равно поднимало настроение. Внимательно посмотрев по сторонам, она решила сегодня пойти на поле нарциссов. Эти цветы нравились ей больше всего.

Она медленно пошла по гравийной дорожке мимо арки из роз и стройных рядов ирисов. Дойдя до небольшого прудика, резко остановилась. Около поля нарциссов сидел за столом Растус, разбирая документы. Адель неприязненно поморщилась. Король драконов представлял собой идеальную картинку. До безумия красив, благороден, богат и трудолюбив. Он — ещё одно доказательство нереальности происходящего. Даже сейчас, сидя под палящим солнцем за чёрным столом и что-то выводя пером, Растус выглядел как модель на фотосессии.

— Ваше Величество, когда я говорил о необходимости больше находиться на свежем воздухе, то имел в виду не совсем это, — произнёс прямой, как палка, советник Гаррет.

Этот чуть лысоватый мужчина, напоминавший шарпея, нравился Адель куда больше, чем король. Гаррет тоже много работал, но и отдыхать умел, а ещё всегда давал всем полезные советы.

— Не ворчи. Мне некогда расслабляться, так что могу предложить только такой вариант, — не отрываясь от письма, ответил Растус.

Гаррет тяжело вздохнул. Над их головами пролетела стайка птиц. Один из стражников, стоявших поодаль, зевнул. Адель поймала себя на мысли, что тоже не против лечь и заснуть прямо здесь. Вот этим, пожалуй, она и займётся. Около стола Растуса как раз было хорошее местечко. Она подошла к нему поближе. Растус вздрогнул и напрягся.

— Да отстань ты. Не собиралась я сегодня к тебе приходить. Кто ж знал, что ты, мистер трудоголик, решишь в саду поработать, — проворчала она и легла на землю.

По какой-то неведомой причине Растус был единственным существом, ощущавшим её присутствие рядом. Впрочем, видеть и слышать её он, как и другие, не мог.

Адель закрыла глаза и какое-то время слушала скрип пера по бумаге, вдыхая запах нарциссов. Иногда, в такие моменты, как сейчас, она сожалела, что этот мир нереален. Сад Дракадриата ей очень нравился.

Растус закончил с очередной стопкой документов и передал их Гаррету. Советник взял их и понёс в кабинет министров. Молодой король отложил перо и потянулся. Присутствие Адель его явно раздражало, но он хорошо держал маску. Обыватель вряд ли бы заметил его чуть прищуренные глаза и несколько чешуек на руках, но она знала его ещё тогда, когда тот был маленьким и шаловливым десятилетним принцем.

Помнится, они даже пробовали играть вместе. Сейчас же всё изменилось. Он вырос, стал королём, и детская галлюцинация должна была бы уже исчезнуть, но она лежала рядом и действовала ему на нервы. Адель прекрасно понимала, что стала тем самым пятном на жизни Растуса, которое пыталась оттереть Дилара. Неприятно, но факт.

От этих мыслей она нахмурилась и села. Сон как рукой сняло. Наверное, стоит перестать раздражать его и пойти куда-нибудь ещё. Она встала, отряхнула штаны и собралась уходить, когда почувствовала мороз на коже.

— Вот ты где. Я, наконец-то, нашёл тебя, — произнёс мрачный и холодный потусторонний голос.

Адель судорожно осмотрелась, но не смогла найти того, кто говорит. Ей стало не по себе. Она заняла более устойчивую стойку и продолжила наблюдать. Растус вернулся к документам. Снова послышался скрип его пера. Ветер мягко взъерошил волосы присутствующих. Адель напряглась, как струна.

— Адель… — услышала она далёкий голос.

Ситуация достигла пика. Все её эмоции сжались в комок и застряли в горле. Мир перед глазами резко потемнел и исчез. Растус облегчённо выдохнул и прошептал себе под нос:

— Ну вот, теперь можно спокойно поработать…