По данным Фомина, «Съезд членов прибыл 21 ноября в Челябинск[317]». Но, оказавшись там, «черновцы» по-прежнему не могли чувствовать себя в безопасности. Им было необходимо уехать подальше от зоны колчаковского влияния.

Таким место была Уфа, где находились лояльные им подразделения Народной армии. Но чтобы туда добраться, «учредиловцам» пришлось заметно потрудиться. Так, вовремя им отправиться туда не удалось и можно представить, какая нервозность царила среди них.

Возможно, отчасти это было вызвано сравнительно высокой численностью отправляющихся: даже без учета самостоятельного бегства туда части арестованных и розыскиваемых «учредиловцев», к отъезду готовились свыше 100 человек[318].

По сути, это была настоящая чехословацкая спецоперация, поскольку требовалось обеспечить уезжающих достаточной охраной и всем необходимым, включая питание.

Также возможно, что подобная задержка была вызвана действиями Гайды. Который тогда вновь попытался обмануть «учредиловцев». Так, по приезду их в Челябинск он решил оттуда доставить их через Омск в небольшой западносибирский город Шадринск, что было равносильно выдаче Колчаку. Эта попытка сорвалась, поскольку членов Учредительного Собрания предупредили охранявшие их чехословацкие сапёры[319] и снова помогли руководители Чехосовета, укрывшие Чернова (далее до выезда за рубеж проживал и действовал нелегально), отправившие «учредительный» поезд в Уфу.

Сделать это оказалось непросто: Чехосовет не имел права действовать вопреки приказу начштаба фронта Дитерихса, враждебного «черновцам» монархиста, лоббировавшего их отправку в Омск для выдачи Колчаку. Этот бывший царский генерал тогда служил чехам и подобное Гайде также получил от Колчака выгодные кадровые предложения, которыми он воспользовался в 1919 г.

Так, «учредиловец» Николаев пишет: «Для предотвращения отправки поезда (в Омск – ред.) Брушвита, Фомина и Ракова делегировали к чехам, членам ЧехНацсовета и представителям командования. С доктором Свободой (секретарь Чехсовета) они отправились к квартирмейстеру чешских войск полковнику В.В. Клецанда» (заместитель чехословацкого главкома Я. Сыровы), сообщившего, что Дитерихс пытается отправить поезд в Омск, и что только главком может отменить его распоряжения[320].

Брушвит с великим трудом отыскал (в Челябинске – ред.) полковника Медека, благодаря которому и удалось добиться отмены данного решения[321]. Который, видимо, и связался с Сыровым. Возможно, именно тогда между ним и колчаковцами и возникла трещина которая впоследствии разверзлась до иркутской пропасти.

И снова народные избранники, чья судьба висела на волоске, спаслись. 23 ноября «учредительный» поезд под чехословацкой охраной вышел из Челябинска и 24 ноября прибыл в Уфу. Следившие за ним агенты колчаковского МВД донесли, что Чернов, вероятно, «изменил внешность и находился в особом вагоне», поскольку они не смогли установить его точное местонахождение[322].