Иосиф Афанасьевич вместе с Пулькой вернулись к кондитерской. Там Кудря оставил свой автомобиль на стоянке. Они сели в машину и уже собирались ехать домой, как зазвонил мобильный телефон.

На экране высветился незнакомый номер. Кудря помедлил, но все же ответил на звонок.

— Иосиф Афанасьевич? — раздался мелодичный голос в динамике. — Это вас беспокоит секретарь господина Шалаева. Меня зовут Антонина. Валентин Григорьевич прилетает завтра. Просил уточнить, сможете ли вы с утра подъехать в редакцию. Он сказал, что ранее вам передавал какие-то бумаги. Надеется, что вы успели не только ознакомиться с ними, но и у вас есть предложения. Теперь хотел бы обсудить с вами этот вопрос. Это возможно?

— Конечно, бумаги у меня уже в работе. Антонина, спасибо большое за информацию. Передайте, пожалуйста, что я с утра буду в редакции.

— Отлично, — обрадовалась девушка. — Записываю вас на десять утра.

Попрощавшись с милой секретаршей, Иосиф Афанасьевич потер лоб рукой.

— Пулька, что за бумаги мне передал Валя? — произнес вслух дедушка и посмотрел на бульдога.

Французиха сидела на заднем сиденье. Мордочка ее была перепачкана чем-то белым. Она довольно виляла коротким хвостиком. И без того толстенький животик собачки стал похож на мячик.

Иосиф Афанасьевич перевел взгляд на коробку возле Пульки. В этот картонный ящик Алина, продавщица из кондитерской, клала пирожные и другую выпечку, которую Кудря недавно купил в пекарне. Теперь на дне коробки остались лишь крошки от эклера и размазанное масляное пятно.

— Ты все съела? — ахнул дедушка.

— Гав! — радостно ответила бульдожка.

— Колбаса у Варвары, мои пирожные… если будешь продолжать поглощать еду в таких количествах, лопнешь, — покачал головой Кудря.

Дверь машины открылась, и в ту же секунду на заднее сиденье плюхнулся капитан Жуков.

— Гав, — поприветствовала его Пулька.

— Саша? — удивился Иосиф Афанасьевич.

— Попался? Так и знал, дядя Иосиф, ни в какую кондитерскую ты не приезжал, — прищурился капитан.

— С чего такие выводы?

— Если бы это было правдой, купил бы выпечку и домой порулил. А я тебя у дома Вьюгиной видел примерно час назад. Сколько нужно нормальному человеку для того, чтобы закупиться в ближайшем магазине?

— Но э-э-э…

— Гав.

— Саша, я…

— Гав.

— Вот, нечего сказать, да? — довольный своей проницательностью, развалился на сиденье Александр Станиславович.

— Гав, — ответила Пулька.

— Ты сидишь как раз на моих доказательствах, — усмехнулся Иосиф Афанасьевич.

Жуков приподнялся над сиденьем и пошарил рукой. Затем вытащил сплющенную картонную коробку с остатками эклеров.

— Елки-палки, — расстроенно произнес он. — Что это?

— Пирожные, ты сел на упаковку, — ответил дедушка.

— Вижу, — нахмурился мужчина. — У тебя есть салфетки? Мне нужно очистить одежду.

— Вряд ли ты сможешь оттереть бумажным платком масляный крем, — сказал дедушка. — Поехали лучше ко мне домой. Я тебя угощу салатом из домашних огурцов и помидоров. Картошку молодую отварить? Я ее сам выращиваю, без химикатов, на даче.

— Но мне на работу нужно, — протянул задумчиво капитан.

Кудря пожал плечами:

— Так иди.

— Куда же я пойду с масляными пятнами? Ты меня лучше домой подвези, я сейчас переоденусь.

Иосиф Афанасьевич кивнул и повернул ключ в замке зажигания.

Александр снова заерзал на сиденье. Он пошарил рукой и достал тонкую пластиковую папку.

— Что это?

— Вот она, — обрадовался Иосиф Афанасьевич. — Это мне на работе задание дали.

— Ты что, на работу устроился? Я думал, у тебя началась райская жизнь на пенсии: дача, рыбалка, огород.

— Так и есть, но мне скучно. А тут подвернулся случай, теперь в газете работаю, удаленно.

— Здорово! И что за задание? — Капитан Жуков принялся просматривать бумаги из папки.

— Даже не знаю, я совсем забыл, что мне ее давали.

— А что, отлично, хороший работник, — рассмеялся племянник.

— Нет, у меня столько всего происходит, все так закрутилось.

— Кто тебе дал эту папку? — спросил капитан, не отрывая взгляда от строк на бумаге.

— В редакции, говорю же.

— Конкретнее, кто именно?

— А что случилось?

— Ты шутишь?

— Даже не думал.

Иосиф Афанасьевич остановил машину на обочине и повернулся к Жукову.

— Что там?

Александр протянул Кудре папку. Иосиф Афанасьевич начал читать.

— Я действительно не знал, что здесь, мне Валя, то есть Валентин Григорьевич Шалаев, главный редактор, передал ее. Два дня назад, наверное. Сказал ознакомиться и подумать над этой информацией. А я просто забыл. Ничего себе материал. Он сказал, что это анонимка.

— Вот и я о том же.

На нескольких листах мелким почерком было детально описано преступление. Скорее всего, девушка-аноним сообщала о том, что недавно на нее напал молодой человек. Она подробно описала его внешность, указала место, время и дату происшествия. Парень познакомился с ней на улице, показался ей симпатичным, завязался разговор, и он предложил ей прогуляться.

В ближайшем парке он стал склонять ее к интиму. А когда получил отказ, набросился на нее. Девушка отбивалась, как могла. У парня был нож. В одно из мгновений он попытался выколоть ей глаза. Потерпевшая случайно выбила нож из рук нападавшего. Нож упал в траву. Нападавший замешкался и не смог его найти. Девушка успела отойти в сторону. По пути она потеряла туфельку. Вскоре молодой человек догнал девушку и теперь уже каблуком пытался лишить ее зрения.

По дорожке парка шли прохожие. Именно они услышали шорох в кустах и спугнули преступника. Девушке удалось сбежать. Однако, согласно письму, она все же сообщила в полицию об изнасиловании. Ей показалось, что расследование идет медленно. Преступник не был найден, но говорят, что следствие продолжается.

Редакцию газеты девушка просит издать статью, в которой подробно описывает внешность преступника, и, по возможности, напечатать его фоторобот. Она очень хочет, чтобы преступник был наказан. Чтобы новые жертвы смогли избежать подобной ситуации.

— Да уж, это анонимное письмо. Где теперь искать эту девушку? Как проверить, что это действительно правдивая информация? Ведь если газета опубликует фоторобот, а это, например, будет чья-то злая шутка? — почесал затылок Иосиф Афанасьевич.

— Думаю, что не шутка, — медленно протянул капитан.

— Ты что-то знаешь?

— Понимаешь, я не могу разглашать…

— Сашка, есть ли у нас действительно насильник? Нужно немедленно его остановить.

— Я согласен, но у нас распоряжение от начальства.

— Что за распоряжение? Бездействовать? Хороши сотрудники.

— С чего ты взял, что мы бездействуем? В последнее время знаешь сколько таких случаев?

— Анонимных?

— Если бы, — мрачно ответил капитан и отвернулся к окну. — Девушек находят мертвыми. В парках, на пустырях, да много где. Изнасилованных, избитых, задушенных. Только они вот не могут дать показаний.

— Но ведь девушка написала, что была в отделении полиции.

— Да, а где ее теперь искать? В какое отделение она обращалась?

— Знаешь, недавно случилось несчастье с подругой Софьи. А потом еще одну девушку нашли. Их всех задушили, и, как и было написано в анонимном письме, убийца хотел лишить их зрения. Только, в отличие от выжившей потерпевшей, Лиде Ручкиной и Ирине Банкиной не повезло.

— Да, я знаю об этих делах. Их ведет Ваня Линь. Кстати, он первоклассный сыщик.

— А почему ты говоришь, что жертв много? Если бы он был таким классным, то уже поймал бы убийцу.

— Хм, легко сказать. Хорошо, что появилась анонимка. Теперь нужно будет поднять все заявления, которые поступили недавно в наш и близлежащие районы. Найти эту девушку, поговорить с ней.

— А почему нельзя было сделать это сразу?

— Возможно, она просто подала заявление об изнасиловании. Если вообще подавала. Ведь этим занимаются разные сотрудники и даже разные отделы.

— Скажи, а что произошло в том доме возле кондитерской?

— Тебе зачем это знать?

— Ладно, скажу тебе как есть.

И Иосиф Афанасьевич рассказал племяннику о событиях последних дней.

— Подозревают, что почтальонша убила свою соседку.

— Ульянка, что ли? — удивился Кудря.

— Да, возможно, она отравила любовницу своего мужа. Они жили в одной коммунальной квартире. Эта женщина решила воспользоваться отсутствием мужа и избавиться от соперницы. Купила торт и подсыпала туда яд. Но это только версия, ждем заключения эксперта, чтобы подтвердить ее.

— Никогда бы не подумал на Кузнецову.

— Да, вот и я тоже считал ее такой хрупкой. А ведь она еще свидетельница по другим делам. Например, по делу Банкиной, где она нашла труп. И по делу Ручкиной. Там местные сплетницы рассказывали историю любви Лидии и Виктора, мужа Ульяны. Оказывается, он еще в школе был влюблен в Ручкину.

— Так женился-то он все же на Ульяне.

— Да, а на свидания к Ручкиной бегал.

Иосиф Афанасьевич удивился:

— А мне Софья говорила, что это старая история. И Лида давно выгнала этого ухажера.

— Вот и разбираемся. Так что давай я эту папку заберу. Вам не стоит вмешиваться в это дело. Скажи редактору, что просто собирал информацию. Правоохранительные органы не рекомендуют распространять непроверенные данные. Кроме того, не стоит сеять панику в городе. Если понадобится, наша пресс-служба получит задание и сделает официальное заявление.

— Отлично, пока вы будете разбираться, сколько еще девушек пострадает, — всплеснул руками Иосиф Афанасьевич.

— Очень интересно, что ты предлагаешь? — разозлился Жуков. — У нас, между прочим, сотрудницы по паркам ходят. Вечерами не с детьми сидят и не мужьям супы варят. А на живца вместе с группами оперативников ловят маньяка. Считаешь, этого мало? На уши уже подняли весь комитет. И знаешь, если тебе по телевизору не твердят с утра до ночи, не докладывают о нашей работе, это еще не значит, что мы бездействуем. Значит, так нужно для следствия.

Иосиф Афанасьевич вздохнул и снова завел машину. Через несколько минут они подъехали к дому Жукова.

— Спасибо, дядя Иосиф, что подвез. Я к тебе на днях еще загляну. Картошки и салатом угоститься.

— Всегда рад тебя видеть, заходи в любое время.

— Ты мне бумаги все-таки отдашь? — спросил Александр, протягивая руку.

Кудря пожал плечами и отдал ему пластиковую папку.

— Как хочешь, Саня. Держи.

Жуков закрыл дверь машины и, махнув рукой на прощание, пошел домой.