Пелатина медленно провела большим пальцем по пальцам Эйми в нежнейшей ласке. По телу Эйми пробежали мурашки. Она всегда считала Пелатину хорошенькой, но теперь, взглянув на неё по-настоящему, увидела, что она прекрасна. Её бронзовая кожа светилась внутренним светом, а когда она улыбалась, на щеках появлялись милые ямочки. Эйми так хотелось поцеловать их. Её короткие тёмные волосы были взъерошены и торчали во все стороны, и Эйми нравилось это несовершенство.

Затем она задумалась, что же увидела Пелатина, когда посмотрела на неё в ответ. Что заставило её так улыбнуться? Она вспомнила, как спросила Лиррию, что та увидела, когда посмотрела на её странное лицо, и вспомнила, как Лиррия сказала, что на самом деле не заметила этого. Возможно, это и было ключом к разгадке. Возможно, ей нужно было провести с кем-то достаточно времени, чтобы они перестали видеть в ней странную сторону, и теперь она достигла этой стадии с Пелатиной.

— Ты больше не замечаешь моего странного лица? — с любопытством спросила Эйми.

— Конечно, я его замечаю, у тебя довольно заметное лицо.

Сердце Эйми упало, и она выругала себя за то, что была идиоткой и испортила момент. Но затем Пелатина удивила её своими следующими словами.

— По-моему, у тебя необыкновенно красивое лицо.

С губ Эйми сорвался лёгкий смешок.

— Это хорошо?

— Определённо. Я замечаю и другие вещи, — Пелатина продолжала поглаживать руку Эйми. — У тебя на костяшках пальцев белое пятно, и когда я вот так наклоняю голову, оно выглядит как полумесяц. И это мило.

Эйми уставилась на неё, разинув рот. Никогда в жизни она не думала о своей необычной коже как о чем-то привлекательном. Её сердце прорвалось сквозь сковывавшее его беспокойство и забилось быстрее, отчего кровь прилила к щекам. Они сидели в тишине, пока сердце Эйми колотилось так громко, что она была уверена, что Пелатина его слышит. Она положила голову на плечо Пелатины, сначала неуверенно, а затем, когда Пелатина прижалась ещё теснее, она всем телом прижалась к девушке. Ей стало интересно, свернулись ли Джесс и Скайдэнс клубочком, обвив свой изумрудно-зелёный хвост вокруг его сапфирово-синего. Она надеялась, что так и было.

— Итак, зачем ты украла Блэка? — спросила Эйми, возвращаясь к своему первоначальному вопросу. Пелатина была в тепле рядом с ней, и она почувствовала, как её начинает клонить в сон.

— Ну, он был первым драконом, которого я когда-либо видела, и я тогда ещё не знала о Всадницах и их связи. Я подумала, что могла бы просто одолжить его ненадолго, слетать обратно в Марлидеш и заставить его откусывать головы людям, которые поработили нас.

— Что случилось? — сонно спросила Эйми.

— Мы были в тундре, это было, когда мы с Аранати шли в Киерелл, и Дайренна только что спасла нас от какого-то Гельвета. Затем, пока она отвлеклась, я подкралась поближе, планируя запрыгнуть в седло Блэка и взмыть вместе с ним в небо.

Эйми фыркнула от смеха над наивностью Пелатины.

— В то время это казалось вполне разумным решением, — Пелатина тоже рассмеялась. — Блэк не согласился и прижал меня к земле.

— Что? — Эйми пришла в себя настолько, чтобы взглянуть на Пелатину.

— Смотри, у меня остался шрам в том месте, где его коготь вонзился мне в плечо.

Пелатина расстегнула ворот рубашки, стягивая её с плеча. Чуть ниже ключицы виднелся небольшой сморщенный шрам, но Эйми его едва заметила. Её взгляд скользнул ниже, по обнажённой коже груди Пелатины. К её разочарованию, Пелатина застегнула рубашку, но при этом притянула голову Эйми обратно, так что она снова оказалась у неё на плече.

— Прости, что я украла твою искру, — сказала Эйми и едва расслышала собственные слова. Сон окутывал её сознание тёплым одеялом.

— Тсс, — мягко сказала Пелатина. — Я знаю, ты найдёшь способ вернуть её. И я обещаю, что в следующем году мы сделаем твой день рождения ещё лучше.

Когда Эйми наконец погрузилась в сон, она не была уверена, почувствовала ли она, как Пелатина целует её в макушку, или ей это только почудилось.

Глава 16. Приказы

Дверь в спальню Эйми распахнулась и ударилась о стену. Она резко проснулась и потянулась за ятаганами, которых не было у неё за спиной. Пелатина зашевелилась рядом с ней, пробуждаясь от своих снов.

— Эй, маленький дракончик-птенчик, пойдём, мы…

Эйми потёрла слипающиеся со сна глаза, открыла их полностью и увидела Лиррию, обрамлённую светом из коридора. Её взгляд метнулся от Эйми к Пелатине, лежащей рядом с ней в постели, и обратно. Что-то промелькнуло на её лице слишком быстро, чтобы Эйми успела уловить. Было ли это болью? Замешательством? Чувствуя себя виноватой, сама не зная почему, Эйми сбросила одеяло и вскочила с кровати.

Она хотела, чтобы Лиррия спросила или разозлилась и потребовала объяснить, что происходит. Это доказало бы, что она, по крайней мере, в какой-то момент заботилась об Эйми. Вместо этого она скрыла свои чувства за своей обычной бравадой и голосом, который использовала, когда тренировала их.

— Яра собирает всех Всадниц в столовой, так что поднимайте свои тощие тела с постели и приводите себя в порядок. Если вы опоздаете, я могу заставить вас отжиматься, — она улыбнулась им, но Эйми заметила, что улыбка не коснулась её глаз.

Затем она ушла, оставив дверь открытой, и в воздухе витал слабый аромат её духов. Эйми села на край кровати, натягивая сапоги и чувствуя себя неловко. Она не была уверена, почему. Не похоже, чтобы у них с Пелатиной что-то было, а даже если бы и было, она порвала с Лиррией; она была вольна делить постель с любой девушкой, которую выберет.

Когда она встала, Пелатина сделала то же самое и заключила её в объятия. Какое-то время Эйми сопротивлялась, затем тоже сжала девушку в объятиях. Затем, не говоря ни слова, Пелатина взяла её за руку и вывела в коридор. Вот так, взявшись за руки, они прошли через Антейлл. Эйми не была уверена, что это значит, но решила воспользоваться советами Пелатины, насладиться моментом и выбросить из головы все тревоги.

Ещё до того, как они вошли, они услышали тревожный гул, доносившийся из столовой. Внутри собрались Всадницы, они сидели на скамейках и столах, у одних в руках были кружки с чаем, у других — миски с кашей. И все разговаривали, перешёптывались и волновались. С потолка свисали мириады шаров дыхания дракона, их мерцающий свет окрашивал всех в жёлто-оранжевый цвет.

Натин помахала им со своего места на столе в дальнем конце пещеры. Если она и подумала что-то о том, что Эйми и Пелатина держатся за руки, то, что было для неё нехарактерно, оставила это при себе. Эйми села на стол рядом с ней, положив ноги на скамью. Пелатина быстро обняла её одной рукой, а затем направилась через пещеру, чтобы сесть рядом со своей сестрой. У Натин была недоеденная тарелка каши, и она предложила её Эйми вместе с ложкой и всем остальным. Эйми улыбнулась, накладывая себе каши.

— Что происходит? — спросила она, набивая рот.

— Ну, я полночи просидела в библиотеке, пока Кэллант, группа других членов совета и несколько «всезнаек» из университета просматривали книги, которые мы нашли, в поисках любого упоминания о механизме над внешними воротами.

— Они его нашли?

— Да, и эй! — Натин забрала миску. — Я не собиралась отдавать тебе всё. — Она выхватила ложку из рук Эйми и принялась доедать оставшуюся кашу. Эйми усмехнулась про себя, подумав о тех днях, когда Натин скорее пролетела бы сотню миль, чем прикоснулась к ложке, которой пользовалась Эйми, не говоря уже о том, чтобы облизать её.

— Значит, туннель над внешними воротами мы тоже собираемся обвалить? — спросила Эйми.

— Да, хотя советники вечно спорили по этому поводу. Можно подумать, это не имеет значения, ведь мы уже запечатали внутренние врата.

Эйми понимала их нежелание. Когда были уничтожены только одни ворота, их было легче удержать, так как возможность повторного открытия была исключена. Если внешний туннель тоже обрушится, Киерелл действительно будет закрыт, и на какой срок? Она посмотрела на браслет на своём запястье и снова почувствовала разочарование из-за того, что он перестал работать. Она зажмурила глаза и заглянула в свой разум. Она чувствовала Джесс, тёплую и успокаивающую, но пыталась не обращать внимания на эту связь, ища силу, которую могла ощутить раньше. Ничего. Она поворачивала циферблат на браслете в разные стороны, каждый раз широко открывая глаза в надежде увидеть, как у каждого вспыхивают искры в глазах. Ничего.

— Что ты делаешь? — спросила Натин таким тоном, что можно было подумать, будто она ведёт себя странно.

— Браслет перестал работать.

— Ты сломала его?

— Я не… — начала Эйми, заглатывая наживку Натин, но тут же оборвала себя. — Кьелли думает, что я недостаточно сильна, чтобы управлять им, потому что я человек, а не Кворелл.

— Ты можешь его снять?

— Нет, он всё ещё убивает меня. И у меня в груди застряла половина искры Пелатины.

Натин приподняла бровь, глядя на неё.

— Ну, по крайней мере, твоя ночь была интереснее, чем моя.

Эйми не смогла удержаться от смеха, но быстро проглотила его, когда несколько Всадниц обернулись, чтобы посмотреть на неё. Натин потянулась, становясь выше, чтобы оглядеться по сторонам.

— Где Кьелли?

— Она убежала в бешенстве, потому что я была такой бесполезной.

— Правда, воровка овсянки? Ты потеряла след последней бессмертной в мире? Единственного человека, который разбирается в этом дурацком браслете.

Эйми не успела ответить, потому что Яра забралась на стол и крикнула, призывая к тишине. Она выглядела такой же измученной, как и вчера, и Эйми подумала, удалось ли ей хоть немного поспать. Её светлые волосы были стянуты на затылке в тугой конский хвост, отчего её лицо казалось резковатым.

её лицо казалось резковатым.

— Во-первых, спасибо всем. — Слова Яры прозвучали в тишине. — Я знаю, что последние несколько дней были тяжёлыми. Мы потеряли Левану, а Рика в ближайшее время не сможет поднять клинок или летать, — голос Яры дрогнул, когда она произнесла их имена, и многие Всадницы склонили головы в знак скорби. — Но внутренние ворота пока закрыты.

— Думаешь, Воины Пустоты всё равно прорвутся? — перебила её Лиррия.

— Стражники на территории каравана слышали, как они копали, — ответила Яра.

— Искры Кьелли! — выругался кто-то.

— Давно? — спросил кто-то ещё.

Яра покачала головой.

— Не знаю. Может быть, несколько дней? — Яра подняла руки, призывая к тишине, когда раздались голоса, вызванные новостями. — Я знаю, что все устали, и наши драконы устали, но я должна попросить вас всех продолжать. Я не сомневаюсь, что прошу некоторых из вас пожертвовать большим, чем вы можете, но это то, на что мы подписались. Защита этого города — вот ради чего мы существуем.

Эйми почувствовала гордость в груди и села немного прямее. Ей нравилось, что её причисляют к этой группе невероятно храбрых женщин.

— Я разделила нас на четыре группы, — продолжила Яра. — Лиррия возглавит первую, которой будет поручено помогать городской страже. Необходимо укрепить заграждение на территории каравана, и нам нужно построить ещё одно у туннеля, ведущего в гавань. Я также хочу, чтобы разведчики из этой группы наблюдали за морем. При первом же намёке на корабль, направляющийся в нашу сторону, вы доложите мне, — Лиррия шутливо отдала честь. — Вторая группа последует за Дайренной, а ваша задача — обрушить туннель над внешними воротами. У советника Кэлланта есть чертежи механизма, который позволит нам это сделать.

Эйми надеялась, что её назначат в группу Дайренны. Она хотела рассказать Кэлланту обо всём, что видела в Вортенсе, и обо всём, чем с ними поделилась Кьелли.

— Зачем ломать внешние ворота, если мы запечатали внутренние? — спросил кто-то.

— Потому что, когда они будут разбирать завалы, блокирующие внутренние ворота, я бы предпочла, чтобы в город попали только те Воины Пустоты, которые оказались в ловушке в туннеле, а не вся их армия, — Яра обвела взглядом комнату, но никто больше не задавал ей вопросов. Все знали, как сильно ей было больно блокировать туннель. — Моя группа отправится в Лорсок, — продолжила Яра. — Лидеры племён Кахоллин и Овогиль находятся в городе.

Шепотки снова зашумели, пока Яра не утихомирила их.

— Грань между союзом и тем, как они ускачут в тундру, тонка, как царапина от драконьего когтя. Они могут решить, что это не их битва.

Эйми хотела бы получше узнать Гельветов, чтобы понять, что они предпримут. Решат ли они бросить Киерелл на произвол судьбы? Пожертвуют ли они четырьмя Гельветами, запертыми в городе, чтобы предотвратить новые смерти в своих племенах?

— Последняя группа будет с Аранати, — сказала им Яра. — Вы назначены в Совет Неравенства, как защитники и миротворцы. Сейчас в городе много недовольных людей. Самый маленький камешек может вызвать лавину, и нам не нужно ничего, что могло бы перерасти в бунт, — Яра обвела комнату суровым взглядом. — Если какой-то команде понадобится подкрепление, они придут от группы Аранати. Все это понимают?

Эйми повысила голос, соглашаясь с остальными. Яра кивнула и спрыгнула со стола. Пока остальные лидеры обходили пещеру, собирая свои команды, Яра направилась прямо к Эйми.

— Пойдём, — приказала она, и Эйми поспешно встала из-за стола и последовала за Ярой в тень в дальнем конце пещеры. Когда Эйми присоединилась к ней, Яра схватила её за запястье и повернула, чтобы посмотреть на браслет.

— Дайренна сказала мне, — сказала она тихим голосом, чтобы никто не услышал. — Он перестал работать.

Эйми кивнула.

— Не знаю, смогу ли я это исправить.

Когда она подняла глаза, отчаяние в глазах Яры застало её врасплох. Она говорила так уверенно, отдавая приказы, но в её глазах были дикость и паника. Эйми очень хотелось помочь ей.

— Я могу снять его, и ты могла бы отдать браслет кому-нибудь другому. Может быть, они лучше меня умеют им пользоваться и видят связи, — предложила Эйми.